Версия убийства журналиста Ивана Сафронова

Со дня гибели военного журналиста Ивана Сафронова прошло более двух недель. Доводов в пользу версии самоубийства пока не появилось. Сегодняшний номер журнала The New Times отрабатывает версию убийства, связанного с последней темой журналиста - российскими военными поставками в Сирию и Иран. Прежде всего — их подлинным ассортиментом, каналами доставки и сопутствующими им откатами.


Практически нет сомнений, что взрывоопасную информацию Сафронов мог получить во время своей поездки в Абу-Даби, где в феврале проходила международная выставка IDEX-2007, одна из самых авторитетных на Ближнем Востоке. Об уровне мероприятия говорит тот факт, что свою продукцию в ОАЭ представили 44 российских оборонных предприятия, организатором экспозиции выступало ФГУП "Рособоронэкспорт", а делегацию возглавлял директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству Михаил Дмитриев. Российские фирмы продемонстрировали более 500 различных образцов вооружения, техники, приборов и боеприпасов.

В ходе выставки были подписаны или обговорены несколько контрактов. В частности, Минобороны ОАЭ заключило договор на поставку из России большой партии оружия ближнего боя на сумму $50—55 млн. Потенциальным заказчикам помимо прочего предлагались оперативно-тактический ракетный комплекс "Искандер-Э", противотанковый ракетный комплекс "Корнет-Э" и зенитный ракетно-пушечный комплекс "Панцирь-С1". Не секрет, что выставки такого рода активно посещаются представителями военной разведки заинтересованных государств. Наверняка ездили в Абу-Даби и сотрудники ГРУ Генштаба. Среди представителей фирм-разработчиков также было немало людей, весьма сведущих в российских военных поставках. Так что, возможно, именно в кулуарах выставки Сафронов и получил убийственную информацию. Предположительно, речь шла о поставках через Белоруссию зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-300В Ирану, а также истребителей, зенитных ракетно-пушечных комплексов "Панцирь-С1" и оперативно-тактического ракетного комплекса "Искандер-Э"— Сирии.

Сразу оговоримся: в самом факте подобного рода сделок сенсации нет, экспорт таких типов  оружия  совсем  скрыть  невозможно — слишком крупная техника. Да особенно и не скрывают. Скажем, в январе этого года глава "Рособоронэкспорта" Сергей Чемезов объявил, что Россия полностью выполнила свои контрактные обязательства перед Ираном, поставив 29 ЗРК "Тор-М1". Не являлось секретом и то, что, освоив "Тор-М1", Тегеран станет вести переговоры о закупке более мощной системы С-300. Не мог остаться в тайне и сирийский проект "Рособоронэкспорта". Во время визита президента Сирии Башара Асада в Москву в декабре 2006 года обсуждался вопрос военных поставок, называлась предполагаемая сумма контракта ($2—3 млрд) и номенклатура изделий: противотанковые ракетные комплексы "Корнет", зенитные ракетно-пушечные комплексы "Панцирь-С1", дизельные подводные лодки проекта 1650 "Амур", самолеты МиГ-29 и Як-130. Но больше Дамаск интересовал пресловутый оперативно-тактический ракетный комплекс "Искандер-Э": о его поставках Башар Асад пытается договориться с Кремлем как минимум с 2004 года. В январе 2005 года сведения о возможной поставке "Искандеров" Сирии проникли в печать и вызвали грандиозный скандал: комплекс кардинально изменил бы баланс сил на Ближнем Востоке. Против резко выступили США и Израиль.

Отметим, что в российской армии "Искандера" фактически нет, хотя обещания о скором принятии его на вооружение звучат с 1999 года. О возможности экспортных поставок речь идет так же давно, но до контрактов дело не дошло: без эффективной системы разведки (типа АВАКС) покупать комплекс бессмысленно. Впрочем, сирийцев эти соображения не смущают, благо реально платить за товар им вряд ли придется: списывать сирийские долги за оружие — наша национальная традиция. В начале марта этого года стало известно, что Москва рассматривает просьбу Сирии о покупке Су-30, ЗРК С-300 и "Искандера"

Есть, однако, в таких поставках свои маленькие хитрости. Скажем, поставка крупногабаритных систем вооружения может стать удачной ширмой для тайных "довесков", вооружения помельче, которым охотно пользуются террористические организации и которое отследить трудно. Обнародование подобных данных никому из заинтересованных сторон выгодно быть не может.

