"В немецком Регенсбурге нет ледового дворца, зато есть две клиники, где делают операции на сердце" 3

Владимир Дамель, перенесший операцию на сердце, сравнивает условия в белорусских и немецких клиниках.

Слуцкая газета «Инфо-Курьер» опубликовала статью «Сердце под скальпелем». Ее автор - Владимир Дамель, перенесший операцию на сердце. Он не только делится с читателями своим опытом, но и описывает состояние отечественной кардиохирургии. А также объясняет, чем полезен для нас опыт немецкой медицины, с которой он тоже столкнулся. Предлагаем превод статьи с белорусского без сокращений.
 
 В белорусских СМИ состояние помощи больным людям в современной кардиологии нашей страны озвучивают победными репортажами, что производит впечатление, что кардиология в Беларуси самая передовая в мире. В стране, конечно, есть грамотные, высококвалифицированные специалисты. В областных центрах даже стали открываться специальные отделения кардиохирургии, где ставят современное оборудование. Однако не везде, где такое оборудование стоит, есть высококвалифицированные хирурги и другие специалисты. Об этом мне рассказали те больные из Могилева, Бреста, Минской и Витебской областей, которые были направлены на срочную операцию на сердце в республиканский научно-практический центр «Кардиология».
 
Этот центр - единственный в стране. Очередь там на три года, а счастье улыбнется лишь тому, кто имеет возможность пробиться через эту очередь "без очереди". Многие не доживают до "помощи" и умирают.
  
Исповедь районного врача
 
 Один из врачей Солигорской ЦРБ рассказал: "Сегодня попасть к кардиологу сложно. Такой специалист имеется не в каждой районной больнице. Поэтому за все отвечает терапевт. Болит в груди при ходьбе, высокое кровяное давление - это стенокардия. Лекарства - таблетки.
 
 На улице можно видеть, когда человек пожилого возраста приостанавливается, отдохнет и неторопливо идет дальше. Этот человек имеет сердечно-сосудистые заболевания. Чаще всего - это в коронарных сосудах сердца нет нормального тока крови, сосуды закупорились.
 
Сердце старается прокачивать кровь, кровь по сосудам не проходит, наступает разрушение - разрываются клапаны, аорта. Тогда результат один: духовой оркестр и ногами вперед на кладбище.
 
Эффективным лечением является коронарография. В результате обследования можно принять правильное решение. Но в районных больницах нет такого оборудования, значит, нет и специалистов. Направления в кардиоотделения области получить сложно".
 
По информации статистического отдела при Солигорском райисполкоме, в 2012 году в районе за январь-июль умерло 876 человек. В прошлом году за это же время - 908 человек. Как сказали в Солигорской больнице, у более половины умерших причина смерти - плохие сосуды и сердце. Многих можно было спасти, но в райбольнице такой возможности нет.
 
При последнем посещении Солигорска министр здравоохранения признал, что в Солигорске необходимо развивать кардиологию и установить оборудование по коронарографии. Но для этого нужны деньги, и большие, которых у Минздрава нет. Нужны и специалисты. И их тоже нет.
 
Сквозь очередь "без очереди"
 
После того, как меня дважды на улицах подбирала скорая помощь, я не сомневался, что нужно пробиваться в столичную кардиологию сквозь очередь «без очереди». Человек, который помог это сделать, нашелся. Через него получил направление на коронарное обследование в минскую клинику.
 
Я надеялся, что в этой больнице мне поставят необходимые «стэны» - маленькие приспособления, расширяющие в заросшем месте сосуд. Об этом чуде современной медицины я был наслышан, с некоторыми такими людьми встречался. Они мне говорили, что после операции чувствуют себя молодыми. Усстановка «стэна» безболезненна, человек в больнице находится всего два-три дня.
 
 Но мои надежды не сбылись. Для такой операции я опоздал, в двух местах аорта заросла. Чтобы открыть проток для крови, нужно было ее специальным буром "расчистить" под постановку «стэна». Поскольку сердце качало, а кровь не проходила, разрушился клапан.
 
При бурении случилось неожиданное: бур вошел в отложенный твердый кальцит и оторвался. Вынуть его никак не смогли. Был перекрыт тот маленький проток, что еще существовал до этого. Наутро у меня случился инфаркт.
 
 Не было бы счастья, да несчастье помогло. Через три месяца после инфаркта мне была предложена операция на сердце без очереди в РНПЦ «Кардиология», чтобы я «не поднимал шума» в Минздраве, ведь моему здоровью врачи нанесли большой ущерб. Я согласился. Однако операция на открытом сердце - это совсем не то, что поставить «стэн».
 
Взгляд за бугор
 
Я носил в сердце оставленный кусок бура и ежеминутно опасался, как бы инфаркт не повторился. А еще беспокоил страх будущей операции. Знакомый, которого в 2003 году оперировали в Германии, заверил, что в немецкой клинике достанут бур и поставят «стэн».
 
У знакомого хорошие отношения и сегодня с Андресом Люшнером, профессором, доктором медицины. Это надежда меня ободрила. Можно заплатить деньги, лишь бы не делать операцию.
 
В Беларуси надеяться уже было не на что. Обследовав меня, приговор белорусских медиков был коротким: ничего поправить без операции невозможно, слишком поздно. И я улетел в Германию.
 
