Елена Тонкачева: «Нельзя идти в суд, если не веришь в то, что влияешь на исход дела»

О том, чем мешают действующей власти общественные организации и по каким причинам их ликвидируют, корреспондент Euramost.org беседует с Еленой Тонкачевой – юристом, председателем правления Инновационного фонда правовых технологий.

Инновационный фонд правовых технологий – некоммерческая организация, которая выступила правопреемником деятельности Общественного объединения «Независимое общество правовых исследований», ликвидированного в 2004 году за работу в судах по защите интересов общественных объединений.Поводом для интервью стал очередной судебный процесс – 29 июня в Минском областном суде началось рассмотрение иска управления юстиции о ликвидации организации, которую возглавляет Елена Тонкачева.

Чем закончилось судебное заседание 29 июня?

– 29 июня судья предоставила нам время до следующей пятницы, 7 июля, для заключения мирового соглашения с управлением юстиции, если такого соглашения не будет, то фонд ликвидируют. Мы бы с удовольствием заключили такое соглашение, но позиция управления юстиции, к сожалению, иная.

Какие формальные причины для ликвидации фонда указаны в иске?

– Оснований, официально указанных органами юстиции, было два. Первое, что в наименовании Инновационный фонд правовых технологий не содержится указаний на характер деятельности. Хотя, по нашему мнению, слово «инновационный» четко определяет характер деятельности. Более того, из названия видно в какой сфере – в сфере права, и посредством использования и создания правовых технологий. С лингвистической точки зрения достаточно сложно найти подтверждение позиции органов юстиции. Тем более, что это название было дважды согласовано с единым государственным регистром наименований юридических лиц и у них претензий к наименованию не было. А вторым формальным основанием стало то, что цели, задачи и предмет деятельности фонда «неясны». И далее, в судебном порядке представители органов юстиции объясняли это следующим образом, что, по их мнению, «это набор высокопарных фраз, из которых непонятно, чем же занимается фонд», А цель у нас очень четко прописана «содействие развитию идей правовой защиты общественных интересов». Задачи – «повышение роли права, повышение правовой культуры, содействие имплементации международных стандартов в законодательство и правоприменительную практику Беларуси». Что здесь неясно и с чем здесь можно спорить? С правовой точки зрения есть четкий подход – то, что не запрещено, то разрешено. И для этой сферы правоотношений именно этот подход должен действовать.

А реальные причины для ликвидации?

– Указ президента №302, который фактически ввел ограничения на право создавать некоммерческие организации для лиц, которые являлись членами руководящих органов ликвидированных общественных объединений. Установка четкая – не допустить, чтобы лица, которые руководили общественными организациями, ликвидированными в предыдущий период, в легальном юридическом статусе осуществляли дальнейшую гражданскую деятельность.
– Неужели эта гражданская деятельность настолько страшна для действующей власти?
– Похоже, страшит власть именно способность к самоорганизации и тем более институциоанализированная самоорганизация (самореализация в легальном юридическом статусе). Это хоть и минимальные, но возможности принять участие в публичном диалоге. Кроме того, наша организация в международных профессиональных кругах имеет экспертный статус по вопросам свободы ассоциаций, доступа к правосудию, доступа к правовой помощи. И, вероятно, власть считает, что ликвидируя такие профессиональные группы, она пресекает распространение информации, мнений, суждений, которые вступают в некие противоречия с ее идеологическими установками.

В ходе процесса судья несколько раз призывала Вас воздерживаться от эмоций, но, несмотря на это, Вы высказали в суде свою гражданскую позицию…

– Да, хотя ранее в своей деятельности мы никогда этого не делали. Потому что мы старались оставаться в профессиональной плоскости, когда ты работаешь не оратором, а юристом. И твоя задача найти достаточное количество правовых аргументов, чтобы обосновать свою позицию, тем самым защитив законные права и интересы клиентов. А сегодня, когда ликвидировали нашу организацию, мы посчитали возможным пересмотреть стратегию и попытаться объяснить свою гражданскую позицию хотя бы тому узкому кругу, т.е. судье, прокурору и секретарю судебного заседания, которые вынужденно находились в зале. Собственно говоря, выбранный подход граничит с «непрофессиональным», это как-то совсем не «по-юридически», пришлось выступить в достаточно непривычной роли... Но и такие места как суд сегодня надо использовать для донесения своей гражданской позиции. Фактически я сказала в суде, что право перестало быть по своей сути правом. Есть возвращение к доктринальным подходам Вышинского: право – набор указаний власти. Есть некая политическая установка и под нее органами юстиции и иными исполнителями «придумываются» некие формальные основания. Роль права, таким образом, исчезает и, практически исчезла, судя по делам, которые касаются гражданского общества.

В суде Вы сказали, что потеряли иллюзии.

– Да, я сказала, что у меня нет иллюзий в отношении того решения судебного, которое будет вынесено. Хотя это верх юридического цинизма, потому что нельзя идти в суд, если ты не веришь в то, что ты влияешь на исход дела. Но в данном случае я могу четко сказать: да, иллюзий нет. Я готова об этом открыто говорить. Иллюзий давно нет. Об этом уже можно открыто и спокойно говорить, в том числе и в зале судебного заседания.

Эти иллюзии начали исчезать после мониторинга судов по ликвидации общественных объединений?

– До ликвидации общественного объединения «Независимое общество правовых исследований» у нас было 45 судов по делам общественных организаций против органов юстиции. Мы принимали участие непосредственное в этих процессах излагая мнение своей организации, защищая право на свободу объединений.

Выиграли хотя бы одно дело?

– В 2001 году было выиграно три дела. Среди них дело Белорусского клуба избирателей и Ассоциации молодых политиков. Но с конца 2001 года ни одно дело не было выиграно – ни разу в судебном заседании суд не встал на позиции субъектов гражданского общества.

Если Инновационный фонд все ж будет ликвидирован, какие перспективы для себя Вы видите?

– Вне всякого сомнения – будем продолжать работать. Вне всякого сомнения, что лет через десять правовую реформу в Беларуси будем делать мы. Рано или поздно это будет нашей работой, нашей сферой и нашим вкладом в развитие этой страны. Но главное к этому моменту не потерять живого интереса, не потерять способность к постоянному поддержанию необходимых компетенций. Основная задача – поддерживать в себе желание и способность развиваться в этом направлении.

10:12 04/07/2006




Loading...


загружаются комментарии