День выборов. 20 часов. Площадь. Минск

Я успела поставить свою подпись против предполагаемого смертного приговора Коновалову и Ковалеву в последнюю минуту, 29 ноября.

День выборов. 20 часов. Площадь. Минск
Мне это было сделать легко. Многие мои знакомые мучились дилеммой: «виновны — невиновны». Я пришла к личному убеждению в необходимости отмены смертной казни в стране в начале 90-х. Примерно тогда же, когда приняла крещение. Я действительно считаю, что смертная казнь — это лицензия на убийство, находящаяся в руках государства. Согласно христианству, негоже отнимать людскую жизнь, дарованную не тобой. Безотносительно к тому, в чем виновен даже самый отъявленный преступник.
 
30 ноября, в день вынесения резонансного приговора, в мире отмечался День борьбы против смертной казни. Любят в Беларуси нарочитый символизм. А вот Папа Римский отметил этот день речью о дикости и средневековости смертной казни, как кары. Так неужели в нашей стране большинство составляют не христиане? По социологическим опросам получается не так. А по данным белорусских телеканалов — так, (впрочем, и многие атеисты — против приговора).
 
Всю последнюю неделю накануне вынесения вердикта и после него нам «промывали» мозги. Нам показывали вереницы людей, говоривших: «Расстрелять!» Были и те, кто предлагал куда более варварские способы умерщвления. А еще нам крутили в прайм-тайм натуралистические кадры после взрыва. Нас «купали» в людской крови, не боясь нанести психическую травму старикам и детям.
 
Нужно было, чтобы общество одобрило показательный процесс над предполагаемыми преступниками и жесткость приговора. Раз уж не может одобрить катастрофическую экономическую политику этого года, вывернувшего нам карманы. Что ж, конечно: когда не хватает хлеба, его заменяют зрелищем.
 
Кстати, по правилам публичной пропаганды, основанной на манипуляции массовым сознанием, на телеэкран попадает всегда усеченный опрос. Фильтруются ответы, не совпадающие с заказанной точкой зрения. По канону полагается показать одного несогласного, как правило, неряшливого, несимпатичного… Если нам не показали даже такого, значит, несогласных с официальной версией было слишком много. Компенсировать это можно было только изображением 100-процентного «одобрямс».
 
Мне в эти дни довелось многократно услышать нефильтрованный «глас народа» и на остановках общественного транспорта, и на Комаровском рынке Минска. Так вот, уверяю вас, публично и без стеснения излагаемое общественное мнение с официальным вердиктом не совпадает. Высказываются всякие домыслы: и что взрывы организованы ФСБ; и что Коновалова и Ковалева били и даже пытали, чтобы они взяли на себя чужую вину… И много другого, всякого разного. Люди горячо обсуждают логические нестыковки в доказательной базе следствия и решение срочно уничтожить часть вещдоков.
 
А знаете, о чем это говорит? О том, что большинство больше не верит власти. Не верит олицетворяющему власть суду. И если власть скажет «стрижено», то это новое большинство с удовольствием скажет «брито»!
 
И это новое большинство будет демонстрировать в отношении белорусской власти новую «селективную невнимательность». Если раньше доминирующие в обществе стереотипы позволяли большинству воспринимать все действия власти исключительно позитивно, отбрасывая все, что в схему не вписывалось, то сейчас будет с точностью до наоборот. Каждое лыко будет в строку. А все доброе не будет замечаться этим новым большинством. По счастью власти, лидера, чтобы возглавить это новое большинство, пока нет.
 
Кстати, о лидерах. Самое время появиться им в ходе предстоящей избирательной кампании будущего года по выборам в парламент.
 
На прошлой неделе партия БНФ начала диалог с народом. Замечу, долгожданный. Начала первой, обратившись по почте к тем, кто подписался за партийного кандидата на президентские выборы. Поскольку я подписалась за большинство альтернативных кандидатов, письмо получила и я.
 
Маленькое замечание: ответ предложено направить по адресу, которого не существует. Ибо в указанном доме нет такой квартиры. Я знаю свой бывший округ очень хорошо. Надо быть точнее, чтобы не смазать впечатления от акции.
 
А спрашивает партия БНФ, как ей быть — участвовать или не участвовать в выборах? И если участвовать/не участвовать, то в каких пределах?
 
На мой взгляд, есть одно атрибутивное условие для партийного участия. Власть обязана освободить всех политзаключенных, включая Автуховича. И не чинить препятствий освобожденным к их участию в выборах, буде они того пожелают.
 
Сразу после событий 19 декабря прошлого года я уже писала, что единственным предметом очного или заочного диалога с властью для оппозиции может быть только один вопрос: на каких условиях оппозиция согласится участвовать в следующих парламентских выборах? Ибо понятно, что сегодня любое организованное участие оппозиционных структур в выборах будет способом легитимации власти. После событий 19 декабря никаких иллюзий о возможности изменения характера власти парламентским путем ни у кого не осталось.
 
Тогда что же остается? Бойкот? Для бойкота оппозиция должна быть сильной и влиятельной. Этого нет. Даже в 2000-м году, когда я совершала свой марш-бросок по возвращению в парламент, сил оппозиции хватило для реального бойкота только на 4-х округах Минска. Там эти усилия дали результат. Парадоксально, но бойкот упрочил позиции исключительно провластных кандидатов, забрав голоса у демократически ориентированных претендентов. Не хочется верить, что организаторы бойкота ставили перед собой именно эту задачу (хотя в наших пенатах всякое бывает).
 
Если базовое условие по участию партий в выборах выполнено не будет, можно приостанавливать партийное членство на период участия в выборах и сделать акт участия ценностно-просветительским.
 
Никто не может запретить зарегистрированному кандидату давать оценку самому процессу выборов в стране, его прозрачности, справедливости, соответствию реальному выбору граждан (правда, такой подход снизит явку).
 
Никто не может запретить техничному (и «техническому», не рассчитывающему на победу) кандидату проверить свое влияние демобилизацией провластных сторонников и мобилизацией оппонентов власти. Для этого часть агитации можно посвятить критике досрочного голосования и его смысла и призыву к гражданам голосовать только в день выборов и после 19-ти часов. Чтобы можно было визуально ознакомиться с реальной явкой на этом участке соседей. А проголосовав, сообщить о впечатлении от количества расписавшихся за бюллетени по указанному телефону в штаб кандидата. Запрета на фото тоже нет.
 
На досрочном голосовании должны постоянно дежурить минимум 2 наблюдателя, чтобы удостоверить в протоколах количество подсчитанных явившихся избирателей подписями друг друга. На каждом участке страны. Как и в день основного голосования.
 
Чтобы превратить выборы в чисто протестную акцию, можно заранее, до объявления выборов публично объяснить людям, что бюллетень стоит вообще жирно перечеркнуть, сделав его недействительным. Так ваш голос уже не используют. Такой бюллетень в чужую стопку не попадет.
 
Подумайте, а хватит ли на все это ресурсов и сил? При том, что результат известен заранее. И если цель — убедить большинство, что оно не является меньшинством, — то вперед! О времени и месте сбора предупреждать не надо. День выборов, 20 часов, Площадь, Минск.
12:03 05/12/2011




Loading...


загружаются комментарии