Очередной милицейский беспредел

На этот раз местом развлечений "людей в штатском" стал Партизанский район Минска, а объектом для охоты были избраны подростки Тракторного поселка.

Очередной милицейский беспредел
«В Минске на Тракторном поселке «люди в штатском» гребли и избивали всех подряд несовершеннолетних. Причина — типа назначена драка местных с кадетским корпусом, где учатся детки «троноохраняющих». Задержанным звонить родителям не разрешили, телефоны отобрали, а когда каким-то образом оповещенные родители прибыли в РУВД и потребовали освободить детей, был вызван ОМОН, который оцепил здание от возмущенных родителей. С нарушением закона у подростков взяли отпечатки пальцев и допросили без присутствия родителей. Одну девочку и мальчика-астматика сильно избили. Некоторые родители подали заявления в прокуратуру. Сейчас идет травля! Родителям, чьи дети пострадали, предлагают забрать заявы и угрожают поставить деток на учет…»
 
Такой слух барражирует по Партизанскому району столицы. Интернет-газета Naviny.by попыталась узнать, откуда у него ноги растут, и выяснила, что нет дыма без огня.
 
После ряда журналистских поисковых мероприятий корреспонденту удалось найти непосредственных участников событий, которые, как оказалось, произошли вечером 17 ноября, однако до сих пор родители находятся в неведении о причинах задержания и проведении серии милицейских процедур в отношении их детей.
 
«Моего сына похитила милиция! — рассказывает мать 16-летнего подростка Юлия Владимировна. — Я к произошедшему именно так отношусь и говорила это же прокурору района».
 
Больше двух недель прошло с того вечера, но женщина до сих пор не может успокоиться.
 
«Мой сын Павел, — продолжает она, — вышел из квартиры в 19.35 и отправился на тренировку. В 21.10 он позвонил с мобильного телефона на домашний, сообщил, что находится в Партизанском РУВД и сказал: «Мама, приходи через час». Я тут же собралась и пошла. Возле здания РУВД уже находилось около тридцати родителей задержанных детей. Потом мы выяснили, что был задержан 31 ребенок в возрасте от 14 до 17 лет. В основном мальчики, но были и две девочки — Вероника и Оля.
 
В РУВД мы попросили дежурного офицера дать нам информацию, на каком основании задержаны дети. И услышали в ответ: мол, стойте и ждите, вам все потом объяснят. Мы требовали вернуть детей, нас к ним не пускали и даже пригрозили, что силой выдворят из здания. Потом к нам вышел человек, который представился подполковником Харитоненко и сказал: «Уважаемые родители, сейчас мы будем приглашать вас по одному, чтобы ваших детей опрашивать в вашем присутствии и дактилоскопировать». Я тут же перезвонила сыну, спросила: вас уже дактилоскопировали? «Да», — ответил он. Выяснилось, что с детей не только сняли отпечатки пальцев, но и сфотографировали. На каком основании эти процедуры были проведены в отношении несовершеннолетних, нам никто не ответил».
 
Как происходило задержание несовершеннолетних и что происходило в здании Партизанского РУВД рассказали  сами подростки.
 
Павел, 16 лет: «Я вышел из подъезда, на лавочке сидели знакомые ребята, не успел с ними поговорить и трех минут, как к нам подошли двое мужчин и сказали, что они из милиции, и мы должны с ними проследовать в РУВД. Они были без формы, и я потребовал показать удостоверение. Один из них достал документ и показал мне. Нас всех пятерых привели в милицию, посадили в большом зале, начали всех переписывать, а потом по одному вызывать. В зал ребят приводили группами по пять-десять человек. Меня хотели сперва допросить: завели в какой-то кабинет, где было двое мужчин в гражданской одежде. Один из них удивился, что у них на меня ничего нет: на учете не состою, в базе данных никакой информации. Он сказал, что ничего, найдем повод… Никаких бумаг не оформляли, мне сказали, что я знаю о чем речь идет. А потом меня выкинули из кабинета и сказали идти отпечатки пальцев сдавать. Сняли отпечатки, сфотографировали спереди, слева и справа, разрешили помыть руки, потом отправили в зал и больше не трогали».
 
Вероника, 14 лет: «В райотделе меня не дактилоскопировали и не фотографировали. Меня спрашивали, что я делала в среду 16 ноября. Рассказала, чем я занималась, а мне сказали, что вру и, видимо, хочу проблем. Этот человек какой-то странный был. Мне показалось, что он провоцирует меня на то, чтобы я его ударила. Он попросил показать, как я бью кулаком. Сказал, показывай, а то твоим друзьям что-нибудь припишем. Я показала, а он перехватил мою руку, и мой кулак ударился в стену. Милиционер задавал какие-то глупые вопросы, мол, представь ситуацию: ты идешь поздно вечером, а тебя хотят изнасиловать, что будешь делать? Убегу, говорю. А если будешь на каблуках? Все равно убегу, отвечаю. Затем я развернулась и пошла и тут почувствовала удар в спину. Мне пригрозили, что если я кому-нибудь скажу, то моим близким будет плохо. Мне сказали сделать вид, что все нормально и сидеть тихо. В тот вечер я маме ничего об этом не говорила, мне было страшно…»
 
