Профессия – контрабандист

Многим белорусам знание того, куда спрятать десятки сигаретных блоков, придает больше уверенности в жизни, чем знания, которые они получат или уже получили в университете.

Профессия – контрабандист

Жизнь людей в белорусских приграничных городах имеет определенные преимущества. Здесь у граждан всегда есть выход, «страховка», план «Б» на случай кризиса в стране, отсутствия работы или валюты. По ту сторону границы, в Польше, они успешно конвертируют продукцию отечественных табачных фабрик в евро и доллары. У них нет времени на дежурство возле обменника, дни и ночи напролет они проводят на пограничных пунктах. О трудностях и радостях своей жизни мне рассказал Гена, контрабандист во втором поколении, который живет в Бресте, ездит на BMW. Стаж «работы» – 2 года.


Место, где можно зарабатывать, нигде не работая


Гена – мой старый приятель. Наверное, поэтому он согласился на интервью, тем более, что количество знакомых, которые выбирают этот путь, увеличивается с каждым годом.


«В Бресте работать за 1,5 миллиона просто стыдно, это место, где можно много зарабатывать, нигде не работая», – заявила одна моя подруга, студентка факультета международной экономики. Девушка пока не собирается работать по профессии, рассматривая как основной вариант приработка поездки в Польшу.


И это правда – многим людям знание того, куда спрятать десятки сигаретных блоков, придает больше уверенности в жизни, чем знания, которые они получат или уже получили в университете.


Азы профессии Гена начал постигать в восемь лет, когда ездил с отцом в «страну напротив». Тогда в ходу были спирт и сигареты. За проведенное в очередях на границе время он получал свои первые заработанные пять баксов. Через какое-то время, потеряв сон, отец сделал выбор в пользу государственной работы водителем за 800 тыс. бел. руб.


После школы Гена поступил на заочное отделение политехнического университета, работал строителем, рабочим и крупье. Но когда знакомый предложил «гонять на Польшу», то парень не смог устоять перед таким соблазном как 80–300 долларов за поездку, а поездок бывало много, в среднем 10 за неделю.


«Когда мне сказали, сколько можно зарабатывать, я не спал три ночи, там были такие деньги, которых я за месяц на стройке не зарабатывал», – рассказывает Гена. Кроме высокой оплаты парня привлек свободный график: ездить никто не заставляет, время и дни выбираешь сам. Одна поездка занимает от 8 до 24 часов, никогда не знаешь, сколько простоишь на границе. Если нужно в польские магазины – выезжать приходится ночью, чтобы успеть к их открытию, но так делают все, что создает очереди.


Минус этой деятельность – испорченные нервы: никогда не знаешь, повезет или нет. Если машину отправляют на бокс для досмотра, контрабанду, скорее всего, найдут. Если сигареты есть на себе (под штанами, куртками, кофтами), то лучше бежать в туалет и всё «сбрасывать». Были случаи, когда у людей останавливалось сердце при досмотре.


– Как твой отец отреагировал, на то, что ты начал ездить в Польшу?


– Сначала говорил, что ничего не получится, но меня на тот момент интересовала материальная сторона жизни. Я знал, что нужно сделать для того, чтобы я не нуждался в деньгах. Когда ты переехал границу и знаешь, сколько заработал, ты заходишь в магазин и тебя не интересует, какие там цены. Отец видел, что я не ленился, что мог не доспать ради поездок, и он, конечно, меня поддерживал. Но теперь я уже могу понять, почему он это бросил.


Как выяснилось, некоторые контрабандисты (из тех, кто «поднялся на Польше») даже придают своему бизнесу организованный вид: покупают несколько машин, платят водителям за поездки. А сами выполняют лишь организационные функции.


По словам Гены, часто «коллеги» сдают друг друга, бывали случаи, когда на таможенном боксе начинали искать уверенно именно в тех местах, где была контрабанда.


Мой собеседник утверждает, что и ему польские пограничники пару раз предлагали сотрудничество.


