Катынский список

Белорусский народ не виноват в сталинских преступлениях.

Катынский список
В начале октября 2011 г. Европейский суд по правам человека в Страсбурге приступил к рассмотрению исков, поступивших от семей жертв катынского преступления. Еще четыре года назад в эту судебную инстанцию поступили иски от граждан Польши Ежи Яновца и Антония Трыбовского, сына и внука польских офицеров, попавших в плен к Красной армии в сентябре 1939 г. и расстрелянных в Харькове весной 1940-го. Чуть позже в Страсбург были отправлены иски Витомилы Волк-Езерской,дочери убитого в Катыни офицера артиллерии Войска Польского, а также Рышарда Адамчика, сына коменданта государственной полиции в Сарнаках, расстрелянного в Медном под Тверью, и еще 11 родственников жертв сталинских преступлений.

Эти люди требуют признания российскими властями своих родственников жертвами сталинских репрессий, а также предоставление всех следственных материалов, которые удалось собрать советским, а затем и российским следователям, занимавшимся катынским делом в 1990-2004 гг.

По мнению российской стороны, Европейский суд по правам человека не правомочен рассматривать жалобы «катынских» семей в связи с тем, что события в Катыни произошли более 70 лет назад, т.е. до момента подписания Россией Европейской конвенции прав человека в 1998 году. Стоит отметить, что российские чиновники, характеризуя уничтожение польских военнопленных в 1940 г. на территории СССР, чаще всего используют термин «катынские события» вместо общепринятого — «катынский расстрел».

Однако жалобы польских граждан касаются не столько преступления в Катыни, сколько следственных действий, которые проводила российская прокуратура. А там действительно много вопросов. Напомню, еще в 2006 г. российские следователи сделали заключение, что ввиду того, что в личных делах репрессированных польских граждан нет указаний на то, что они были расстреляны по политическим мотивам, нет оснований для того, чтобы считать катынский расстрел частью сталинских репрессий. За год до этого заключения российская военная прокуратура подчеркнула, что катынские расстрелы не были актом геноцида.

Польская сторона, в свою очередь, считает, что целью преступления было истребление польской этнической группы, а катынский расстрел (и вместе с ним вся цепочка уничтожения польских граждан в Харькове, Киеве, Медном, Минске и других местах) — преступление, совершенное в нарушение Женевской конвенции об обращении с военнопленными, а также уголовных кодексов Польши и России. Такая формулировка соответствует критериям преступления против человечности и военного преступления.

Справедливости ради, стоит отметить, что в ноябре 2010 г. Государственная Дума России приняла заявление, отметив, в частности, что «опубликованные материалы, многие годы хранившиеся в секретных архивах, не только раскрывают масштабы катынской трагедии, но и свидетельствуют, что это преступление было совершено по прямому указанию Сталина и других советских руководителей». Но кроме политических заявлений польская сторона с нетерпением ждет документов, которые удалось собрать российской прокуратуре во время следствия.

«Катынский лабиринт» не заканчивается в сфере политики. Неоднозначно катынскую трагедию воспринимают и в российском обществе. Как сообщает польская газета «Жечпосполита», в результате проведенного в прошлом году социологического исследования удалось установить, что всего 19% опрошенных российских граждан винят в катынских расстрелах советские власти. В свою очередь, 28% респондентов исполнителями этого преступления назвали нацистов, и, наконец, 53% вообще не знают, кто виноват в уничтожении 22 тыс. граждан Второй Речи Посполитой на территории СССР в 1940 году.

В российской прессе то и дело появляются материалы, которые ставят под сомнение сам факт того, что в Катыни расстреливало НКВД, или же оправдывают катынское преступление тем, что оно было якобы местью Сталина за военнопленных красноармейцев, оказавшихся в руках поляков после советско-польской войны 1920 года. Так, в «Комсомольской правде» в 2011 г. появилось несколько обширных публикаций по катынской тематике. В одной из них Николай Добрюха называет «катынский расстрел» возмездием Сталина за гибель красноармейцев в польских лагерях. Автор, в частности, приводит документальную справку о том, что 8 октября 1939 г. нарком внутренних дел Л.Берия дал указание: ни при каких условиях не освобождать пленных польских генералов, офицеров и всех лиц, состоявших на полицейской и жандармской службе, до тех пор, пока следствие не установит: имели ли они причастность к издевательствам и уничтожению (в 1919-1922 гг.) военнопленных красноармейцев и советских граждан еврейского происхождения (в том числе на территории Украины и Белоруссии).

