Опасный наркотик продается в Беларуси на каждом шагу (фото)

По виду "бубки" похожи на обычный мак, которым посыпают булочки, и купить их можно почти без проблем. Но на самом деле – это страшный наркотик: у "бубочного" наркомана в запасе остается максимум пять лет жизни.

Опасный наркотик продается в Беларуси на каждом шагу (фото)
"Так называемые "бубки" открыто реализуются на некоторых рынках и наркоточках!.." Такие сигналы неоднократно поступали в отдел журналистских расследований "Звязды" в течение последнего месяца. И это даже после того, как прошлым летом милиция добилась законодательных изменений: торговля смертельной отравой должна была остановиться, но...
Чтобы проверить информацию о наркоточках, корреспондент "Звязды" направился туда под видом наркопотребителя. Итоги журналистского расследования оказались возмутительными.
Солнечное субботнее утро, торговый центр в районе Комаровского рынка почти в сердце Минска. Я переоделся в спортивную одежду, натянул шляпу, чтобы хоть чуток походить на наркомана. Подхожу к одному из бакалейных киосков. Именно тут уже несколько лет продаются "бубки" — на вид обычное семя мака, но пропитанное алкалоидами опия. Наркоманы, сварив "бубки", получают опасный для организма раствор. На выходе получается наркотик, который по воздействию схож с героином, только еще более грязный.
 
Об этом киоске "Звязда" писала прошлым летом. Материал широко перепечатывался в интернете, разошелся большим тиражом. Казалось бы, уже в день выхода скандального материала киоск в торговом центре в районе Комаровского рынка должны были "прикрыть".
Примерно в тот же период начальник управления по наркоконтролю и противодействию торговле людьми МВД Беларуси Александр Гаврилов сообщил, что милиция "вела долгую эпопею с "бубками" и наконец было подписано постановление Совета Министров № 779".
Формально торговля любым маком наразвес была запрещена. Более того, изменился государственный стандарт "Мак пищевой. Технические условия". Теперь в семени запрещены любые примеси (раньше наркоторговцы прибавляли для большего эффекта маковую солому).

"Бубки" внешне очень похожи на пищевой мак. А на деле — это страшный наркотик
 
Со времени изменений в законодательстве прошло более трех месяцев. И вот я снова подхожу к тому самому киоску.
— Дайте "бубок", граммов 200, чисто разогнаться, — прошу продавщицу. "Разогнаться" — на языке наркопотребителей означает минимально удовлетворить нужду.
— Выйдет 24 тысячи, — отвечает женщина и у меня на глазах насыпает "бубки" в прозрачный пакет, который, в свою очередь, ложит в черный, непрозрачный.
Что меня поразило больше всего? Продавщица — обычная белорусская тетка годов шестидесяти. Имеет, наверное, и детей, и внуков. Накладывая "бубки" пластиковой лопаткой, взглянула на меня с состраданием. Интересно, подумала ли она о том, что всего одна доза может превратить человека в наркомана и уже через два года меня может и не быть в этом мире? Сразу же за мной пристроились  два мужика, по-видимому, "работяги", с большими дорожными сумками. Одному — лет 35, второму — под 50. Тот, что помоложе,указав на черный пакет, понял, что мы пришли за одним товаром, и заговорил:
— Ну как, нормальные?
— Еще не знаю, — отвечаю.
Мужик мацюкнулся.
— А что, есть совсем поганые? — спрашиваю у него.
— Есть по 70 за килограмм. Половину на двоих сделаешь — чисто на разгон хватает, а про тягу и разговоры нет...
Так я впервые увидел настоящего "бубочника". Знаете, что самое страшное? Когда алкоголика может вычислить, наверняка, каждый, то заметить, что человек — наркоман, куда более сложно. У них замедленная речь, своя терминология, взгляд в никуда. Такое впечатление, что человеку на глаза повесили пудовые гири.
Вдоль торгового центра за сутки проходят целые толпы наркоманов, но вычислить их нетренированным глазом непросто. А значит — нам, обычным людям, непросто осознать настоящие масштабы трагедии...
Продавец признает во мне наркомана и насыпает "бубки"...
Направляюсь на еще одну известную столичную наркоточку — бокс с орехами и сухофруктами на территории торгового центра "Ждановичи". Казалось бы, здесь, среди сотен киосков с пищевыми продуктами, найти наркоточку будет не так легко. В восьми киосках с бакалеей, где я спросил про мак, грубовато отказали. Торговки очевидно понимали, что мне нужные "бубки":
— Тут вашего мака нет и никогда ни было!
В девятом киоске мнет, кажется, "повезло". Полная продавщица восточной внешности обеспокоенно вглядывается в мое лицо. Я шмыгаю носом, имитирую пустой и шальной взор, в черной шляпе, под глазом – гематома — настоящий наркоман. Прошу все те же 200 граммов "бубок".
Пока продавщица по стандартной технологии насыпает "бубки" в прозрачный пакет, который потом ложит в черный, замечаю на боксе имя владелицы — Анжела Г.