Например, в неафишируемую часть контракта можно включить противотанковые или переносные зенитно-ракетные комплексы. В 1998—2000 годы Сирия без лишнего шума получила большую партию 105-миллиметровых противотанковых гранатометов многоразового применения РПГ-29 "Вампир". Тогда же сирийцам были поставлены и управляемые противотанковые комплексы "Метис-М" и "Корнет" стоимостью $138 млн. Летом 2006 года "Вампиры", "Метисы" и "Корнеты" были использованы в Ливане против израильтян боевиками "Хезболлы". В городке Гандурье израильтяне обнаружили восемь "Корнетов", на пусковых трубах которых значился номер контракта, а ниже шла надпись: "Получатель: Министерство обороны Сирии. Поставщик: КБП (Конструкторское бюро приборостроения), Тула, Россия".

В январе 2007 года западными спецслужбами была зафиксирована (и предана огласке через немецкую прессу) поставка из Москвы в Дамаск большой партии российских противотанковых комплексов "Корнет", значительная часть которых тут же ушла к боевикам "Хезболлы". Опровержений Москвы не последовало, к тому же такого контракта официально вроде как и нет.

Чуть позже просочились данные, что Россия собирается поставить Сирии более совершенные противотанковые средства — ПТУР 9М123 "Хризантема": тандемная боеголовка комплекса пробивает броню любого современного танка, дальность стрельбы — до 6 км, двойная система управления — радарная и лазерная. В российской армии таких "Хризантем" практически нет. Никто из экспертов не сомневается, что комплексы в конечном счете окажутся в руках все той же "Хезболлы". Сумму этого контракта оценивали в несколько сотен миллионов долларов.

Для оружейных сделок откаты и распилы — вещь традиционная. В 2005 году Александр Котелкин, бывший руководитель Росвооружения" (предшественника нынешнего "Рособоронэкспорта"), открыто признавал: "Комиссионные присутствуют во всех сделках: и с нефтью, и с газом, и с ученическими партами… Размер комиссионных у каждой страны свой. В Латинской Америке — 7—10% от суммы сделки. В арабских странах гораздо выше... Платятся комиссионные за две вещи. Во-первых, за то, что покупают именно у нас. И во-вторых, за то, чтобы условия сделки были более выгодными… Есть страны, которым эти ракеты нужны. Кто-то помогает нам их туда продать.Естественно, что он достоин вознаграждения. А если это оружие купили в полтора-два раза дороже себестоимости, достоин вдвойне. И так действуют все: и мы, и Великобритания, и США".

Если добавить к "комиссионным" колоссальные взятки чиновникам и генералам стороны, покупающей оружие, то откат на деле может доходить до 60—70% от суммы сделки. Иногда среди фигурантов-"распильщиков" могут всплывать очень громкие имена, что делает информацию о них смертельно опасной.

Белорусский след в военных поставках — тема отдельная и огнеопасная. Во всяком случае, целый ряд смертей связывают именно с этой темой. Для начала любопытная деталь: Белоруссия, не производящая своего вооружения, входит в десятку крупнейших мировых торговцев оружием, выручая за него, по разным экспертным оценкам, $200—500 млн в год! Раньше это можно было списать на распродажу скопившихся на белорусской территории еще с советских времен излишков оружия и боеприпасов. Сейчас это не проходит: белорусов все чаще замечают в поставках вооружения, которого на советских складах еще не было. По словам источников The New Times, современная схема проста: Россия практически даром оснащает белорусскую армию новыми системами, старые же уходят "на склад", чтобы потом всплыть там, куда экспорт оружия запрещен ООН. Колоссальную выручку "пилят" обе стороны: оружие поставляется Минску по цене, намного ниже рыночной.

