Ликвидатор: Пусть Лукашенко построит себе резиденцию в чернобыльской зоне 2

Житель Ивацевичей Станислав Холодович принимал участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной станции. Молодой сержант милиции, он тогда охранял зону от мародеров.

Ликвидатор: Пусть Лукашенко построит себе резиденцию в чернобыльской зоне
По его мнению, белорусские власти намеренно травят людей, вводя в севооборот площади в чернобыльской зоне.  В интервью "Белсат" Холодович рассказал о тех событиях и о буднях ликвидатора сейчас.

– Станислав, когда вы впервые узнали об аварии на ЧАЭС?

– Я буквально на второй день узнал о том, что случилось, из зарубежных радиостанций: в частности, сообщений радио "Свобода", "Голоса Америки". Они сразу же передали информацию о происшествии. Люди у нас об этом не знали. Взрыв был 26 апреля 1986 года, а 1 мая люди пошли праздновать День трудовой солидарности. На улицы выходили, так как обычно власти в этот день устраивали манифестации... Люди не знали о катастрофе, да я и сам тогда еще не понимал ее масштабов... Знал, что произошла ужасная трагедия, взорвался реактор, но на то время представлялось, что это где-то далеко, и нам ничего не угрожает. Только позже пришло понимание, что это не все так просто...

– А когда вас направили на ликвидацию последствий катастрофы?

– Это было уже через три года – в апреле 1989 года. Нас направили на смену гродненским коллегам, и пробыли мы там два месяца, до июня 1989-го. Я был сержантом милиции, и у людей в погонах никто не спрашивал, хотим мы туда ехать или нет. Честно говоря, не все милиционеры ездили. Ведь есть же люди, ближайшие к руководству, или, как говорят, изворотливые, которым удалось избежать направления в чернобыльскую зону. А так, у нас никто не спрашивал...

Задача работников милиции была охранять зону отселения от мародеров. Ведь в то время многие пытались вывозить оттуда всякое имущество. Даже банки трехлитровые с закатками тащили куда-то на продажу. Деньги на этом делали некоторые, продавая ту отраву...

Наш заезд был 120 человек. Меня поставили водителем автобуса, так как я имел такую категорию в свидетельстве. Вот на автобусе я за 2 месяца побывал в разных местах и 30-километровой, и 10-километровой зоны. Что меня удивило в десятикилометровой зоне, так что ольха там пятнами была засохшая. И нутром чувствуешь, как фонит сильно: начинает першить в горле, сильно сушит во рту, постоянно пить хочется.

Сразу по приезду нам прикрепили на одежду какие-то накопители, наверное, – какие-то коробочки пластиковые. Они у нас на пуговицах висели. А когда уезжали, то с нас их поснимали. Мы были, наверное, как подопытные мыши: смотрели, сколько мы там этих "радиков" за два месяца наловили...

– А проводили ли с вами инструктажи, как уберечься там?

– Нет, нам никто ничего не объяснял, как беречь себя. Никто нам никакого йода не давал... Я это уже сам понимал, как приехал: я никогда местных продуктов не употреблял. Дело в том, что там очень рыбные места, так ребята и ловили ту рыбу, а то и утку какую дикую застрелят. Чтобы деньги не тратить, некоторые старались на этом экономить. А я только консервированные, завезенные продукты в магазине покупал, и это всем советовал... Я старался там в баню ходить чуть ли не ежедневно, так как знал, что мыться надо часто.

А из тех, кто тамошним питался, сколько уже умерло парней. Некоторые даже до пенсии не дожили. Один молодой, помню, умер чуть ли не сразу, как вернулся оттуда. А в позапрошлом месяце также двоих похоронили – одного в Телеханах, второго в Ивацевичах. Эти офицеры были в Чернобыле... Обидно то, что сейчас медицина это не связывает.

– Профессор Юрий Бандажевский пытался это связывать.

– Да, я знаю об этом, что Бандажевский работал не против народа, а для народа. За свою принципиальную позицию он и пострадал. Срок получил: сфабриковали дело против него и посадили... Он хотел открыть людям глаза и предупреждал людей. Ведь сейчас же и наблюдается то, о чем он говорил: увеличение онкологических заболеваний. Вот и у отца, и у матери моей была онкология.

– Какие льготы вы получили после участия в ликвидации последствий катастрофы на атомной станции?

– Во время работы в зоне нам платили двойную зарплату, плюс командировочные. После возвращения начальник областного управления внутренних дел отметил меня почетной грамотой, к которой было еще 40 рублей премии, и знаком ликвидатора аварии. А удостоверение ликвидатора не давало особых льгот. Дело в том, что я не был в первой волне ликвидаторов, которые имели большие льготы. А для нас, кто был уже в 1989 году, действовала статья 20 соответствующего закона. По ней нам, насколько помню, можно было только зубы бесплатно вставить и вне очереди участок земли получить. Я, в принципе, никакими льготами и не воспользовался, а сейчас, как известно, это все отменили...

– А как вы относитесь к отмене льгот ликвидаторам аварии?

- Конечно, отрицательно... Но и не в этом проблема. Я не понимаю нашего руководителя, который в севооборот вводит уже площади в чернобыльской зоне, как будто у нас земли не хватает! Получается, что намеренно людей травить начинают... Власти травят людей... Если Лукашенко считает, что там все уже нормально, то пусть он себе резиденцию построит в чернобыльской зоне, а не в Дроздах.

Кстати, что касается мнения Холодовича о том, что власти намеренно травят людей радиацией через продукты, то это подтвердило исследование на уровень радиации картофеля и молока, взятого журналистами у жителей далекой от Чернобыля Воложинщины.

Справка. Станислав Холодович после чернобыльской командировки продолжил работать в милиции. Дослужился до начальника Ивацевичского изолятора временного содержания. Но его уволили, не дав доработать до пенсии. Многие говорят, что виной этому - его общественно-политические взгляды и принципиальность. Сейчас работает рабочим Ивацевичского водоканала.
12:29 26/04/2013




Loading...
ссылки по теме
Ермошина: Изменить избирательную систему можно без проведения референдума
Колю Лукашенко отцензурировали в официальных сообщениях
Алиев и Лукашенко договорились о поставках ракет в Азербайджан?


загружаются комментарии