Белорусская оппозиция накануне конгресса

31 января 2007 г. политический совет Объединенных демократических сил принял важное решение о дате проведения второго Конгресса демократических сил. Новый форум белорусских демократов должен был состояться 17-18 марта 2007 г.

За это решение проголосовало восемь членов политсовета. Кроме того, участники заседания рассмотрели проект так называемой малой конституции, а также ответы на наиболее типичные вопросы избирателей. Этот документ, в случае его одобрения делегатами будущего конгресса, мог бы стать платформой ОДС на предстоящих в 2008 г. парламентских выборах.

Не менее важным было и достижение согласия основных субъектов коалиции по вопросу о дате проведения совместной акции протеста. Лидер ОГП Анатолий Лебедько отказался от своего прежнего предложения о том, что ее следует проводить 19 марта – в годовщину митинга оппозиции в знак протеста против фальсификаций итогов президентских выборов. Он согласился с мнением большинства членов политсовета о том, что наиболее подходящая дата – это 25 марта – День Воли. В прошлом году именно на этот день пришлись самые жестокие репрессии минской милиции и ОМОНа против участников массовых акций оппозиции.

Однако состояние относительного единодушия в рядах ОДС продолжалось недолго. Его неожиданно для многих нарушил сам лидер коалиции Александр Милинкевич. 14 февраля 2007 г. экс-кандидат в президенты Беларуси заявил о невозможности своего участия в предстоящем конгрессе. Поясняя причины своего решения, А. Милинкевич заявил:

«После президентских выборов я был уверен в продолжении совместной работы в коалиции. Тем более что я ощущал и ощущаю ту большую поддержку и ожидания наших сограждан. А они хотят, чтобы у нас была единая стратегия, один штаб, единый лидер», – говорится в обращении. Однако, по словам Милинкевича, консолидации не произошло. Политический совет Объединенных демократических сил не смог выполнить объединительную миссию. «Полгода утверждался план деятельности, а когда, наконец, был принят, совет даже не смог создать исполком для его реализации. Вместо организации совместной работы некоторые руководители партий начали бороться за лидерство и многомесячную подготовку к конгрессу. Многие активисты так увлеклись борьбой за место на этом форуме, что забыли про главное – работу с людьми – даже во время местных выборов».

Он особо отметил, что «к большому сожалению, изначальные договоренности были аннулированы, изменены процедуры избрания делегатов на конгресс, а из-за определенных манипуляций с подписями резко усилилась напряженность внутри коалиции, в особенности в регионах».

Как подчеркивает А. Милинкевич, он выступает за объединение демократических сил, за конгресс, но конгресс, который будет созван по прозрачным, согласованным процедурам и будет иметь широкое демократическое представительство». При этом экс-кандидат заявил о готовности принять участие в новом форуме демократов, «только если на нем будет избран лидер Объединенных демократических сил с достаточными для организации эффективной деятельности полномочиями… Пока же, за месяц до проведения конгресса, согласованных позиций по его содержанию и целям нет. Недавно политический совет принял решение, что единый лидер не нужен. Это отбрасывает нас на несколько лет назад в построении альтернативы существующему режиму. Лидерами будут теперь все руководители партий, только поочередно, на несколько месяцев», – говорится в обращении единого кандидата.

По словам А. Милинкевича, он больше не может оставаться заложником такой ситуации и не хочет участвовать во «внутренних разборках». «Демократов во многом справедливо упрекают в отсутствии реальных действий. Я против того, чтобы конкуренция между лидерами партий поглотила весь потенциал демократической коалиции. Поэтому заявляю о невозможности моего участия в предстоящем в марте конгрессе, так как он приведет только к разъединению демократических сил», – подчеркивает Милинкевич.
По его мнению, все усилия сегодня необходимо направить на подготовку празднования Дня Воли 25 марта».
Заявление единого кандидата вызвало неоднозначную реакцию демократической общественности. По словам лидера той части социал-демократов, которая не вошла в «козулинскую партию», Н. Статкевича, «Милинкевич не хочет принимать участие в похоронах ОДС». Лидер БСДП (НГ) считает, что следующий Конгресс демократических сил надо проводить не в марте 2007 г, а накануне парламентских выборов для выработки стратегии совместных действий. По его словам, своим заявлением об отказе от участия в Конгрессе демократических сил Милинкевич по сути поддержал позицию Европейской коалиции (БСДП (НГ), Партия свободы и прогресса, Молодой фронт). Эта структура также отказалась от участия в предстоящем конгрессе.

