Жены исчезнувших политиков и журналиста обвиняют президента

30 октября жены похищенных в Беларуси известных политиков, общественных деятелей Зинаида Гончар, Ирина Красовская, Светлана Завадская, а также их доверенные лица - адвокаты Гарри Погоняйло и Олег Волчек передали Генеральному прокурору страны обвинительное заключению по этим исчезновениям и похищениям. Оно было составлено и основано на результатах общественного расследованиях этих громких дел. Приводим ниже полный текст этого обвинительного заключения, который нам передали адвокаты.

Жены исчезнувших политиков и журналиста обвиняют президента

ОБВИНИТЕЛЬНЫЙ АКТ

(предварительное заключение о причастности высших должностных лиц Беларуси в связи с фактами исчезновений и (или) произвольных казней Захаренко Юрия Николаевича, Гончара Виктора Иосифовича, Красовского Анатолия Степановича, Завадского Дмитрия Александровича)

Данный обвинительный акт (предварительное заключение) составлен по результатам общественного расследования фактов исчезновения и (или) произвольных казней трех политических оппонентов действующей в Беларуси власти и журналиста, родственниками исчезнувших, признанных в соответствии со ст. 49 УПК Республики Беларусь потерпевшими:       Зинаидой Гончар (жена Гончара В.И.); Ириной Красовской (жена Красовского А.С.); Ольгой Завадской (мать Завадского Д.А.); Светланой Завадской (жена Завадского Д.А.), а также их юридическими представителями (ст.59 УПК): Гарри Погоняйло, Олегом Волчеком.
Основными подозреваемыми по делу являются:
1) Лукашенко Александр Григорьевич – Президент Республики Беларусь, Глава Совета Безопасности Республики Беларусь;
 2) Шейман Виктор Владимирович – Государственный секретарь Совета Безопасности Республики Беларусь;
3) Сиваков Юрий Леонидович – экс-министр МВД Республики Беларусь;
4) Наумов Владимир Владимирович – министр МВД Республики Беларусь;
5) Павличенко Дмитрий Валерьевич – командир в/ч 3214;
6) Васильченко Николай Васильевич – бывший начальник Службы безопасности Президента Республики Беларусь.

 Все указанные лица являются гражданами Республики Беларусь и проживают на ее территории.
По результатам общественного расследования установлено следующее.
В целях удержания государственной власти, захваченной неконституционным путем в ноябре 1996 года, Лукашенко А.Г. и его ближайшее окружение, из числа указанных подозреваемых, совершили преступные действия, направленные против безопасности человечества, подпадающие под признаки ст. 128 УК Республики Беларусь (систематическое осуществление казней без суда, похищение людей,  за которыми следует их исчезновение).

СПРАВКА: ст. 128 расположена в главе 17 УК республики Беларусь и предусматривает уголовную ответственность за следующие действия: депортация, незаконное содержание в заключении, обращение в рабство, массовое или систематическое осуществление казней без суда, похищение людей, за которым следует их исчезновение, пытки или акты жестокости, совершаемые в связи с расовой, национальной, этнической принадлежностью, политическими убеждениями и вероисповеданием гражданского населения. Указанные действия наказываются лишением свободы от семи до двадцати пяти лет, или пожизненным заключением, или смертной казнью. Согласно ст. 85 УК правила об истечении сроков давности для привлечения к уголовной ответственности лиц, совершивших уголовное преступление, предусмотренное ст. 128 УК, не применяются.

1. Согласно официальным сообщениям белорусских властей 7 мая 1999 года в ночное время при невыясненных обстоятельствах по пути домой в районе проспекта Жуковского г. Минска был похищен с применением насилия неустановленными лицами и увезен на легковом автомобиле в неизвестном направлении Юрий Захаренко.

СПРАВКА: Захаренко Юрий Николаевич — экс-министр Внутренних дел Республики Беларусь (1994-1995 гг.), генерал-майор, член Национального Комитета Объединенной Гражданской Партии, организатор Союза офицеров Беларуси. Накануне исчезновения возглавил избирательный штаб экс-премьер-министра Чигиря М. Н. — кандидата в Президенты Республики Беларусь на альтернативных выборах (март-июль 1999г.).

2. В ночь на 17 сентября 1999 года в районе домостроения по ул. Фабричной, 20а г. Минска были похищены неустановленными лицами с применением насилия и увезены в неизвестном направлении Виктор Гончар и Анатолий Красовский.

СПРАВКА: Гончар Виктор Иосифович — кандидат юридических наук, работал вице-премьером в правительстве Республики Беларусь
(1994-1995 гг.), Генеральным Секретарем Экономического Суда СНГ, заместителем Председателя Верховного Совета Республики Беларусь
13-го созыва, Председателем Центральной избирательной комиссии Республики Беларусь, член Политсовета Объединенной Гражданской Партии. Накануне исчезновения исполнял обязанности Председателя Верховного Совет. На 19 сентября 1999 г. под его председательством  было назначено расширенное заседание Верховного Совета 13-го созыва, на котором должно было рассматриваться заключение Специальной комиссии Верховного Совета о совершении Президентом Лукашенко А. Г. ряда тяжких преступлений, влекущих процедуру импичмента — отстранение Президента от власти.
Красовский Анатолий Степанович — кандидат философских наук, учредитель и руководитель частного предприятия «Красико», оказывал финансовую и иную помощь оппозиции.

3. Днем 7 июля 2000 года, следуя от своего дома в г. Минске в аэропорт «Минск-2», Дмитрий Завадский был захвачен группой вооруженных людей в количестве 5-6 человек, среди которых находились действующий сотрудник спецподразделения по борьбе с терроризмом «Алмаз» МВД  Республики Беларусь Малик М. М. и бывший офицер этого же подразделения Игнатович В. А., проходивший воинскую службу в качестве разведчика-гранатометчика 22 бригады Главного разведывательного управления (ГРУ) Министерства Обороны Российской Федерации (в/ч 11659 г. Моздок, Чеченская Республика).

СПРАВКА: Завадский Дмитрий Александрович — телеоператор Общественного Российского телевидения, бывший личный телеоператор Президента Лукашенко А.Г. Вместе с Павлом Шереметом в 1997г. привлекался к уголовной ответственности и осужден за незаконное пересечение белорусско-литовской границы по ч.2 ст.80 УК (в редакции 1960 г); участник создания документального телефильма «Дикая охота короля Стаха-1» (ОРТ), критикующего действующий режим в Беларуси.

4. По факту исчезновений указанных лиц и на основании сведений, полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий органами КГБ, МВД и прокуратуры, возбуждены уголовные дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 101 УК (в редакции 1960 года) – умышленное убийство:
-17 сентября 1999 года — в отношении исчезновения Ю. Захаренко (дело № 110352);
-20 сентября 1999 года — в отношении В. Гончара,  А. Красовского (дело № 110351);
-8 июля 2000 года — в отношении Д. Завадского (дело № 980159).
5. Сроки расследования настоящих дел неоднократно продлевались. Предварительное следствие по делам приостанавливалось в связи с неустановлением лица (лиц), подлежащего привлечению в качестве обвиняемого либо необнаружением безвестно исчезнувшего лица, а затем возобновлялось.
Согласно сообщению следователя прокуратуры г. Минска С.Г.Кухаренко сроки расследований уголовных дел по факту исчезновений
Ю.Захаренко, В.Гончара, А. Красовского продлены Генеральной прокуратурой Республики Беларусь до 24 декабря 2007 года. По сообщению заместителя начальника отдела Генеральной прокуратурой Республики Беларусь И.И. Бранчеля 31 марта 2006 г. дальнейшее расследование по  уголовному делу № 980159 по факту исчезновения         Д. Завадского приостановлено из-за необнаружения безвестно исчезнувшего лица (п. 6 ст. 246 УПК). Жалоба на имя Генерального прокурора об отмене принятого решения как незаконного не удовлетворена.

