Знатный расколбас

Президент Лукашенко, как союзник и друг, достался президенту Путину в наследство от президента Ельцина, развалившего Советский Союз, чтоб избавиться от президента Горбачева и сесть в заветное кресло в Кремле.


Усевшись в это самое кресло, президент Ельцин тут же пожелал восстановить Советский Союз. Но эта затея уже не нашла отклика у президентов бывших союзных республик. Один только президент Лукашенко согласился опять образовать с Россией союзное государство — разумеется, на определенных условиях.

Еще до того, как эти условия были проработаны и согласованы, президент Ельцин передал бразды управления президенту Путину. Теперь уже перед президентом Путиным открылась блистательная перспектива: довести объединение с Беларусью до конца и вписаться в историю собирателем земель русских.

Кремлевские мыслители и советники напрягли мозги, обдумали условия объединения и пришли к выводу: Россия в экономическом плане настолько сильнее и богаче Беларуси, что на равных объединяться невозможно. Путь один: Беларусь должна войти в состав России в качестве еще одного субъекта Федерации, а президент Лукашенко тогда будет как бы его губернатор.

У президента Лукашенко оказалось иное видение. Он тоже хотел быть собирателем и царем зверей, поэтому планировал объединяться на равных, деля поровну права на российские и белорусские богатства, а рубль соглашался считать единой валютой лишь в том случае, если новые рубли будут печататься как в России, так и в Беларуси.

Справедливости ради надо сказать, что обе стороны ставили друг другу заведомо невыполнимые условия. Москва не могла поделиться правом печатать рубли, а Лукашенко не мог согласиться стать губернатором.

Невыполнимые условия ставились потому, что на самом деле ни Кремль, ни Лукашенко не думали объединяться, но не могли признать это открыто, поскольку сразу много теряли.

Лукашенко не хотел объединяться, предпочитая оставаться единоличным хозяином Беларуси. Покупать в России дешевые нефть и газ, перепродавать их задорого, а из разницы выплачивать приличные пенсии гражданам и высокие зарплаты силовикам, и все тогда его будут любить, и ни одна сволочь не пикнет.
А Кремль не хотел объединяться, потому что опасался Лукашенко. В едином государстве он сразу становился грозным соперником как для Путина, так и для любого его преемника.

Тем не менее Кремль поддерживал товарища Лукашенко, потому что при нем Беларусь продолжала оставаться надежным союзником России, в отличие от Прибалтики, Украины, Молдовы, Грузии, нацелившихся в НАТО. Не хватало еще, чтоб в Беларуси американцы устроили “оранжевую революцию”. И с кем мы тогда останемся? С Узбекистаном?

Чтоб избежать этой горестной перспективы, Кремль продавал Беларуси нефть и газ по низким ценам, а также признавал белорусские выборы, которые вся Европа считала фальсификацией, закрывал глаза на аресты оппозиционеров, разгоны митингов, удушение СМИ и прочие выходки, характеризующие товарища Лукашенко как диктатора и авантюриста.

Так оно все и шло. Ни шатко ни валко. Союзное государство много лет существовало в форме фантома, но под конец президентского срока Путина желание тянуть резину иссякло. Во главу угла встали деньги.

Товарищу Лукашенко было сделано предложение: либо объединение происходит на условиях России, и тогда в марте 2007 года проводится объединительный референдум и принимается Конституционный акт; либо с 2007 года Россия вводит рыночные цены на нефть и газ.

Видимо, Лукашенко выбрал второе. Во всяком случае, в конце 2006 года для Беларуси была установлена экспортная пошлина на нефть. Кроме того, с первого января ей вдвое повысили цену за газ. Над белорусской экономикой нависла угроза краха.

В ответ президент Лукашенко сделал то, чего никто не ждал. Ввел для России таможенный сбор — 45 долларов за тонну нефти, перекачиваемой по нефтепроводу “Дружба”, лежащему на исконно белорусских землях.

В Кремле опешили. Ввести сбор за транзит нефти — все равно что двинуть ладью по диагонали через всю шахматную доску. Так не ходят. Эй, ты чего творишь, это не по правилам!

Получив отказ платить транзитный сбор, Лукашенко стал собирать его натурой. Белорусы принялись выкачивать из “Дружбы” российскую нефть, предназначенную для продажи в Западную Европу.

Его прижали — он извернулся и прижал прижавших. Не по правилам прижал, да. Но на то он и есть диктатор и авантюрист, чтоб прижимать не по правилам.
После того как Лукашенко подмолодил “Транснефть” на 80 тысяч тонн, компания прекратила подачу нефти, не видя смысла отправлять товар на заведомое разграбление. Польша, Германия, Чехия, Венгрия, Словакия оказались в нефтяной блокаде.

Теперь опешила Европа: у России конфликт с Беларусью, но почему от этого должны страдать мы? Путин долго убеждал нас, что Россия — надежнейший партнер. Но если она не может просчитать последствия своих шагов, как с ней делать бизнес? Нет, надо искать других поставщиков. Невозможно зависеть от этих непредсказуемых стран, напоминающих бешеных соседей по дому, которые то целуются, то дерутся, с воплями выкидывая на лестницу мебель.

Репутация России как бизнес-партнера оказалась под угрозой. Лучший друг и союзник организовал Кремлю знатный расколбас. Он сыграл на руку европейским лидерам, мечтающим окоротить российские амбиции в части транспортировки и продажи энергоресурсов. Подарил им новый сильный аргумент давления на Россию.

Чем мог ответить Кремль? Российские пограничники, конечно, тут же завернули сахар, следовавший из Беларуси в Россию, как негодный к употреблению. И это был сильный ход. Но переломить ситуацию он не мог.

Все решало время. Чтоб сохранить лицо, необходимо было как можно быстрее возобновить подачу нефти в Европу. Диктатор и авантюрист Лукашенко это отлично понимал. Он шантажировал Путина точно так же, как шантажировали террористы в Беслане. Только там на кону стояли детские жизни, а здесь — деловая репутация российских властей и очень большие деньги.

Десятого января Путин и Лукашенко договорились по телефону, что Минск отменит свой чудовищный транзитный сбор, а в Москве тут же начнутся переговоры об урегулировании конфликта.

По всей видимости, это означает, что рыночные цены для Беларуси вновь будут спущены до внутренних российских либо компенсированы новыми льготами. Фокус, короче, не удался. Начинали — веселились, посчитали — прослезились.

Что касается объединения России и Беларуси, то при нынешнем раскладе сил оно вряд ли состоится. Некого Кремлю выставить против Лукашенко, потому что нет у него буйных. Всех буйных погасили, одни деловые остались. А они, конечно, не поспевают за “батькиными” пируэтами. И пусть уж лучше не пытаются успевать. Иначе доиграются до того, что Россия войдет в состав Беларуси на правах территориального образования, а единой валютой станут “зайчики” — собиратели земель русских.
13:36 12/01/2007




Loading...


загружаются комментарии