Москва хочет вырастить в Беларуси "пророссийскую" элиту?

На протяжении практически всего срока своего правления Александр Лукашенко пользовался политической поддержкой официальной Москвы. Она защищала Беларусь от ОБСЕ и США, которые критиковали ход избирательных кампаний в нашей стране. Не реагировала на исчезновения оппозиционных политиков и разгоны демонстраций. Терпела нежелание пускать "Газпром" в акционеры "Белтрансгаза". Сама вполне довольствовалась интеграционной риторикой. Надежный транзитный коридор в Европу, лояльность и поддержка действиям России на внешнеполитической сцене, казалось, искупали все.

Но события последних месяцев, новогодний нефтегазовый конфликт, потрясший не только Беларусь и Россию, но и заставивший Европу пересматривать свою энергетическую политику, заставил Москву посмотреть на "верного союзника" новым взглядом.

Новое свидетельство тому — выступление Сергея Караганова, сопредседателя российско-белорусской комиссии по правам человека, со статьей, стилистика и содержание которой совсем недавно были, пожалуй, невозможны.

"Как сформировать пророссийскую белорусскую элиту?", — задается вопросом московский политолог. И отвечать начинает издалека. Сначала он подводит итоги политики, которую Россия проводила в отношении Беларуси последние 10-12 лет, выделяя три "школы". Первая — школа "объединителей" — считала, что нужно быстро заключать союз с Беларусью и идти к воссоединению двух государств, воспользовавшись тем, что у власти находится А. Лукашенко. Вторая — школа "краткосрочных прагматиков" — рассчитывала, что курс на объединение перед российским президентскими выборами 1996 года снимет с Бориса Ельцина вину за развал СССР. Третья школа — "долгосрочных прагматиков", к которой причисляет себя и сам Караганов, — полагала, что ускоренное сближение с Беларусью позволит обеспечить надежный транзит российских товаров в Европу и из нее, облегчит удержание Калининградской области в составе РФ, предотвратит создание балтийско-черноморской буферной зоны сдерживания России.

"Планам по объединению и сближению с Белоруссией противились те, кто "слева" боялся, что создание союзного государства продлит политическую жизнь Б. Н. Ельцина. "Справа" же боялись, что в результате объединения мы получим А. Г. Лукашенко в качестве общего лидера, — пишет Караганов. — В результате был создан некий бюрократический фантом в виде союзного государства. Беларусь и её руководство получили на десятилетие гигантские преференции и возможность относительно безбедно жить за российский счет, не реформируясь. Розово-оранжевые революции сделали почти неслышными призывы обратить внимание на то, что Минск не является надежным союзником и транзитером, становится все большим бременем для российской политики в Европе. Возобладала известная американская мудрость: "Сукин сын, но наш сукин сын". Между тем, при несравненно более ничтожных ресурсах у Минска политика была. И она, похоже, победила. Когда выяснилось, что надежды на воцарение в Москве несбыточны, белорусский лидер стал целенаправленно проводить политику консолидации собственной власти и уменьшения влияния России. Было сведено на нет когда-то доминировавшее в Белоруссии влияние российских СМИ. Большинству белорусов было навязано представление, что лидер страны непобедим и несменяем. Задушено, загнано в тюрьмы, вытеснено в изгнание инакомыслие. Правящий класс Белоруссии, когда-то ждавший "сигнала из Москвы", запуган репрессиями или подкормлен деньгами, взятыми из российских субсидий".

И вот, в видении Караганова, результаты такой политики: "В Белоруссии за более чем десять лет сформирован политический класс, не желающий более сближения с Москвой. Характерно, что "батьку" ныне поддерживают многие из тех ультра-националистов, которые на дух его не переносили еще несколько лет тому назад. Главе Белоруссии удалось убедить подавляющую часть и руководства, и населения страны, что он всегда проведет Москву. При этом недоверие к ней было посеяно не только среди либеральной и образованной части общества (мы так и не поддержали ее, даже допустили появление в формально союзном государстве института политических заключенных). Подорвано доверие и населения — благодаря массированной вопиюще антироссийской пропаганде… Вполне пророссийские политики сидят по тюрьмам, подрывают своё здоровье голодовками. Но их поддерживает только Запад. Хотя и тамошняя поддержка носит лицемерный характер. Страны ЕС с удовольствием и в возрастающих объемах покупают белорусские продукты нефте - и газопереработки. Благодаря этому, белорусский экспорт в Европу возрос в разы и превышает экспорт в Россию, а при этом, как только Россия запоздало заявила о намерении повысить цены на энергоносители, поставляемые в Белоруссию, и сократить таможенные преференции, за "интересы народа Белоруссии" вступился официальный Вашингтон, а европейцы набросились на Россию, обвиняя ее в использовании энергоресурсов в целях политического давления".