Продавщица дает мне сдачу за мак, цена которого 120 тысяч за кг, в пакетике "бубки", опий из которых потребляют наркоманы.
 
Сразу за мной в очередь пристраивается парень в оранжевой куртке.
- "Семечки" тут самые лучшие, проверенное место, — заводит он разговор.
"Семечки" — еще одно название "бубок". Парень (по виду и ни скажешь, что человек дошел до ручки) приобретает килограмм и вместе со мной отходит от бокса.
— Говорят, что тема может прикрыться, — делится он.
— И что тогда делать?
— Бросать.
— А ты давно в теме? — пытаюсь узнать наркостаж парня.
— Уже 12 лет. Два последних — на "семечках". Мне нужен килограмм на день. Работаю прямо тут, на рынке, зарабатываю полторы штуки баксов, и все идет на "семечки"... Надо завязывать, а не могу...
По дороге открываю приобретенный черный пакет — такие же "бубки", как на предыдущей точке, один в один. По виду обычный мак, чуток "загрязненный" примесями соломы, чуть горьковатый на вкус. На деле — смертельное оружие для уничтожения белорусской молодежи.
Через несколько дней после посещения столичных рынков я узнал, как именно "варят" и потребляют "бубки". Для этого под видом наркапотребителя попал в настоящий наркопритон под Солигорском. Вот как это было.
"Компаньон", чтобы вместе уколоться, нашелся тут же
— Поверь, мой город в деле наркотизации давно переплюнул и Минск, и Светлогорск, — делится своим мнением Олег, активист компании "Антимак" из Солигорска, пока едем в его родной город из Слуцка. — При этом "бубки" у нас стоят по 150 тысяч за килограмм. Только из одного двора, который находится рядом с моим домом, лично знаю пятерых наркоманов. Вместе росли. Там же живут два брата С... Те работали шахтерами, хорошо зарабатывали, но со временем поняли, какие фантастичные деньги можно зарабатывать на "бубках".
— И что, за все время никто ни дал им под хвост?
— А зачем? "Бубочников" огромное количество, они по мелюзге воруют и регулярно попадают за решетку. Таким образом, создается хорошая статистика, а крупные барыги, которые непосредственно способствуют наркомании, вроде как и не при делах. Они дают взятки кому надо — и всем хорошо. Тем временем наркотизация надвигается бешеными темпами...
Моя задача в Солигорске — попасть в наркопритон под видом потребителя. Но любое неосторожное слово может вызвать подозрение в том, что я — милицейский агент. Наконец попадаем в город, доезжаем до того самого двора. Олег показывает из машины на какого-то мужчину:
— Это знакомый "нарик", очевидно хочет уколоться, а денег нет, стопудово, — улыбается Олег.
Подходим к Саше (так звали того мужчину). Олег говорит, что я — минский студент, хочу попробовать "бубки". Саша окидывает меня подозрительным взглядом. Я наврал, что "бубки" в столице запретили и купить их теперь можно только в Солигорске.
— Сам сижу на "спайсе", прикалываюсь (на сленге наркапотребителей означает —  изредка употребляю), хочу попробовать "бубки" разок, но как приготовить, не знаю...