В немецком городе Регенсбург - 120 тысяч жителей. Там нет Ледового дворца, зато есть две клиники, в которых делают операции на сердце.
 
Среди младшего медперсонала мало женщин. Санитарами тоже работают молодые мужчины. В коридоре нет привычной толпы людей на прием к врачу.
 
Перед тем, как меня принял профессор, сделали кардиограмму, измерили давление.
 
До встречи с врачом прошло около 15 минут. Результатом визита стал его вывод о правоте белорусских кардиологов: без операции никак не обойтись.
 
На мой вопрос, долго ли люди ждут операции, есть ли очередь, доктор ответил: «Людям приходится ждать пять-семь дней. Каждый человек до пятидесяти лет проходит коронарографию. Это резко снизило количество людей, которым нужна операция на открытом сердце. Когда я начинал практику, люди ждали своей очереди несколько месяцев»...
  
Операцию я все же решил делать дома, в Беларуси. Поэтому из Германии вернулся 28 мая, а 1 июня лег в РНПЦ «Кардиология».
 
Милый мой доктор
 
В любой больнице, каждый пациент имеет своего любимого доктора: «Вот этот, самый лучший хирург!» Но я не знал никого из хирургов, поэтому не просился: кто будет оперировать - тому и большое спасибо.
 
Меня оперировал Юрий Михайлович Чеснов, доктор медицинских наук. Перед операцией я попросил его, чтобы сделали несколько фотографий моего сердца. Увидел их, когда поднялся и стал ходить. Мне ничего больше не осталось, как поцеловать руки Юрия Михайловича. Искреннее спасибо ему и всему медицинскому персоналу. Сегодня я спокойно иду по улице и радуюсь тому, что могу идти и у меня ничего не болит.
 
Стоимость операции
 
Операция стоит дорого. Клапан для сердца и аорта - по 1000 долларов, укол нового антибиотика - 500 долларов. А добавить сюда расходные материалы - те же нитки, которыми сшивают, изготовлены в Америке. Получается стоимость операции не в одну тысячу долларов.
 
Деньги из госбюджета, поэтому их всегда не хватает. Часто бывает, что операции откладываются на неопределенный срок, пока не будут куплены необходимые материалы.
  
Так по причине отсутствия аорты после двухнедельной подготовки к операции домой, в Брест был отправлен спортсмен, охранник предприятия «Санта Бремор».
 
Часто бывает, что пациенты покупают за свои деньги необходимые материалы: клапаны в сердце, катетер в Голландии, Франции.
 
Однажды пришлось быть свидетелем разговора хирурга по мобильному телефону. Взволнованный доктор говорил: «Из областной больницы в Боровлянах на операционном столе лежит мужчина, нет аорты. - Долго слушал ответ, а потом сказал: - Еще молодой, всего пятьдесят восемь лет».
 
Второго пациента, Петра Гаврикова, тридцати восьми лет, привезли из Бобруйска, прямо с работы. Ему повезло, успели.
 
 В результате операции заменили разорванный клапан, а на место разрушенной аорты «склепали» протез. Так второй раз родившемуся Гаврикову сказал хирург, который делал операцию и «клепал» протез аорты.
 
Исповедь районного врача. Продолжение
 
«Ни одна золотая медаль спортсмена с олимпиады не стоит человеческой жизни. Те деньги в медицину б ...


Если бы в стране была бы налажена, как в Европе, кардиология, то сердечно-сосудистые заболевания решались бы на первой стадии. За деньги, которые сейчас тратятся на одну операцию, можно было вылечить 15-20 больных. Все они остались бы работоспособными.
 
Пока же после операции, как правило, получают инвалидность. Как можно скорее нужно осваивать коронаграфию, чтобы люди до пятидесяти лет были все обследованы, как сейчас обследуются в рентгенкабинете».
 
Разговор с хирургом
 
После операции я попросил Александра Павловича Шкета, заведующего вторым хирургическим отделением, ответить на вопросы.
 
- Как выглядит белорусский кардиология по сравнению с европейской?
 
- По количеству центров (каждый областной город) есть возможность обеспечить жителей страны качественной, своевременной помощью. Но необходима подготовка специалистов и материальное обеспечение медучреждений. Со временем, возможно, и это будет.
 
- Что скажете о специалистах, которые возглавляют операции в республиканском центре?
 
 - Считаю, что ведущие хирурги работают на европейском уровне. Я и другие специалисты часто бываем в клиниках Европы, поэтому есть возможность сравнить мастерство хирургов. Наш центр занимает достойное место среди европейских. За год проводим на открытом сердце более одной тысячи операций, а всех - уже 3,5-4 тысячи.
 
 Однако очередь, в которой не доживают до операции, говорит о том, что одного такого центра «Кардиология» на страну катастрофически мало.
 
Личное
 
У некоторых людей, специалистов могут быть другие взгляды. Но то, что в кардиологии сегодня большие проблемы, сомнений нет.
15:13 16/10/2012




Loading...
ссылки по теме
Лукашенко - не авторитет: белорусы предпочитают картошку с мясом на ночь
На территории крупных больниц Минщины появятся площадки для вертолетов
При закрытии больничного в поликлинике проверят отметки о выезде за границу


загружаются комментарии