Белорус из батальона «Азов»: Я за социал-национализм, я не за нацизм 16

Вначале декабря президент Украины Петр Порошенко своим указом дал украинское гражданство разведчику из батальона „Азов”, белорусскому гражданину Сергею Коротких с позывным Боцман. История моментально стала скандальной, потому что у Коротких слишком богатая биография, чтобы не обратить на нее внимание. «Белорусский партизан» разыскал бойца «Азова» и поговорил.

Белорус из батальона «Азов»:  Я за социал-национализм, я не за нацизм

Сегодня мы публикуем вторую часть интервью. В первой части Сергей Коротких рассказал о своей жизни в Минске, об избиении белорусских оппозиционеров, о Валерии Игнатовиче и Глебе Самойлове - руководителей белорусского отделения Русского национального единства. Напомним, что Игнатович отбывает пожизненный срок в белорусской колонии, а Самойлова неизвестные убили ударом ножа в сердце в 2000 году.

После смерти Глеба Самойлова Коротких ушел из РНЕ и перебрался в Москву, где получил российское гражданство.

В российской столице Сергей Коротких был руководителем одного из клубов военно-патриотических и главным тренером. Занимался еще каким-то финансовыми операциями. Параллельно продолжая входить в неонацистские организации России.

- Много пишут о вашей не политической, а неонацистской деятельности в России. Что это за организация, которую вы возглавляли?

- Я был один из руководителей НСО, вернее,  одним из тех, кто его создавал.

- Что такое НСО?

- Национал-социалистическое общество. Вплоть осени 2007 года мы пытались сделать легальную организацию. Мы хотели создать общественно- политическую организацию, основанную на идеях того национализма, который мы считаем здравым. Там много ярлыков навешано, но мы пытались создать организацию, которая бы абсолютно цивилизованными, приемлемыми методами, в том числе, и парламентскими, продвигала бы свое видение мира. Там было много ярких личностей. Но без спецслужб не обошлось, и российские спецслужбы нас раскололи.

- Каким образом?

- Самыми разными. Про создание или про раскол рассказать?

- В России считают, что все националистические организации созданы спецслужбами.

- Это не так. Все организации в какой-то момент своего существования спецслужбы берут под контроль. Ну, это их работа, от этого никуда не деться. И когда появляется какое-то более-менее заметное в политической жизни действие, его пытаются взять под контроль.

Мы создавали сами по себе. Это произошло 25 декабря 2005 года. Я попал на собрание в МАДИ, московский авто-дорожный институт. Попал я туда совершенно случайно. Мой знакомый, журналист предложил сходить на «интересное мероприятие».

Нам делать было нечего с товарищем, а у нас на тот момент уже была группа людей, частично мы перетянули старые свои контакты с Беларуси, каких-то людей мы в Москве и со всей России набрали. У нас был свой проект, мы зарабатывали деньги, занимались спортом и решали какие-то вопросы.

У нас были общие идеи, но это, грубо говоря, была такая банда. Хотя при этом мы абсолютно бесплатно тренировали детей, устраивали для них праздники. Мы верим в какие-то идеалы и помогаем людям, хот гли зарабатывать деньги не совсем законными способами.

У меня есть видео с благодарностью от отдельных российских губернаторов за то, что мы просто для детей устраивали лагеря. Никаких нацистских лозунгов там не было.

Так вот, мы пришли в МАДИ. Там какой-то человек рисует диаграммы на доске, рассказывает, как он хотел бы построить организацию и ну все такое прочее. Этим человеком оказался Дмитрий Румянцев.

Я спрашиваю: "А что нужно, чтобы такая организация существовала?". Он говорит: "Надо, чтобы был сайт и т.д.". "Кто будет вести сайт?". Он говорит: "Я готов вести, но я работаю, у меня нет времени. Если бы у меня была зарплата, я бы делал". И я начал платить с того момента зарплату. На протяжении всех лет существования НСО я платил Румянцеву зарплату из своих личных денег. Это был наш личный проект.

Никакого ФСБ, или как рассказывают, КГБ финансировало там близко не было. Это вообще какая-то бредовая идея. Зачем КГБ финансировать такую организацию в Москве? Это были мои личные деньги. Потом появились какие-то спонсоры, и мы начали зарабатывать еще больше денег.

- А с Тесаком как вы сошлись?

- Попутно, в процессе мы познакомились с Тесаком. Мы начали проводить какие-то мероприятия, у нас начало получаться, люди приходили, и общие знакомые нас свели с Тесаком. Мы начали общаться с Тесаком, и он со своим проектом "Формат 18" влились к нам.