6. По требованиям потерпевших — родственников исчезнувших, в судебном порядке признаны: В. Гончар, А. Красовский — безвестно отсутствующими; Д. Завадский — умершим. Гражданское дело о признании Ю. Захаренко умершим судом Октябрьского района г. Минска до настоящего времени не рассмотрено.

7. Дочь Юрия Захаренко – Елена Артемова 8 мая обратилась в Окрябрьский РУВД г. Минска с заявлением о розыске пропавшего отца.
Заместитель начальника Управления Уголовного розыска ГУВД Мингорисполкома Шарипо С.В 9 мая 1999 г вынес постановление о заведении розыскного дела и объявлении республиканского розыска в отношении Ю. Захаренко.
Изучив материалы розыскного дела № 103/99, заместитель Министра УВД Беларуси Удовиков Н.Д. 12 мая 1999 г. обратился с письмом (исх. № 19/689) к Генеральному Прокурору Божелко О.А. о необходимости возбуждения уголовного дела по факту исчезновения Ю. Захаренко по признакам ст. 101 УК – умышленное убийство (в ред. 1960 г). В письме указывалось, что «исходя из обстоятельств дел и  имеющихся материалов, усматривается, что Захаренко Ю.М. мог стать жертвой преступления».
С аналогичным письмом, но уже на имя прокурора г. Минска Куприянова Н.М. 19 мая 1999 г. (исх. № 19/711) обратился начальник Криминальной милиции МВД Беларуси Н.И. Лопатик.
Материалами розыскного дела подтверждается факт насильственного исчезновения Ю. Захаренко. Так, в своем объяснении от 20.05.99 г., данном оперативному уполномоченному Октябрьского РУВД г. Минска Дорощенко, гражданин Х, житель г. Минска (данные гражданина не разглашаются) указал, что он проживает со своей семьей по указанному адресу с 1999 г. В разговоре со своим товарищем Х, с его слов, узнал, что   7 мая около 21:00-21:30 часов по улице Могилевская (в районе местожительства Ю. Захаренко) подъехала машина марки ВАЗ-2105 красного цвета, из которой вышли молодые люди спортивного телосложения и усадили в свою машину Захаренко, которого он знал в лицо.
Другой очевидец, гражданин У (данные не разглашаются) в своём объяснении оперативному сотруднику Октябрьского РУВД г. Минска 19.05.99 г. сообщил, что «по вышеуказанному адресу я проживаю с родителями. 7.05.1999 года около 21:30 я возвращался домой из универсама «Могилёвский». Шел я по дороге со стороны пивного бара. Когда я проходил около стойки, то обратил внимание на то, что со двора д. 4 по улице Могилевской на пешеходную дорожку на большой скорости выехала автомашина ВАЗ-2105, темно-красного цвета. Она обогнала меня и поехала в сторону д. 8 по ул. Жуковского. Куда она вернулась потом, я не заметил, т.к. автомашина подняла большую пыль. Сколько людей находилось в автомашине, я не заметил... Какой у данной автомашины был номер и были ли у нее тонированные стекла, я на это не обратил внимание. После этого я прочитал на подъезде объявление о том, что пропал бывший Министр МВД Захаренко, там же было указанно, что он всегда около 22 часов возвращался к себе домой на ул. Жуковского, 9…»
Следовательно, оперативные службы милиции в короткие сроки собрали достаточные данные, чтобы сделать вывод о насильственном характере исчезновения Ю. Захаренко и, в связи с этим, необходимости возбуждения уголовного дела.
В соответствии с действующими нормами УПК, п.4 Указаний Прокуратуры Республики Беларусь, МВД и Министерства иностранных дел Беларуси от 21.07.1998 г. № 48/20/85 не позднее 10 суток с момента обращения с заявлением об исчезновении гражданина органы уголовного преследования обязаны возбудить уголовное дело. Однако в установленный законом срок дело не возбудили. Это было сделано лишь после очередного громкого исчезновения В. Гончара и А. Красовского  (исчезли 16 сентября 1999 г.).
Почему должностные лица органов прокуратуры, в компетенцию которых по подследственности входит возбуждение и расследование дел об убийстве, своевременно этого не сделали, и только через 4 месяца (17 сентября 1999 г.) дело было возбужденно прокуратурой г. Минска. Почему «медлила» прокуратура, ведь речь шла о лице, недавно занимавшем пост Министра Внутренних дел и, которое, в силу своего служебного положения, располагало многими конфиденциальными сведениями, представлявшими, в том числе, и государственную тайну. Власти должны были использовать всю мощь государственного аппарата, опыт спецслужб и следствия для установления обстоятельств исчезновения Ю. Захаренко, перешедшего после отставки в оппозицию. При таких обстоятельствах исчезновение столь известной политической фигуры в глазах общественности невольно бросало тень на власть в ее причастности к происшедшему.
По мнению родственников Ю. Захаренко и их юридического представителя Олега Волчека делалось все, что бы преступление не было раскрыто.

8. В средствах массовой информации, подконтрольных государству, в публичных высказываниях высших должностных лиц Беларуси, в том числе Президента Лукашенко А. Г., данные факты неоднократно представлялись, как обычные случаи исчезновений, ежегодно происходящие с сотнями граждан в стране. Между тем, уже по результатам первоначальных оперативно-следственных действий было установлено, что исчезнувшие стали жертвами спланированных преступных насильственных действий со стороны хорошо организованной вооруженной группы (групп) с использованием автотранспортных средств. Операции по захвату прикрывались дополнительными силами охранения территорий места происшествия.

9. В соответствии с ч. 1-ой ст. 27 УПК «…орган уголовного преследования в пределах своей компетенции обязан возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения преступления, принять все предусмотренные законом меры к установлению предусмотренного уголовным законом общественно-опасного деяния, изобличению лиц, виновных в совершении преступления, и их наказанию…». Согласно ч. 1-ой ст. 28 УПК потерпевшие имеют право в установленном порядке участвовать в уголовном преследовании обвиняемого (подозреваемого).
Однако данные требования закона органами уголовного преследования не выполнены. Ни одно из заявленных потерпевшими ходатайств, направленных на всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств уголовных дел, в том числе по проверке версии о политических мотивах совершения преступлений, не удовлетворены. Жалобы на действия следователей надзирающие прокуроры и суды оставили без внимания или без рассмотрения.
Такие действия следователей, надзирающих прокуроров и судов Беларуси, по нашему мнению, обусловлены тем, что в причастности к организации насильственных похищений и возможной физической ликвидации исчезнувших подозреваются высшие должностные лица государства: Президент Лукашенко А. Г., Государственный секретарь Совета Безопасности Шейман В. В., экс-министр Внутренних дел СиваковЮ.Л., бывший начальник службы безопасности Президента  Васильченко Н. В., командир в/ч 3214 полковник Павличенко Д. В., Министр Внутренних дел Наумов В. В., которые, используя свое должностное положение, препятствуют установлению истины по делу и привлечению к уголовной ответственности виновных.

