СОЮЗНОЕ ГОСУДАРСТВО – ЛИЧНЫЙ ПРОЕКТ ЛУКАШЕНКО

Белорусскому руководству не выгодно объединение в ближайшей перспективе двух государств. В случае превращение политической интеграции между двумя странами в реальную «дорожную карту» под угрозой окажется роль и политическая судьба  белорусского президента.

СОЮЗНОЕ ГОСУДАРСТВО – ЛИЧНЫЙ ПРОЕКТ ЛУКАШЕНКО

Судя по последним заявлениям некоторых белорусских и российских политиков 15 ноября на заседании Высшего госсовета Союзного государства (СГ) в Москве будет рассмотрен окончательный вариант Конституционного акта СГ.  Некоторые политики уже расписали долгосрочный сценарий того, как будут развиваться события после его принятия, называют даты его утверждения и проведения референдумов в двух странах по объединению Беларуси и России. Но суждено ли сбыться этим прогнозам?


Вполне очевидно, что российское руководство намерено до конца нынешнего года окончательно прояснить интеграционные отношения с Беларусью в рамках основных ее составляющих: энергетического комплекса, валютно-финансовых и  правовых аспектов. И, наконец, утвердить на Высшем госсовете текст Конституционного акта. Но также очевидно, что белорусское руководство в ответ предприняло ряд мер по созданию документов, позволяющих обеспечить решение совершенно других задач.


Во-первых, не допустить подписания Конституционного акта в версии, обеспечивающей объединение в ближайшей перспективе двух государств, так как в случае превращение политической интеграции между двумя странами в реальную «дорожную карту» под угрозой окажется роль и политическая судьба  белорусского президента .Лукашенко.


Во-вторых, одновременно с этим не допустить разрушения интеграционного проекта, чтобы сохранить виртуальное Союзное государство и финансирование союзных программ, обеспечить функционирование  аппарата СГ в Москве, который фактически выполняет роль второго белорусского посольства и осуществляет лоббистские задачи в российской столице, не допустить потери энергетических преференций и  закрытия для белорусских товаров российского рынка.


И в-третьих, обеспечить со стороны России политическое прикрытие белорусского руководства во время президентской кампании 2006 г. и признание результатов всенародного голосования по кандидатуре А.Лукашенко на выборах в июле 2006г.


Для выполнения этих задач, по некоторым данным, создана специальная комиссия под руководством А.М.Абрамовича (в составе комиссии – О.Пролесковский и Н.Петкевич, группа аналитиков). Она, судя по всему, вышла на версию пошаговой стратегии, которая должна обеспечить отсрочку несомненного кризиса  интеграционных отношений между Россией и Беларусью на ближайшие три года. Это позволит Лукашенко в комфортных условиях, обеспеченной Россией легитимности нужного официальному Минску итога выборов 2006 года, дождаться прихода в Кремль в 2008 году нового «левого» (в чем белорусский президент уверен) президента. 


Для этой отсрочки, скорее всего, будут использованы следующие варианты: отнесение окончательного решения судьбы Конституционного акта к выборам 2006 года; включение в Конституционный акт  графика обсуждения и принятия (возможно, в формате всенародного опроса) комплекса договоров, ратификация которых является обязательным условием  вступления в силу самого Конституционного акта. Альтернативный вариант: утверждение Конституционного акта парламентом СГ, выборы которого могут быть совмещены с выборами президента Беларуси.  В случае совмещения президентских  выборов 2006 года с референдумом по Конституционному акту, вопрос о признании Россией итогов голосования по кандидатуре А.Лукашенко можно было бы считать решенным.


Тем не менее задача вывода из стагнации проекта «Союзное государство России и Беларуси»  представляет из себя практически неразрешимую задачу.


За годы интеграционной риторики среди элит двух государств утвердилось мнение, что Лукашенко, являясь инициатором создания сначала Содружества, затем Союза, а в итоге и Союзного Государства, никогда не доведет проект объединения двух государств до конца. В условиях персонификации российско-белорусской интеграции, когда, несмотря на большой электоральный резерв данной идеи, так и не была создана реальная основа поддержки интеграции со стороны белорусского и российского обществ, идея СГ оказалась в глубоком структурном кризисе. Через пять лет после декларации о его создании, оно из крупномасштабного проекта сближения двух стран вылилось в невиданную в политической истории человечества пиар-кампанию, в которую были втянуты сотни миллионов человек.


