Союз котлет и мух: последний поцелуй

Двухнедельная энергетическая война между Россией и Белоруссией завершилась. На этой неделе обе страны подвели под ней черту. Причем на высшем государственном уровне - устами своих президентов, чьи публичные заявления о достигнутых результатах, однако, разнятся и по содержанию, и по тону.

Владимир Путин порадовался, что Россия и Белоруссия «наконец перешли на рыночные отношения». Пообещал поддержку белорусской экономике. Сказал, что эта поддержка будет продолжаться в течение длительного времени. Что, например, энергетическая дотация в нынешнем году составит 5,8 миллиарда долларов (3,3 - по газу, 2,5 - по нефти). Если бюджет Белоруссии - 14 миллиардов долларов, то оценить масштаб российской помощи соседу не составляет труда. «Это плата России за спокойный, легкий, союзнический способ перехода к рыночным отношениям», - подытожил Путин.

Высказывание Александра Лукашенко на эту же тему оказалось иным. Белорусский президент сказал как резанул: «Российская сторона пошла на то, чтобы растоптать союз и пустить под откос целую страну с дружественным братским народом... Если каждый год будут хвататься за вентиль, то речи ни о каком союзе быть не может». Потом пошли угрозы. Например, обещание ввести «пошлину и какую-то плату по чувствительным для России товарам».

Обижаться на словесную эскападу импульсивного белорусского батьки Москва не станет: привыкла. Еще меньшее впечатление на нее произведет и содержание лукашенковской речи. Понятно ведь: грозить России торговой войной глава Белоруссии может, адресуясь исключительно к «внутреннему потребителю» подобных инвектив, то есть к собственному народу для возбуждения в нем патриотических чувств. Москва же, как, без сомнения, и официальный Минск, прекрасно понимает: выиграть торговую войну с Россией у Белоруссии нет ни малейших шансов. По самой элементарной причине: на Россию приходится почти 50 процентов белорусского товарооборота (в том числе почти 100 процентов продуктов питания), а соответствующий российский показатель в торговле с Белоруссией - 4 процента.

Впрочем, не будем сводить избытое нефтегазовое противостояние двух славянских соседей к дотошным подсчетам, кто тут что приобрел и что потерял, кому нанесены обиды и т.п. То, что случилось, выходит за рамки локального конфликта. Подведена черта не только под энергетической войной - поставлена точка в затянувшемся споре о котлетах и мухах. Попросту говоря, покончено с утопией под названием «Союзное государство». Россия окончательно поняла, что никакого объединения Лукашенко не допустит.

Что было до сих пор? Ничего, кроме взаимных ритуальных заверений в необходимости Союза. Под эту риторику Минск долгие годы занимался, по сути, вымогательством - прямых и скрытых дотаций, всяческих преференций. Причем преференций еще и политических: снисхождения к авторитарным замашкам белорусского лидера, закрывания глаз на отсутствие в Белоруссии рыночных и демократических институтов, признания выборов легитимными т.п. Весь этот «товар» Россия отпускала (нередко - в ущерб своей репутации) с избыточной щедростью. И такая модель отношений (лояльность в обмен на преференции) долгое время устраивала обе стороны. Казалось, идея Союза должна еще крепче их связать. Но вышло наоборот: как раз идея объединения и оказалась разрушительной для российско-белорусских отношений. Как только Москва попыталась перейти от слов к делу (интеграция экономики, единая валюта, единый эмиссионный центр), так тотчас получила отпор. Была отвергнута предложенная Путиным схема объединения двух государств по принципу Евросоюза. И столь же рьяно доказывалась потребность не в одном, а в двух эмиссионных центрах.

Потом было много еще чего. Белорусский батька называл Россию «нищей», сравнивал Путина с Лениным и Сталиным, закатывал «газовые» истерики, постоянно намекал, что Минск найдет себе других партнеров, шантажировал Кремль мифическим намерением Белоруссии податься в НАТО… Наконец прозвучал - уже сейчас - и последний приговор, вынесенный Минском Союзу: «Суверенитет и независимость не продаются ни за какой природный газ и нефть». Что ж, вольному - воля. Только тогда не надо требовать, чтоб Белоруссия платила за газ как платит Смоленская область. Либо единое государство (а не экономическое пространство) со смоленскими ценами на топливо, либо полный суверенитет и независимость с мировыми тарифами на энергоносители.

В общем, реальное создание союза России с Белоруссией будет отложено до иных времен. В лучшем случае оно состоится без Лукашенко. Если когда-нибудь состоится вообще.

Теперь в отместку России Лукашенко намерен сближаться с Западом. Так и заявил: «Мы готовы сотрудничать хоть с чертом, хоть с дьяволом, чтобы обеспечить энергетическую безопасность... Если Европа готова сотрудничать, мы пойдем на любое сотрудничество с Европой».

Полагаю, Европа готова. Но при одном условии - если в Белоруссии начнутся рыночные реформы и демократизация. То есть если Европа поверит, что Лукашенко всерьез решил изменить своим принципам, запечатленным в крылатой фразе: «Я свое государство за цивилизованным миром не поведу». По крайней мере до сих пор попытки белорусского президента наладить отношения с Западом успеха не имели. Был момент, когда ему отказали даже во въезде в Прагу на саммит НАТО. Мало того, 14 стран Евросоюза договорились вообще не пускать его к себе, а США присоединились к этой договоренности.

Правда, Европе все-таки может явиться соблазн взять Лукашенко под свое покровительство. Особенно если он заявит о желании Белоруссии вступить в НАТО. Хотя на Западе знают, чем кончаются попытки сближения со славянскими соседями России: поведение Леонида Кучмы, в свое время уже было пригретого Вашингтоном, а затем по заслугам отвергнутого, - вполне отрезвляющий опыт. В конце концов НАТО - альянс не только оборонный, но и политический, а в зеркале политики и ее международных стандартов белорусский батька выглядит, прямо скажем, не комильфо. О торговых же отношениях Белоруссии со странами Евросоюза и заикаться не стоит. Покупать, к примеру, трактор «Беларусь» эти страны нельзя заставить даже по приговору международного трибунала. Не случайно же белорусский экспорт весь сориентирован на Россию.

Во внезапное чудесное прозрение Лукашенко, до последнего времени стращавшего свой народ происками Запада, тоже не очень-то верится. Антизападничество было и пока остается официальным государственным курсом Белоруссии, важной составляющей президентского популизма, замешенного на ксенофобии, поисках внешних врагов. Как насквозь популистской, эксплуатирующей ностальгию по СССР была и раздававшаяся из Минска песнь о братском союзе России и Белоруссии.

Словом, не стоит думать, будто Лукашенко в одночасье сжег все, чему поклонялся, и поклонился всему, что сжигал. Это никакая не «смена вех». Это похоже на очередной шантаж. Вам не нравится интеграция по белорусскому сценарию (суверенитет и независимость со смоленскими ценами на газ)? А натовские войска под Брестом увидеть не хотите ли? Лукашенко просто пугает Москву, спекулируя на стратегическом положении, которое занимает Белоруссия, являясь буферной зоной между Россией и странами НАТО.

Если же Лукашенко всерьез попытается сблизиться с Западом, ему придется отказаться от всего, что составляет суть его режима. От социалистической экономики. От антизападной идеологии. От безудержного популизма. Иначе попытка такого сближения закончится тем же, чем завершилось объединение Белоруссии с Россией. Европейских лидеров, как и российского, союз мух с котлетами не вдохновляет.

   


14:45 17/01/2007




Loading...


загружаются комментарии