- Вы производите впечатление вменяемого человека. Почему вас все время жизнь сводит с какими-то, мягко говоря, радикалами?

- Назовите это обостренным чувством справедливости. Я не вижу в этом ничего плохого.

- Но Вы же могли вступить в российский спецназ, стать уважаемым российским офицером или вступить в какую-то другую партию. Зачем вам нужны неонацистские движения?

- Есть очень четкое понимание о том, что Россия, Беларусь, Украина – это народы, которые заслужили право жить лучше, чем они живут. Но во главе этих стран находятся правительства, которые решают чьи угодно интересы, только не интересы этих народов. Все.

Но все остальные путают это с каким-то оголтелым пещерным нацизмом. Никто никогда не слышал от меня слов, что нужно убить какую-то другую нацию. У меня есть друзья кабардинцы, я с удовольствием имею какие-то коммерческие дела с евреями, мне нравится, как они работают.

Более того, НСО постоянно обвиняли в том, что мы всячески пытались уйти от этого ярлыка. Мы – не антисемиты. Все остальные организации до сих пор нас обвиняют: "Как же, вы же с евреями общаетесь". Да, общаемся. Потому что у нас другое понимание мира. Почему мы считаем, что Израиль – неплохое государство и Израиль проводит собственную государственную политику, но почему-то отказываем себе сами в этом?

Мы даже с Путиным пытались дружить. У нас даже было заявление по Путину, его можно найти в интернете.

Мы просто говорили о том, что есть славянские государства, в которых есть народ, и давайте не будем оглядываться, кто и что-то подумает, а займемся решением проблем этих отдельно взятых народов. Но то понимание мира не исключает тех вещей, которые сейчас пытается исключить Путин и его свора.

Это должно быть современное общество со всеми его прелестями, без диктата церкви о том, что можно, что нельзя, когда я должен ложиться спать, могу ли я пользоваться мобильным телефоном. А люди это путают. Более того, мне кажется, это осознанный штамп, который вбрасывают. 

Почему я поехал в Украину? Потому что я увидел шанс, что здесь построят тот мир, который я разделяю. Я считаю, что правительство должно быть предельно компактным, что такое количество чиновников в 21 веке не нужно, его можно заменить электронным правительством и убрать это ненужное количество прилипал вокруг государства, а эти освободившиеся деньги, средства, время отдать народу. Но тут же Россия сейчас пытается обвинить, что Украина – это фашизм. Когда ты заявляешь о том, что чиновников нужно как-то построить, и чиновники должны народ обслуживать, а не народ чиновников, средства кремлевской пропаганды обвинили в том, что здесь фашизм.

- Есть еще очень важный момент, связанный со взрывом на Манежной площади. В 2012 году вас обвинили в том, что это Вы нажали на кнопку детонатора. Но, к счастью, никто там не пострадал.

- В январе 2012 года, тем не менее, всех подозреваемых по этому делу отпустили, но почему-то куча газет, в том числе "Белорусский партизан" написал о том, что я подозреваюсь и это я якобы нажал на эту кнопку. Но когда дело развалилось, в том числе, и я давал показания на полиграфе, ни одна газета, включая уважаемый "Белорусский партизан", почему-то не посчитала нужным об этом факте написать. Никто почему-то не написал о том, что я невиновен.

- Объясните, в чем там суть была.

- Суть была очень простая. Кто на Манежной и что взорвал, мне вообще непонятно. Я могу сказать, почему меня по этому делу крутили.

Спецслужбы активно начала раскалывать НСО, когда мы достигли какого-то значения в масштабе России. Нас заметили, игнорировать НСО уже было невозможно, спецслужбы пытались взять нас под контроль. Договориться со мной у них не получилось. Я в силу, наверное, глупости и молодого максимализма, не стал их вообще слушать, так как убеждениями не торгуют.

Я много чего в жизни своей делал, порой уголовно наказуемого, но у меня есть определенные убеждения, и от них я отказываться не хочу. Я тогда думал, что мы можем все сделать сами. Но был Дима Румянцев, один из создателей НСО. Диме они пообещали: "Ну зачем они тебе надо? Вот они в военных штанах ходят, людей бьют, экстремисты. Ты их убери, Тесака мы посадим, этого подставим и тоже посадим, а ты будешь развивать организацию". Дима на это повелся и произошел раскол. Притом произошел точно так же, как в свое время произошло в Беларуси с РНЕ – те люди, которые со мной работали 10-15 лет, они со мной и ушли. Но так как мы спонсировали Диму и все содержали офисы, то спустя полгода НСО осталось без денег, без ресурсов. Они даже собирались уже на детской площадке, потому что не было даже зала, где можно было собрать людей. То есть, ФСБшники или центр Э МВД ничего Диме не дали. Это к вопросу о том, как развалился НСО.