Партнер Статкевича по Европейской коалиции, лидер Партии свободы и прогресса Владимир Новосяд, назвал отказ Милинкевича от участия в Конгрессе демократических сил «адекватной реакцией политика на действия некоторых политиков в ОДС, на «фарс» и «фальсификацию подписей со стороны потенциальных делегатов КДС». «Ситуация сложилась таким образом, что когда надо было переходить от слов к делу – проводить местные выборы, собирать подписи для выдвижения делегатов Конгресса ОДС, то, оказалось, эти лидеры превратили демократические процедуры в фарс. Они снимали с выборов своих кандидатов, не занимались распространением агитационных материалов, не воспользовались выделенным эфирным временем, – пояснил политик. – Около половины делегатов, которые состоят в тех или иных партиях, выдвинуты делегатами КДС в рамках движения Милинкевича «За свободу». Теперь, когда Милинкевич отказался от участия, с кем планируют проводить конгресс? Где наберут делегатов?»

Но наиболее открытого защитника этот шаг единого кандидата нашел в лице хорошо известного белорусского публициста, переквалифицировавшегося из журналиста «Московских новостей» в обозревателя некоторых польских газет, Александра Федуты. Он, в частности, отметил:
«Вчерашний единый кандидат, как корабль, спущенный полтора года назад со стапелей Конгресса демократических сил, наконец, осознал, что единственное возможное его предназначение – свободное плаванье. Александр Милинкевич отказался от участия в мероприятии сомнительной легитимности, безусловно, напрасном и ненужном. Запланированное усложнение системы принятия политических решений, превращение того, что еще недавно было символом всего демократического движения, в достойную сожаления марионетку группы минских политических тусовщиков – вот единственно возможный итог будущего форума… Участие Милинкевича в конгрессе привело бы к легитимации конгресса в глазах Запада и одновременно увело бы его навсегда с белорусской политической сцены… Шаг, сделанный Милинкевичем, – шаг решительного человека. Человека, который наконец понял, что профессиональная политика – это не бюрократическая процедура…

Милинкевич за последнее время дал несколько сигналов. Первый – государственному аппарату: он, возможно, и будет партнером, готовым к конструктивной работе. Второй – Западу: он в состоянии анализировать ситуацию, принимать неординарные решения. Третий дал – теперь – «Площади». Той «Площади», которая за год не увидела в нем единого лидера, но сохранила верность ему как стягу. Той «Площади», которой он был нужен. Потому что он больше никому не был нужен… Был бы никто, если бы согласился играть по чужим правилам, в чужую, а не в собственную игру. И вместе с Милинкевичем сошла бы со сцены и «Площадь». Теперь она имеет свое движение – движение «За свободу», – во главе которого находится Александр Милинкевич. В него могут вступить члены всех партий».

Нам кажется, что главные аргументы Милинкевича и многочисленных его сторонников, несмотря на их яркие и даже поэтические формы, являются несостоятельными. Я согласен со многими выпадами единого кандидата в адрес оппозиционных партий и политиков ОДС. Но его критика была бы морально безупречной, если бы Милинкевич привел хотя бы один факт саботажа политсоветом его реальных предложений по стратегии и тактике деятельности коалиции. Таких предложений просто не было. Если единый кандидат под «планом деятельности», который полгода не утверждали, имеет в виду знаменитые «Основные направления», то данный план не выдерживает никакой критики и считать его серьезной стратегией просто абсурдно. Подробный разбор этого документа содержится в авторском материале, посвященном анализу поствыборной деятельности оппозиции.

Я разделяю мнение известного журналиста Павла Шеремета, который назвал Милинкевича «идеальным исполнителем чужой воли». «Сформулировать задачу и подчинить своей воле людей ему сложно». Поэтому и не смог он из «номинального лидера стать реальным», а когда стало очевидным, что время уходит, но ничего не сделано для реализации тех обещаний, которые щедро раздавались и своим единомышленникам, и Западу, не оставалось ничего другого, кроме как свалить всю ответственность на товарищей по коалиции – «партайгеноссе»: они во всем виноваты, эти никчемные карьеристы, которые всё время плели козни за спиной единого и мешали ему освободить белорусский народ от гнета тирании.

Всё это детский лепет на лужайке, аргументация, к которой должно быть стыдно прибегать человеку, уже вошедшему, по словам некоторых его подхалимов, в «высшую лигу европейской политики».

Я бы не стал на месте Милинкевича и Новосяда обвинять членов ОДС в том, что они вместо работы с населением во время местных выборов занимались сбором подписей за выдвижение делегатами на Конгресс демократических сил, а некоторые сняли свои кандидатуры после завершения этой процедуры. Все дело в том, какой смысл мы вкладываем в слова «работа с населением». Если понимать их экстенсивно – побольше материалов раздать и до большего количества деревень дойти, как понимают это оппоненты конгресса, тогда действительно многие партии недоработали. Если понимать интенсивно – учитывать не только количество, но и качество информационной продукции, тогда вся демократическая коалиция оказалась не на высоте.

