В белорусской оппозиции обострился конфликт отцов и детей

Такой вывод можно сделать по итогам акции «Европейский марш».

Напомним, что определенная часть молодежи, наплевав на протесты организаторов и милиции, вырвалась на проезжую часть и демонстративно проигнорировала митинг у Академии наук. Причем это были не только члены малоизвестных группок или отдельные экзальтированные подростки. В числе «раскольников» - актив «Молодого фронта», который входит в руководство Объединенных демократических сил.

Интересно на сей счет замечание заместителя председателя Партии БНФ и главного организатора «Европейского марша» Виктора ИВАШКЕВИЧА. Отмечая в качестве недостатка акции работу дружины БНФ, он подчеркнул: «Ранее работа дружины была направлена на то, чтобы предотвращать возможные провокации со стороны спецслужб, милиционеров и людей в штатском. Сейчас ее также следует переориентировать на работу с радикальной молодежью, от которой можно ожидать неожиданностей».

Александр Милинкевич, пытавшийся вернуть на тротуар молодежь, в сердцах и вовсе назвал выход на дорогу провокацией.

О поведении молодежи «Е» поговорил с методологом Владимиром Мацкевичем и бывшим руководителем «Молодого фронта» Павлом Северинцем.

Владимир МАЦКЕВИЧ: «Настроения у молодежи дурацкие»

- Количество участников «Европейского марша», корректное поведение милиции легко объяснимы. А молодежь действительно преподнесла сюрприз?

- Пример непослушания в свое время подали взрослые политики. Вспомним, несогласованность действий в марте 2006 года между Козулиным и Милинкевичем. Если говорить о более ранних акциях, то таковыми были действия Николая Статкевича. Не обращая внимания на договоренности организаторов между собой и с правоохранительными органами, он, бывало, уводил часть толпы в каком-нибудь другом направлении. К той же самой Национальной библиотеке весной уже ходили. (Во время Дня воли часть оппозиционной молодежи пыталась прорваться на концерт БРСМ, но была рассеяна милицией. – С.И.) То есть ничего нового здесь я не вижу.

- Это некий новый путь подрастающей оппозиции или просто желание драйва?

- Непослушание молодежи всегда говорит не в пользу взрослых. Когда мама идет с непослушным ребенком, то стыдно всегда ей. Почему? Потому что очевидны педагогические, воспитательные недоработки. Оттуда берутся подобные конфликты, когда дело доходит до подростков. У родителей по отношению к ним нет авторитета.

Сегодня взрослая политика утратила авторитет в глазах молодежи. Отсюда, кстати, легко читается поведение Александра Милинкевича. При отсутствии стратегических идей и смыслов, которые можно предложить оппозиционной молодежи, он пытается сохранить с ней отношения. Нынешний его приход на Октябрьскую площадь был ответом на настроения молодежи.

- Но молодежи (я говорю, конечно, не за всю, а за определенную ее часть) этого показалось мало. Можно даже сказать, что она его открыто «кинула», когда стала рваться на дорогу. Или он ее. Тут уж как посмотреть.

- Потому что настроения у молодежи дурацкие. Вот это и надо кому-то громко сказать. Молодежь ведет себя сегодня по-идиотски. Какие-то радикальные выкрики, которые, конечно же, не могут не найти отклик у подростков, совершенно не подкрепляются работой головы. Люди абсолютно не осмысливают, к чему ведут их действия или призывы. Лишь бы побузить. И если такие люди начинают задавать тон, если в моду входит просто «посидеть на сутках», то это маргинализует и еще больше сужает ряды оппозиционной молодежи. В конце концов, надо понять, что политика это не детские игры.

Павел СЕВЕРИНЕЦ: «Молодежь спасает честь нации»

- Павел, оппозиционная молодежь уходит от старших?

- Это расслоение в последние 10 лет наблюдается на каждой крупной акции, в каждом крупном политическом процессе. Вспомним «Малады фронт» и БНФ в 1997-98 году. «Молодофронтовцы» рвутся на проспект, а БНФ говорит: это - радикализм, не нужно. Идут споры, и выдавливают «радикалов» сначала из руководства БНФ, а потом и из самой организации. На площади в 2006-м кандидаты в президенты призывают остановить выступления - молодежь остается, организовывает палатки и, в конце концов, добивается, что именно эту площадь сегодня признает история. То же самое на «Европейском марше».

Конечно, выход на проезжую часть, нарушение Правил дорожного движения, сбивание мигалок с машин ГАИ - это не совсем правильно формально. Однако, по сути, если это – марш протеста, то протест должен в чем-то выражаться. И я считаю, что позиция молодежи здесь более симпатична. Если и останется «Европейский марш» в истории, то именно выходом молодежи на проспект. Больше там, по большому счету, ничего и не было.

Тут наблюдается тенденция. Люди бросают вызов системе и готовы жертвовать собой, какими-то формальными вещами. Они готовы прорываться, что называется, к своей цели.

- Помнится все это было, только вызов бросали жестче - в виде камней. Как говорится: кто сеет ветер, пожнет бурю.

- Что касается каменного града, то мне доводилось не раз его осуждать. У нас даже был раскол в «Маладым фронце», связанный с этим вопросом, поскольку мы выступаем с христианских позиций ненасильственного сопротивления. Выход на проспект – это не насилие. Бить милицейские машины - это уже плохо, этим заниматься нельзя. Это требует осуждения, этого не должно быть.

С другой стороны, в связке оппозиция - молодежь ответственность за общность, единство и консолидацию лежит на лидерах старшего поколения. Они должны давать возможность выразить молодежи присущий ей радикализм каким-то приемлемым способом. В нашем случае лидеры оппозиции не занимаются этим ни на каком уровне. Единственный – это Милинкевич, который занимает промежуточную позицию. Он то больше с молодежью, то больше с лидерами оппозиции. Он один, кто пробует как-то налаживать мосты.

- Об истории. Не кажется ли, что такими радикальными действиями молодежные лидеры пытаются скрыть свой проигрыш, я уже не говорю про всю оппозицию? Если бы на марш вышли 20-50 тысяч человек, в том числе и молодежи, было бы неважно, ходили бы они по тротуару или нет.

- В принципе выход на проспект можно расценивать и как шаг отчаяния. Непросто ответить на этот вопрос. Скорее всего, это еще и спасение чести нации. Есть у нас такое понятие в прикладной белорусской политологии. Когда практически ничего нельзя сделать, то тогда этим отчаянным рывком хотя бы показать, пусть и символично: поднятием флага, перекрытием проспекта, какой-нибудь акцией протеста, которая попадет в международные СМИ. Осуществляется рывок, что называется, на жилах, морально-волевых качествах. К сожалению, он пока малочисленный. Однако дает важный сигнал: есть те, кто готов повести за собой, когда выйдут на улицу 50 или 100 тысяч. Потому что шествия по тротуарам на Банголор выглядело бы совсем безнадежно с точки зрения людей, которые надеются на быстрые перемены.

- Твое видение: молодежь и дальше будет уходить в «собственное плавание»?

- Если партийные лидеры, Милинкевич в первую очередь, не предпримут шагов навстречу, не повысят организационный уровень мероприятий (про организацию «Европейского марша» особо и не поговоришь, так как все было весьма стихийно), то безусловно.

11:57 19/10/2007




Loading...


загружаются комментарии