Конгресс – парламент оппозиции

Вспоминается март прошлого года — и сердце наполняется гордостью: в Минске бурлит площадь Калиновского. У страны появился реальный символ свободы. Скрашивалась  досада от проигранных выборов, верилось, что события пойдут по нарастающей.

Конгресс  – парламент оппозиции
Невольно и от нынешнего марта ждали не менее бурного развития событий. У нас есть на что равняться. Но серые облака прячут от нас солнце, - и в политике некое уподобление природе: мало ясности, а вместо приобретенного не так давно единства остались лишь воспоминания. Но весну никто и ничто не отменит, она грядет. Придет ли на нашу землю демократия?!

Конечно, такие значительные и массовые политические кампании, как президентские выборы, всегда будоражат даже равнодушное «болото», не говоря уже о приверженцах демократии. Это можно было наблюдать в 2005-2006 годах, как в проведении Конгресса, в ходе предвыборных схваток с режимом, так и в дни самих выборов и некоторое время после них.

Демократы потерпели поражение. Уже не первое, а потому и очень чувствительное, обидное. Мы имели единого кандидата Александра Милинкевича, на которого работали очень многие организованные силы и энтузиасты-одиночки. Он не стал символом победы, но предпочел оставаться в роли победителя, стараясь закрепиться в этой роли, основываясь на организационном решении, на результатах выборов, проведенных Конгрессом.

Вроде бы все закономерно: после поражения наступает кризис¸ апатия, выяснение отношений. Хорошо бы еще иметь беспристрастный анализ, что же все-таки произошло?

Кризис – явление закономерное. Он заставляет анализировать и вырабатывать новую стратегию, формировать и обновлять тактические схемы борьбы, яснее ставить цели, определять главных действующих лиц и попутчиков. А также выявлять  тех, кто мешает общему делу, и говорить им «до свидания!»

Собственно, в таком русле и развивались события внутри Объединенных демократических сил (ОДС). Избирательная кампания позволила сблизить представителей разных политических партий и общественных организаций, особенно в регионах. Главная идея в то время была ясной и определенной: идти вместе, привлечь новые протестные силы, выработать новую общую стратегию и план действий для достижения победы. У определенной части демократов, к сожалению, проявились симптомы опасной болезни – эйфории от проведенной кампании, от массовых выступлений. Головы, что называется, поплыли, розовый романтизм мешал трезво оценить ситуацию, им казалось, что большинство народа поддерживает перемены и готово встать в ряды оппозиции.

Александр Милинкевич – политическое дитя Конгресса. Там он получил поддержку и мандат единого кандидата от демократических сил. Но не надо забывать, что поддержка, полученная от делегатов, была вовсе не бесспорной. Реально претендовали на лидерство и Анатолий Лебедько и Сергей Калякин. Разница в несколько голосов не давала Милинкевичу пожизненного статуса. У него были и появились новые  сторонники, но они не представляют большинства. И поэтому важно уяснить, что Конгресс в наших условиях – законодательное собрание. Это  не парадное мероприятие, не сходка по поводу, а факт воплощения  демократической воли, проявление нашего интеллекта, силы, демонстрация наших намерений.

После проведения Конгресса, наделившего Александра Милинкевича полномочиями претендента на пост президента, организационная функция перешла к Политсовету. Он собирался достаточно регулярно. В ходе избирательной кампании ничего существенного в действиях оппозиции не происходило без обсуждения в Политсовете и принятия общих решений. Это касается и выступлений 19-23 марта на Октябрьской площади и 25 марта в День Воли. Определялась и схема проведения Чернобыльского шляха, первомайский план.

Политсовет создал комиссии по разработке стратегии и плана действий. Не затухало желание  укреплять единство, придавать ему все больше силы.

В этот момент возникла идея о создании движения «За свободу». Она исходила от Александра Милинкевича. Возможно, Александр Владимирович испытывал дискомфорт, поскольку за ним не было организованной силы. Но дальше  декларативных заявлений организация движения не пошла. Уже намечалась линия раскола, ведь в якобы новое движение «За свободу» инициаторы пытались перетянуть членов демократических партий. На мой взгляд, в этот период важно было повысить уровень действий Политсовета, объединить работу региональных объединений. Встала задача создать исполнительный орган, который бы реализовывал решения Политсовета в рамках принятой стратегии. Было предложено образовать секретариат Политсовета и назначить исполнительного секретаря. Нельзя сказать, что предложения прошли «на ура», но после длительных обсуждений они были приняты.