НСО развалился, и тут уже начинаются мои личные проблемы. Так как мы занимались различными делами, в том числе обналичиванием денег, у нас были деньги на счету.

Это, кстати, всегда вызывало волны негодования у всех остальных махровых российских националистов. В интернете не было интересней темы, чем то, почему я езжу на "Ягуаре", что русские люди на "Ягуаре" ездить не могут. Националист – это штамп, который нам прикрепили. Можно показывать, что ты юродивый, ходишь в рваных штанах, кланяешься иконам, поэтому ты почти святой, и это виденье мира распространяется на других, весь этот анахронизм. А можно показывать, что мы современные люди, пользуемся мобильным телефоном, у меня есть Фейсбук, я езжу на хорошей машине. Можно такой пример показывать. Я придерживался второго варианта.

- И много денег у вас было на счету тогда?

- На тот момент у нас на счетах зависло порядка 200 млн рублей.

- И спецслужбы решили эти деньги как-то у вас забрать?

- Что такое на тот момент были российские спецслужбы, которые по нам работали? Это был центр Э. В России решили, что оргпреступность побороли, в УБОП упразднили и на его основе 2003 году делали Центр Т.

- Это центр по борьбе с экстремизмом?

- Да. Сейчас он называется ЦЭ, тогда он назывался Центр Т. Это были бывшие УБОПовцы, которые привыкли получать деньги от различных оргпреступных группировок, и они лишились кормушки. Аппетиты-то остались прежние. А националистическая среда, в большинстве своем, бедная, денег у националистов нет. Ну, они ходят в храм и на решение каких-то своих личных бытовых проблем у них времени нет. А у нас деньги были. И они попытались эти деньги отнять у нас. Это обычная схема, никого этим в России не удивишь.

- Возбудить уголовное дело?

- Да. Но счета были оформлены на небезызвестного руководителя НСО Адольфа Базылева. Я доступа к этим счетам не имел, но спецслужбы этого не знали.

Когда менты Базылева схватили в попытке, как я понимаю, выдавить с него деньги, он при странных обстоятельствах умер в камере. Там есть разные версии: скрыл вены, вскрыли, просто заказали и убили, - вариантов много.

На его счетах в банках осталось 200 миллионов рублей. Огромные деньги даже при курсе 50 за доллар. Тогда они начали искать меня, чтобы через меня снять эти деньги. И несколько лет они держали меня в розыске, пытались поймать, делали какие-то сфабрикованные дела. Я считаю, что дело по Манежке было таким образом сфабриковано. Когда в 2012 году руководство МВД поменялось, подняли все дела: где и кого пытали. Выяснилось, что все свидетельства, которые были против меня и, более того, против людей, которые сидели в тюрьмах по этим же делам, выбиты под пытками, недействительны, и людей этих отпустили.

Уже после этого меня еще раз опрашивали на полиграфе. Я дал на это согласие, чтобы от меня, наконец-то, отцепились с розыском. Они задавали вопросы, называли фамилии людей, которых я даже не знаю.

- И та история уже закрыта?

- Эта история уже закрыта. Ну, какое-то следствие идет. Но я к этому отношения не имею вообще никакого. Меня опрашивали ФСБшники с моего согласия, они для этого специально приехали в Беларусь. С меня обвинения на тот момент в России были сняты. Сейчас, может быть, появились какие-то новые, но я точно к этому отношения не имею.

Деньги, кстати, так и лежат на счетах Базылева. Родители могут ими распоряжаться, но они их не трогают из принципа или каких-то моральных установок.

- Вы до последнего времени, еще в начале 2014 года занимались какой-то ловлей педофилов в России.

- И в России, и в Украине.

- Это что у вас за страсть такая?

- Это не страсть. Мой друг Тесак, один из моих настоящих товарищей, которым я очень доверяю, уважаю его, занимался этим.

