Немецкий эксперт: В Беларуси еще предстоит ликвидировать безграмотность

Имея формально высокий уровень образования, белорусы оказываются неспособными изменить свою жизнь к лучшему.

Почему большое количество дипломов не делает страну конкурентоспособной, куда вложить деньги, чтобы сэкономить на здравоохранении и удержать людей на селе, а также кого сейчас считать грамотным, "Завтра твоей страны" рассказал заместитель директора Института международного сотрудничества Немецкой ассоциации народных университетов Уве Гартешшлегер.

- Что для вас является главным в образовании?

- Чтобы оно удовлетворяло существующие потребности. Мы привыкли смотреть на этот процесс с точки зрения системы образования, а надо бы -- со стороны потребителей: участников образовательного процесса, работодателей.

- Исходя из этой установки, какие "белые пятна" существуют сейчас в образовании Беларуси?

- Я начну с Германии. Еще пять лет назад мы считали, что безграмотность – это вообще не для нас. В стране свыше 99 процентов грамотного населения -- почти все. Потом выяснилось, что это не совсем так. Тут очень много нюансов. Раньше считалось: если человек может написать свою фамилию и имя, значит, он -- грамотный. В современных условиях встает вопрос: может ли он действительно участвовать во всех аспектах общественной жизни. Для этого нужны определенные знания и навыки, которые выходят далеко за пределы простого умения читать и писать. Два-три года назад Министерство образования обратило на это внимание, и впервые в истории страны принялось изучать, сколько в Германии безграмотных. Цифры шокирующие -- каждый десятый!

Я убежден: в Беларуси тоже есть такие люди. Дать им второй шанс стать грамотными может неформальное образование.

У вас сохранилась довольно цельная система образования, однако ее нужно адаптировать к современным условиям. Не буду оспаривать: формальная система – основа образования. Но вот появляется, например, новое программное обеспечение. Нельзя ждать два года, пока это новшество, пройдя все бюрократические процедуры, займет свое место в учебных планах образовательных учреждений. Надо оперативно предлагать тренинги для тех, кто нуждается в новом программном обеспечении уже сейчас. Для получения необходимых навыков иногда достаточно трех недель или даже одного уик-энда. Если этого нет, возможности людей на получение образования ограничены.

Послушав дискуссии на Фестивале неформального образования, я пришел к выводу, что в отлаженной системе белорусского образования существует проблема гибкости. Над механизмом адаптации к современности нужно еще думать. Может быть, для начала сделать так, чтобы сферу неформального образования курировала одна структура? Сейчас их около пяти, но никто конкретно ответственности за образование взрослых не несет.

- А как это происходит в Германии?

- У нас никто не сомневается в том, что без базового финансирования образования взрослых из бюджета, общество не может развиваться и быть конкурентоспособным. Но организует образование взрослых – не государство. Если и есть государственные структуры, которые этим занимаются, то это очень редкие примеры. Руководствуясь законодательством, в котором оговорены четкие объективные критерии (количество учебных часов, участников мероприятия, качество), чиновники решают, кому и сколько выделить финансов.

В сфере образования взрослых есть религиозные провайдеры, провайдеры от политических партий, профсоюзов, такие большие предприятия, как Siemens, Volkswagen.

Образованием взрослых уже более полувека занимаются и народные университеты. Законодательством определено, что каждый муниципалитет должен иметь такое учебное заведение. В стране их больше тысячи, и все они объединены в Немецкую ассоциацию народных университетов.

Народный университет -- это здание в центре населенного пункта, куда любой желающий может прийти на различные курсы, тренинги, семинары. Ежегодно дополнительное обучение в таких университетах проходят в Германии около 10 млн. человек.

Я думаю, что в XX веке и общество, и технологии так быстро меняются, что становится очевидным: любому из нас недостаточно учиться только первые 20 лет своей жизни. Знания и навыки так быстро устаревают, что их приходится постоянно обновлять. Даже представители рабочих профессий, которые с возрастом не повышают свою квалификацию, становятся невостребованными на рынке труда.

- Хотелось бы увидеть за этими общими словами конкретный эффект для государства в какой-либо из сфер. Как, например, неформальное образование помогает решить демографическую проблему в стране?

- Образование взрослых, конечно, не может поспособствовать росту рождаемости…

- Опыт арабских стран даже подтверждает обратное. Блестящий пример -- Иран. Двадцать лет назад суммарный коэффициент рождаемости в этой мусульманской стране был одним из самых высоких в мире -- 7. Сейчас -- ниже 2. В первую очередь, за счет того, что женщины получили доступ к образованию.

- Но ведь самая главная демографическая проблема для Беларуси – не рост рождаемости, а необходимость снижения демографической нагрузки пожилыми. Так вот: образование взрослых способствует тому, что пожилой человек будет более активным и современным и на работе, и в обществе, и как личность.

Вы правы: на конкретном примере показать, как это на самом деле важно, гораздо сложнее, чем просто убеждать, что это нужно делать. В Европе ученые взялись исследовать этот вопрос. Очень наглядный эффект обнаружили в Великобритании. В исследовании принимали участие пожилые люди, которые посещают центры дневного пребывания или живут в доме престарелых. Выяснилось, что те из них, кому предлагают образовательные услуги и образовательные возможности для развития, гораздо реже болеют. Расходы на медицинские услуги для них уменьшаются. По-моему, это потрясающее доказательство действенности и эффективности неформального образования.