Караганов предлагает российскому руководству "действовать в своих интересах… Не нужно останавливаться на полпути и выдавать Белоруссии энергоресурсы по полурыночным ценам, нужно быстро доводить дело до конца". И, наконец, российский политолог заявляет, что "нельзя больше делать вид, что мы не замечаем ситуацию с правами человека в Белоруссии".

Вот она — утрата статуса сверхнадежного "нашего сукина сына". Москва, пусть и устами Караганова, говоря о политике, вспомнила о морали!

"Не буду взывать к политикообразующему классу России с морализаторскими призывами, но моральная политика очень часто бывает выгодной, — говорится в статье. — Оглядываясь, могу точно сказать. Если бы мы не отказались от поддержки оппозиции в Белоруссии, от защиты там элементарной свободы СМИ, мы сейчас имели бы гораздо более пророссийскую элиту, гораздо менее антироссийский официальный Минск и гораздо больше возможностей влиять на ситуацию в стране. Было бы больше надежд на выгодную России смену власти и не было бы стыдно за свое бездействие, благодаря которому тысячи людей в братской стране оказались за решеткой и вынуждены смотреть в другую — нероссийскую —сторону в мечтах о лучшей доле".

Как видим, заявления достаточно принципиальные и новые. Впервые прикремлевская политическая тусовка заговорила о необходимости пророссийской элиты и смены власти в Беларуси.

Однако председатель белорусской Либерально-демократической партии Сергей Гайдукевич не склонен серьезно относиться к призывам Караганова. "Политолог имеет право на собственное видение проблем и может его высказывать, — сказал лидер ЛДП в интервью "Белорусским новостям". — Но мне мнение Караганова малоинтересно. У него очень сложные политические взаимоотношения с нашим государством. Когда-то он участвовал в заседаниях такой организации, как Славянский Собор "Белая Русь". Там шли достаточно оригинальные дискуссии. В1997-99 годах он высказывался относительно взаимоотношений наших государств в духе "правильной дорогой движемся, товарищи!" В 2001 году он прогнозировал хорошее будущее союзу наших государств". По мнению С. Гайдукевича, не надо быть сильным политологом, чтобы при нынешней конъюнктуре "подыграть тем политическим силам, которым выгодно делать такие заявления".

Лидер Объединенной Гражданской партии Анатолий Лебедько более лоялен в оценках профессионализма автора статьи: "Надо сказать, Караганов два года назад одним из первых начал заниматься изучением политической ситуации в Беларуси. Его структура сделала попытку разбавить монополию Лукашенко на обсуждение российско-белорусских отношений через проведение ряда круглых столов. Можно согласиться с Карагановым в том, что Россия действительно сделала очень много серьезных ошибок, следствием которых явилось то, что сегодня она имеет. Но я не думаю, что предложения, которые сделал Караганов, станут руководством к действию. Потому что, если реализовывать предложения Караганова, то возникнет крен к революционной ситуации. И выбирая между революционной ситуацией и Лукашенко, Москва, конечно, выберет Лукашенко. Скорее, она изберет растянутый по времени экономический пресс в отношении Беларуси. И начнет отказывать в бесплатных адвокатских услугах на международном уровне. В каких-то вопросах будет придерживаться нейтралитета, а в каких-то, при определенной конъюнктуре, может и присоединяться к критикам ситуации с правами человека в Беларуси".

Председатель Партии БНФ Винцук Вячорка в свою очередь считает нужным поблагодарить Караганова за честность, поскольку он открыто сформулировал позицию "цивилизованного империализма". Сожаления о том, что в Беларуси не сформировалась пророссийская демократическая элита, по мнению белорусского политика, — ни к чему. "Объективный процесс национального возрождения на периферии бывшей советской империи был неизбежен. Он коснулся Беларуси в такой же степени, в какой и стран Балтии, Кавказа, других. Таким образом, из постулатов Караганова я бы выделил, как наиболее позитивный, тот посыл, что к Беларуси надо относиться так же, как к любой другой стране. Со своей стороны мне интересно было узнать, что существовали различные "школы" формирования отношений с Беларусью. Это подтверждает правильность позиции партии БНФ на консолидацию в первую очередь с другими нашими соседями".

Российским великодержавным интересам предложения Караганова, безусловно, отвечают. Но сам-то политолог в своей статье печется еще о демократии и правах человека в Беларуси. Как с ними сообразуются воспитание послушной чужому государству элиты и подготовка смены власти в соседней стране? Даже если такая политика и выгодна России, то уж моральной назвать ее никак нельзя.
16:21 24/01/2007




Loading...


загружаются комментарии