По моему мнению, самым важным политическим решением во время местных выборов было определение точного времени ухода оппонентов режима из кампании. Непонимание этого многими сторонниками Милинкевича, который призывал демократических кандидатов участвовать в голосовании до конца, сделало их вольными или невольными участниками цирка властей под названием местные выборы, т.е. позволило узаконить совершенно беззаконную процедуру назначения депутатов вместо их избрания. Это нанесло гораздо больший вред репутации ОДС, чем недонесение агитационной продукции до многих избирателей.

Что касается утверждений Милинкевича о нелегитимности будущего конгресса из-за изменения процедуры определения делегатов и фальсификаций подписей, то они также несерьезны. На мой взгляд, процедура определения делегатов путем сбора подписей является куда более демократичной, нежели прежняя, которая фактически отдавала этот процесс на откуп так называемым демократическим активистам и де-факто исключала из него рядовых граждан. Кроме того, квота для неправительственных организаций предоставляла возможности для ресурсных центров манипулировать мнением представителей многих НПО, особенно региональных. Как известно, новая процедура была определена путем голосования за нее большинства членов политсовета ОДС после обсуждения этого вопроса в партиях.

Фальсификации некоторой части подписей претендентов на получение мандата участника конгресса – это неизбежность, к которой демократической коалиции нужно было быть готовой, потому что живем мы в авторитарном государстве, как любит повторять Милинкевич. Белорусским спецслужбам не менее, чем некоторым политикам, причисляющим себя к «оппозиционной элите», нужно во что бы то ни стало сорвать проведение нового форума демократов. Поэтому, вместо закатывания истерик по поводу обнаружения фактов фальсификации подписей, единый кандидат должен был бы вместе с оргкомитетом конгресса сформировать межпартийную комиссию по проверке выявленных фактов. Информацию о нарушителях необходимо предать огласке, а самих их исключить из партий или неправительственных организаций.

Недовольство Милинкевича недостаточным объемом полномочий и его претензии на диктаторский пост в демократической коалиции, которые единый кандидат хочет получить на будущем конгрессе, свидетельствуют либо о его полном непонимании ситуации в белорусской оппозиции, либо, и скорее всего, о его желании запастись очередной страховкой. Поскольку вручить ему такие полномочия никто не захочет, он снова сможет упрекать партнеров за политические провалы: партии недисциплинированны, дезорганизованы, не слушают «главнокомандующего» и т.д. и т.п. А возможно, он, как советский по своей ментальности человек, действительно не видит тех колоссальных резервов, которые кроются в децентрализованной модели построения демократических сил, где равные участники автономны и дополняют друг друга в достижении общей цели без диктата, потому что их объединяют общие ценности и взаимное доверие.

Для децентрализованной демократической коалиции, а я уверен, что только она в состоянии одолеть Лукашенко (это блестяще продемонстрировала «Плошча»), нужен другой лидер. Милинкевич не готов для выполнения этой роли; его стиль руководства слишком авторитарен. Единый кандидат демократических сил сознательно копирует своего главного автократического визави. Милинкевича и Лукашенко роднят наплевательское отношение к процедуре, неуважение к соратникам, стремление заткнуть рот оппонентам, вера в вертикаль и многое другое. Но копия, как известно, всегда уступает оригиналу, поэтому Милинкевичу никогда не победить Лукашенко, он может только, действуя его методами, обеспечить себе тактический успех в борьбе с союзниками в коалиции, но никогда стратегический – в борьбе за власть в Беларуси. Но, по-моему, он к этому и не стремится.

По мнению выдающегося американского политолога Габриэля Алмонда, «важнейшим искусством политического лидера является его умение создавать большие коалиции». Другой не менее известный политолог Сэмюэл Хантингтон назвал способность оппозиции находить таких «лидеров-конструкторов» основным условием ее победы над жесткими диктаторскими режимами, отказывающимися от проведения экономических и политических реформ. Беларусь, безусловно, принадлежит к числу таких государств. Здесь для обеспечения изменения баланса сил в пользу оппозиции в ситуации будущего политического кризиса необходимо заранее объединить в одну силу самые разные элементы гражданского и политического общества. Только там, где оппозиция сумела сформировать максимально широкие блоки с участием всех основных противников автократии, удавались и мирные демократические революции. В таких условиях бескомпромиссность и неуступчивость руководителя в отношениях с партнерами – это показатель его слабости, но не силы. Неспособность Милинкевича подчинить личные амбиции интересам общего дела свидетельствует о том, что Объединенным демократическим силам нужен другой лидер, владеющий искусством компромисса, «конструктор», а не «главнокомандующий».