Про Тесака существует куча штампов, но вся деятельность в последние несколько лет сводилась к нескольким социальным проектам: ловля педофилов, борьба с наркоторговлей и продвижение здорового образа жизни. Он серьезно занимался спортом. То есть, ничего такого, что можно назвать... «поеданием таджикских младенцев», он не занимался, не снимал видео с поеданием таджикских младенцев, не занимался пропагандой экстремизма. Он ловил педофилов и поймал нескольких, которые достаточно значимы в российском бомонде. За него были проплачены весьма серьезные деньги, чтобы убрать с этого поля. Сейчас он сидит. Он сидит не за политическую деятельность. Он сидит за то, что ловил педофилов.

- В Минске в 2013 году у вас был конфликт, вас обвиняли в том, что вы порезали, напали на антифашистов.

- Все было очень просто. У нас была уже оплачена операция, на которую мы шли. У Тесака было плохое зрение всю жизнь. Я его уговорил: "Ну сколько можно ходить в очках? Давай мы сделаем тебе зрение. Есть замечательная клиника, ее хвалят, приезжай. В Минске и подешевле, и врачи, которые 40 тысяч операций сделали подобных». Тесак приехал, сделали обследование, была назначена дата. Он не нашел ничего умнее, как написать в соцсетях, что он собирается идти делать операцию, назвав прямо место и время.

И по дороге в клинику на нас напали. И это были не антифашисты. Какая-то очень странная солянка. В общем, на нас напали 8 человек. Притом, нападали с оружием, с травматическими пистолетами, в масках. Когда рассказывают, что это были какие-то студенты, то им по 30 лет было. Один даже - адвокат действующий.

Какой-то полный идиотизм. Да, в процессе обороны я порезал троих человек. Но так как это снималось на камеру, было 10 часов утра, полная больница народа, обвинить нас в том, что мы напали, не получилось. Плюс в нас стреляли. То есть, это был вопрос самозащиты, не более того.

Говорят, опять же, какие-то спецслужбы нас вытянули. Наоборот, спецслужбы пытались всерьез нас посадить, например, меня - на 10 лет. Никакой лояльности со стороны спецслужб не было и близко. Посадить было не за что, огромное число свидетелей говорили: «Да, деньги проплачены. Да, у них операция». Никто не будет нападать за 5 минут до операции, да еще на пороге больницы, где ты собираешься делать операцию. Нас было трое, одному сразу выстрелили в голову, и он упал. То есть, нас было двое против восьми. Очень странное нападение. Они были все в масках, с закрытыми лицами, а мы тут такие все нарядные, я вообще был в желтых штанах.

- Вы считаете, что вам повезло?

- Нам повезло в одном – нам помог владелец клиники, который взял и выложил видео с камер наблюдения, где видно, кто на кого нападает. Он выложил только фрагментик. Сам он – из Латвии, написал: "Хотите, выложу все". Ментам пришлось дать обратку, потому что на видео было видно, что нападаем не мы. В результате, от нас отстали.

- Чем вы занимались после того, как уехали уже в последний раз из Беларуси? Пишут о том, что вы были сотрудником какой-то частной компании, которая то ли на Ближнем Востоке, то ли еще где-то занималась то ли охраной конвоев, то ли какими-то операциями...

- Зачем давать на себя показания?

- То есть, это пока секретная информация?

- Просто я не хочу об этом говорить.

- Но вы понимаете, что у вас могут быть теперь проблемы, если вы поедете в Россию или в Беларусь?

- Я понимаю, что у меня будут проблемы, даже если я туда не поеду.

- А ваши родители остались в Беларуси?

- Я уже много лет не общаюсь с родителями, поэтому даже затрудняюсь ответить.

- Что-то случилось?

- Нет. Это был мой осознанный выбор, когда я активно начинал всем этим заниматься, чтобы не было рычагов давления на меня.

- Довольно сурово. А семья? Про второго ребенка вы сказали.

- У меня есть несколько детей от разных мам. Но я не привязан к семьям.

- Вы такой солдат удачи?

- Да при чем тут солдат удачи? Я выбираю, за что воюю. В Украине я нахожусь не за деньги. Если бы мне хотелось просто повоевать, я бы мог найти кучу вариантов, где мне бы платили весьма вменяемые деньги с моим опытом и моими знаниями. Я с апреля 2014 года пытался здесь как-то во что-то встроиться, еще не было и близко войны. Я приехал в Украину, потому что увидел, что здесь есть государство, в котором можно выстроить общество, соответствующее моим предствалениям. Это менталитет, который я считаю своим. Для меня нет деления ни между украинцами, ни между россиянами. У меня есть деление только между москалями. Да, я не люблю москалей, потому что я считаю, что это носители дурацкой имперской идеологии и дурацкого понимания, что Москва должна быть пупом Вселенной.

