Андрей Курейчик: Во всем виноват народ

Он сам себя обобрал, сам повысил себе цены, сам уничтожил валютный рынок, все сам… И это аксиома белорусской идеологии!

Андрей Курейчик: Во всем виноват народ

«Уважаемый Владимир Петрович!


Народ сравнивает нашу с Вами переписку с поэмой Бродского «Письма римскому другу». Народ — прав. Пишу Вам из Рима.


Не знаю, как Вы, Владимир Петрович, а я люблю иногда выбраться из нашего социалистического «райка». Просто покупаю билет и лечу куда-нибудь, где еще не был и где у меня нет абсолютно никаких дел, кроме самосовершенствования, дегустаций местной гастрономии и напитков.


Сижу на Пьяцца Мерчианти в старинном райончике Тестравере. Заказываю сначала брускетту – белый, толсто порезанный итальянский хлебушек, чуток поджаренный на огне, политый тосканским оливковым маслом, слегка смазанный чесночком, приправленный базиликом, розмарином, перчиком, а сверху заваленный «горочкой» кубиков из спелых помидоров черри… Это закусочка. На главное пожилой официант приносит огромное блюдо – прошутто с моцареллой. Прямо с огромного темно-мраморного на разрезе окорока нарезают тончайшие, как бумага, ломти ветчины, кладут горьковатые листья рукколы, а рядом – свежайший шар кисловатого сыра – буйволовой моцаррелы. Обращаю ваше внимание, Владимир Петрович, настоящая моцарелла делается исключительно из молока буйволиц, а не из того, из чего ее делает отечественный производитель. Заказываю полулитровый кувшинчик вина, и начинаю наслаждаться…


Думаю, вот оно, белорусское счастье – «чарка и шкварка». Правда, когда в «чарке» плещется «кьянти», а «шкварка» — ломтик пармской ветчины, счастье воспринимается чуток по-другому… Приходит время платить – не проблема. Достаю Visa Platinum одного из отечественных крупных банков. Официант присвистывает.


После оплаты мне приходит СМС… Смотрю, как-то многовато белорусских рублей у меня списали. Оказалось, мой банк только что ввел комиссию за снятие нашей с вами валюты за границей — не много, ни мало 30 процентов. То есть, еще утром евро стоит 4500, к вечеру — уже 6000.


Банк, конечно, поступил нехорошо. Но я его не обвиняю, банку тоже жить хочется… Но то ли эта безбожная комиссия, то ли звездное римское небо подтолкнули меня задуматься о парадоксальном – о белорусской экономике.


Девальвация фактически случилась. Если считать белорусские зарплаты в литрах подсолнечного масла, в апельсинах, в ноутбуках, в турпоездках, за несколько месяцев белорусы стали беднее почти наполовину. Бедность костлявой своей рукой постучала в каждый дом (где не успели купить валюту, конечно). Я все волнуюсь, Владимир Петрович, как отнеслись к девальвации в Оперном театре? Что же теперь можно купить на те несчастные 3-4 миллиона рублей, которые у вас там в руководстве получают? Не голодают ли министерские «пенсионеры»: Гридюшко, Рылатко (как вы понимаете, на счет Вас я волнуюсь особо), Гедройц, Мухин? Не пора ли поднять зарплаты?


Не знаю, как вы, а я никогда не доверял нашей национальной валюте. Сколько себя помню, всегда хранил свои сбережения в долларах или евро. И ни разу об этом не пожалел. Объясню почему. Вы только представьте себе, Владимир Петрович, сколько профессоров Стэндфорда, Йеля и Гарварда, сколько Нобелевских лауреатов по экономике, сколько огромных институтов, инвестбанков, конскультантов работают, допустим, на Федеральную резервную систему США? Вся финансовая интеллектуальная элита. И все равно иногда и она дает сбои! А у нас?


Неужели кто-то думал, что под руководством пусть очень хорошего человека, но со строительным образованием, и другого человека, с историческим образованием, сложнейший финансовый механизм будет работать как часы? Это, право, надо быть совсем наивным человеком… Ну не рассказывают в строительных институтах, что если при жутком счете платежного баланса вбросить в экономику кучу рублей, обязательно случится гнустность. В Гарварде рассказывают, даже в Российской высшей школе экономики, наверное, рассказывают, а в «строительном» – нет.


Ведь что произошло, Владимир Петрович: у нас экономика, как по телевизору рассказывают, экспортоориентированная. Это значит, все лучшее по цене и качеству — на экспорт, а «объедки» — то есть, все, что не нужно заграницей, низкокачественное и дорогое, -- продаем дома, на внутреннем рынке. Правда, это все равно не спасает: продаем мы мало, покупаем много.


И вот в аттракционе предвыборной щедрости государство вбрасывает в экономику прорву денег. Рублей, в смысле. Население и предприниматели, получив деньги на руки, почему-то не хотят их тратить на «объедки», то есть, на низкокачественный и очень дорогой отечественный товар. Например, как известно, недозрелые отечественные помидоры-огурцы из Жданович на порядок дороже тех же испанских и турецких. И так во всем. А народ, получив деньги, естественно, начинает покупать более качественный и дешевый импорт. Валюта полноводной рекой утекает из страны. Отрицательное сальдо увеличивается всю зиму.


