Модели Союзного государства

Объединительный мотив России и Белоруссии

Модели Союзного государства
Базовая идея Союзного государства заключается в позиции народов России и Белоруссии, которые считают, что они должны развиваться вместе, как это было на протяжении многих столетий. Народы России и Белоруссии - это, по большому счету, один большой русский народ. Например, брак между русским парнем и белорусской девушкой никогда не рассматривался как межэтнический брак. Все понимают это как союз в рамках единого большого русского народа.

Широко распространено мнение, что отделение Белоруссии в ходе распада СССР произошло в какой-то степени случайно. Для людей понятно отделение Эстонии, Латвии, Литвы, в какой-то мере Грузии, но разделение большого русского народа на Россию, Украину и Белоруссию, по их мнению, произошло ввиду исторической случайности. И большинство именно так воспринимает сложившуюся ситуацию. При этом они обращают внимание на то, что разделение произошло не в рамках подъема, а в рамках упадка государственности. И поэтому с провозглашением независимости, с разделением России, Украины, Белоруссии граждане связывают не улучшение жизни, а ее очень серьезное ухудшение. Это тоже политическая основа объединения России и Белоруссии.

Политические амбиции элит



Именно поэтому лозунг объединения стал очень популярным. Исходя из этого, Александр Лукашенко был первым среди политиков "первого уровня", который выдвинул идею об объединении России и Белоруссии. Это было в середине 90-х годов. Тогда Лукашенко, в том числе, предполагал собственную политическую карьеру связать с этой идеей. Если Россия и Белоруссия объединяются в единое государство, Лукашенко баллотируется, и побеждает "какого-то преемника Ельцина", как он победил Кебича, последнего председателя Совмина допрезидентской Белоруссии. В этом случае Лукашенко позиционирует себя противовесом крайне непопулярной тогда политики Бориса Ельцина.

Александр Григорьевич стал активным сторонником формирования Союзного государства из-за полной уверенности в своей победе на выборах. Однако, после того, как к власти пришел Владимир Путин, ситуация изменилась кардинально. Стало ясно, что Лукашенко не может стать лидером единого Союзного государства. Во всяком случае, во время правления Путина. Поэтому, если при Ельцине многие в Кремле были против объединения с Белоруссией, поскольку боялись прихода Лукашенко, то при Путине, соответственно, появилось много сторонников воссоединения. Предполагалось, что это произойдет достаточно быстро.

Модели Союзного государства



Возникла модель воссоединения по принципу вхождения Белоруссии в состав России в качестве субъекта Федерации, вроде Татарстана. Более того, появилась и еще одна версия, что Белоруссия может войти в состав РФ шестью областями. Параллельно рассматривались условия вхождения в состав России как единого самостоятельного субъекта, но с особыми правами.

Здесь, конечно, для России возникала опасность, что такие республики, как Татарстан, Башкортостан могут захотеть получить такие же права. В этом смысле, часть республик России могла бы потребовать увеличение прав, что повлекло бы за собой если не процесс распада, то некое "расползание" страны.

Когда выяснилось, что и белорусское руководство тоже рассматривает эти модели, но со своих позиций и не желает учитывать мнение Москвы, Владимир Путин поставил вопрос об объединении по принципу Евросоюза. То есть, формируются союзные органы, но вопрос о полном объединении не ставится. Эта модель и сформировалась на сегодня. Страны создали некое общее пространство, но сохранили суверенитет.

Но Лукашенко больше склоняется к другой модели по принципу "движение - все, конечная цель - ничто", поскольку в рамках этого движения Белоруссия получает преференции. Она этими преференциями пользуется и как бы бесконечно движется к Союзному государству, но никогда к нему не придет. Когда это стало совершенно очевидным, российское руководство поставило вопрос о том, что тогда взаимоотношения строятся на рыночной основе. Из этого и возник конфликт.

Блокираторы интеграции



Белорусское руководство в принципе готово было следовать этой модели, но возникает вопрос о месте Александра Лукашенко, поскольку он является абсолютно доминирующей фигурой в белорусской политике, и ему не хочется ничего менять. Условно говоря, он не хочет быть чиновником, даже чиновником самого высокого ранга, но которого можно снять. Люди в Кремле большей частью очень современные, прозападные, и он не хочет зависеть от этих людей. Его устроил бы ранг избранного вице-президента и одновременно премьер-министра, поскольку в этом случае он имел бы огромную реальную власть, но это не устроило бы российскую сторону. Поэтому процесс завис.

Крепкая конфедерация



Следующим этапом стала модель, которую условно можно назвать моделью Гонконга и Китая. Как известно, Китай и Гонконг успешно объединились, и здесь есть очень большие возможности. К такому варианту, как кажется, Минск готов. Эта модель четко разработана, она означает формирование единой валюты, единого политического пространства, но при сохранении большой автономии, своей письменности и так далее. В какой-то мере можно сказать, что это крепкая конфедерация. В нашей ситуации, это конфедерация России с Белоруссией с правом выхода Белоруссии. Но пока Кремль боится этого, помня опыт Советского Союза. Мне представляется, что бояться этого не надо, нужно идти сейчас либо по пути конфедерации, либо по пути "одна страна - две системы", такая возможность есть. Нужно сделать максимальное количество шагов вперед.

