Завтра в Минске - "Чернобыльский шлях"

Во главе первого «Чернобыльского шляха» шел Быков. Его родоначальники считают, что «Шлях» возродится, как протест против строительства АЭС в Беларуси. Историк Олег ТРУСОВ и физик Юрий ХОДЫКО стояли у истоков "Чарнобыльского шляха". Как это было, они вспоминали вместе с «Комсомолкой».

Завтра в Минске - "Чернобыльский шлях"
Олег Трусов:  Все началось в 1987 - 88 годах. Люди умирали, а власти молчали о трагедии. Как только Белорусский народный фронт (БНФ) заявил о своем создании в октябре 1988 года, в него целыми районами стали вступать чернобыльцы. Люди хотели знать правду о радиации.

Идею «Чарнобыльскага шляху» придумала Наталья Рослава, которая создавала БНФ на Могилевщине. Идею подхватил Минск. «Чарнобыльскi шлях» 1989 года был первой успешной акцией БНФ. Никто не ожидал, что треть митингующих приедет из зоны. Они держали таблички с названием своих городов и деревень. Теперь вряд ли соберется столько людей...

Юрий Ходыко:  Мы ездили по регионам, помогали людям добираться до Минска. собралось 25 - 30 тысяч человек. Особенно помнится минута молчания под звуки чернобыльского колокола на площади Ленина.

О.Т.: - Помню. Маленький такой. Хорошо звенел. Его с церкви взяли?

Ю.Х. - Художники где-то достали. С организацией вообще смешно получилось. Закона о шествиях и митингах не было. Заявку на первый «Чарнобыльскi шлях» подписали Зенон Позняк, Геннадий Грушевой и я. Вопрос рассматривался в Совмине. Я cсылался на Конституцию. В Совмине понимали, что с Чернобылем не все гладко. Разрешение дали. Мы собрались около часового завода. Оформили колонну.

О.Т.: - О, да! Художники поработали хорошо.

Ю.Х.: - Мы шли по проспекту. Впереди несли колокол. Во главе шли Василь Быков, Алесь Адамович. Они были не только авторитетными писателями, но и депутатами СССР. Из ЦУМа выбежали продавщицы. Из общежитий к нам присоединялись студенты. Во всех окнах были люди. На площади Ленина (сегодня это площадь Независимости. - Ред.) выяснилось, что власти не установили звуковую аппаратуру, как обещали. Мы подошли к ступенькам пединститута. С них и выступали: Позняк, Адамович, академик Велихов
просил прощения. Я, признаюсь, сделал плохой поступок - не дал выступить главе профсоюзов Владимиру Гончарику. Он очень хотел. Но мы были недовольны его политикой. Сейчас жалею...

Как закончился первый “Чарнобыльскі шлях”?

Грушевого оштрафовали на 300 рублей. Это был его месячный заработок. Мне дали два месяца принудительных работ с выплатой 20 процентов от зарплаты. В итоге 200 рублей. Вердикт вызвал возмущение. Люди собирали деньги, чтобы помочь нам. Мне хотели в трудовую книжку записать, что я привлекался к судебной ответственности. В отделе кадров сидел кэгэбист, который делал вид, что не видит разницы между административной и уголовной ответственностью. Позняк не спешил в суд. Прошло три месяца, и по закону оштрафовать его уже было нельзя.

В следующем году шли с площади Ленина на площадь Свободы. Марочкин нарисовал большую картину «Чернобыльская мадонна». Один кандидат физико-математических наук сделал отличную звукоусилительную аппаратуру. Даже сейчас на митингах техника хуже. Сделали передвижную трибуну. Культурно все было. Каждый год художники использовали новую идею визуального оформления. Например, однажды был дракон - «Чарнобыльскi цмок». Метров 20 длиной.

Какие были лозунги?