А дальше выясняется, что рублей сгоряча напечатали намного больше, чем страна имеет валюты. Все бросились валюту скупать – и ее не стало. Так как у импортеров такие же проблемы с приобретением валюты, что и у населения, не стало и многих импортных товаров. В том числе и первой необходимости. Зато то, что есть, подорожало в два раза. Народ любой ценой пытается избавиться от белорусских денег. Но они уже не нужны ни Национальному банку (отказ продавать золото за рубли), ни остальным банкам (курс погашения валютных кредитов – 5000 рублей за доллар), ни Белпочте (запрет на переводы в рублях), да и вообще никому не нужны. Государство всем своим видом демонстрирует гражданам, что ему, государству, рубли не нужны. Что оно, государство, ими брезгует. Бяка – эти белорусские рубли. Люди это услышали. В результате отложенный спрос на доллары уже сейчас сложился такой, что, выброси сейчас в обменники весь золотовалютный запас, – и тот разметут за пару дней. Причем разметут и по 3800, и по 4200, и по 5000 за доллар. По любой цене разметут. Лишь бы отдать «бяку» обратно родному государству, которое добровольно ее брать не хочет.


Впервые за все время белорусской независимости белорусам полностью сорвали отпускной сезон. Хотите в Турцию? В Крым? В Петербург? В Палангу? Не получится. «Зайцы» там не нужны. А белорусские банки, как я докладывал вначале, фактически ввели запретительную комиссию на пользование карточками, номинированными в рублях, за границей. Белорусы оказались заперты в границах родного государства. А на их глазах сгорают синим пламенем их сбережения…


Так что же произошло? Ну, ошибся кто-то чуток… Не рассчитал. «Гарвардов, поди, не кончали»… Все ошибаются. И вот тут мне вспоминаются недавние слова какого-то человека о том, что перед выборами демократию такую развели, что аж тошнило… Дело вот в чем: это факт, что демократические государства — самые богатые в мире. Там самый высокий уровень благосостояния. Самые высокие зарплаты. А все потому, что там такие ошибки невозможны. Это и есть система сдержек. Вот если бы у нас была «тошнотворная демократия», то осенью, когда президент предложил бы необоснованное повышение госрасходов, парламент сказал бы «нет». Нацбанк, если бы он был независим, как во всех цивилизованных странах, – сказал бы «нет». Они бы объяснили, к чему это приведет, и катастрофы бы не было. А так у нас все госорганы как бараны – на бойню вместе, одним стадом. Конечно, от такого разгула демократии могло и стошнить, не спорю, только триллионы белорусских рублей сбережений наших граждан остались бы целы.


А так ошибка сделана, и все почти 10 миллионов человек разом обеднели. Но! В авторитарной системе есть свой плюс: миллионы обеднели, сотням тысяч сорваны отпуска, десятки тысяч не смогли купить жилье и товары из-за остановки кредитования, пенсионеры на треть уменьшили свой рацион растительного масла, фруктов, рыбы… В «тошнотворной демократии» уже бы все были отправлены в отставку. Президент, правительство, Нацбанк! А у нас? А у нас нет «тошнотворной демократии», и поэтому виноват кто? Правильно – сам народ! Он сам себя обобрал, сам повысил себе цены, сам уничтожил валютный рынок, все сам… Он, как гоголевская «унтерофицерская вдова», сам себя высек. И это аксиома белорусской идеологии! Владимир Петрович, я всегда говорил: намучается наша власть с этим народом…


В Риме для католического человека как нигде чувствуется связь с Богом. В собор Святого Петра в Ватикане я пришел перед Пасхой помянуть погибших в минском теракте, помолиться о своей несчастной стране. Я написал по-английски записку и передал священнику. Было бы наивно надеяться, что Папа Римский на пасхальной мессе вспомнит про жертв минского теракта, про белорусские проблемы, ну а вдруг…


Владимир Петрович, глядя на фрески на большом куполе собора, я понял только одно: есть что-то над нами. И всем воздастся по делам: и Вам, и мне, и всем любителям совершать «ошибки» за счет белорусского народа…»


Справка. Андрей Курейчик – драматург, театральный критик, киносценарист, по образованию — юрист. Режиссерскую стажировку проходил во МХАТе имени Чехова под руководством народного артиста СССР Олега Табакова. Один из создателей ток-шоу «Выбор» на телеканале ОНТ. Основал Международный фестиваль современного театра «Открытый формат». Сыграл роли в фильмах «Дунечка» и «Партизанская мистерия» (2003). Его пьесы неоднократно становились победителями белорусских и международных конкурсов и фестивалей. Один из самых востребованных сценаристов на постсоветском пространстве – общий сбор в прокате фильмов, созданных по его сценариям, составил 62 млн. долларов. Член Республиканского общественного совета по делам культуры и искусства при Совете министров.


Именно как член данного совета Курейчик в 2009 году и открыл серию «Писем минскому другу», написав свое первое письмо в то время первому заместителю министра культуры Владимиру Петровичу Рылатко».


Сам Курейчик тогда объяснил, почему именно Рылатко. «Потому что, если уж и есть у нашего государства «лицо» в сфере культуры и искусства, то это ни кто иной как Владимир Петрович Рылатко. Только на моем, недолгом, в общем-то, профессиональном пути он «пересидел» четырех министров культуры… А сколько их было до того? А сколько, быть может, еще будет… Рылатко — это не просто очень влиятельный первый замминистра, Рылатко — это символ, а символ, как известно, вечен. Так что это письмо — письмо к вечности или в вечность…»


Добавим, что нынче г-н Рылатко возглавляет Оперный театр, о чем и упоминает Андрей Курейчик в очередном «письме к минскому другу», которое публикуют «Белорусские новости». Сам же Андрей Курейчик, вместе с  музыкантыми, писателями и некоторыми деятелями белорусского искусства и культуры оказался в знаменитом "черном списке", о котором прекрасно знают все сотрудники госСМИ, но наличие которого опровергается на официальном уровне.


 


 


 

13:01 25/04/2011




Loading...


загружаются комментарии