Сергей Михалок: Жить на территории бывшего Союза – это сплошной экстрим

Новый альбом "Ляписов" Agitpop ориентирован на западного слушателя, в понимании которого именно таким должен быть "политизированный рок из последней диктаторской страны Европы". Хотя сам Михалок к этому относится иронично.

Сергей Михалок: Жить на территории бывшего Союза – это сплошной экстрим
Однако "реалии таковы, что все сделанное в Республике Беларусь, ассоциируется с самой главной нашей поп-звездой – Александром Лукашенко. Мы, не стесняясь, тиражируем свой протестный образ". Интервью с музыкантом публикует "Комсомольская правда".
 
- Сергей, как бодрость духа?
 
- С духом у меня всегда все хорошо. Вот плоть иногда подводит. Я занимаюсь спортом, бывают травмы. Мы только что вернулись из Ялты, сегодня же уезжаем в Питер. Но с утра я успел сходить на тренировку. А вообще, мы – как моряки. Всегда возвращаемся на базу. Приятно, что где-то есть наш причал, родной порт – город-герой Минск. Здесь всегда ждут родные, друзья, семьи, дети. У нас много забот. У кого-то есть приусадебные участки, так что есть чем заняться. Кроме того, в Минске мы репетируем.
 
- Как в Минске? Небо чистое?
 
- Как небо над Берлином, все спокойно! Вот у меня из окна видно авиационную базу. Там все время летают вертолеты и прыгают парашютисты. Все нормы ГТО сдают.
 
- А вы прыгали с парашютом?
 
- Нет, и прыгать не собираюсь. Не тянет меня. Я вообще очень иронично отношусь к словам "экстрим", "испытание" и "адреналин". Мне кажется, что жить на территории бывшего Советского Союза – это сплошной экстрим. Люди находятся в постоянном напряжении. Хамство используется для самоутверждения и карьерного роста. Так что люди, которые говорят, что им не хватает экстрима и адреналина – это либо оторванные от жизни мажоры, либо люди-шизофреники, которые находятся в ирреальности. Это смешно. Мне хватает приключений в поездах, на вокзалах, в подворотнях. Иногда выйти мусор вынести – все равно, что поучаствовать в фильме с Джеки Чаном. И никогда не знаешь, чем это закончится. Такая ситуация и в России, и в Беларуси.
 
Мы живем в стране победившего шансона. Все идеологические поиски объединительного вектора русских, белорусов, славян – все это ерунда. Людей, которые когда-то жили в Советском Союзе, объединяет не религия, не общность исторических персонажей, не Достоевский и Пушкин, а… шансон. Крикни в любой точке мира: "Владимирский централ!" и тебе сразу ответят: "Ветер северный!". В последние годы все это проявилось еще ярче. Криминально-блатная субкультура возведена в ранг русской народной песни. Блатняк звучит из каждого утюга. И все это воспевается! Такое ощущение, что люди не читали Солженицына. Поэтому, какая разница, где ты: в Минске, в Кемерово, в Кишиневе? Мы все находимся на территории бандитско-блатного эпоса. Все эти Япончики и Кабанчики уже превратились в персонажей былинных сказок. Им поклоняются, их называют "уважаемыми"! Слово "авторитет" давно приобрело четкий воровской оттенок. Так что если весь мир рассматривать как конструктор, то мы – деталь, которая не подойдет никуда! И что дальше будет – я не знаю. Мир, конечно, не совершенен. Но я смотрю на него радостно, с хулиганским блеском в глазах.
 
- Что это за новый альбом Agitpop, который вы везете в Калининград?
 
- Это сборник наших песен, который, по мнению его составителей, проживающих в Берлине, отражает всю нашу творческую палитру. Альбом ориентирован на западного слушателя. Выпускался он для людей, которые с "Ляписами" не знакомы, для европейской субкультуры. По мнению составителей сборника именно так выглядит в их понимании протестный ска-панк, политизированный рок из последней диктаторской страны Европы. Иронично я к этому отношусь. Но реалии таковы, что все сделанное в Республике Беларусь, ассоциируется с самой главной нашей поп-звездой – Александром Лукашенко. Мы, не стесняясь, тиражируем свой протестный образ.
 