Как известно, Милинкевич объяснил свое неучастие в будущем конгрессе стремлением избежать «внутрипартийных разборок» (я бы назвал это желанием уклониться от заслуженной критики за неудачу политической кампании и неумение наладить работу демократической коалиции в течение полутора лет) и попыткой «избежать разъединения демократических сил». Весьма оригинальный, прямо скажем, способ обеспечения общности сил коалиции был избран единым кандидатом: внести раскол, чтобы сохранить единство! Большая часть членов политсовета ОДС осудила поступок своего председателя.

Руководитель партии БНФ Винцук Вячорка отметил, что «к сожалению, заявление Милинкевича о его нежелании участвовать в Конгрессе объединенных демократических сил носит ультимативный характер. Оно неконструктивно, особенно в условиях того сложного времени, которое переживает страна. Очень жаль, что некоторые политики, вместо того чтобы концентрировать свои усилия на важнейших на сегодняшний день вопросах нефтегазового конфликта с Россией, проблемах белорусской независимости, сосредотачивают свое основное внимание на каких-то структурных спорах. И это относится не только к Милинкевичу. Известно, что его провоцировали, подталкивали к такому решению. Однако не нужно было поддаваться на провокации. Личные амбиции не должны доминировать в этом деле. Еще когда мы обсуждали принцип избрания лидера, я предлагал сохранить за Милинкевичем статус полномочного представителя демократических сил. Нечто похожее на статус Хавьера Соланы. Милинкевич отказался. Конечно, я надеюсь, что мы еще сможем договориться. Потому что необходимо понимать, что решение Милинкевича бьет по всем. Конгресс без Милинкевича – это уже не Конгресс Объединенных демократических сил. Так же как и Милинкевич без конгресса – не лидер».

Председатель Партии коммунистов Белорусской Сергей Калякин назвал случившееся просто заявлением политика и его личным делом. «Милинкевич представляет только себя: у него нет ни партии, ни другого объединения. Есть информация о создании общественного движения, но пока это только на словах. Человек решил, что дальше не хочет быть в команде. На самом деле даже обсуждать нечего: ничего не произошло. Конгресс на выходе уже готов: 99% делегатов избрано, есть повестка дня. Так что не всё заявленное Милинкевичем соответствует действительности. Конгресс – это высший форум тех сил, которые хотят перемен». Отказ экс-кандидата участвовать в конгрессе Калякин объяснил осознанием политиком того факта, что «лидером его уже никто не изберет».

Председатель оргкомитета конгресса Александр Бухвостов расценил позицию единого кандидата как «раскол оппозиции». «После президентских выборов я целиком поддерживал Милинкевича, считал, что необходимо продолжать дело, что Милинкевич должен быть во главе демократических сил. Не хотелось потерять преемственность, как мы потеряли ее в случае с Гончариком. Но, к сожалению, так не произошло. Мне кажется, что Милинкевич мало внимания уделял работе внутри Беларуси. Не работал он над тем, чтобы систематизировать деятельность оппозиции в качестве лидера. И поэтому, естественным образом, лидеры крупнейших политических партий его перестали поддерживать. Это означает, что конгресс будет проходить без него».

По мнению председателя ОГП Анатолия Лебедько, шаг Милинкевича означает, что «он утратил статус лидера ОДС не только де-юре, но и де-факто… Караван идет. Это суверенное право каждого политика – участвовать или не участвовать в конгрессе. Но это уже не риторика, это раскол в действиях. У демократических сил Беларуси со вчерашнего дня нет лидера… Позавчера встречались Милинкевич, Калякин, Вячорка и я. И Милинкевич сказал, что не будет участвовать в таком конгрессе. Мы предложили: давайте соберем конгресс для избрания лидера с широкими полномочиями. На что Милинкевич сказал, что не пойдет и на такой конгресс, потому что там не будут представлены все участники политического процесса. Мы уже приблизились к годовщине известных событий. И что, каким-то образом сказалось наличие единого лидера демократических сил?.. У нас, как в хорошем ресторане: были предложены несколько вариантов – и коллегиальное управление, и оставление представительских функций Милинкевичу, либо оставление за ним функции коммуникации в Европе».