Председателем Политсовета был, как известно, Александр Милинкевич. И многое в развитии, в осуществлении решений зависело именно от него. Выступать в роли публичного политика, представителя демократических сил за рубежом и в регионах, конечно, нужно, но это лишь небольшая часть работы для политика, который берет на себя роль борца с режимом, роль претендента на президентский пост. От остальных забот он стал отдаляться. Неизбежно встал вопрос, а хочет ли Александр Владимирович
совершенствовать организацию борьбы, способен ли он стать мотором чрезвычайно сложного процесса?

Развитие событий затормозилось, процесс приобрел  вялотекущие черты с тенденцией к застыванию.

Обидно, но стало очевидным, что сила и авторитет оппозиционного движения недостаточны, чтобы привлечь широкие массы людей и добиться решающего перевеса в противостоянии с режимом. Явным был и тот факт, что пока Россия терпит, содержит и даже поощряет, явно и тайно, режим Лукашенко, добиться решающего перевеса практически невозможно. Необходимо было менять стратегию и тактику действий оппозиции, как во внутренней, так и внешнеполитической деятельности. Мы это осознавали и принимали.

В середине лета  практически была сформирована  и принята на Политсовете новая стратегия действий. К сентябрю 2006 года составили план практических действий объединенных демократических сил. Говоря об этом, я хочу подчеркнуть, что большинство  субъектов Политсовета  не бездействовало, хотя лакировать действительность, нет надобности. Все больше проявлялась невозможность плодотворной работы в прежнем составе. Дело в том, что соглашение о совместной деятельности
было ограничено сроком  выборной кампании. Если бы не возникало разногласий, то можно было бы безболезненно продолжать работу и далее. Диагноз прост:  деятельности Политсовета  не хватало элементарной организованности. Заседания становились обузой, их то отменяли, то переносили, то занимались на заседаниях бесплодными дискуссиями.
Регламент, принятый Политсоветом, по сути, игнорировался. Протоколы, если и велись, то нерегулярно. И вряд ли историки, люди, верящие документам, изучая этот период антилукашенковской оппозиции, найдут что-либо ясное, вразумительное в работе координирующего и руководящего органа ОДС.

Не хочу зацикливаться на этом вопросе. Оценки, которые даются работе Политсовета в регионах и внутри ОДС, говорят сами за себя. Но, тем не менее, хотелось бы прояснить причины столь долгого и незатихающего кризиса.

Уже через несколько месяцев после 19 марта прошлого года стало ясно, что между Милинкевичем и лидерами крупных политических партий есть разногласия  - и трещинки превращаются в трещины. Милинкевичу в тот период, когда все еще можно было поправить, не хватило умения направить работу Политсовета в созидательное русло, не хватило настойчивости создать исполнительный орган.

Ничего страшного в том, что на пост исполнительного секретаря были выдвинуты две кандидатуры: ОГП и ПКБ предлагали меня, а БНФ и некоторые другие члены Политсовета – Виктора Ивашкевича. Я бы мог снять свою кандидатуру в пользу Ивашкевича, если бы не одно принципиальное возражение: ключевые места в ОДС заняли бы представители одного крыла оппозиции.

В основе объединения антилукашенковских сил лежали две главные идеи:

- независимость Беларуси и восстановление демократии;

- отстранение режима Лукашенко от власти.

Именно это объединило и либералов, и коммунистов, и социал-демократов, и народофронтовцев.

Стратегия дальнейшего развития белорусского государства интерпретировалась разными силами по своему. Я отношу себя к прагматикам и убежден, что Беларусь теснее связана экономически с Россией, чем, скажем, Украина. И любой разлад в экономических отношений с Российской Федерацией вызовет хаос в народном хозяйстве: срывы обоюдных поставок, переполнение складов, прекращение расчетов, отсутствие средств на зарплату, народные возмущения, бунты, забастовки… Падение уровня жизни вызовет реактивное озлобление масс, привыкших остро воспринимать отсутствие куска колбасы и хлеба, водки и сигарет. Это, в свою очередь, даст шанс приверженцам Лукашенко вернуться к власти (я рассматриваю тот вариант, когда мы сумеем придти к власти).

Не могу сказать, что Политсовет не искал выхода из кризиса. Искал. Но и у руководителей партий появились сомнения в умении Милинкевича справляться с обязанностями организатора. Милинкевич в свою очередь обвинял лидеров партий в нежелании договариваться, находить компромисс.

В период пикировки появилась интересная идея, впервые о ней сказал Виктор Ивашкевич: об использовании избирательной кампании в местные Советы для выборов делегатов на новый Конгресс. Идея бурно обсуждалась и была поддержана. Под Соглашением об участии политических субъектов  в предстоящей кампании появились подписи. К нему присоединилась  и не входящая в ОДС Белорусская социал-демократическая партия (Грамада). Блеснула надежда, что кризис утихнет, хотя под Соглашением не
подписались Милинкевич и лидер ОГП. Был создан Оргкомитет по подготовке Конгресса и Центральная наблюдательная комиссия (с функцией определить состав делегатов по результатам сбора подписей перед выборами в Советы).