О.Т.: - «КПСС - на чернобыльскую АЭС!» Как ни странно - «За Беларусь!» Говорили, что это не авария, а катастрофа. Духовный Чернобыль. На нашей стороне была вся номенклатура. Они были заинтересованы в чернобыльских деньгах. Особенно сочувствовала нам милиция и армия. Они ведь были в эпицентре, нахватались радиации и потеряли здоровье. Теперь номенклатура в лучшем случае занимает нейтральную позицию.

Ю.Х.: - Была еще и такая организация, как «Чернобыльский трибунал». Она поднимала проблемы, которые не решались властями. Руководство СССР пыталось замолчать опасность радиации. Академик Ильин божился, что доза в 35 бэр - это не страшно. К нам же в «Чернобыльский трибунал» приходили доценты из БГУ, рассказывали о загрязнении воды, про вред горячих частиц в пыли. Этого никто не знал! Постепенно докапывались до правды и объясняли людям.

О.Т.: - Выяснили, что большая часть загрязнения - это результат осаждения радиоактивных облаков на Беларусь. Они не дошли до Москвы. 70% радиации осело в Беларуси. Есть версия, что эти облака осели не сами, а их принудительно «посадили» на Беларусь. Но доказать этот факт очень сложно. Если бы не эти облака, Могилевская область была бы чистая.

Ю.Х.: - «Чарнобыльскі шлях” принес Беларуси международную гуманитарную помощь. Ведь все думали, что потерпела только Украина. В 1989 году Совмин СССР выделил Беларуси 30 миллиардов рублей на ликвидацию последствий аварии. По курсу того времени это больше, чем 30 миллиардов долларов.

О.Т.: - За эти деньги начали отселять людей из загрязненных территорий. Правда, до нас дошло только миллиарда три. Россия до сих пор должна нам эти деньги. Ведь она объявила себя приемником СССР.

- Кто придумал название «Чарнобыльскі шлях»?

Ю.Х.: - Уже никто не вспомнит.

- Официальная власть несколько раз пыталась организовать альтернативный
«Шлях»...

Ю.Х.: - Попытки организовать альтернативный «Чарнобыльскi шлях» были давно. Но ничего из этого не получалось. Людей привозили на автобусах, но они тут же разбегались. Поэтому нам начали вставлять палки в колеса. Самые крупные столкновения демонстрантов с милицией были как раз на “Чарнобыльскі шлях” в 1996 году, когда вышло около 50 тысяч человек.

- Почему сейчас популярность “Чарнобыльскага шляху» упала?

Ю.Х. - В начале 90-х нам разрешали шествия по проспекту и давали ответ за 20 дней до акции. В 1996-м на площадь Ленина уже не пустили. А когда мы шли по разрешенному маршруту, милиция перекрывала проспект. Например, около филармонии нас хотели повернуть на улицу Красную. Но пока я, как заявитель акции, доказывал полковникам, что шествие разрешено, народ прорвал заграждение, перевернул милицейские машины и пошел по проспекту Скорины. Людей стали избивать. Больше двухсот человек обратились в больницы.

О.Т.: - ...Да и проблемы загрязненных районов постепенно стали решаться. Уровень жизни белорусов улучшился. Поэтому и на улицы меньше ходят.

- Что будет в этом году?

О.Т.: - Все зависит от погоды. Будет солнце - тысяч пять соберется. Холодно - хорошо если две тысячи придет.

Ю.Х.: - У нас теперь все революционеры. Они даже не собираются говорить с властями. Пришло новое поколение. Нас, стариков, слушать не хотят.

- Какое будущее у «Чарнобыльскага шляху»?

О.Т.: - “Чарнобыльскі шлях” возродится, как протест против строительства АЭС в Беларуси. Молодежь уже проводит флэш-мобы. Это больная тема для белорусов, но с народом ее никто не обсуждает. Общество опять страдает от отсутствия гласности.
10:54 25/04/2007




Loading...


загружаются комментарии