10. Обоснованность подозрений в причастности указанных лиц к совершению преступных деяний подкрепляется опубликованными в СМИ документами, содержащими достоверные сведения о результатах оперативно-розыскной деятельности и проведении ряда следственных действий. Данные документы хранятся в материалах уголовных дел, возбужденных по фактам исчезновений. Они были представлены средствам массовой информации сотрудниками органов прокуратуры, МВД и КГБ, принимавшими непосредственное участие в расследовании или оперативном сопровождении этих дел. Некоторые из них, опасаясь преследований, были вынуждены эмигрировать из страны (Олег Батурин, Олег Алкаев, Дмитрий Петрушкевич, Олег Случек, Геннадий Угляница и др.).

11. Среди документов представленны следующие:
-рапорт начальника Главного управления криминальной милиции, заместителя министра МВД генерала Лопатика Н. И. от 21.11. 2000 г. на имя Министра МВД Наумова В. В.;
-рапорт начальника СИЗО-1 УВД Миноблисполкома полковника Алкаева О. Л. от 23.11.2000 г. на имя Министра МВД Наумова В. В.;
-протокол допроса Алкаева О.Л. в качестве свидетеля от 24.11.2000 г., проведенного заместителем начальника отдела Прокуратуры Республики Беларусь Казаковым Е. Г.;
-протокол выемки пистолета «ПБ-9» № РО57С книги выдачи-приема оружия и боеприпасов личному составу СИЗО-1 УВД Миноблисполкома на 70-ти листах с соответствующими записями с 03.05.1993 г. до 24.11.2000 г.;
-протокол осмотра данной книги;
-постановление о назначении криминалистической экспертизы по пистолету «ПБ-9» № РО57С от 27.11.2000 г., вынесенное руководителем следственно-оперативной группы по уголовному делу № 414100   Бранчелем И. И.;
-заключение по пистолету «ПБ-9» № РО57С эксперта И. Горошко
№ 184 от 27.11.2000 г. по уголовному делу № 414100;
-расписка полковника в/с МВД Алкаева О. Л., датированная 28.11.2000г., о получении от руководителя следственной группы     Бранчеля И. И. пистолета«ПБ-9» № РО57С в кобуре с запасным магазином и глушителем, а также книги выдачи-приема оружия;
-постановление от 22.11.2000 г. о применении превентивного задержания в отношении Павличенко Д. В. — командира в/ч 3214 МВД Беларуси, подписанное Председателем КГБ Беларуси Мацкевичем В. А. и санкционированное заместителем Генерального прокурора Республики Беларусь Снегирем М. В.;
-ответ Генерального прокурора Беларуси В. Шеймана от 18.11.2002 г. на запрос депутата Палаты представителей Национального собрания Беларуси В. Фролова по фактам исчезновений указанных выше лиц и результатов расследования по ним;
-постановление следователя по особо важным делам прокуратуры г. Минска Чумаченко В. Н. от 20.01.2003 г. о приостановлении предварительного расследования по уголовному делу № 110351 по факту исчезновения В. Гончара и А. Красовского;
- приговор судебной коллегии по уголовным делам Минского областного суда от 14.03.2002 г. в отношении Игнатовича В.А.,
Малика М.М. и др.;
- постановление от 31.03.2006 г. о приостановлении предварительного расследования, вынесенное заместителем начальника отдела Прокуратуры республики Бранчеля И.И. по уголовному делу № 980159 по факту исчезновения Д.Завадского;
- постановление о прекращении предварительного расследования по уголовному делу № 04011110795, возбужденному против Погоняйло Г. П. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 367 УК (клевета на Президента Республики Беларусь), принятое 16.11.2005 г. старшим следователем по важнейшим делам прокуратуры г. Минска Пикаревым А. В.
Подлинность существования указанных документов и изложенных в них сведений об обстоятельствах исчезновения и, возможно, физического устранения Ю. Захаренко, В. Гончара, А. Красовского,     Д. Завадского никем из компетентных должностных лиц и органов Республики Беларусь до сих пор в установленном законом порядке не опровергнуты.

12. Следует отметить, что в период, предшествующий исчезновениям Ю. Захаренко, В. Гончара и А. Красовского, в стране проходила организованная оппозицией альтернативная кампания по выборам Президента Республики Беларусь. Политическая обстановка в стране оказалась крайне неустойчивой. 31 марта 1999 г. был арестован и заключен под стражу один из кандидатов в Президенты на предстоящих выборах Михаил Чигирь – экс-Премьер-министр Правительства, ушедший в отставку в знак протеста против готовившегося в ноябре 1996 г. референдума по изменению Конституции.
Именно весной 1999 г. достоянием гласности стал документ с грифом «Совершенно секретно», одобренный Советом Безопасности (Шейман В.В.) о мерах по противодействию политическому экстремизму. Среди указанных в документе мер значились:
— «создать республиканский штаб (закрытого характера) при Министерстве юстиции для юридической оценки действий группы лидеров радикальной оппозиции по подготовке проведения альтернативных выборов Президента республики и выработке рекомендаций для принятия политических и законодательных решений руководством страны;
— Комитету госбезопасности республики во взаимодействии с Прокуратурой осуществить меры предупредительно-профилактического характера в отношении ряда радикально настроенных лидеров и активистов кампании по отстранению от власти Президента Республики Беларусь, прежде всего—членов т. н. Центризбиркома во главе с
В. Гончаром и его представителей в регионах;
— в ходе реализации Декрета № 2 Президента Республики Беларусь от 26.01.99 г. органам юстиции не допустить перерегистрации радикально и экстремистки ориентированных общественных формирований. Комитету госбезопасности использовать данную ситуацию с целью разложения и компрометации указанных структур;
— по результатам тщательного контроля за деятельностью группы лидеров радикальной оппозиции и развитием ситуации в экстремистских группированиях, рабочей и молодежной среде еженедельно информировать Совет безопасности в целях использования возможностей органов власти и управления для блокирования антиконституционных попыток проведения альтернативных президентских выборов».
Из содержания документа вытекает, что высшие должностные лица государства встали на путь создания неконституционных органов, совершали действия, которые не входили в их компетенцию и грубо нарушали конституционные права и свободы граждан. Подлинность данного документа подтверждается тем, что КГБ как орган уголовного преследования по факту разглашения государственной тайны возбудил уголовное дело и проводил расследование. На допросы в качестве свидетелей вызывались В. Костко, О. Груздилович и др., имевшие якобы отношение к разглашению сведений, представляющих государственную тайну, и опубликованию документа в СМИ.

