"От запаха мочи даже стошнило" 2

Юлия Грищук, одна из украинок, задержанных 24 марта в Минске во время акции ко Дню Воли, рассказала об аресте и своих впечатлениях во время отсидки и суда.

"От запаха мочи даже стошнило"
«…На площади Бангалор мы сели в автобус, проехали несколько остановок, вышли у станции метро. И тут  все произошло как по сценарию: подъехал фиолетовый бус, вышли пять амбалов и, взяв за локоть, насильно заволокли в авто. «Вежливость» у ментов — это из области фантастики, конечно. «Чо приехали са сваей хахляндии?» и «нечэва у нас тут флагами махать!» — рычали на нас, пока везли в участок. 





В Советский РУВД г. Минска, кроме нас пятерых, привезли еще четырех участников акции. Нас завели в какой-то зал, а те, кто задерживал, расположились в коридоре и начали «составлять» протоколы.  Потом оказалось, что протоколы все, как под копирку. 

У ментов фантазии — с избытком: «Пытались убежать, размахивали руками, падали на колени, упирались ногами…» — так было написано в наших протоколах. 



Взяли у нас отпечатки пальцев. Их, кстати, в Беларуси берут даже если человек является лишь подозреваемым, в нашем случае — в «неповиновении» правоохранительным органам. Далее «фотосессия»: «повернитесь правым боком, левым, спиной».

Забрали все наши вещи, заставили развязать обувь, поснимать ремни, цепочки, серьги…

Приписали нам статью 23/4 «неповиновение законному распоряжению или требованию должностного лица при исполнении им служебных полномочий».

Конечно с протоколом мы не согласились, вину свою не признали.

Относительно наших прав — нам не дали позвонить, об адвокате с момента задержания никто не заикнулся…

Тюрьма

Позже оказалось, что мы сутки просидели в «знаменитой» тюрьме на Окрестина. Туда нас доставили на автозаке.

«Выходи по одному», «становимся вдоль стены», — приказал конвоир.

К нам вышел сотрудник этой тюрьмы, его я назвала завхозом. Он выдал нам постель, с гордым лицом — кусок туалетной бумаги и дустовое мыло. За это мы расписались.

Переживали, что нас разъединят или заведут в общую камеру, где «зэчки» нас изобьют, заставят спать на полу или еще что-нибудь…

Но повезло — посадили нас в камеру на двоих.

Зайдя туда, мы ощутили едкий запах мочи, даже стошнило.

В камере сыро и холодно. Мы легли вместе на одну кровать, чтобы было теплее. Но уснуть было трудно: надзиратель постоянно заглядывал к нам. Видимо, его очень заинтересовали молодые украинки…

Тюремную гнетущую атмосферу дополняло совковое радио.

Около полуночи в камере перегорела лампочка, пришел завхоз и перевел нас в другую — общую. В ней сидели какие-то алкоголички, возможно проститутки… завхоз дал задание «главной по камере» что-нибудь у нас выведать, однако ничего им не удалось. Из-за усталости и эмоционального истощения мы крепко уснули.

Утром снова включили радио. Явился надзиратель, сказал «не люблю я Юль» и перевел нас обратно в камеру на двоих.

Спустя несколько часов снова пришли менты, провели у нас обыск. В наших карманах нашли по жетону (видимо боялись, что мы убежим оттуда в метро).

От еды мы отказались — это был наш протест.

Перед отъездом к нам зашел «директор» ЦИПа (Центра изоляции правонарушителей), интересовался, не обижают ли нас и устраивают ли нас условия.

Суд

Около 11 часов утра за нами пришел дежурный. «С вещами на выход», — сказал он. Автозаком нас привезли почему-то не в суд, а в Советский РУВД, посадили всех в «обезьянник», просидели там почти до 15 часов.

Завели всех в зал суда, за нами присматривал конвой. Пришел наш консул. Сказал, что ему никто не звонил из милиции, он узнал об аресте украинских националистов из СМИ.

Мы сразу попросили у него телефон, чтобы связаться с «альянсовцами». Дозвонившись моей подруге, узнали, что «Национальный Альянс» уже пикетирует посольство Беларуси в Киеве с требованием освободить товарищей. Украинское телевидение, Интернет, радио гудят об украинских политзаключенных.

Благодаря нашим белорусским друзьям, мы получили адвокатов, представляющих правозащитную организацию «Вясна». Скажу, что адвокаты — бойцы, боролись до последнего, мы им очень благодарны.

Под стенами суда собралось очень много людей, это были белорусские журналисты, активисты и друзья задержанных. Они передавали нам еду.



До 20 часов вечера рассмотрели все наши дела.  Нас признали виновными. Мне и Мусе (вторая украинка) присудили 1 сутки заключения, а Барвинку — предупреждение, поскольку он несовершеннолетний.

Мы думали, что уже все закончилось, и мы ближайшим рейсом сможем отправиться домой, но тут появился инспектор отделения гражданства и миграции. Он выдал нам «сообщение о рассмотрении вопроса о высылке из Республики Беларусь» и справку, которая временно заменяет наш паспорт.

С этой кучей макулатуры  мы поехали в Советский РУВД забрать наши вещи, где наши «уже знакомые» приглашали приезжать еще, с сарказмом говоря «до скорой встречи».

На следующий день в миграционной службе рассматривали дело о нашей депортации. Там снова прошли допросы, сняли отпечатки пальцев.

Решение о депортации они так и не приняли. сказали, что рассмотрят в течение 10 дней. Наш кошмар закончился вечером. УРА! Мы — свободны!



оригинальная версия: nation.org.ua


перевод: "Наша нива"
11:05 02/04/2013




Loading...
ссылки по теме
Безработный "тунеядец": Большего издевательтва над людьми трудно придумать
Барбашинский не первый. Олесю Садовскую тоже приводили в суд на цепи
К пенсионерам, оштрафованным за участие в пикетах, пришли описывать имущество


загружаются комментарии