- И как вы попали в батальон "Азов"?

- Я с первого дня в нем. Я связался с определенными людьми, которые потом создавали батальон "Азов".

- Тоже по неонацистской линии?

- Опять же, неонацистская линия... Нет, это социал-национализм, а не нацизм. Без национальности, без какой-то нации в каком-то государстве не существует и государства. Есть  носители какой-то крови, которые эту землю отстаивали. Без них этого государства не возникло бы или оно развалится. 

- В «Азове» не возникает конфликтов между украинскими националистами и вами, русским националистом, например, на почве русского языка?

- Нет. Если для того, чтобы жить свободно, нужно выучить украинский язык, так я его выучу. Для меня это не является проблемой. Для меня язык Пушкина не является жупелом, за который я должен ухватиться и говорить: "Русский – это значит говорить по-русски".

Я считаю, что эти славянские народы должны влиться в здравую европейскую цивилизацию, которую я себя вижу. Я, допустим, не во всем приемлю Европу, потому что она сейчас вырождается, и это для меня тоже не является приемлемым. Но само понятие какого-то рыцаря времен Средневековья для меня приемлемо. Движение вперед, к чему-то новому, завоевание каких-то новых горизонтов, создание новых технологий, создание современного будущего, современного общества – вот для меня что приемлемо.

- Батальон "Азов" действительно такой боеспособный, как о нем говорят, или это тоже банда, как вы называли свои группы?

- Он мотивирован.

- Каким образом мотивирован?

- Батальон "Азов", сейчас уже полк - добровольческий. Это является основной движущей силой. Это ядро националистов, которое было сначала, сейчас составляет в батальоне небольшую часть.

Сейчас на этой войне, которая происходила последние 9 месяцев, у многих идет ломка старых представлений, в том числе у националистов.

С той стороны тоже воюет много националистов. Но при этом я не понимаю, как в их мозгу складывается, что одновременно с ними воюют люди Кадырова. Какие носители русского мира, какой русской идеи, как они воюют за русский мир, если Путин этот русский мир всячески гнобит? Если за лозунг "Русские значит трезвые" человеку дают год тюрьмы – то, что происходит сейчас в России, то о какой вообще русской идее может идти речь с той стороны? Путин и вся свора вокруг него всячески пытаются убить все, что русское, загнать в какие-то времена Ивана Грозного. Осталось только создать опричнину и ввести домострой.

- Что, кстати, вполне реально.

- Но это для меня совершенно неприемлемо. Я эту войну не воспринимаю как войну с Россией. Это война с Путиным и его телевизором, его зомбированием людей. Идеи, которые он озвучивает... Он загорелся русской национальной идеей не потому, что он их носитель, для него - это хорошая риторика, которая находит отклик у определенной категории людей, и они едут мясом в Донецк, где погибают.

- Если у Украины не получится создать современное государство, о котором вы говорите, куда вы поедете дальше, хватит ли у вас сил перемещаться по миру как перекати-поле?

- Поехать всегда куда-то можно. Я не цепляюсь за место. У меня все, в принципе, было ровно и хорошо, но я в Украину приехал, потому что мне нравится  менталитет, который здесь сейчас формируется. Попытка убить коррупционную схему, чиновников поставить на место, продажных ментов и все остальное – это то, за что я готов абсолютно бескорыстно бороться. Притом, бороться в надежде, что потом это послужит моделью для Беларуси и России.

- А как навести порядок в украинской армии, например, чтобы не было мародерства?

- Начинать стрелять тех, кто мародерствует.

- Вы считаете, что надо наводить порядок?

- Да, жестко.

- Справится ли украинская армия с боевиками на востоке?

- Проблема не в украинской армии. Сейчас проблема именно в украинских политиках. Проблема в новой Раде, в том, какие законы она будет принимать, какую политику будет проводить.

Сейчас многие вещи, которые нужно делать, идут вразрез с украинским законодательством, но решения нужно принимать уже сейчас, а законодательство менять потом, как это в свое время делали в Грузии. Потому что, если не будет порядка, Украина развалится.


07:53 20/01/2015









Cервис комментирования Disqus позволяет легко авторизоваться через фэйсбук и твиттер, а также напрямую в Disqus. Даёт возможность репостить комментарии в фэйсбук, а также использовать изображения. 
Подробнее читайте здесь.
Ветеранам Клуба Партизан, мы оставляем и старую форму авторизации.
 
Загрузка...
Loading...


загружаются комментарии