13. Выдвинутые подозрения о причастности высших должностных лиц к политически-мотивированным исчезновениям подтверждаются следующими обстоятельствами, закрепленными в материалах официального расследования.
В рапорте начальника Криминальной милиции МВД Республики Беларусь, генерала Н. Лопатика, поданного на имя министра МВД В.Наумова с грифом «Совершенно секретно», утверждается, что В.Шейман дал указание Д. Павличенко физически уничтожить бывшего Министра внутренних дел Юрия Захаренко. Информационное обеспечение местонахождения Захаренко возлагалось на структуру, возглавляемую Васильченко Н. В. (Служба безопасности Президента Республики Беларусь). «Акция захвата и последующего уничтожения Захаренко была произведена группой военнослужащих спецназа во главе с Павличенко. По аналогичной комбинации 16.09.1999 г. Павличенко и его группа провели акцию захвата и уничтожения В. Гончара и А. Красовского», указывается в рапорте. В нем утверждается, что местом захоронения трупов Захаренко, Гончара и Красовского является спецучасток захоронений на Северном кладбище г. Минска.
По утверждениям должностных лиц органов прокуратуры подлинник рапорта находится в материалах уголовного дела № 414100 по обвинению Игнатовича В. А. и др. Так, старший следователь по особо важным делам прокуратуры г. Минска Чумаченко В. М., который принимал участие в расследовании уголовных дел №№ 110352, 110351, 414100, подтвердил наличие данного рапорта в материалах дела № 414100.
В правовом смысле рапорт генерала Лопатика Н. И. является письменным докладом начальника Криминальной милиции Беларуси Министру МВД Наумову о раскрытии оперативным путем преступлений о насильственных исчезновениях Ю. Захаренко,              В. Гончара и А. Красовского и их физической ликвидации с указанием фамилий и должностей непосредственных организаторов и исполнителей (Шейман В. В., Сиваков Ю. Л., Павличенко Д. В., Васильченко Н.В. и др.), вероятного места захоронения убитых. Такой рапорт мог быть подан только на основании собранных и документально закрепленных сведений (материалов) оперативно-розыскной деятельности (ОРД) по конкретным уголовным делам в рамках действующего законодательства.
По сообщению Шеймана В. В. сведения, представленные в рапорте Лопатика Н. были «предметом тщательного расследования» (п. 30 Предварительного меморандума Х. Пургуридеса «Исчезнувшие лица в Беларуси»). Между тем, в ходе предварительного расследования обстоятельств, подвергающих сомнению правдивость сведений, изложенных в рапорте Лопатика, добыто не было. В противном случае, Лопатик должен был быть привлечен к уголовной ответственности за преступления против правосудия и, в частности, по ст. 395 УК (фальсификация доказательств), ст. 400 УК (заведомо ложный донос) или за должностные преступления, однако этого не произошло.
Несмотря на то, что рапорт Лопатика Н. И. неоднократно публиковался в СМИ, никто из названных в нем высших должностных лиц, обвиненных в причастности к совершению особо тяжких преступлений, не воспользовался своим правом на преследование за клевету. Власти явно боятся публичного суда, в ходе которого необходимо было бы исследовать материалы об исчезновении оппозиционных лидеров и журналиста.

14. Обстоятельства, изложенные в рапорте Лопатика Н. И., подтверждаются сведениями, содержащимися в рапорте с грифом «Совершенно секретно» поданного на имя Министра внутренних дел Наумова В. В., начальником СИЗО-1, полковником внутренней службы Алкаевым О. Л. 23.11.2000 г., а также протоколом его допроса в качестве свидетеля от 24.11.2000 г. по уголовному делу № 414100.
Наличие указанных выше рапортов с грифом «Совершенно секретно» и имеющихся на них письменных распоряжений, сделанных его собственной рукой, Министр МВД Наумов В.В. в беседах с депутатом Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) г-ном Х. Пургуридесом, членами РПОО «Белорусский Хельсинкский Комитет» Г.Погоняйло и О.Гулаком признал. Он указал, что данные документы согласно секретному делопроизводству в аппарате МВД не регистрировались, а были переданы руководителю оперативно-следственной группы Бранчелю И.И., расследовавшему уголовные дела по фактам исчезновений.

15. Из рапорта начальника СИЗО-1 Алкаева О. Л. от 23.11.2000 г., протокола его допроса в качестве свидетеля от 24.11.2000 г. и протокола осмотра журнала выдачи-приема оружия следует, что действительно по просьбе Министра МВД Юрия Сивакова он допустил к процедуре  приведения   смертного   приговора  в  исполнение Павличенко Д. В. (командира подразделения СОБРа в/ч 3214), и по требованию Сивакова выдал Дику В. Н. пистолет ПБ-9 №РО57С—30.04.1999 г. (возвращен — 14.05.1999 г.) и Колеснику В. П. — 16.09.1999 г. (возвращен — 18.09.1999 г.).
Алкаев показал, что выдавал расстрельный пистолет в нарушение секретной инструкции, так как просьба исходила от главы МВД Ю.Сивакова. Пистолет ПБ-9 №РО57С выдавал под роспись лично доверенным лицам Сивакова  Дику В.Н. и Колеснику В.П. Осмотром книги выдачи-приема оружия и боеприпасов личному составу СИЗО-1 УВД Миноблисполкома установлено, что в ней имеются записи о том, что пистолет ПБ-9 №РО57С  с кобурой и боеприпасами выдан Дику В.Н. 30 апреля 1999 г.;  возвращен им же 14 мая 1999 г. Этот же пистолет с кобурой и боеприпасами 16 сентября 1999 г. выдан Колеснику В.П.; возвращен им же 18 сентября 1999 г. Факты выдачи и возврата пистолета ПБ-9 №РО57С в указанные даты подтверждается личными подписями Дика В.Н. и Колесника В.П. и ими не оспариваются.
Таким образом, установлено, что «расстрельный» пистолет ПБ-9 №РО57С выдавался накануне исчезновений Ю. Захаренко (исчез в ночь на 7 мая 1999 г.), В. Гончара и А. Красовского (исчезли в ночь на 17 сентября 1999 г.) и возвращался после этих событий. Подозреваемые в ходе предварительного расследования так и не представили никакого альтернативного объяснения временных изъятий пистолета.

16. Изложенные обстоятельства, правовые оценки и выводы по ним, отражены в ряде процессуальных документов следователей В. Чумаченко, И. Бранчеля, оперативных материалах служб МВД и КГБ, а также надзирающих прокуроров  г. Минска и Генеральной прокуратуры Республики Беларусь.
В ходе предварительного расследования достоверно установлено, что 16 сентября 1999 года Гончар и Красовский вышли из бани на ул. Фабричной, 20а в 22 часа 35 минут  и сели в автомобиль «Джип-Черокки». Исходя из анализа добытых по делу доказательств (обстановки на месте происшествия, заключений экспертиз, показаний свидетелей), следствие пришло к выводу о том, что «автомашина Красовского А. С. была остановлена при выезде от бани. После чего Красовский А. С. и          Гончар В. И. с применением насилия были похищены неустановленными лицами и увезены в неизвестном направлении» (из постановления о приостановлении производства по делу № 110351 от 20.01.2003 г., вынесенного старшим следователем по особо важным делам прокуратуры г. Минска В. Чумаченко). С места происшествия исчез и автомобиль «Джип-Черокки».

17. Сведения, которые содержатся в постановлении следователя
В. Чумаченко от 20.01.2003 г. по делу № 110351, позволяют считать установленным, что захват В. Гончара и А. Красовского, находившихся в автомашине «Джип-Черокки», осуществлялся группой лиц в составе не менее 6 человек, имевших в своем распоряжении автомобиль марки «БМВ» красного цвета и автомобиль, предположительно, марки «Ауди». Операция захвата прикрывалась дополнительными силами охранения территорий, прилегающих к бане на улице Фабричной, 20а (г. Минск), с тем, чтобы предотвратить проход к месту захвата случайных прохожих. Эти данные, приведенные в постановлении следователя, свидетельствуют о правдоподобности утверждений Лопатика Н. И., содержащиеся в его рапорте,  о том, что использовались силы и средства спецподразделений СОБРа (Павличенко Д. В.) и Службы безопасности Президента (Васильченко Н. В.).