- Как прошли концерты в Европе?
 
- Мне нравилось видеть удивление на лицах людей, которые не понимают о чем мы поем. Собственно, это не было проблемой. У нас есть музыка, энергия движений на сцене. Они не увидели музыкантов из бывшего СССР. Цыганщины, шапок-ушанок и шароваров у нас не было. Мы лишь хотели им сказать: "Мы – такие же, как вы!".
 
- Это был первый подобный опыт выступления перед публикой, которая не понимает ни слова из тех, что вы произносите со сцены?
 
- Ой, было много таких концертов. Например, выступаешь на празднике в городе Светлогорске или играешь на фестивале в городе Камышлове Свердловской области. Там много людей, которые не понимают ни слова из того, что ты говоришь и поешь. Хотя люди эти русские. Любой, кто занимается куртуазной сатирой, сталкивается с подобными нестыковками между публикой и артистом. И мне нравится иногда решать такие сложные задачи. Тогда я применяю другие выразительные средства: гримасы, клоунаду. Люди не понимают о чем мы говорим? Мы строим рожицы!
 
- Удалось в Германии погулять?
 
- Да. В Берлине были в знаменитом районе Кройцберг, населенном турецкими эмигрантами, панками, анархистами и "зелеными". В Гамбурге посетили легендарный район Сан-Паули, знаменитый одноименным футбольным клубом.
 
- В Гамбурге к проституткам не заглядывали?
 
- Зачем? Мы же рок-звезды. За нами ездят толпы девушек на троллейбусах. Мы щелкаем пальцем и нам привозят вагоны местных победительниц конкурсов красоты. Мы не разрушаем этот миф!
 
- А вообще вы лично пользовались хоть раз услугами жриц любви?
 
- (Смеется) Вообще-то я ни чьими услугами не пользуюсь. Я сам состою в услужении...
 
У меня была бурная и активная молодость. Я восемь лет жил в параллельных реальностях, связанных с проститутками, бандитами, алкоголем, наркотиками и поножовщиной. Мне знакомо то дно, о котором писал Горький. Сейчас я изменился – не пью, не курю, занимаюсь спортом. Но при этом я люблю, когда вокруг меня веселая атмосфера. Это создает хорошую почву для творчества. Посмотрите на Ван Гога, на Модильяни. Я ровняюсь на Маяковского с кастетом в кармане, на запои Есенина. Все это прекрасно!
 
- Каким для вас было минувшее лето?
 
- Было очень много фестивалей! Мне нравится выступать на фоне природных декораций. Ни один концертный зал или клуб не способен заменить ландшафт, хороший летний фестиваль. Так что все мои эмоции связаны с фестивалями: западными и отечественными.
 
- На каких отечественных фестивалях были и как их оцениваете?
 
- Запомнился фестиваль "Кубана". Пора уже было создавать альтернативу фестивалю "Нашествие"! Для меня "Нашествие" - патриархальный и невзрачный фестиваль для людей, которые слушали рок-н-ролл 20 лет назад. Они являются рекламодателями и основными VIP-клиентами фестиваля. "Нашествие" для меня – это аналог "Славянского базара": одни и те же лица, одни и те же музыканты-хедлайнеры. Все это не интересно. А "Кубана" - фестиваль более молодой и по публике и по исполнителям!
 
- Если в жизни сталкиваетесь с агрессией, и внутри все закипает и чернеет, то как боретесь с таким негативом?
 
- В молодости часто приходилось драться, кулаками решать проблемы. Иногда это самый верный способ. Я, бывало, выходил победителем, а бывало, что и получал. Сейчас я руководствуюсь философией дзен-буддизма. Я стараюсь на все реагировать спокойно. Стараюсь чаще смеяться.
 
- Есть идеи для нового альбома?
 
- У нас всегда полно идей. Перед нами задача - обрадовать костяк публики, которые любят наше сегодняшнее звучание, наш стиль подачи, наш состав, тексты. В то же время попытаться выкинуть что-то новенькое, вдохновляясь лозунгами неофутуризма. И думаю, что если мы выпустим новую пластинку, то изменения нужно ждать не в идеях и мыслях, а в выразительных средствах.
 
 
10:58 23/09/2010




Loading...


загружаются комментарии