Могут ли события в Беларуси привести к мировому конфликту?

Был конец июня, когда в Сараево Гаврило Принцип застрелил эрцгерцога Франца Фердинанда и его жену. Опустошив револьвер, юный сербский националист прыгнул в неглубокую речку, текущую через весь город, но был быстро пойман. Однако ход событий, которым он дал толчок, нельзя было остановить с такой же легкостью. Через два месяца в Европе началась война.

Понимание того, что незначительные, но жестокие действия могут разжечь мировой пожар, крепко сидит в сознании всего мира. Эхо выстрелов Принципа, прозвучавших летом 1914 года, унесло жизни более 10 миллионов человек, разрушило 4 империи и втянуло в войну более двух десятков стран.


Этим жарким летом, когда планета наблюдает за насилием на Ближнем Востоке, осознание хрупкости нашего мира становится особенно острым. Кровопролитие в Ливане является частью более широкой волны беспокойства. Ирак переживает один из самых кровавых месяцев с начала американского вторжения в 2003 году. Талибы жгут школы и нападают на деревни на юге Афганистана, в то время как Соединенные Штаты и НАТО пытаются защитить слабое правительство этой страны. Вооруженная ядерным оружием Индия все еще борется с последствиями крупного террористического нападения, в осуществлении которого она подозревает боевиков из соперничающего с ней Пакистана. Мир купается в оружии, Северная Корея и Иран развивают свои ядерные возможности, технология производства баллистических ракет распространяется словно вирус.


Некоторые видят начало глобального конфликта. "Мы находимся на начальных этапах того, что я назвал бы третьей мировой войной", — сказал на прошлой неделе бывший спикер палаты представителей Ньют Гингрич. Некоторые религиозные сайты переполнены разговорами об Армагеддоне. В предсказаниях мировой войны может быть столько же преувеличения, сколько и пророчества. Однако совсем не трудно предсказать, каким образом могут разгореться сегодняшние горячие точки.


Рассмотрим четыре сценария:


— Нападение на Иран: когда израильские войска ищут и уничтожают членов Хезболлы на юге Ливана, сотрудники разведслужб обнаруживают партию иранских ракет большой дальности, направляющуюся в Ливан. Израильское правительство решает нанести удар одновременно по колонне с грузом и ядерным объектам Ирана. После того, как Иран оправляется от шока, члены Революционной Гвардии проникают через границу в Ирак, горя желанием нанести удар по союзнику Израиля — американцам. Власти Сирии, Иордании, Египта и Саудовской Аравии сталкиваются с массовыми уличными протестами, в ходе которых выдвигаются требования возмездия Израилю — и они уступают, развязав таким образом большую региональную войну.


— Перелет ракеты: пока мир пристально следит за событиями на Ближнем Востоке, глава Северной Кореи Ким Чен Ир решает продолжить шоу фейерверков, начатое им ранее в этом месяце. Однако в этот раз его бахвальство заходит слишком далеко. Ракета, которая должна была упасть в море недалеко от Японии, сбивается с курса и падает на Токио, убив десятки мирных жителей. Возмущенные Соединенные Штаты, имеющие союзнический договор с Японией, бомбят ракетные и ядерные объекты Северной Кореи. Северокорейская артиллерия обстреливает Сеул, южнокорейские и американские войска отвечают. Тем временем китайские войска пересекают границу на севере Кореи, чтобы перекрыть поток отчаявшихся беженцев, а американские войска продвигаются с юга. Неожиданно мировая сверхдержава и недавно возникшая великая держава сталкиваются нос к носу.


— Бесхозные ядерные боеприпасы: "Аль-Каида" много лет имела виды на президента Пакистана Первеза Мушаррафа, и вот наконец-то она его заполучила. Пакистан погружается в хаос после того, как боевики выходят на улицы, а армия пытается восстановить порядок. Индия решает воспользоваться вакуумом власти и наказать кашмирских боевиков, которых она обвиняет в недавних взрывах на железной дороге в Бомбее. А американский спецназ, направленный для обеспечения безопасности пакистанских ядерных объектов, сталкивается с разъяренной толпой.