Гибель солдат Красной армии в польском плену — бесспорный факт, но неверно считать, что все те польские военнослужащие и полицейские, которые оказались в руках советских властей в сентябре 1939 г. или были планомерно уничтожены, были виноваты в той трагедии. Многие из тех людей участвовали в советско-польской войне 1920 г., бились в полках легкой кавалерии с солдатами Тухачевского и конниками Буденного. Но это отнюдь не означает, что каждый из тех, кто тогда сражался за независимость своей страны, стал затем военным жандармом или надзирателем в Тухоли или в Стшалкове. Тем более что многие из тех, кто в ходе сентябрьской кампании оказались в советском плену, были отнюдь не кадровыми военными. До начала войны у них были мирные профессии адвокатов, учителей, банковских служащих. И только всеобщая мобилизация, вызванная угрозой немецкого военного вторжения в пределы их страны, заставила этих людей вспомнить о своем военном прошлом. Кстати, среди польских пленных было и много молодых людей, которые просто по возрасту не могли быть в администрации польских лагерей для пленных красноармейцев. Наконец, среди польских граждан, уничтоженных НКВД, было большое количество гражданских лиц, арестованных в ходе процесса «советизации» Западной Белоруссии и Западной Украины.

Безусловно, советские лидеры затаили злобу на поляков за 1920 год. Но скорее не за гибель от болезней и голода тысяч пленных красноармейцев, а за то, что тогда поляки не пустили «большевицкую заразу» в Европу и тем самим не дали осуществить идею мировой революции. И за это через два десятка лет Сталин отомстил польскому государству, уничтожив 22 тысячи его граждан в Катыни, Медном, Харькове, Киеве и Минске.

Историк Юрий Жуков на страницах всё той же «Комсомолки» повторяет тезис о том, что уничтожались якобы «не офицеры и генералы польской армии, а тюремщики, запятнавшие себя уничтожением пленных красноармейцев в 1920-1921 гг., измывавшиеся над коммунистами, находившимися в концлагере Береза-Картузская, жандармы, подавлявшие волнения крестьян-белорусов и украинцев, и так называемые «осадники» — бывшие легионеры, ставшие колонизаторами на белорусских и украинских землях». Более того, российский историк повторяет старую советскую «идею» о том, что в Катыни расстреливали... немцы. Напомню, данные статьи появились в одной из самых популярных российских газет, а значит, с ними смогло познакомиться большое количество читателей.

Спустя несколько месяцев известный российский специалист по катынской тематике Наталья Лебедева опубликовала материал, в котором аргументировано оспорила доводы Жукова.

Аспекты истории «освободительного похода Красной армии в Западную Белоруссию и Западную Украину» и особенно катынская тематика очень актуальны для современной Белоруссии. В течение 2011 г. ко мне обратилось несколько десятков граждан нашей республики, а также соседней Польши, чьи родственники жили до 1939 г. в западнобелорусских воеводствах Второй Речи Посполитой и после 17 сентября 1939 г. стали жертвами сталинских репрессий на территории БССР. Их фамилии, скорее всего, были среди тех почти 4 тыс. польских военнослужащих, полицейских и гражданских лиц, которые попали в плен к Красной армии или были арестованы НКВД на территории Западной Белоруссии и весной 1940 г. были расстреляны в минских тюрьмах. Но если в случае с польскими гражданами, убитыми в Катыни, Медном, Харькове, есть хоть какая-то ясность и там имеются памятные знаки и мемориалы, то в Белоруссии до сих пор по этой проблеме остается очень много вопросов.

Ранее в своих публикациях я уже отмечал, что белорусский катынский список, вероятно, не стоит искать в Минске. Он был скорее всего уничтожен во время эвакуации НКВД из Минска. Но у нас могут быть другие документы и материалы, связанные с репрессиями против польских граждан на территории БССР в 1939-1941 гг. К сожалению, архивы белорусских спецслужб до сих пор закрыты. Но если бы к ним был открыт доступ, это бы во всех смыслах позитивно повлияло на внешнее восприятие Белоруссии. Кроме улучшения двусторонних польско-белорусских отношений, можно было бы ожидать и потепления в отношениях с Евросоюзом. Но самое главное — белорусы бы избавились от одного из «белых пятен» в своей национальной истории.

Кроме архивов важная задача — увековечить память польских граждан, расстрелянных НКВД в Минске в 1940 году. Этот шаг важен еще и потому, что многие из тех, кто тогда принял страшную смерть от сталинских палачей, были либо белорусами по национальности, либо уроженцами Западной Белоруссии. Да и судьба поляков, для которых наша белорусская земля стала родной, тоже заслуживает уважительного к себе отношения.

Белорусский народ не виноват в сталинских преступлениях. Но в наших силах увековечить память о жертвах сталинизма и дать возможность членам «катынских семей» узнать правду о гибели своих близких. Сегодня только умалишенный ставит под сомнение территориальную целостность Белоруссии. Западная Белоруссия — это неотъемлемая часть нашей страны. Но при этом в наших с вами силах дать возможность соседям-полякам почтить память их соотечественников, погибших на нашей земле. К тому же правда о катынских преступлениях на территории БССР поможет наконец нашим славянским народам выйти из этого исторического «лабиринта».
17:59 22/02/2012




Loading...


загружаются комментарии