Современное СГ является искусственным государственным образованием, которое не имеет суда, парламента и исполнительной власти – реальной властной «вертикали». СГ не имеет флага и гимна, на территории, где СГ было образовано, оно не является субъектом доминирования, поэтому совершенно естественно, что отсутствует союзное гражданство. СГ не имеет собственного внутреннего законодательства, так как все документы, на основании которых СГ формально функционирует, являются двусторонними документами сторон – учредителей Союзного государства. Фактически мы имеем дело с неким заранее заданным форматом, политической «оболочкой», под которую загоняются совершенно естественные межгосударственные отношения крупного государства с малым, по сути ничем не отличающиеся  от отношений с иными государствами, чье существование зависит от благосклонности мировой супердержавы. 


Однако для Беларуси значение брэнда СГ трудно переоценить. С годами в политической практике белорусского руководства произошло преобразование СГ из «ответа на настоятельные требования народных масс двух братских государств» в оружие международного противостояния с Западом и важнейший политический и пропагандистский инструмент внутренней политики.


На международной арене белорусское руководство активно использует брэнд СГ для прикрытия безнаказанного международного хулиганства, демонстрируя на всемирных форумах вопиющую неадекватность, а также провоцируя напряженность между США, ЕС и Россией и, следовательно,  разжигая противоречия между Европой и РФ, чем сознательно усложняет для  Москвы международное положение, заставляя российское руководство использовать дипломатические ресурсы с целью защиты  «союзника».


А на внутреннем политическом рынке фактор СГ используется в качестве инструмента давления на политическую оппозицию, сознательно провоцируя ее «западную» ориентацию, а также для натравливания на российское руководство простых граждан Беларуси, которые рассчитывали с укреплением российско-белорусской интеграции улучшить свое непростое материальное положение. Кроме того, этим брэндом белорусские власти оправдывают международную изоляцию, в которой оказалась страна (мол, мы страдаем за свою приверженность к союзу с братской Россией) и разжигают страхи части белорусской общественности за судьбу своего молодого национального государства.


Нельзя забывать и о том, что наличие такого феномена как СГ позволяет белорусскому руководству поддерживать экономику, которая по большому счету  работает только благодаря свободному допуску на российский рынок, льготным ценам на российские энергоносители, списанию долгов и максимально благоприятным по условиям предоставления валютным кредитам.  Использовать средства союзного бюджета, большая часть которого формируется российской стороной, для запуска так называемых «союзных программ», направленных на монополизацию белорусскими предприятиями товарных «ниш» на российском рынке.  Порой, в ущерб российским производителям.


Кроме того, использование СГ позволяет создавать имидж некого равенства политических потенциалов между президентами России и Беларуси, значимости личности А.Лукашенко для развития политической ситуации в мире, постоянно развивать политическую и пропагандистскую деятельность в российских регионах и столице РФ, расширять круг «прикормленного» чиновничества и журналистики, формировать белорусское лобби.  


К концу первой пятилетки существования СГ оказалось, что экономический эффект от союзных соглашений на 90% сосредоточен в Минске. Беларусь получает до 140 долларов дохода от каждой тонны российской нефти, переработанной на белорусских НПЗ,   природный газ по цене в 25% от мировой, абсолютный допуск к российскому рынку, технологиям, патентам, использует во взаиморасчетах бартер, взаимозачеты, кредитные линии. Наконец, создан целый коммерческо-контрабандный комплекс по «освоению» практически открытой российской таможенной границы.  Вместе с тем, российский бизнес из экономики «союзного» государства вытеснен. Белорусский рынок для российских товаров фактически закрыт. Товарные транзитные потоки российских предприятий и коммерческих фирм отданы на откуп белорусской администрации и растаскиваются в зависимости от потребностей страны в чем-то в настоящее время.


В условиях такой своеобразной экономической интеграции оказалось практически невозможно ее завершить логичным и уже апробированным в мировой практике  способом – введением в денежное обращение Беларуси российского рубля.


Одним словом,  Союзное государство России и Беларуси  – это личный проект белорусского президента. По планам белорусского лидера, реализация проекта поможет сохранить власть самого Лукашенко в Беларуси и советскую плановую экономику в республике, что, в свою очередь, будет способствовать стимулированию реваншистских настроений в среде левого российского политического спектра и рано или поздно должно обеспечить появление Лукашенко в кресле президента Российской Федерации.


07:56 10/11/2005






загружаются комментарии