На вопрос корреспондента газеты «Солидарность»: «Почему бы просто не избрать Александра Милинкевича лидером демократических сил?» – Лебедько ответил: «Есть понятие спроса и предложения. Вопрос по лидеру решается, когда есть спрос в обществе. Сейчас такого спроса нет. Лидера надо выбирать примерно за полгода до президентских выборов. 19 марта прошлого года был шанс получить альтернативного лидера. Но для этого надо было идти не к вечному огню, а в другое место. А сегодня есть кандидаты в лидеры… Мы не избирали на конгрессе английскую королеву для пожизненного правления, а избирали лидера для определенных целей».
***
Что же кроется за демаршем Милинкевича, и к каким последствиям для демократических сил Беларуси он приведет? Первым и наиболее очевидным ответом на данный вопрос является следующий: единый кандидат пошел на этот шаг, чтобы пролонгировать свое пребывание на посту руководителя ОДС, сделать свое положение более прочным и незыблемым. Другими словами, он ушел, чтобы остаться. По крайней мере, в этом состоит его искреннее намерение.

Вряд ли можно всерьез относиться к широко распространяемой версии, что единый кандидат, обидевшись на партнеров по коалиции, засучит рукава и почти с нулевой отметки начнет создавать свое собственное движение «За свободу». В настоящее время эта структура носит фантомный характер. Но советники Милинкевича умело используют этот призрак в качестве «пугала» для некоторых политических партий, особенно БНФ, региональные структуры которого уже давно попали в материальную зависимость от ресурсных центров, и в случае несогласия с Милинкевичем руководства фронта, региональные организации этой партии могут якобы уйти в «Движение за свободу».

В своем шантаже руководства ОДС единый кандидат рассчитывает прежде всего на поддержку его кандидатуры со стороны Запада. Я согласен с Шереметом, который указывает, что Александр Милинкевич «принят и признан Западом», и здесь дело заключается не в том, что «он пил чай почти со всеми великими и сильными мира сего» и что еще «довольно долго никого другого по этому маршруту не поведут». Гораздо важнее другое: «Александр Милинкевич «держит кассу», на нем завязаны основные финансовые потоки Запада. За Милинкевичем стоят поляки. Они долго сидели в аутсайдерах на восточном фронте и, наконец, получили козырную карту. Милинкевич кажется им джокером, они вложили в него много сил и сделали ставку. Под этот проект Польша хочет стать распорядителем западной помощи для Беларуси. Поляки не скрывают, что будут работать только с теми, на кого укажет Милинкевич. Это серьезный аргумент для белорусской политической жизни».

Зависимость белорусской политической оппозиции и НПО от Запада, прежде всего это касается правых и правоцентристских партий, делает их сговорчивыми на переговорах с Милинкевичем. Например, несмотря на все рассуждения руководства БНФ о неприемлемости ультиматумов, они фактические признали многие условия, выдвинутые единым кандидатом. На сойме партии БНФ 16 февраля были озвучены предложения по вопросу о будущем конгрессе, лидере и структуре коалиции.

«В качестве компромисса В. Вячорка предлагает отменить ротационный принцип, который запрещает А. Милинкевичу баллотироваться вновь на роль председателя политсовета ОДС, сам конгресс отложить на май, а его делегатами признать как новых, собравших по 300 подписей, так и тех, кто участвовал в предыдущем конгрессе. Лидер партии БНФ предлагает также изменить порядок формирования политсовета, расширив его состав (1 член политсовета от 10 делегатов конгресса); создать постоянно действующий президиум политсовета, председательствовать в котором должны члены президиума по очереди на ротационной основе. Решения будут приниматься консенсусом. Председатель президиума и председатель политсовета должны взаимно контролировать друг друга. Проще говоря, мы предлагаем, чтобы на А. Милинкевича была возложена роль представительной фигуры в объединенной оппозиции – для внутриполитических и международных контактов и координации. А руководители партий, на основе ротации, возьмут на себя организационную и исполнительную работу», – говорит заместитель председателя партии БНФ Виктор Ивашкевич.

Данное предложение пока что обсуждается единым кандидатом и партиями – субъектами ОДС. В случае его одобрения оно превратит структуры демократической коалиции в громоздкие и абсолютно неработоспособные, чрезмерно усложнит механизм принятия решений, но чего не сделаешь ради того, чтобы угодить любимому западными спонсорами политику. С основными положениями компромисса БНФ согласна и ОГП, которая хотела бы, правда, добиться того, чтобы конгресс сформировал работоспособные рабочие органы, представляющие все реальные структуры оппозиции. Во время online-конференции Радио «Свобода» 21 февраля Анатолий Лебедько заявил, что «мы были готовы пойти на уступки Милинкевичу». Эти уступки связаны с вопросом о полномочиях лидера коалиции.