Перед будущим Конгрессом поставили следующие цели: утверждение стратегии и плана действий оппозиции, программы экономических и политических преобразований  в переходный период от диктатуры к демократической республике. Второй вопрос – формирование руководящих органов ОДС – Политсовета, президиума Политсовета и выборы председателя Политсовета. Вопрос о лидере ОДС совершенно сознательно исключался из повестки дня Конгресса.

Из чего мы исходили? В лидеры никого невозможно назначить, и никаким голосованием его не определишь. Лидеры рождаются в ходе борьбы, противостояния, созидательной работы.

Милинкевич чего-то испугался. Вопрос о его лидерстве в ОДС не подвергался сомнению. Но появление рядом с ним равнозначных фигур, видимо,  не входило в его планы. Ведь именно от него исходило странное предложение выстроить некую «демократическую вертикаль», рождение  этой идеи явно навеяно впечатлениями от селекторных совещаний Александра Лукашенко.

Будучи избранным  председателем оргкомитета Конгресса, я вскоре почувствовал: высшее законодательное собрание оппозиции многим не нужно. Для себя я охарактеризовал противников так: их устраивает бесконечное участие в оппозиционном движении и совершенно не интересует конечный результат. Дошло до сбора подписей против Конгресса. Да и сам Милинкевич отказался в нем участвовать. В чем же причина неприятия и противодействия, в чем причина раскольничества и политического эгоизма?!

Скорее всего, в том, что по схеме, предложенной Виктором Ивашкевичем, большинство делегатских мест доставалось  более организованным, более сильным политическим структурам, в первую очередь, ПКБ, БСДП(Г), ОГП. При таком раскладе идея Милинкевича создания «демократической вертикали» проваливалась, как неприемлемая, нежизнеспособная в истинно демократических условиях.

Деятельность Политсовета стала блокироваться. Винцук Вечерко выступил с предложением найти компромисс. Создали даже согласительную комиссию в попытке найти решение, которое бы устроило всех.

Но противники Конгресса добились своего – подготовка была сорвана. Естественно, нашлись возбужденные, кликушествующие голоса, мол, есть непогрешимый лидер Милинкевич и есть те, кто любит заседать. Наличие противоположных позиций по принципиальным проблемам уже диктует проведения Конгресса. Мы не должны превращаться в чиновников, мастеров закулисных комбинаций.

На одном из последних совещаний Политсовета и Оргкомитета было принято категорическое решение: назначаем временные рубежи по подготовке и проведению Конгресса. Желающие готовить его и участвовать в нем действуют, а остальные уходят в сторону, мы их попросим в лучшем случае не мешать. Естественно, что Политсовет в таком случае теряет свой прежний статус, перестает быть координирующим органом ОДС в прежнем составе.

Плачевно, что отдельные собратья по  борьбе не удержались от соблазна устроить возню с намеками, дескать, не все было чисто во время сбора подписей за кандидатов в депутаты (они же становились и делегатами Конгресса). В наших условиях трудно добиться стерильной чистоты, тем более что против нас осознанно работают профессиональные провокаторы, оплачиваемые властями. Но при выборах делегатов было не больше огрехов, чем при формировании корпуса делегатов шестого Конгресса, на котором Милинкевича избрали  единым кандидатом в президенты. Но никто ведь не вопил по этому поводу…

Чтобы повысить качество организованности и единства на каком-то этапе надо размежеваться с теми, кто фактически перешел в стан бывших соратников. Общество устало от ожидания демократии. Александр Милинкевич, противодействуя проведению Конгресса, не предложил ничего взамен. Поездки по зарубежным странам, которые он предпринял, стали выдаваться его окружением за монопольную обязанность. Будем откровенны, дипломатия Милинкевича не дала положительных результатов. Европейские структуры начали налаживать диалог с режимом Лукашенко. В США и Швейцарию стали выезжать те чиновники, которых объявили невыездными… Комментарии, похоже, здесь излишни.

Жизнь общества как тельняшка, полоса белая – полоса черная. Тем не менее, она продолжается. Программные документы, которые будут приниматься на Конгрессе готовы.  Через несколько дней делегаты получат их проекты для изучения. Подготовка к Конгрессу идет полным ходом. Он состоится, как бы кто этому не мешал! И состоится в апреле 2007 года!

Источник - сайт ОГП




11:37 28/03/2007




Loading...


загружаются комментарии