И отправил бы меня Саша на три некрасивые буквы, но денег у него и правда нет. А уколоться, по-видимому, хочется ужасно.
Но желание уколоться победило разум — Саша согласился стать моим "наркотическим компаньонам". Олега отправили вон.
"Погрейся в машине, чтобы легче было попасть в вену"
Место, где можно приготовить наркотик, у Саши ни было. Поэтому он позвонил еще одному знакомому (тот называли Буратино). У Буратино была своя дача и все необходимое оснащение.
"Компаньоны" взяли с меня 70 тысяч рублей и начали звонить барыгам. В тот день приобрести "бубки" было не так просто: только с пятого звонка Саша нашел товар у какой-то Викторовны. Мы подъехали на одну из улиц неподалеку от солигорского ледового дворца, Саша с ненавистью показывает на черный "Фольксваген Туарег":
— Это машина барыги. С.., нас скалывают и на таких тачках ездят...
Сказав это, Саша исчез в одном из подъездов и уже минуты через три вышел с товаром под мышкой — как оказалось, такой же черный пакетик, который дают на минских наркоточках.
Дальше мы заехали в магазин бытовой химии, где "компаньоны" приобрели растворитель. Потом заглянули в аптеку за "баянами" (так на наркотическом сленге называют шприцы) и аспирином. Проехав извилистыми дорогами Солигорска, выезжаем за город, на дачу к Буратино. По дороге парни рассказывают о себе.
Оба судимые (если бы я оказался милиционером, то каждому грозило бы по девять лет лишения свободы). Оба — еще те "нарколыги", стабильно сидят на "бубках".
Саша, оказывается, когда-то имел свой бизнес, торговал аксессуарами для мобильных телефонов на рынке. Но два года назад начал употреблять "бубки" и все свои капиталы "проторчал". Он рассказывает, что колется только два-три раза в неделю, хотя это очевидная неправда. Саша уже сегодня выглядит без одного года трупом: взгляд в никуда, потемневший цвет кожи, проколотые вчистую вены. При этом он неоднократно заявлял, что "бубки" — это "зло, которое специально привозят "черные". Буратино же напротив не скрывал, что употребляет дважды-трижды на день. Утром он работает автослесарем, регулярно обманывая "колхозников": кому поставит более дешевую деталь вместо фирменной, кому поставит старые тормозные колодки и так далее. Новые детали сбывает на авторынке вдвое дешевле.
За разговорами подъезжаем к даче. Здесь — целый стол необходимого оснащения: так называемая "баня", большой шприц, какие-то ватки и тому подобное (не буду описывать все комплектующие нарколаборатории).
 
Парни торопятся, настроение у них на глазах улучшается, время от времени шутят, глаза у обоих начали оживать.
Бубки высыпали в капроновый чулок, сварили в растворителе, от чего вонь разошлась, наверняка, на сотни метров вокруг. Это только 5% всего процесса приготовления. Остальное позвольте не описывать. Скажу только, что на все ушло около 50 минут. В результате образовался раствор болотного цвета, который посредством большого шприца прогнали через поддельный аспирин и начали распределять по "баянам".

