Фильм "Люди на болоте" запрещали смотреть детям до 16 лет

В этом году телефильму по роману Ивана Мележа - 30 лет. "Комсомолка" посмотрела фотопробы картины и узнала пять интересных фактов о съемках.

1. Главные роли достались российским актерам
Экранизировать самый известный роман Мележа взялся не менее известный Виктор Туров. Он сравнивал Мележа с Шолоховым и настолько загорелся его "Полесской хроникой", что сам написал сценарий.
На роль Василя Дятлика пробовались 17 человек. Среди них Виктор Манаев (его утвердили на другую роль - Алеши Губатого), Александр Галибин, Сергей Колесников (сегодня он ведет передачу "Фазенда").

За фильм "Люди на болоте" Туров получил Госпремию СССР. Такой же наградой отметили трех актеров - Елену Борзову (Ганна), Геннадия Гарбука (Чернушка, отец Ганны) и Юрия Горобца (Глушак, отец Евхима). Между тем из-за участия Елены Борзовой недоброжелатели предрекали режиссеру громкий провал - ну как может коренная москвичка сыграть белорусскую крестьянку с Полесья? Но Туров не слушал советов. Бабушки из соседних деревень научили дитя асфальта держать в руках серп, жать жито и правильно завязывать онучи.
На вторую главную женскую роль - Хадоськи - тоже была утверждена московская актриса Марина Яковлева. В то время она носила фамилию Ростоцкая - буквально за пару месяцев до съемок актриса вышла замуж за актера Андрея Ростоцкого. Но пока снималась в "Людях на болоте", брак распался, и актриса снова стала Яковлевой.
Две главные мужские роли Туров тоже отдал москвичам - Юрию Казючицу (Василь) и Борису Невзорову (Евхим). После съемок Туров убедил Казючица перебраться из Москвы в Минск. Аргумент был весомый - двухкомнатная квартира, о которой в Москве ему только мечтать и мечтать. Казючицу было 22 года, но он уже был женат и долго не думал.