– Прятать сигареты под сиденья или в бардачке – такие вещи в Бресте не прокатывают, у нас это самое тяжелое место перевозки, нас больше всего контролируют. Если раньше таможенники опирались на свои знания в конструкции машин, то теперь используют собак и рентген. Лет шесть назад люди пихали сигареты в багажник, лишь бы он закрывался и платили. Я знаю, что такое есть и сейчас, когда на «зеленом канале» машина объезжает очередь и её везде пропускают, хотя она не на дипломатических номерах, но это уже единичные случаи.


Меняю «Корону» на «Biedronku»


Тересполь – город по ту сторону Буга – находится так близко, что его можно разглядывать в бинокль с крыши девятиэтажного дома в брестском микрорайоне Речица. Несмотря на возможность свободного передвижения, наши контрабандисты редко выезжают за пределы этого города.


– Хотел ли ты попутешествовать по Европе?


– Да, я сдаю сигареты одной полячке, и меня посетила идея прокатится по Европе, взять с собой двадцать блоков сигарет и завести в Италию. Я поделился с ней этой мыслью, а она посмотрела на меня, как на идиота. Оказалось, что по дороге в Варшаву легко могут остановить и досмотреть так же, как на границе, только штрафы выше, и еще угроза депортации. Но у нас есть такие люди, как, например, «ивановские», так они даже до Бялой Подляски дороги не знают, ездят только в Тересполь и обратно.


Как заметил Гена, печально, что всё впечатление о польской нации основано на негативном опыте общения с пограничниками, может, еще и поэтому «кататься» по Польше не возникает желания.


– Поляки, которые тоже едут через границу, не производят хорошего впечатления. Если один поляк едет, всегда оставит место за собой другому поляку. Что нам, конечно, очень не нравится.


– А у тебя находили когда-нибудь сигареты? Какие штрафы предусмотрены?


– Да, у меня находили, и не раз. Если два-три блока, можно их оставлять и ехать дальше, если 30–50, то нужно заплатить штраф. Размер зависит от того, насколько будешь выпендриваться, и еще пограничники очень любят, когда их упрашивают, но в среднем штраф составляет 50–80 злотых за блок. Если 100–150 блоков, то могут депортировать или даже забрать машину, но такими объемами я не занимался. Я возил до 30 блоков, за одну поездку мог заработать 300 долларов.


– Когда вам говорят о штрафе, вас знакомят с законодательством, вы просите предъявить документ, подтверждающий размер штрафа, или верите таможенникам на слово?


– Верим на слово, но была такая ситуация, когда парень отказался платить, попросил предъявить переводчика, они пугали, что заберут машину, но впоследствии оказалось, что штраф был в разы меньше.


После того, как у Гены нашли крупную партию сигарет, на некоторое время он прекратил поездки. В том месте автомобиля, где сигареты нашли, их прятать не рекомендуется. А создание новых мест для сигарет в автомобиле – это трудоемкий процесс в автомастерской, где переделывают внутреннюю конструкцию машины.


– А ты думаешь, чем будешь заниматься в будущем?


– Я пока не знаю. Много контрабандистов, уже в возрасте, которые давно этим занимаются, я не думаю, что они делают это от хорошей жизни. На данный момент я не знаю, где можно было бы заработать больше денег, чем катаясь в Польшу.


По неофициальным данным, этим делом в городе промышляют более тысячи человек. Не случайно именно в Бресте губернатор Константин Сумар высказывался против постановления о выезде в Польшу раз в пять дней.


Реже, но люди всё равно ездят, и не спешат искать другую работу. Возле тереспольской «Biedronki» – все машины с белорусскими номерами. Брестчане хорошо усвоили западную традицию масштабного похода в магазин раз в неделю, и то, что он находится за границей, их пугает меньше, чем цены в белорусских супермаркетах.

13:52 26/08/2011




Loading...


загружаются комментарии