Отношение к Союзному государству в Белоруссии



Поддержка идеи объединения в Белоруссии снижается. Она снижается за счет двух факторов. Первый и наиболее важный: это мощная пропагандистская кампания белорусских СМИ против российских властей, организованная Лукашенко. Второй: формирование нового молодого поколения в Белоруссии, которое никогда не жило в едином государстве и больше ориентировано на Евросоюз, а также оппозиции, которая достаточно критически относится к интеграции. Таким образом, с развитием ситуации уменьшается политическая база для объединения. Российский сторона умаляет опасения, которые есть у Белоруссии. Первое опасение - это все-таки сам Александр Лукашенко, он признанный лидер Белоруссии и его нельзя сбрасывать со счетов. Второе - это опасение белорусского населения. Белоруссия развивается по китайской модели, полусоциалистической, смысл которой - социальная поддержка. Белорусы не хотят лишаться социальной поддержки, не хотят переходить к российской модели. У них есть стабильный экономический рост, у них есть мягкая политическая цензура телевидения, условно говоря, там по телевидению нет вала бандитов, проституток и трансвеститов, который есть в России и Украине, и они не хотят этого. Кроме того, в Белоруссии есть страх приватизации белорусских промышленных объектов. Они полагают, что те олигархические группы, которые осуществляют контроль над стратегическими объектами экономики Белоруссии, передадут политические инструменты либо в руки Кремля, либо в руки американцев и европейцев, и кто-то из них может захотеть использовать эти мощные экономические структуры для того, чтобы свергнуть существующую в Белоруссии власть. Это опасение, конечно, есть, и если им не пойти навстречу, то белорусское руководство и население не захочет в скором времени объединения. Еще одна серьезная проблема ушла: белорусское население боялось темы Чечни. К счастью, чеченская война закончилась.

Перспективы Таможенного союза



Что касается Таможенного союза, он возможен, но все-таки необходимо решить базовые вещи, в каком направлении развивается ситуация. Я бы исходил из того, что нужно все делать пошагово. Лукашенко очень эффективно использует все эти вещи. Например, как с нефтью получилось. По сути дела, он использовал Россию для того, чтобы получать сверхдоходы. В рамках общего Таможенного союза нефть поступала на белорусские нефтеперерабатывающие заводы очень дешево, а потом нефтепродукты продавались на Запад. В стоимость была заложены цены по нефтепереработке, но большая часть - это стоимость российской нефти. И предполагалось, что не Россия продает напрямую сырую нефть, а Белоруссия, переработав российскую нефть, продает ее, и таможенный сбор будет уже на границе не России и Белоруссии, а Белоруссии и Польши. Но с этого таможенного сбора большую часть (85%) должна была получать Россия и только 15% - Белоруссия, ведь эти 85% были просто стоимостью самой российской нефти. Но Лукашенко отказался, и выпал из таможенного пространства. Вот таких дыр Лукашенко довольно много просверлил в Таможенном союзе. Но, мне кажется, Россия должна не отказываться от Таможенного союза, а просто вести переговоры, причем временами более жестко, о том, чтобы Таможенный союз все-таки существовал. В этом союзе мы должны двигаться к единой валюте и к конфедеративному государству, у нас есть такая возможность.

Для этого Россия должна более внятно сформулировать концепцию Союзного государства, и в том числе эта концепция должна учитывать озабоченности белорусской стороны. Кстати, эти опасения разделяются и большинством российского общества. В частности, в российском общественном сознании сейчас очень сильна идея о том, чтобы не "сдавать братский народ на растерзание российским олигархам". С точки зрения большинства российские олигархи слишком влиятельны и слишком социально безответственно действуют.

Общественное мнение



Тема Союза политически значима, она сегодня является частью темы России на постсоветском пространстве, и будет играть серьезную роль во время избирательной кампании. Кстати, российское общественное мнение относилось к этому конфликту совсем по-другому, чем к конфликту с Украиной. На Украине к власти пришли марионетки. Представителем Ющенко в парламенте стал кадровый американский разведчик, министром иностранных дел был человек, ненавидящий Россию, министром обороны поставили персону, напрямую подчиняющуюся министру обороны США, а не украинскому народу. Здесь действует принцип: пусть заплатят по полной.

В отношении Белоруссии так вопрос не стоит. По всей видимости, те, кто будет отстаивать очень жесткую позицию по отношению к Белоруссии, проиграют в глазах избирателей. Дело в том, что идея Белоруссии связана с идеей большой России. Часть российской элиты готова признать, что Россия является маленькой в границах нынешней РФ, а большинство населения не готово согласиться с идеей маленькой России и предпочли бы большую Россию, которая в идеале бы включала в себя и Россию, и Белоруссию, и Украину, и Казахстан. И предавать идею большой России они не хотят. Политики, которых подозревают в том, что они предают идею большой России, резко сужают свое электоральное поле. Более того, если Украина продолжит движение в НАТО, я думаю, население поставит перед российской элитой вопрос: кто проиграл Украину, по чьей вине Россия потеряла Украину? Если Лукашенко продолжит движение в противоположном от Союзного государства направлении, также будет поставлен вопрос: кто потерял Белоруссию? И кто-то за это должен будет заплатить политическую цену. Может быть, Путин заплатит, может быть, кто-то другой, но кто-то такую цену заплатит, поскольку, еще раз повторяю, это не просто отношения России с Белоруссией, это отношения россиян со своей идеей большой России.//www.kremlin.org

09:47 18/01/2007




Loading...


загружаются комментарии