Квартиру они с женой получили в центре, на улице Заславской. А их соседом по площадке стал Евгений Крыжановский.
2. Трудились в голливудских условиях
В один из съемочных дней Ганна с Хадоськой должны были под дождем собирать картошку. Этого дня актрисы ждали с ужасом, четко представляя, как все будет: приедет поливочная машина и им придется несколько часов подряд мокнуть под ледяными струями, съемки-то пришлись на осень-зиму.
Но Туров заботился об актерах не меньше, чем о результате их труда. В цистерну поливальной машины закачали подогретую воду, актрис завернули под одеждой в полиэтиленовые пакеты, по ходу съемок их несколько раз переодевали, высушивали в теплой избе и поили горячим чаем.
- Это что, Голливуд? - вырвалось тогда у Борзовой.
- Нет, это моя забота, - улыбнулся Туров.
Опять же из желания сделать актерам приятное часть съемок режиссер перенес в Ялту. Формальная причина для этой командировки подвернулась как нельзя удачнее (цитирую служебную записку директору киностудии, подписанную Туровым): "В связи с рано наступившей зимой (снег выпал уже в конце октября) съемочная группа "Люди на болоте" не сняла ряд объектов по осенней натуре, в частности: "Курени" (осень), "Околица", "Лес, дорога". В связи с этим съемочная группа просит вас разрешить выезд в Ялту для съемок этой натуры, в противном случае картину придется консервировать, чтобы произвести съемки весной 1981 г., что крайне нежелательно". Так съемочная группа оказалась на 25 дней в Ялте. А фильм в итоге сняли на 22 дня раньше срока.
3. Избы для съемок покупали у населения
Туров был за то, чтоб все в фильме было настоящим - деревня, одежда, обувь, еда, болото. Одежду и обувь искали по сундукам полешуков - так сказать, скупали у населения.
Елену Борзову отобрали на роль Ганны Чернушки из 22-х претенденток, среди которых были: Елена Майорова, Ирина Мазуркевич, Ольга Сычик (ныне жена известного художника Андрея Смоляка).
Натуру для деревни Курени искали, как ни странно, долго и в весьма неожиданных местах – в Латвии и на Львовщине. Объездили также Гомельщину и Витебщину. И решили в итоге построить Курени в деревне Волова Гора возле Домжериц – центр Березинского заповедника.
Дома в Куренях сняты самые что ни на есть настоящие - их тоже закупили у населения: четыре дома (по цене от 349 до 393 руб.), сарай (за 95 руб.) и две бани-сарая (по 91 руб.). Чтоб было с чем сравнить, заметим, что в то время бутылка водки стоила 3,62, а зарплата в 220 рублей считалась очень приличной. Туров, кстати, получал оклад 300 рублей в месяц.
4. Рассол выпили, полендвицу и раков съели
В кино есть такое понятие - "исходящий реквизит". Это то, что в кадре съедается, ломается, взрывается и т.д. К этому вопросу художник-постановщик картины Евгений Игнатьев подошел с максимальной заботой о съемочной группе. Читаешь список реквизита – и слюнки текут: полендвица (5 кг), огурчики свежие и соленые (по 21 кг), помидоры свежие и соленые (по 10 кг), рыба свежая (10 кг), рыба вяленая (9 кг), угорь копченый (5 кг), раки вареные (8 кг), колбаса крестьянская (8 кг), мед натуральный (15 кг), два свадебных каравая… Но самый удивительный пункт - рассол (10 л). Неужели в кадре видно, чем с утра после свадьбы Ганны и Евхима снимают головную боль гости?
- Это Женя Игнатьев явно похулиганил, - смеется режиссер Александр Ефремов, который в то время входил в съемочную группу "Людей на болоте" и снимал 10-минутный фильм о том, как Туров снимает "Люди на болоте". – У нас же как всегда было? Проси по максимуму, дадут все равно меньше. А со съедобным реквизитом вечная беда - не успеешь на стол поставить, как все уже размели. Приходится поливать еду дустом или керосином, тогда появлялся шанс, что стол уцелеет до конца съемки.
Но Туров, насколько помнят актеры, к этому зверскому методу не прибегал. Исходящий реквизит был использован по назначению, то есть съеден.
5. От эротики мурашки по телу
На кинофестивале в Карловых Варах фильм "Люди на болоте" получил приз за лучший актерский ансамбль. За наградой поехали Туров и Борзова. И встретились там с давним приятелем Турова - итальянским режиссером Десантесом, который высказал свое мнение: "Люди на болоте" - очень эротичное кино. Мы обнаженной натурой не добиваемся такого эффекта, как вы в своей социалистической драме. По одному взгляду героев друг на друга понимаешь, что там такое, от чего по коже бегут мурашки". Туров подобного не ожидал.
А вот Госкино СССР эту точку зрения разделило: когда чиновники принимали фильм, в прокатном удостоверении сделали отметку: "Запрещен к показу детям до 16 лет".
Геннадий Гарбук с легендарным романом Ивана Мележа в работе встречался трижды. Почти двадцать лет в Купаловском театре он играл Василя, в картине Турова он был уже отцом Ганны. Но сначала, в середине 60-х годов, Гарбук сыграл Василя на телевидении.
- Можно сказать, что Василь спас меня как артиста, - вспоминает Геннадий Михайлович. - С гордостью могу сказать, что до сих пор в деревнях, в небольших городках меня узнают как Василя. А тогда я только переехал в Минск из Витебска, и жизнь моя в театре складывалась очень сложно. Поговаривали о том, чтобы даже на конкурс меня выставить. И тут приглашение на роль Василя в телевизионном спектакле, который ставил режиссер Александр Гуткович. Трехсерийный телеспектакль получил Госпремию БССР, ее тогда только-только утвердили. У меня даже медаль за номером 007. После телеспектакля "Людей на болоте" решили ставить и в Купаловском театре.
- Телеспектакль, снятый больше 40 лет назад, сегодня мало кто помнит.
- Даже не знаю, сохранился он или нет в архивах телевидения. Тогда ведь видеозаписей не было. Мы играли его живьем, только отдельные сцены были сняты на кинопленку. Когда показали последнюю серию, было принято решение снять его полностью на кинопленку. Вот только где она?
- Вы играли в прямом эфире?
- Да. Играли в большой студии на Коммунистической. Перед этим репетировали около месяца. Потом играли так называемый тракт – весь спектакль без остановки. А на завтра был уже сам эфир. Так и работали.
- "Люди на болоте" до этого вы читали?
- Когда Гуткович меня утвердил, я сразу кинулся читать роман. Но, честно признаться, первый раз я прочел очень быстро и не почувствовал его. Поразила необычность языка, манера говорить, полесский говор, эти удивительные диалоги. Но когда начались репетиции, тогда понял, какая это глыба.
- Как с Мележем познакомились?
- Снимали на кинопленку сцену драки Василя с Евхимом, когда идет передел земли. Мы с Тарасовым (Виктор Тарасов – народный артист СССР. – Прим.ред.) репетировали. Вижу, появился какой-то мужчина высокого роста в светлом плаще, в берете, такой весь элегантный. Правда, заметил я, что правая рука у него заметно короче другой. В перерыве я спросил режиссера: "Кто это? Журналист какой-то?" – "Это же Мележ Иван Павлович приехал". Потом я узнал, что на войне у него было серьезное ранение, в госпитале руку ему спасли от ампутации.
- Иван Павлович был, с одной стороны, очень общительный, улыбчивый, а с другой, сдержанный, близко к себе не подпускал. Наверное, это полесский характер. Но мне нравилось в нем, что он был без мух в носу – никакого зазнайства. Все-таки получить Ленинскую премию в те годы…
Когда по телевидению прошла первая серия, мы всей бригадой пошли в кафе Дома искусств. Он смотрел ее по телевизору и потом присоединился к нам. Было видно, что он очень доволен. Телеспектакль действительно получился очень удачный. Не случайно главный режиссер нашего театра Борис Эрин решил поставить "Люди на болоте" и в театре. Мы его играли почти 20 лет и всегда с аншлагами.
- Мележ бывал на репетициях?
- Не помню такого. У него, по-моему, уже со здоровьем были проблемы. А на премьеру пришел тогдашний министр культуры Минкович. После спектакля мы остались на сцене, а министр стал что-то хвалить, но и без замечаний не обошлось. В сцене свадьбы ему не понравилось, что много пьют. И тут из ложи рядом со сценой раздается: "А народ думает иначе!" - оказалось, кто-то из зрителей остался.
На этом спектакле была традиция – своеобразное крещение в купаловцы. Ведь через массовку "Людей на болоте" проходила вся молодежь. И вот когда появлялся в театре новичок, на него в этой сцене все гости выливали из стопариков всю воду, которая изображала водку. Зрители этого не замечали, потому что лили за спину. Тот, кто оказывался мокрым, проходил крещение. Но если вдруг актеру удавалось остаться сухим, в театре он не задерживался. Такая примета.
Наш спектакль был выдвинут на Государственную премию СССР, но у нас был очень серьезный конкурент – "Мещане" БДТ в постановке Товстоногова. Он гремел на весь Советский Союз. Такому конкуренту и проиграть не стыдно. Мы сыграли свой спектакль в Москве и уехали. Борис Эрин потом рассказывал, как шло обсуждение. Тогда как раз был какой-то очередной юбилей образования Советской Белоруссии. Когда комиссия зашла в комнату обсуждения, то первым заговорил Расул Гамзатов: "Ну что, будем заниматься искусством или политикой?"
- Мележ рассказывал нам, что начался роман с небольшого рассказа о том, как девчонка любилась с парнем, а вышла за богатого. И потом всю жизнь мучилась. Вот из такого рассказа выросла трилогия. Но он же задумывал и продолжение. Прекрасно помню, как он делился планами. Он хотел проследить за своими героями до самой Великой Отечественной войны. Апейку должны были расстрелять в 37-м, а Евхим, как ни странно, должен был так воевать,   что ему присвоено звание народного артиста БССР.
- А вам не было обидно, что когда Туров начал снимать свой фильм, Василя вам было не сыграть?
- Нет. Юра Казючиц там сыграл неплохо. Но к этому фильму я отношусь очень спокойно. Почему? Менталитет не сыграешь. Великолепный актер Горобец и Боря Невзоров прекрасный. Но что в них белорусского? А ведь "Люди на болоте" -- наша история, про нас. Такое надо чувствовать, жить этим.
Это всегда было у многих наших режиссеров, есть и сейчас – все лучшие, главные роли отдавать московским актерам. Причина ясная – не верят в свои режиссерские силы, а верят в магию звезды, которая привлечет зрителя.