Действительно, как заметил Павел Шеремет, «Александр Милинкевич – серьезный фактор современной белорусской политики. Просто выставить Милинкевича за дверь никому не удастся: ни Калякину, ни Вячорке, ни хитроватому Лебедько. Это тот случай, когда проштрафившегося чиновника приходится отправлять на повышение».

Однако на компромисс с бывшими союзниками не готов пойти сам единый кандидат. 19 февраля на встрече членов политсовета Объединенных демократических сил и представителей интеллигенции последние высказывались за участие в предстоящем конгрессе всех лидеров демократических сил, в том числе А. Милинкевича. «Интеллигенция призывает меня принять участие в конгрессе, потому что боится раскола в оппозиции, – считает Александр Милинкевич. – Но я не вижу перспективы у политической коалиции в реализации серьезной деятельности, если применяется принцип ротации». При этом политик подчеркнул, что не предлагает в качестве лидера демократических сил свою кандидатуру. «Я готов к конкуренции, но в этом конгрессе участвовать не намерен», – подчеркнул он.

Менее зависимый от Запада и «польских друзей» Союз левых партий пока что занимает более жесткие позиции по отношению к единому кандидату. Этот политический блок выступает и против переноса сроков форума, и против изменения процедуры представительства на нем. Это объясняется тем, что ПКБ и БСДП (Г) смогли неплохо поработать по сбору подписей за выдвижение делегатов, и теперь им не хотелось бы лишаться тех преимуществ, которые рассчитывает получить на конгрессе их фракция.

Как заявил исполняющий обязанности председателя БСДП (Г) А. Левкович в интервью БелаПАН 20 февраля, для переноса даты КДС «нет никаких оснований». «Если переносить дату проведения конгресса, это можно делать бесконечно – аж до следующей президентской кампании. Выборы президента в 2006 г. давно прошли, а результаты этой кампании до сих пор не подведены… Мы проводим уже не первый конгресс, но никогда на нем не подводим итоги, что должно делаться обязательно. Надо, в конце концов, разобраться, кто и как работал, посмотреть, кто есть кто, если мы считаем себя ответственными политиками. А так каждый дает оценки сам для себя: выиграли кампанию, проиграли кампанию. Конкретных же итогов, как сработали политические партии, общественные организации, входящие в демократическую коалицию, нет. Получается, что все работали, а результат – нулевой», – сказал А. Левкович.

Вторую скрытую причину демарша лидера демократических сил против Конгресса демократических сил невозможно понять без анализа его послания президенту. 7 февраля 2007 г. на сайте единого кандидата появился текст его открытого письма А.Г. Лукашенко. Он был адресован не президенту, а руководителю Республики Беларусь. Тем самым люди, вдохновившие Милинкевича на этот шаг, подстраховались: председатель политсовета ОДС по-прежнему не признает легитимности Лукашенко.

Этот документ начинается с перечисления того общего, что, по мнению Милинкевича, объединяет и нынешнюю белорусскую власть, и оппозицию. Это «сохранение суверенитета страны, обеспечение благосостояния народа, важность развития добрых отношений с Европой». В ситуации, когда как никогда остро встала проблема обеспечения будущего нашего государства, необходим диалог между властью и оппозицией.

«Белорусская оппозиция в целом конструктивная. В ее рядах нет радикально настроенных групп, которые планируют использовать силу для завоевания власти… Наоборот, все видят, что сила используется только властями против мирных демонстрантов… Я также не сторонник радикальных сценариев. Наиболее приемлемым решением для меня была бы эволюция белорусской ситуации в направлении демократизации политической и общественной жизни страны. Но такая эволюция должна быть гарантированной и устойчивой». В ходе online-конференции на Радио «Свобода» 14 февраля единый кандидат объяснил более доходчиво, что он понимает под термином «конструктивная оппозиция»: «Мы конструктивны и боремся не столько за власть, сколько за будущее Беларуси».

Далее в тексте письма говорится о сотнях тысяч избирателей, которые в ходе прошедшей избирательной кампании поставили свои подписи за выдвижение демократических кандидатов; о том, что «миллионы наших соотечественников поддерживают европейский выбор»; о том, что ответственность за ситуацию в стране (возможное ухудшение материального благосостояния и потеря суверенитета) лежит на элите государства, как во власти, так и в оппозиции; о том, что из-за недемократичности политической системы страна теряет миллиарды евро необходимой помощи со стороны Евросоюза.