Если, к примеру, Белоруссии Россия поставит пресловутый "Искандер", сплавить налево можно будет не новый, но мощный комплекс "Точка" (или "Точка-У") — на Востоке его отхватят с руками. Тот же Александр Котелкин в бытность главой "Росвооружения" признавал, что относительно поставок в обход санкций и эмбарго "нарушения были колоссальные". Правда, тогда, по его словам, поле теневой деятельности было шире — "в основном, со стороны Украины, Белоруссии, Молдовы, Казахстана, Узбекистана и Грузии".

Как отмечал Котелкин, были известны "четыре случая смертей руководителей и заместителей руководителей организаций, аналогичных "Росвооружению", в странах СНГ; потому что оружие по фальшивым сертификатам конечного пользователя уходило в страны, находившиеся в зонах конфликтов". По странной случайности ответственные товарищи погибали, когда всплывали детали тайных сделок. Скажем, руководитель "Казспецэкспорта" Талгат Ибраев застрелен возле собственного дома в апреле 2000 года — именно тогда США начали расследование обстоятельств поставки оружия в Северную Корею. При схожих обстоятельствах погиб Валерий Малеев, руководитель "Укрспецэкспорта". В начале 2002 года среди скандальных пленок Мельниченко оказалась запись беседы президента Леонида Кучмы и Валерия Малеева, где они обсуждали, как поставить в обход санкций в Ирак на $100 млн антирадарные системы "Кольчуга". 6 марта того же года на совершенно пустынном шоссе Audi Малеева оказывается под колесами "КамАЗа". (Убивали оружейников и в России: в один день, 6 июня 2003 года, были застрелены и.о. гендиректора крупнейшего в стране оборонного холдинга "Концерн ПВО "Алмаз-Антей" Игорь Климов и финансовый директор ОАО "РАТЕП", входящего в "Алмаз-Антей", Сергей Щитко.)

Минск неоднократно уличали в тайных поставках вооружений. В частности, в 1998 году инспекция ООН на одном из артиллерийских заводов Ирака обнаружила оборудование с маркировкой "Республика Беларусь. Витебский машиностроительный завод". В январе 2003 года в Бейруте был вскрыт транзитный контейнер с военным грузом, запрещенным для ввоза в Ирак, — товар опять поступил из Белоруссии. В апреле же 2003 года в сейфе одного из руководителей иракской национальной гвардии и вовсе найдены оригиналы документов о поставках белорусского военного имущества в обход санкций ООН. Известно также о поставках боевых вертолетов через Минск в Судан, оружие из Белоруссии шло на Балканы, в Сирию, Иран, Северную Корею, палестинским боевикам, террористам "Хезболлы".

О том, что эта тема может быть смертельно опасной, говорит судьба по меньшей мере двух журналистов. В июле 2000 года в Минске исчез оператор ОРТ Дмитрий Завадский. Одна из наиболее убедительных версий связывает происшедшее с полученной журналистом информацией о нелегальных поставках оружия из Белоруссии, в том числе в Чечню. В октябре 2004 года в Минске была убита Вероника Черкасова, работавшая в газете "Солидарность". У Вероники были доверительные отношения с Инфобанком, через который и шло обслуживание всех торговых операций между Минском и Багдадом. По приглашению банкиров Черкасова даже ездила в Ирак. После краха режима Саддама Хусейна США обвинили банк в торговле оружием и блокировали его заграничные счета.

Опасность этой темы усугубляется тем, что белорусская "тропа" сегодня для Москвы осталась, по сути, единственным каналом, через который можно относительно скрытно проводить серые оружейные сделки. И денежная, и политическая ценность любой информации по этом вопросу слишком велика.  Если Иван Сафронов получил к ней доступ, это могло стать более чем весомым поводом для его устранения.

10:04 21/03/2007




Loading...


загружаются комментарии