Есть и другой демографический аспект, который уже актуален для Европы и скоро станет таковым для Беларуси – когда не хватает собственных рабочих рук, приходится принимать в страну мигрантов.

- Это правда: до середины века миграция будет оставаться почти единственным источником пополнения населения и трудовых ресурсов Беларуси. По оценке экспертов, в страну следовало бы ввезти 2 миллиона мигрантов…

- Это естественный процесс, сопротивляться которому, значит, уподобляться Дон Кихоту, который борется с ветряными мельницами.

В Германии живут трудовые мигранты из разных стран мира. Кстати, по статистике, самая большая группа эмигрантов в нашей стране – из бывшего Советского Союза, а вовсе не из Турции и арабских стран, как принято считать. Неизбежно встает задача интеграции в общество тех людей, которые приезжают в страну. И я убежден, что им надо не только выучить немецкий язык, но и почувствовать, что такое Германия, ее обычаи, культуру. Важно, чтобы коренное население понимало, кто такие трудовые мигранты. Все это -- задачи образования взрослых.

- Можно, еще задачку государственной важности подкинуть? Белорусское правительство предпринимает немало мер для того, чтобы не исчезла деревня: строят агрогородки, дотируют сельское хозяйство, а люди все равно уезжают…

- Как раз одно из направлений деятельности представительства нашей ассоциации в Беларуси – испытать и показать потенциал образования взрослых для развития сельской местности. Почему люди уезжают? Во-первых, потому что зарплаты низкие или вообще низка возможность получить достойную работу. Во-вторых, нет никакой культурной среды на селе, кроме телевизора. И в первом, и во втором направлениях образование взрослых имеет свои возможности. Что касается работы и заработной платы, можно попытаться развиваться формы самозанятости и предпринимательство в деревне. А также учитывать, что сельским жителям сегодня хочется не только есть и спать, но и встречаться с интересными людьми, танцевать музицировать и так далее – эти возможности образование взрослых может дать, конечно, с учетом интересов жителей конкретной деревни.

- А вы в Беларуси уже выбрали конкретную?

- У нас есть уже один партнер – центр "Всеобуч" в Брестской области. Они выкупили заброшенную школу в сельской местности, неподалеку от Кобрина. И мы хотим развивать этот сельский образовательный центр как показательный. Сейчас там ремонт, но он тоже идет в виде тренинга в рамках обучающей программы по подготовке плотников.

Есть еще одна задумка -- выбрать в качестве пилотной одну из сельских школ и развивать образование взрослых на ее базе. Я десять лет назад жил в России, и мы сделали такое в Карелии. Один директор школы нашел нас сам, не мы его искали. Он предложил: "У меня тут стандартные проблемы русской деревни: люди уезжают, оставшиеся пьянствуют, дети заброшены. Давайте будем как-то спасать". На базе этой школы после занятий для детей, а также в выходные мы устраивали образовательные мероприятия для взрослых. Преимущества этого варианта в том, что он позволяет использовать уже существующую базу. Учителя потом признались: им даже легче стало работать с детьми, потому что родители стали меньше пить.

- По официальной статистике ежегодно повышают квалификацию 600 тысяч белорусов. Как выглядит этот показатель в сравнении с европейскими странами?

- В Европейском Союзе поставлена такая цель: 50% взрослого населения должны участвовать ежегодно в мероприятиях по повышению квалификации, образованию взрослых.

- Это что же получается: каждый человек раз в два года должен повышать квалификацию в той или иной сфере?

- Да. Но это цель, а действительность такова, что ситуация внутри ЕС очень отличается, очень. В этом году Германия впервые выполнила этот норматив, для Скандинавских стран он уже привычен. Есть такие страны, особенно на юге Европы, где всего 5-10 % участвуют в программах повышения квалификации и переподготовки. Но эта цель разумна.

- И для Беларуси?

- И для Беларуси, потому что у вас тоже природные богатства ограничены. Ваше главное богатство, как и наше, – это человеческий капитал.

- Какие подвижки в сфере образования взрослых произошли за год со дня открытия в Беларуси представительства Немецкой ассоциации народных университетов?

- Есть попытки начала диалога представителей неформального образования с государственными структурами – это уже вселяет надежду. Мой опыт в других странах подсказывает, что везде это длительный процесс. Ожидать, что в течение года что-то существенно изменится сложно. И это стандартная ситуация, а не белорусские особенности. Я настроен пока оптимистично, потому что мне кажется, что потребность в неформальном образовании носит в Беларуси объективный характер.

Справка "Завтра твоей страны". В минувшие выходные в Беларуси прошел III Фестиваль неформального образования. В нем приняли участие более 250 представителей общественных, коммерческих и государственных образовательных организаций из Беларуси и других стран. Цель фестиваля – определение роли организаций неформального образования в повышении качества жизни.

9 октября в рамках фестиваля любой человек мог бесплатно посетить десятки разных курсов и тренингов: от ораторского мастерства до молодежного предпринимательства.

Первый фестиваль неформального образования прошел в Беларуси в 2006 году.
10:37 11/10/2010




Loading...


загружаются комментарии