Милинкевич предлагает «использовать международный авторитет и контакты, которыми располагают демократические силы, для совместного решения проблем, которые стоят перед нашей страной и требуют безотлагательной реакции. Но это невозможно сделать до тех пор, пока в тюрьмах находятся мои товарищи», пока продолжаются репрессии против демократической молодежи, НПО и партий, независимых профсоюзов, независимых СМИ, пока будут грубо нарушаться права человека.

«Необходимо в ближайшее время преодолеть раскол в белорусском обществе. Лучшей формой для этого является диалог. И только в результате диалога оппозиции и власти и выработки совместной позиции можно рассчитывать на переговоры с Европой в целях развития эффективного сотрудничества. По моему мнению, хорошей возможностью для шагов навстречу друг другу могло бы стать празднование дня провозглашения Белорусской Народной Республики. Дата 25 марта 1918 г. так же важна для белорусской независимости, как и 3 июля 1944 г. Общественность Беларуси уже высказалась за совместное празднование этого дня, и я верю, что такое празднование может стать отправным пунктом для демонстрации начала единения белорусов».

Прежде всего, необходимо отдать должное Милинкевичу. Это послание является необходимым и своевременным. Действительно, в условиях, когда Беларусь попала под массированное давление со стороны России и когда экономическая удавка Кремля всё туже затягивается вокруг шеи официального Минска, единственным спасительным шагом для государства являются прорыв изоляции, расширение контактов с ближайшими соседями и с Западом. В такой ситуации диалог между властью и оппозицией мог бы стать важным сигналом для реализации Европой ряда экономических и инвестиционных проектов. Конечно, при условии, что белорусские власти пойдут на уступки в правозащитной сфере, гарантируют более благоприятный инвестиционный климат, пойдут на политические уступки оппозиции. Тем самым может сложиться уникальная ситуация для перехода страны к демократии не путем «замещения» (replacement) снизу, а с помощью «реформ сверху» (transformation) и «переговорного процесса» между властью и оппозицией (transplacement) в терминологии Хантингтона.

Однако данная возможность является пока что только теоретической конструкцией. Ее воплощение в жизнь сталкивается с очень большими трудностями. Важнейшей из них является белорусская экономическая модель, которая демонстрировала высокие темпы роста только благодаря субсидиям со стороны России. На этом шатком основании держалась политика популизма Лукашенко и его высокий политический рейтинг. Понятно, что Запад не может и не должен субсидировать белорусский «экономический совок». В его интересах и в долгосрочных интересах граждан Беларуси встать на путь экономических реформ, которые на первых порах будут очень болезненными для населения.

Лукашенко понимает это. Он будет ограничиваться полумерами и в экономике, и в политике. Он ни на йоту не отступит от концентрации всей полноты власти в своих руках. Для того чтобы заставить его двигаться по пути реформ, нужен не только западный пряник, но и оппозиционный кнут. Он же у нас очень сильно истрепался за последнее время и не в последнюю очередь из-за крайне неумелого руководства Милинкевича.

Но вернемся к тексту письма единого кандидата. В целом оно производит впечатление идейно выдержанного утопического прожекта, пронизанного верноподданническими чувствами лидера оппозиции к руководителю Республики Беларусь. Милинкевич признает большие заслуги ППРБ в защите государственного суверенитета, в заботе о благосостоянии народа и даже в правильном понимании внешнеполитического курса страны. Не понятно тогда, чего хочет оппозиция и против чего она борется, почему вынуждает «бедные спецслужбы» отправлять за решетку тысячи молодых людей – участников демонстраций, наверняка «обманутых ею». Ну разве что за введение в Беларуси двух дней независимости, для прикола, чтобы попасть в Книгу рекордов Гиннесса.

И текст письма к президенту, и демарш Милинкевича по поводу конгресса действительно содержат в себе три послания: власти (точнее Лукашенко, потому что власть в Беларуси персонифицирована), Западу и «Площади», но их содержание совершенно отличается от того, которое излагает в своей статье Федута.

Смысл послания к Лукашенко вполне очевиден: только я – Милинкевич – представляю собой лидера подлинной «конструктивной оппозиции», в которой вы так нуждаетесь; такой оппозиции, которая публично отказывается от борьбы за власть. Это конечно нонсенс, потому что в любом политологическом словаре можно прочитать, что святая обязанность оппозиции – бороться за власть с правительством, но, наверное, на РБ этот политический закон не распространяется. Оппозиция под моим чутким руководством будет предлагать вам свои безобидные прожекты приближения светлого будущего в рамках программы диалога; вместо акций протеста она будет проводить праздники и «джинсовые» фэсты и т.п. Я смогу помочь вам обмануть Запад, повторить финансовую аферу, которую вы гениально провернули с Россией.