18. При этом следует иметь в виду, что в это время в отношении Гончара В. И. расследовалось уголовное дело, связанное с его участием в качестве Председателя Центральной избирательной комиссии при проведении альтернативных выборов Президента Республики Беларусь (март-июль 1999 г.). Кроме того, он являлся руководителем и координатором деятельности оппозиции по отстранению Лукашенко А. Г. от власти ненасильственным путем. В рамках осуществления оперативных мероприятий и мер «по противодействию политическому экстремизму» за В. Гончаром осуществлялось негласное наблюдение, в том числе за всеми его передвижениями по г. Минску и за его пределами, прослушивание телефонных переговоров. Проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении Гончара В. И. именно в это время подтверждается опубликованием в газете «Советская Белоруссия» его конфиденциальных переговоров по телефону с бизнесменом из Канады Гарри Островским. Материалы прослушивания телефонных переговоров, составляющих личную тайну, поступили в редакцию газеты из Совета Безопасности (В. Шейман). При таких обстоятельствах исчезновение В. Гончара не могло произойти без участия властей.
19. В постановлении следователя В. Чумаченко (от 20.01.2003 г по делу № 110351) описаны обстоятельства насильственного похищения В. Гончара и А. Красовского. В ходе следствия установлен и допрошен свидетель, который показал, что в день исчезновения Гончара В.И. и Красовского А.С. около бани он видел автомашину марки «БМВ» красного цвета, в салоне которой находилось не менее трех молодых людей. Он обратил внимание на эту автомашину потому, что она без видимых причин находилась в этом районе практически всю вторую половину дня. Допрошен бывший работник бани по ул. Фабричной, 20А. Этот свидетель показал, что в 2000 году он в бане разговорился с неизвестной ему женщиной, которая рассказала, что ее знакомая работала в ночь с 16 на 17 сентября 1999 г. в помещении здания, расположенного рядом с баней. Ночью эта знакомая слышала какой-то шум у бани, грохот, а затем мужские крики, в том числе и о помощи. Потом в помещение цеха заходил незнакомый мужчина, на котором была какая-то форменная одежда. Незнакомец представился работником милиции и расспрашивал, не слышала ли она на улице какого-либо шума. Испугавшись, женщина сказала, что ничего не слышала.
Допрошен бывший работник ООО «Вилинсон», который показал, что производственный цех фирмы размещается в здании, находящемся рядом с баней, расположенной по ул. Фабричной, 20 А в г. Минске. В ночь с 16 на 17 сентября 1999 г. он находился на рабочем месте. Около 2-х часов в помещение цеха зашёл работник милиции и спросил, не слышал ли он какого-либо шума. Хотя он ничего не слышал, со слов работника милиции понял, что рядом с помещением цеха что-то произошло. Вместе с другими он вышел на улицу и увидел у здания бани две автомашины импортного производства. Одна автомашина стояла поперек проезжей части, уткнувшись передней частью в кусты, а другая – автомашина «Джип» – стояла за ней. У «Джипа» были разбиты стекла в передней части.
Свидетель, которая проживала в одном из домов, расположенных рядом с баней, показала, что 16 сентября 1999 г., около 23 часов, она вместе с дочерью шла домой. По пути следования они проходили мимо здания фабрики фоторабот «Вилия», непосредственно за которой находится баня. «Внезапно из-за угла, со стороны бани, к нам подошел незнакомый молодой человек. Этот мужчина начал задавать вопросы как пройти к станции метрополитена; как выйти к Партизанскому проспекту; нет ли там станции метрополитена и другие. Эти вопросы показались ей странными. У нее сложилось впечатление, что он своими бессмысленными разговорами пытается просто задержать ее с дочерью на этом месте. Она обратила внимание, что на проезжей части дороги стоит еще один парень. Позже этот второй молодой человек примерно также остановил какую-то девушку и разговаривал с ней. В это время она слышала, что за углом здания, ближе к бане, пытаются завести автомашину, но она не заводилась. Вдруг из-за угла здания фабрики фоторабот выбежал третий молодой человек и громко свистнул. После этого все трое быстро разошлись в разные стороны. Она с дочерью пошла к своему дому. У бани она заметила две автомашины с заглушенными двигателями и потушенными световыми приборами. За этими машинами заметила силуэт третьей автомашины. Когда она с дочерью уже подходила к дому, то увидела, что от бани с небольшими промежутками времени отъехали две автомашины, предположительно марки «Ауди» или «БМВ». Каждая из этих автомашин, перед тем как выехать на ул. Фабричную, приостанавливалась, сигналила, а потом уезжала. В это время она слышала звук работающего стартера двигателя автомашины».
Допрошенная одна из жительниц дома №4 по Рабочему переулку в г. Минске, во дворе которого находится баня, показала, что вечером 16 сентября 1999 г. она вернулась домой около 22-х - 23-х часов. Войдя в квартиру, сразу прошла на кухню. Окна ее кухни выходят на баню. Она увидела, что от бани в сторону ее дома проехала какая-то автомашина. При этом видела только свет фар, так как на улице было темно, и уверена, что это был внедорожник, т.е. автомашина марки «УАЗ», «Нива» или какой-то импортный джип. Она решила так в связи с тем, что фары автомашины были расположены выше, чем в обычных легковых автомобилях. Обратила внимание на эту автомашину потому, что машина ехала от бани очень быстро, хотя весь двор засажен деревьями и там стоит много автомашин.
Со слов одного из свидетелей, в ночь с 16 на 17 сентября 1999 г. возле бани был слышен шум, грохот, затем мужские крики, в том числе  о помощи. Неустановленное следствием лицо в форменной одежде, представившись работником милиции, расспрашивало, не слышал ли кто-либо шума на улице. Ряд других свидетелей, установленных следствием, утверждали, что их останавливали молодые люди на подходе к бане, заводили бессмысленные и странные разговоры. (Данные о свидетелях засекречены в целях их безопасности.)
Таким образом, с высокой степенью достоверности можно утверждать, что следствие установило наличие специальной преступной группы в силовых структурах Беларуси, действовавшей в официальном статусе и выполнявшей указания своих вышестоящих начальников.