— Империя наносит ответный удар: в авторитарной Беларуси разрастаются требования демократических реформ. Когда протестанты собираются у здания парламента в Минске, президент Александр Лукашенко просит помощи у России. После того, как протестующих начинают избивать и убивать, они взывают о помощи, и соседняя Польша — член НАТО, имеющая горькие воспоминания о советских репрессиях — начинает гуманитарную миссию по предоставлению убежища противникам режима. Польские и российские войска сталкиваются, и возникает угроза конфронтации с НАТО.


Как и перед другими войнами, сегодня имеется очень много искр, которые могут разжечь конфликт между сверхдержавами. Самый важный вопрос заключается в том, насколько эффективно крупные державы могут регулировать региональные конфликты и предотвращать их развитие. Научился ли мир разрешать конфликты после двух мировых войн и десятилетий "холодной войны"?


Окончание "холодной войны" имело положительный эффект в виде затухания многих региональных конфликтов. В 1960-х и 1970-х годах каждый кризис на Ближнем Востоке мог привести к вмешательству супердержав для защиты интересов дружественных им государств. Остальной мир также был частью шахматной доски "холодной войны". Сравните практически незаметную сегодня миротворческую миссию ООН в Конго с вызывавшей множество споров миссией в этой же стране в начале 1960-х годов. (Советы были уверены, что миссия ООН поддерживает марионетку Соединенных Штатов, и русские дипломаты в знак протеста покинули несколько заседаний Совета Безопасности.) от Анголы до Афганистана, практически каждый конфликт в эпоху "холодной войны" мог завершиться войной. Сегодня многие локальные конфликты могут быть отданы под контроль гуманитарных организаций или вообще проигнорированы.


Однако кончина биполярного мира имеет и отрицательную сторону. В прежние времена две соперничавшие сверхдержавы утихомиривали воинственные подопечные страны из-за опасений возникновения региональных конфликтов. Какая из сегодняшних сверхдержав может сказать, что она обладает таким же влиянием на Тегеран или Пхеньян?


У сегодняшнего мира есть одно большое преимущество: ни одна из ведущих держав не намеревается перестраивать международные отношения, как Германия перед обеими мировыми войнами и Япония перед второй мировой войной.


Китай представляет собой быстро развивающуюся державу — что часто является дестабилизирующим фактором в международных отношениях — однако он, судя по всему, сосредоточен на экономическом росте, а не на военном соперничестве (за возможным исключением Тайваня). Россия расстроена потерей статуса сверхдержавы, однако она, похоже, смирилась с военным господством США и более заинтересована в разработке своих огромных запасов нефти и газа, чем в восстановлении своей ослабшей армии.


Более того, американское военное превосходство является ключом к глобальной стабильности. Некоторые теории международных отношений предсказывают, что другие крупные державы могут объединиться для противостояния военной мощи США, однако тому пока трудно найти доказательства. Соединенные Штаты, в конце концов, вторглись в Ирак без одобрения ООН, однако нет и намека на то, что со стороны Франции, России или Китая может последовать военный ответ.


Есть и другой фактор, из-за которого великие державы ведут себя осторожно: ядерное оружие. Лидеров Европы перед первой мировой войной можно простить за то, что они не понимали, какую бойню они собираются развязать. То поколение выросло в эпоху коротких войн с небольшим количеством жертв. У сегодняшних лидеров таких иллюзий нет.


Установка горячих линий между столицами государств была признанием необходимости наличия быстрого и четкого средства связи в кризисных ситуациях. Дипломатические средства тоже получили развитие. Совет Безопасности, каким бы медленным он ни был, регулярно собирает представителей великих держав для урегулирования возникающих кризисов.


Поэтому есть все основания надеяться, что крупные державы не заинтересованы в играх с огнем. Однако самоуспокоение опасно. Английский экономист Норманн Эйнджелл когда-то решительно утверждал, что крепкие экономические связи делают конфликт между великими державами никому ненужным. Его книга появилась в 1910 году и все еще лежала на полках магазинов, когда европейские армии начали пересекать границы в 1914 году.



Дэвид Боско, Los Angeles Times (Перевод Иносми.Ру)

17:03 26/07/2006






загружаются комментарии