Дима, 16 лет: «Я с Павлом и другими ребятами был в одной группе задержанных. Со мной случилось то же, что и с ними. Когда сидели в актовом зале РУВД, ко мне прицепился неизвестный мне сотрудник. «Это что у тебя?» — зло он у меня спросил, схватившись за мой шарф. Шарф, говорю. Не знаю, что его так взбесило, но мне показалось, он готов был меня задушить. Там же в зале у всех спросили, кто футбольный фанат? Руку никто не поднял. Тогда спросили, кто за какой клуб болеет? Некоторые ребята руки подняли: кто за «Динамо» болеет, кто еще за кого… Как я понял, в деле Павла записали, что он футбольный фанат. Начали нас отпускать почти всех одновременно, в двенадцатом часу вечера. Отдавали родителям под расписку».
 
В РУВД кто-то из милицейских чиновников пытался объяснить родителям причину задержания их несовершеннолетних детей: якобы все подростки были задержаны одной толпой возле входа в кадетский корпус. Это учебное заведение было не так давно открыто на территории района. Вроде намечалась некая драка кадетов с местными.
 
«Мы выяснили, что здесь нет правды, — говорит Юлия Владимировна. — Милиционеры сами путались… Драка якобы была в восемь часов вечера, а детей забирали с полвосьмого. И забирали не всей кучей. Моего сына и его друзей задержали возле подъезда нашего дома. Одного мальчика мама послала в магазин за молоком, а его там выдернули прямо из очереди. Детей забирали возле ДК МТЗ и с берега водоема, а эти места находятся в разных концах нашего поселка. Двое мальчиков были жителями Ленинского района, они приехали к знакомым девочкам, их схватили, а девочек отпустили. Кстати, в РУВД находилась представитель управления образования Партизанского района. Она вышла к нам и заявила: «Родители, нужно знать, где ваши дети находятся!». Странная позиция… И еще эта дама нам сообщила, что намечалась драка, и две девочки избили двух кадетов. Когда мы с сыном вернулись домой, я набрала телефон «горячей линии» ГУВД Мингорисполкома и оставила сообщение об этом безобразии. До сих пор (на 5 декабря. — ред.) нет никакой реакции».
 
В пятницу, 18 ноября, группа родителей, отвоевывавших своих детей в Партизанском РУВД, направилась в районную прокуратуру.
 
«Нас принял лично прокурор Григорий Мишнев, — рассказывает Юлия Владимировна. — По его предложению мы написали заявление с жалобой на действия сотрудников РУВД. Встреча с прокурором нас, можно сказать, воодушевила. Однако затем нас, что называется, опустили на землю. Родителей с детьми по очереди вызывают в прокуратуру для проведения опроса по нашему заявлению. И вот одна чиновница этого учреждения заявила, что мы должны быть готовы к тому, что «в любой момент к вашим детям могут подойти на улице и попросить пройти в РУВД». Нас что уже всех в преступники записали?»
 
А в ответ — тишина
 
Выслушав одну сторону этого конфликта, журналисты предприняли попытку узнать позицию другой стороны.
 
Корреспондент обратился за разъяснениями к пресс-офицеру Партизанского РУВД Анне Чиж-Литаш. Изложенная словами родителей и подростков история о событиях вечера 17 ноября, мягко говоря, милицию не красит. Закономерно у журналиста появились вопросы, касающиеся законности как задержания несовершеннолетних, неких опросов-допросов, дактилоскопирования и фотографирования для милицейских баз данных. Известно, что наши стражи порядка периодически проводят всякие спецмероприятия, как например, недавнее в Крупках, вызвавшее резко отрицательную реакцию местной общественности к действиям милиции.
 
Казалось бы, это так просто: встретиться с журналистом, объяснить, рассказать что-нибудь о неблагоприятной криминогенной ситуации и по каждому пункту «обвинения», если оно покажется голословным, ответить буквой Закона. Увы…
 
Молчание представителей власти стало традиционной благоприятной средой для рождения всевозможных слухов. Да, ОМОН Партизанское РУВД не окружал и боевые действия против матерей не вел. Женщины о таком моменте ничего не говорили. Но не нашлось в этом подразделении человека, способного «убить» конфликт в зародыше, снять напряжение, чтобы не оставлять испуганных людей в неведении. И желающих побеседовать с журналистом, чтобы рассказать о природе конфликта также не нашлось. «Мы воздерживаемся от комментариев», — ответили в РУВД.
 
Прокуратура свое слово может сказать только по завершении проверки заявления родителей подростков, которые после столь близкого знакомства с методами отечественной милиции, наверное, сделают свои выводы. Если люди бояться называть свои фамилии, то о чем это говорит?
 
Журналисты намерены следить за развитием событий этой странной истории, поскольку что-то осталось недосказанным из-за невозможности выяснить все подробности произошедшего…
17:58 05/12/2011




Loading...


загружаются комментарии