"Бубки" варили вот в этом капроновом чулке
 
Мне приготовили немалую дозу, сказали, что в шприце 12 "капель". Из-за этого Буратино раскричался на Сашу страшными матами:
— Б..., ты что, больной? Коньки же отбросит человек, первый раз же!
Тогда дозу уменьшили до восьми " капель". Но и этого, как я позже разузнал, хватило бы, чтобы меня вывернуло наизнанку.
Когда наркоманы начали колоться, меня прошиб пот.
Саша уколол Буратино в вену на левой руке. Страшное зрелище: "вмазавший" наркоман сразу же повеселел и добродушным дурашливым голосом попросил меня:
— Браток, подай ватку!
Следующим кололся Саша, просто лег на кровать и воткнул шприц себе в подмышку. Его заколотило, как эпилептика. Тут же он бодро подпрыгнул, выдохнул и подошел к меня:
— А теперь ты! Тебя уколоть или ты сам?
Но колоться в мои планы не входило:
— Слушайте, боюсь "вмазавшим" управлять машиной, возьму с собой.
От этих моих слов наркоманы опешили:
—Ты что! Нет! Никто тебя не выпустит с криминалом! Иди в машину, погрейся, чтобы легче было попасть в вену.
Ситуация обострилась еще больше, когда Саша, бывший торговец оргтехникой, рассекретил мою замаскированную камеру и неожиданно вытащил ее из куртки.
— Ты что... записываешь нас?.. — тихим (без угрозы, как мне показалось) голосом предположил Саша. А я ясно понял, что в любой момент может случиться что угодно.
— Что ты, это игрушка, — тоже спокойно попробовал ответить я. Можете себе вообразить, как некомфортно я себя в тот момент чувствовал? Хорошо, что наркоманов было только двое.
 
Конечно, они поняли, что я далеко ни студент, который просто приехал отведать "бубки". Не буду в красках расписывать, как я успокаивал Сашу и Буратино, но мне удалось сохранить видеозаписи и сделать фотоснимок приготовленного для меня наркотика. Позже шприц со смертельной отравой я растоптал на дороге и снял этот процесс на видео.
Р.S. И хотя цели своего журналистского расследования я достиг, этот вояж в Солигорск оставил горкий привкус. Молодые люди убивали себя на моих глазах. Под воздействием эмоций сложилось впечатление, что Беларусь утопает в этих "бубках". И мое журналистское расследование подтвердило, что наркотическая смерть продается почти бес-пре-пят-ствен-но. По крайней мере пока...
По возвращении в Минск я обратился в Министерство внутренних дел с вопросом, почему так происходит. Оказалось, еще в середине 2000-х годов МВД предложило комплекс мер, которые с большой вероятностью могли спасти Беларусь от "бубок". Но... навстречу милиции некоторые ведомства не пошли.
ХРОНИКА НАРКОТИЗАЦИИ
2004 год. В Беларусь ввезли так называемые "бубки" (другие названия — "семечки", "бубасы", "бумбосы"). По виду вещество похоже на обычный пищевой мак, которым посыпают булочки. Но на деле семя использовали как своеобразный контейнер для опия. Килограмма "бубок" хватает примерно на четыре дозы. Цена нового наркотика — от пяти до восьми тысяч белорусских рублей. Бубки открыто продаются на рынках и в обычных магазинах.
2005 год. Большинство наркопотребителей переходит на новый, почти легальный наркотик. Цена на "бубки" стремительно растет. Семя мака, пропитанное алкалоидами опия, беспрепятственно завозиться в Беларусь из России, Украины, Польши, Чехии. Было заведено всего несколько уголовных дел на мелких торговцев и контрабандистов. Их осудили за хранение маковой соломы, которую отсеяли из мешков с "бубками". Никто из крупных поставщиков так и не был наказан.
2006, 2007, 2009 годы. Килограмм "бубок" в столице стоит около 120 тысяч белорусских рублей. В Солигорске — около 150 тысяч, в Гомеле — около 200 тысяч. Это, наверняка, единственный товар в стране, который за шесть лет подорожал более чем в 20 раз. Наркотик становится самым популярным. Медики предупреждают: протяженность жизни "бубочного" наркомана от двух до пяти лет.
2010 год. Изменился государственный стандарт "Мак пищевой. Технические условия". Теперь запрещены хотя бы некоторые примеси в семя, мак нельзя продавать вразвес и так далее. Но проблему эти меры не решили — они только ограничили продажу. До сих пор "бубки" имеют такой же статус, как обычный мак. Никто с наркобарыг и крупных поставщиков наркотической смерти так и не был наказан.
 
 
 
 
11:27 28/10/2010




Loading...


загружаются комментарии