20. При  осмотре места происшествия – территории, прилегающей к зданию бани по ул. Фабричной, 20А, на асфальтовом покрытии дороги, которая ведет от бани на ул. Фабричную, были обнаружены осколки стекла белого и желтого цвета, осыпь прозрачного стекла и бурые пятна, похожие на кровь. Обнаружены также следы торможения автомашины и след ее удара о дерево, с которого взяты образцы краски красного цвета.
В ходе следствия по делу был проведен ряд экспертиз. На экспертное исследование представлялись материалы, изъятые при осмотре места происшествия и собранные родственниками на месте происшествия после осмотра.
На месте происшествия обнаружены фрагменты лампы накаливания, а также патрон лампы накаливания, не предназначенные для установки на автомашину марки «Джип-Черокки», 1990 года выпуска, принадлежащую Красовскому А. С.; следы торможения автомашины и след ее удара о дерево, с которого взяты образцы краски алого цвета.
Согласно заключению криминалистической экспертизы «на представленных для исследования двух фрагментов древесины имеются притерные микрочастицы акриловомеламиновой краски алого цвета. Данная краска пригодна для сравнительного исследования и установления общей родовой принадлежности при наличии образца сравнения. Микронаслоения на древесине образованы в результате плотного динамического контакта».
При проведении повторной криминалистической экспертизы по осколкам стекла эксперту для сравнительного исследования были представлены осветительные приборы аналогичной автомашины марки «Джип-Чероки», госномер 92-88 КО, 1990 года выпуска (как и автомашина, принадлежащая Красовскому А. С.).
По результатам экпертизы установлено следующее:
- фрагмент боковой и рабочей поверхности рассеивателя фонаря оранжевого цвета, изъятый при осмотре места происшествия и восстановленный из 2-х фрагментов, совпадает с одноименными участками рассеивателя указателя поворота, зафиксированного в корпусе заднего правого блок-фонаря, изъятого с автомашины «Джип-Чероки», госномер 92-88 КО, 1990 года выпуска, по материалу, цвету, ширине боковых поверхностей и размеру рисок, наличию тонирования черного цвета, размерам и форме оптических элементов рабочей поверхности;
- фрагмент боковой поверхности рассеивателя фонаря красного цвета,  изъятый при осмотре места происшествия, совпадает с боковой поверхностью рассеивателя сигнала торможения, зафиксированного в корпусе заднего правого блок-фонаря, изъятого с автомашины «Джип-Чероки», госномер 92-88 КО, 1990 года выпуска, по материалу, цвету, ширине боковых поверхностей и размеру рисок, наличию тонирования черного цвета;
- толщина стекла, установленного на дверях автомашины «Джип-Чероки», госномер 92-88 КО, 1990 года выпуска, соответствует толщине сталинита, изъятого при осмотре места происшествия следователем и родственниками потерпевших;
- лампа накаливания, а также патрон лампы накаливания, фрагменты которых изъяты при осмотре места происшествия родственниками потерпевших, вероятнее всего, не предназначены для установки на автомашину марки «Джип-Чероки», 1990 года выпуска.
Проведенными геномными экспертизами установлено, что кровь, обнаруженная на месте происшествия, является кровью Гончара В.И. Происхождение крови от Красовского А. С. исключается. Степень достоверность вывода о происхождении пятен крови, обнаруженных на месте происшествия, от Гончара В. И. не может превышать 99,9998 %.
По сведениям Алкаева О. Л. на автомобиле марки «БМВ» красного (алого) цвета, принадлежащем автороте СОБРа,  в 1999 г.ездил майор СОБРа Павличенко Д. В.

21. В газете «Народная воля» № 154 за 22.08.2001 г. опубликована статья М. Коктыш «Когда расстреливали этих людей, их убивали «Именем президента…». В ней приводится интервью бойца СОБРа (в/ч 3214), пожелавшего сохранить анонимность. В своих свидетельствах он ссылается на то, что в насильственных захватах и, возможно, убийствах Ю. Захаренко, В. Гончара и А. Красовского участвовали военнослужащие в/ч 3214: лейтенант Коклин, прапорщики Балынин, Мурашко, «краповики-сверхсрочники» Юрий Бутько, Владимир Новаторский, солдат из автороты Мекиянец и др. во главе с командиром подразделения СОБРа Павличенко. При выездах в г. Минск они использовали автомашины марки «БМВ» красного цвета, «Ауди» и другие автомобили, находившиеся в автопарке их воинской части.
Факты и события, изложенные анонимом в указанной статье, в полном объеме подтверждаются сведениями, полученными в ходе допроса свидетеля Александра Метельского—бывшего бойца СОБРа (в/ч 3214).

22. Из постановления руководителя следственно-оперативной группы Бранчеля И. И. о назначении криминалистической экспертизы от 27.11.2000 г. по уголовному делу № 414100 усматривается, что изъятый из учреждения УЖ-15/ИЗ-1(начальник полковник О. Алкаев) пистолет «ПБ-9» № РО57С мог использоваться при обстоятельствах убийств: семьи Насибовых; брата и сестры Агаевых; лидера незарегистрированной Белорусской региональной организации «Русское национальное единство» (РНЕ) Самойлова Г. В.; жителей городов Борисова и Марьиной Горки Минской области Ясько Л. И. и Сойко Л. В.; при похищении Грачева А. В.—главного ревизора-контролера Министерства культуры, Быкова П. Н.—предпринимателя; при похищении людей, за которыми следует их исчезновения: оператора Белорусского бюро Российской Телевизионной компании «Общественное Российское Телевидение» Завадского Д. А., директора Марьино-Горского автотранспортного предприятия Котова В. А. и других.

23. Согласно заключению криминалистической экспертизы № 184 от 27.11.2000 г. (эксперт—заместитель начальника 80-ой Центральной военной судебно-медицинской лаборатории Министерства обороны майор медицинской службы Горошко И. И.) «представленный на исследование пистолет «ПБ-9» № РО57С технически исправен и к стрельбе пригоден; выстрелы из данного пистолета без нажатия на спусковой крючок происходить не могут; стрельба из представленного на экспертизу пистолета после последней чистки до исследования производилась».

24. Следствие установило, что «расстрельный» пистолет «ПБ-9» для бесшумной стрельбы применялся для проведения «специальных мероприятий», а не для учебных стрельб. Однако заместитель министра МВД Чванкин А. А. отказался сообщить следствию о том, какие именно мероприятия проводились, кто и в каких целях использовал незаконно выданное оружие.
По своим боевым характеристикам пистолет «ПБ-9» не предназначен для прицельной стрельбы на расстоянии и используется для бесшумной стрельбы практически в упор. Пистолет снаряжен глушителем и пламегасителем. Со слов О. Алкаева, бывшего руководителя засекреченной спецгруппы по приведению смертных приговоров в исполнение, именно этот пистолет применялся для расстрелов. При расстреле осужденных выстрел производится с очень близкого расстояния, почти в упор, в затылочную часть головы приговоренного.
Алкаев О. Л. утверждает, что с использованием именно этого пистолета Шейман В. В., Сиваков Ю. Л. и Павличенко Д. В. разработали схему так называемого «чистого убийства», похожую на процедуру расстрела, приговоренных к исключительной мере наказания – расстрелу – и их тайному захоронению (интервью Алкаева О. Л. опубликовано в  газете  «БДГ», приложение «Для служебного пользования» № 2 (13) за февраль 2003 г.).
Будучи допрошенным в качестве свидетеля Чванкин А. А. показал, что в конце апреля 1999 г. бывший Министр внутренних дел Республики Беларусь Сиваков Ю. Л. отдал ему распоряжение получить в каком-либо подразделении МВД пистолет для бесшумной стрельбы. Исполняя поручение Сивакова, он, будучи в то время заместителем Министра внутренних дел, дал поручение  о получении этого оружия бывшему заместителю начальника управления по технике и вооружению тыла МВД Республики Беларусь Дику В. Н. Последний официально обратился с рапортом на  имя Чванкина о разрешении использовать оружие для проведения стрельб с сотрудниками центрального аппарата МВД. После получения разрешения на использование оружия Дик взял пистолет для бесшумной стрельбы «ПБ-9» № РО57С в учреждении УЖ-15/ИЗ-1 (начальник Алкаев О. Л.), расписался в специальном журнале и передал его Чванкину.
В своих показаниях Чванкин А. А. утверждает, что пистолет передал Сивакову Ю. Л. В дальнейшем пистолет для бесшумной стрельбы применялся для специальных операций, а не для учебных стрельб. Однако в ходе последующего допроса он отказался сообщить следствию, какие именно «специальные мероприятия» проводились, кто руководил ими, кто использовал и для каких целей этот пистолет.
В связи с отказом Чванкина А. А. сообщить сведения о применении пистолета марки «ПБ-9», следователь Чумаченко направил в адрес МВД Республики Беларусь запрос с просьбой уведомить, проводились ли какие-либо мероприятия с применением этого оружия. Из полученного ответа, как указывает следователь Чумаченко в постановлении от 20.01.2003 г., «невозможно сделать определенный вывод о том, применялось ли оружие, полученное Диком В. Н. и Колесником В. П. в учреждении УЖ-15/ИЗ-1, при проведении каких-либо оперативно-розыскных мероприятий работниками МВД Республики Беларусь».
Свидетель Колесник В. П. показал, что в сентябре 1999 г. Ю.Сиваков распорядился, чтобы он сходил в следственный изолятор, получил и принес А.Чванкину  пистолет для бесшумной стрельбы, что он и сделал. В ходе следствия установлено, что Колесник В. П., являясь адъютантом Министра внутренних дел Сивакова Ю. Л., выполнил его распоряжение, о чем в книге выдачи оружия учреждения УЖ-15/ИЗ-1 за 16 сентября 1999 г. имеются его росписи в получении пистолета «ПБ-9» № РО57С, с магазином к нему и возврате его 18.09.1999 г. При повторном допросе Колесник В. П. изменил свои показания и сообщил, что после получения оружия в учреждении УЖ-15/ИЗ-1 он не передавал его ЧванкинуА. А., а хранил  в своем сейфе на рабочем месте и по распоряжению Сивакова Ю. Л. вернул оружие в СИЗО № 1 УВД Миноблисполкома. Причину изменения своих показаний свидетель не объяснил.
Между тем, Сиваков Ю. Л., допрошенный в ходе следствия в качестве свидетеля, заявил, что не помнит, отдавал ли Чванкину А. А. или Колеснику В. П. такие распоряжения. Существенные противоречия в показаниях данных свидетелей следствие путем проведения очных ставок (ст. 222 УПК) не устранило. 

