Их палаточный городок

…Человек понуро шел в сопровождении телохранителей. Со стороны даже казалось, что это не он идет, а это они его ведут. «Тело» - председатель верхней палаты парламента Геннадий Новицкий, «хранителей» не знаю, хотя, говорят, должность телохранителя стала более-менее стабильной, их теперь не меняют каждые три месяца во имя обеспечения еще большей безопасности охраняемого лица. Впрочем, сегодня хотелось бы поговорить не о конвоирах и конвоируемых. Объясните мне в принципе, зачем Новицкому телохранитель?  Или покажите человека, который популярно объяснит, чем вообще занимается верхняя палата парламента – Совет республики, возглавляемый Новицким.

Их палаточный городок

Представительные люди надувают щеки, а журналисты, подыгрывая, называют их сенаторами, так сказать, тружениками законодательного поля. Правда, возраст многих этих тружеников таков, что в былые времена дети и внуки поостереглись бы оставить их дома со спичками.  


«Почетная ссылка», «реабилитационное отделение онкоцентра в Боровлянах», «дом престарелых республиканского значения» - это другие названия Совета республики.  И не зря этот орган, понимаешь, власти разместили совсем рядом с лечкомиссией. Ой, не зря! Доходит ведь до анекдотов. Помните, по Минску пошел слух, что министр здравоохранения Людмила Постоялко… умерла. «Новость» обсуждали в клиниках на планерках, государственные СМИ держали место под некролог… В общем, опровергать слухи о преждевременной смерти пришлось едва ли не на официальном уровне. И что было дальше, все тоже помнят: Лукашенко назначил Постоялко членом Совета республики. Новоиспеченный сенатор долго лежала в больнице, все шушукались, как же она, такая больная, сможет работать… Но ничего, смогла. Пару недель назад Совет республики подтвердил полномочия Постоялко и даже определил ей фронт работ в какой-то там комиссии. Между президентским указом и официальным утверждением в статусе сенатора, правда, прошло три месяца. Но не из-за болезни Постоялко откладывался вопрос. Просто Совет республики работает в таком «напряженном» режиме, что практически не собирается.


Или другой пример – бывшего вице-премьера Владимира Дражина. Он тоже серьезно болел. Потом появился указ об отставке. Потом пошли слухи о назначении Дражина послом в Литву. Потом президентский указ о назначении его сенатором. Газеты поспешили сообщить, что посольская карьера Дражина закончилась, так и не начавшись. Наивные! Разве одно противоречит другому? График работы белорусского сената таков, что к началу рабочего дня можно успеть даже из Кептауна. Так что помолчим про Вильнюс или, например, Ларнаку, где, говорят, отдыхал один из самых молодых сенаторов Александр Зимовский. Совет республики, конечно, не заметил потери этого бойца, но наблюдатели обратили внимание, что Зимовского не было в парламенте, когда старого премьера Сергея Сидорского утверждали новым премьер-министром. Где Зимовский? Говорят, на Кипре. И если информация подтвердится, то Кипру придется объяснить, почему Зимовский прорвался сквозь санкции Евросоюза, ведь его фамилия значится в списке невъездных.


Но кто объяснит, почему здесь, у нас так называемые сенаторы являются высокоопалчиваемыми работниками, почему их зарплата приравнена к министерской? Знаю хирурга высочайшего класса, со всевозможными научными степенями и званиями, который каждый день делает сложнейшие операции, когда грань между жизнью и смертью практически не различима. Он тоже сенатор. И ему пришлось выбирать, где получать зарплату – в клинике или в Совете республики. Естественно, выбрал оклад сенатора, потому что он не просто выше профессорского, он больше в разы.


Не слишком ли дорого нам обходятся свадебные генералы?



Светлана КАЛИНКИНА

11:46 20/04/2006






загружаются комментарии