- Но большинство зрителей знают "Люди на болоте" именно по этому фильму. А почему Галибин, утвержденный на Василя, не стал его играть?

- Он был утвержден, приехал в Домжерицы в Березинском заповеднике, где шли основные съемки. Но у него проблема была со здоровьем с желудком, ему предлагали оперироваться. Однажды он ко мне даже подошел посоветоваться. У меня уже была такая же операция. Отговаривать я его не стал, сказал, что жизнь дороже, и если он не хочет мучиться всю жизнь, стоит сделать операцию. И он тут же уехал. Так в картине появился Юра Казючиц.

- А почему на Полесье так мало снимали, ведь роман про полешуков?

- Так Полесье к тому времени было все изуродовано мелиорацией. Зато снимали даже в Крыму, когда не успели до зимы в Беларуси отсняться. А чтобы горы в кадре не торчали, закрывали их дымом, как туманом. Зато жили шикарно – в знаменитой "Ореанде", в которую обычно носу не сунешь.
В 20-е годы в глухую деревню Курени, затерянную среди полесских болот, приходит советская власть. В деревне организуют колхоз, но кулаки не хотят отдавать свою землю беднякам. Их поддерживают банды, которые пытаются запугать жителей села. В итоге бедные крестьяне все-таки организовывают артель и начинают новую советскую жизнь.

На этом фоне развивается драматическая любовная линия - главная героиня Ганна Чернушка любит бедного Василя Дятлика, а выходит замуж за зажиточного Евхима Глушака.




























15:20 17/02/2011




Loading...


загружаются комментарии