25. Согласно приговору Минского областного суда от 14 марта 2002 г. Игнатович В. А. и Малик М. М. признаны виновными и осуждены за похищение Д. Завадского и незаконное лишение его свободы по пп. «б», «ж» части 2-ой ст. 123 УК и ч. 1 ст. 124 УК (в редакции 1960 г.) к десяти годам лишения свободы. Однако дальнейшая судьба Д. Завадского ни органами предварительного расследования, ни судом до настоящего времени не установлена.
Из приговора суда, а также из материалов, выделенных из данного дела в отдельные производства, усматривается, что «банда Игнатовича» и другие, неустановленные следствием лица, при совершении преступлений были вооружены, в том числе, пистолетами для бесшумной стрельбы с глушителем. Так, при нападении на Толстик Л. М. и ее сожителя
Борисова И. П. (г. Жодино, Минская область), Ясько Л. И. (г. Борисов) Игнатович В. А. был вооружен пистолетом с глушителем, таким же пистолетом с глушителем был вооружен член его банды Малик М. М. При этом следует еще раз отметить, что в период совершения инкриминируемых  преступлений Малик М. М. являлся действующим бойцом спецподразделения по борьбе с терроризмом «Алмаз» МВД Республики Беларусь, которым руководил Наумов В. В., осужденный Игнатович В. А. — бывший сотрудник этого же спецподразделения, осужденный Гуз А. В являлся курсантом Академии МВД.
Установлено, что в связи с полученной травмой спины Игнатович был признан инвалидом сначала 3, а затем 2 группы и уволен с офицерской должности из спецподразделения «Алмаз» в 1999 г. В скором времени он получил гражданство Российской Федерации и был принят на службу в качестве разведчика-гранатометчика 22-ой бригады ГРУ МО РФ, дислоцировавшейся в Моздоке. В составе этого подразделения он принимал участие в спецоперациях на территории Чечни, в мае 2000 г. награжден медалью.
В то же время, в приговоре Минского областного суда от 14.03.2002 г. указывается, что «через некоторое время после разбойного нападения на Ясько Л. И. и его убийства Игнатович В. А. выехал в Чеченскую Республику Российской Федерации для участия в военных действиях. Однако в конце декабря 1999 г. он был задержан около г. Шали. 2 января 2000 г. сюжет задержания Игнатовича В. А. был показан в программе «Новости» российской телевизионной компании «НТВ», из комментариев которой следовало, что Игнатович В. А. причастен к боевым действиям на стороне чеченских боевиков».
Следует отметить, что орган уголовного преследования материалы предварительного следствия по делу Игнатовича, Малика, Гуза засекретило. Данное дело слушалось Верховным судом в закрытом судебном заседании, многие свидетели допрашивались анонимно с соблюдением мер по обеспечению их безопасности. Ни на предварительном следствии, ни в ходе судебного разбирательства Игнатович и Малик не признали себя виновными в похищении Д.Завадского. По свидетельствам защитников обвиняемых, родственников Димы Завадского, их представителей в суде, убедительных доказательств вины осужденных в причастности к похищению потерпевшего добыто не было. Дальнейшая судьба Д.Завадского не известна, фигурирующие в приговоре «иные неустановленные лица», принимавшие участие в его похищении, до сих пор не установлены.

26. Согласно постановлению о применении превентивного задержания от 22.11.2000 г. Председатель Комитета государственной безопасности Мацкевич В. А., рассмотрев материалы долговременной групповой оперативной разработки (ДГОР) «Экипаж», признал наличие в них достоверных данных о том, что «Павличенко Дмитрий Валерьевич является организатором и руководителем преступной группы, занимающейся похищением и физическим устранением граждан».
Один из них — потерпевший Грачев А. В., главный ревизор-контролер Министерства Культуры, похищенный группой вооруженных людей — среди похитителей опознал Павличенко Д. В.
Таким образом, оперативные службы двух ведомств МВД и КГБ при координации их деятельности Генпрокуратурой республики в ходе расследований преступлений о похищении людей вышли на одних и тех же фигурантов — Шеймана В.В., Сивакова Ю.Л., Павличенко Д.В. и др.
В связи с обстоятельствами, установленными в ходе расследования уголовного дела №414100, после  произведенного задержания Павличенко допрашивался в качестве свидетеля и подозреваемого, содержался в СИЗО КГБ с санкции заместителя Генерального прокурора со ссылкой на нормы Декрета Президента Республики Беларусь № 21 от 21.10.1997 г. «О неотложных мерах по борьбе с терроризмом и прочими особо опасными насильственными преступлениями». Его допросы проводились с использованием видеозаписи в порядке, установленном ст. ст. 192, 193, 219 УПК. В них он признавал участие в проведенных операциях по захвату людей по указанию руководителей МВД.
По неофициальным свидетельствам сотрудников спецподразделения «Альфа» КГБ, которые производили операцию по задержанию Павличенко, во время обыска в его служебном кабинете были обнаружены неопровержимые доказательства его причастности к похищению Захаренко, Гончара, Красовского, Завадского и другим насильственным преступлениям. Однако Президент А. Лукашенко вмешался в ход расследования и велел освободить Павличенко. По личному указанию В.Шеймана в нарушение установленного порядка Павличенко был освобожден из-под стражи без предоставления администрации СИЗО КГБ какого-либо процессуального документа следователя, прокурора или суда. Данные обстоятельства подтвердил заместитель начальника СИЗО КГБ Федор Юманов.
Вслед за этим последовали Указы Президента и своих должностей лишились Генеральный прокурор О.Божелко, Председатель КГБ В.Мацкевич. Соответствующими приказами были отстранены от занимаемых должностей заместитель Председателя КГБ Ю. Наркевич, возглавлявший оперативную группу по расследованию похищений людей, заместитель Министра МВД Лопатик Н.И., начальник СИЗО-1 Миноблисполкома Алкаев О.Н. и др.
Одновременно с этим Лукашенко А. Г. назначил: Шеймана В.В. — Генеральным прокурором Республики Беларусь, Сивакова Ю.Л. — заместителем Главы Администрации Президента, Наумова В.В., сохранившем должность Министра МВД — руководителем следственной группы по расследованию дел об исчезновениях.
Указанные действия Президента А.Г. Лукашенко, достоверно знавшего по докладам должностных лиц (Божелко, Мацкевич, Бранчель и др.) о конкретных результатах расследования, приведших к арестам подозреваемых лиц (Павличенко Д.В. и других сотрудников спецподразделений МВД и Службы безопасности Президента), о наличии убедительных данных о причастности к этим преступлениям В.Шеймана, Ю.Сивакова, Н.Васильченко и других могут свидетельствовать о его роли как соучастника совершенных преступлений (ст. 16 УК).