Послание Западу выглядит следующим образом: мои ненадежные союзники по коалиции повинны в провале планов осуществления мирной демократической революции в Беларуси, поэтому вы должны помочь мне навести порядок в оппозиции жесткими и даже авторитарными методами. Это, правда, не приведет к тому, что демократическая революция победит в нашей стране через год или к 2011 г. Как выяснилось, глубокие демократические преобразования требуют времени и денег (теперь на парламентскую кампанию 2008 г.), но количество свободных и победивших страх людей в Беларуси будет неуклонно увеличиваться по мере расширения моих поездок по регионам. Кроме того, как недавно открыли мои эксперты, путь Беларуси к демократии может проходить и через реформы сверху. Чтобы их не сорвать и не ввергнуть страну в пучину крайнего авторитаризма, я предлагаю целиком отказаться от проведения массовых акций протеста. Это полностью оправданно, потому что в условиях обострения белорусско-российского нефтегазового конфликта в стране должен царить гражданский мир.

Послание к «Площади» было озвучено единым кандидатом, на мой взгляд, во время online-конференции Радио «Свобода» 14 февраля. Вопрос участника: «25 марта, в День Воли, планируется снова выход людей на улицы. Люди выйдут с надеждой. План действия известен. Площадь и метро будут перекрыты, людей оттеснят в другие места, может быть, часть людей сможет собраться в парке. Все послушают Вашу & Co речи, какой плохой Лукашенко и что мы «Разам», прокричим «Жыве Беларусь!», услышим знакомую фразу «до новых встреч на Чернобыльском шляхе» (26 апреля). И так уже происходит более 10 лет. Вам не приходило в голову что-нибудь изменить в сценарии? Например, вместо площади призвать людей собраться возле телецентра, ставить там палатки, требовать прямого эфира?» Ответ Милинкевича: «Разрабатываются несколько вариантов сценариев на День Воли. То, что вы предлагаете, тоже может быть одним из них. Спасибо».
***
Конечно, данные «послания» не нужно понимать буквально, но общий смысл того, чего стоит ожидать демократическим силам Беларуси от проекта «Милинкевич» в случае пролонгации его полномочий в качестве лидера ОДС, понятен. Понятно также и то, что эта фигура не способна к налаживанию плодотворного сотрудничества с другими политиками из оппозиционного лагеря, и поэтому при его руководстве дальнейших расколов белорусским демократам не избежать.

Самым печальным во всей этой истории является то, что судьбоносные решения, прямо и непосредственным образом влияющие на ситуацию в Беларуси, зависят не от белорусов. Лукашенко навязало белорусскому народу российское руководство. Как публично признал недавно Путин, отношения с Беларусью он приказал перевести на «рыночные рельсы» только после так называемых президентских выборов в нашей стране, которые стоило бы назвать самоназначением главы государства. Кремль «искренне» хотел помочь братскому белорусскому народу и не взваливать на его плечи все тяготы маркетизации. О дружбе и братстве Путин, правда, тут же забыл, как только сорвалась афера с союзным государством, а точнее, с поглощением Республики Беларусь Российской Федерацией.

Проект «Милинкевич» также рождался за рубежом в варшавских офисах и брюссельских коридорах власти. Его авторы были также озабочены исключительно благом белорусского народа: скорейшим переходом нашей страны к демократии, постепенной интеграцией в ЕС. Несмотря на полную неудачу данного проекта и его будущую бесперспективность, лоббисты из Варшавы и Брюсселя с усердием, достойным лучшего применения, упорно стремятся любым путем навязать ОДС удобную для них фигуру. Понятно почему: вложено столько сил, а отдачи никакой.

Чтобы была отдача, нужно с уважением относиться к белорусскому народу. Наша страна является индустриально развитой, а народ – одним из самых образованных в Восточной Европе. Это означает, что Беларусь давно могла бы занять одно из самых достойных мест в единой Европе, если бы не наши «доброжелатели с Востока». Некоторые из наших «доброжелателей с Запада» не хотят и слышать о том, что элита Беларуси, объединенная в оппозиции, может самостоятельно, без их указки и совета, принимать эффективные решения и по персонам лидеров, и по стратегии и тактике коалиции, и по многим другим вопросам.

Я уверен, что до тех пор, пока оппозиция не решится на то, чтобы осуществлять в Беларуси «белорусский проект», рожденный и выстраданный на нашей земле, ориентированный на достижение белорусских интересов, а не интересов восточных или западных соседей, ей никогда не удастся добиться успеха в борьбе за независимость, демократию, возрождение национальной культуры, возвращение в Европу.


Источник - «Наше мнение»
15:29 01/03/2007




Loading...


загружаются комментарии