27. Установлено, что Генеральный прокурор Республики Беларусь  О.Божелко в связи со сведениями, изложенными в рапорте Н.Лопатика, и другими материалами предварительного расследования дел о похищениях людей, обратился за помощью к Генеральному прокурору Российской Федерации о предоставлении специального оборудования для поиска захороненных трупов. С этой целью в Москву направлялось официальное письмо об оказании технического содействия. Однако по инициативе Генпрокуратуры Республики Беларусь, которую в конце ноября 2000 г. возглавил В.Шейман, запрос был отозван, оборудование в Беларусь не поступило и поисковые исследования не проводились (запрос депутатской группы «Республика» Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь председателю КГБ Л. Ерину — газета «Народная Воля», № 31 (1594) за 18.02.2000 г.)

28. В своих публичных выступлениях, в том числе по телевидению, Президент А.Лукашенко кадровые перестановки в силовых структурах в конце ноября 2000 года объяснил наличием заговора против высших должностных лиц Беларуси, фактом незаконного ареста Д. Павличенко в целях дискредитации действующей власти. При этом он заверял, что представит этому доказательства. Однако, кроме голословных утверждений, общественности ничего представлено не было.
В постановлении от 20.01.2003 г., по уголовному делу № 110351, следователь Чумачеко В. В. указал, что в ходе расследования «проверены версии, выдвинутые в средствах массовой информации о причастности к исчезновению Гончара В. И. и Красовского А. С. командира в/ч 3214 Павличенко Д. В.», что «исследован вопрос о получении в период исчезновений оружия для бесшумной стрельбы в учреждении УЖ-15/ИЗ-1» (СИЗО-1 Миноблисполкома). Однако от выводов о причастности или непричастности Павличенко Д. В. и других должностных лиц к насильственным похищениям людей, указанных в рапорте Лопатика Н. И., следователь уклонился.
В рамках расследования дела о похищении Завадского подвергался задержанию в качестве подозреваемого Александр Леоненко – сотрудник Службы безопасности Президента Республики Беларусь. Однако, по мнению следствия, достаточных данных о его причастности к преступлениям не добыто, и он был освобожден из СИЗО.

29. Материалами уголовных дел установлено, что как в случае похищения Гончара и Красовского, так и при обстоятельствах убийства Сойко, похищения Котова и, возможно его убийства, убийства семьи Насибовых, брата и сестры Агаевых, похищении и насилии в отношении Грачева и Быкова действовали лица, одетые в камуфляжную специальную форму (милиции или спецподразделений). Раскрытие подобных преступлений, бросающих тень на представителей власти, является делом исключительной важности. Однако ни одно из указанных дел до конца не расследовано. Это косвенно подтверждает возможную причастность к их совершению должностных лиц органов охраны правопорядка, сотрудников спецподразделений и, в связи с этим, нежелание официальных властей расследовать данные дела полно и объективно.

30. Ранее созданная оперативно-следственная группа, в состав которой входили наиболее опытные сотрудники органов прокуратуры, КГБ и МВД, добившиеся в короткий срок значительных успехов в расследовании дел, после снятия с должностей Генпрокурора О. Божелко и Председателя КГБ В. Мацкевича была отстранена от ведения этих дел. Несмотря на особую значимость успешного раскрытия преступлений по расследуемым уголовным делам об исчезновениях и пристальное внимание к ним общественности в стране и за рубежом, производство по этим делам в конце 2000 г. было поручено одному следователю прокуратуры г. Минска Чумаченко В. М., а затем следователю Кухаренко С. Г. без какого-либо оперативного сопровождения.

31. Обращение потерпевших – родственников исчезнувших, их представителей о возбуждении уголовного дела по признакам ст. 128 УК и привлечении виновных к ответственности в отношении лиц, подозреваемых в похищениях Ю.Захаренко, В.Гончара, А.Красовского, Д.Завадского, направленное 22 января 2003 г. по подследственности в КГБ Беларуси, в установленные  УПК сроки разрешено не было. До сих пор уведомление о принятом по нему решении, несмотря на неоднократные письменные просьбы, заявители не получили.
Направленная  по территориальности  в суд Центрального р-на г.Минска жалоба на действия органа уголовного преследования в порядке ст.ст. 138, 139 УПК к рассмотрению принята не была по мотивам неподведомственности суду. Заведомо неправосудное определение суда вышестоящими судебными инстанциями (Минский городской суд, Верховный суд) оставлено в силе, а жалобы заявителей – без удовлетворения.

32. Установлено, что часть материалов, добытых оперативно-следственным путем, в том числе вещественные доказательства, свидетельствующие о причастности к данным преступлениям высших должностных лиц государства и спецслужб Беларуси (пистолет «ПБ-9» РО57С, журнал приема-выдачи оружия и др.) утрачены или преднамеренно скрываются, а надлежащее расследование уголовных дел по фактам исчезновения граждан и установлению виновных – практически не ведется. Ходатайства потерпевших и их представителей, рекомендации международных организаций (ООН, ОБСЕ, ПАСЕ), требования правозащитных организаций о временном, на период расследования дел, отстранении от должности лиц, подозреваемых в похищениях людей (ст. 131 УПК), власти Беларуси проигнорировали.

33. В ходе избирательной кампании в августе 2001 г., в которой участвовал и действующий Президент Лукашенко А. Г., кандидат на пост Президента Республики Беларусь Гончарик В. И. выступил по белорусскому телевидению с обращением. В нем перед лицом миллионов телезрителей он заявил: «Я не могу молчать о том, что стало черным пятном в современной истории Беларуси. Речь идет о людях, пропавших без вести.
Так получилось, что именно ко мне попали документы об исчезновении известных в нашей стране людей—Юрия Захаренко, Виктора Гончара, Анатолия Красовского. В них указаны факты и фамилии свидетелей. Они подтверждают, что к этим исчезновениям причастна нынешняя власть, высшие должностные лица: нынешний Генеральный прокурор Виктор Шейман, зам. главы Администрации Юрий Сиваков, командир спецгруппы полковник Дмитрий Павличенко.
Когда мне попали в руки эти документы, первое, что я сделал—отправил их Лукашенко с требованием расследовать указанные факты. В ответ—молчание.
Я думал: если Лукашенко не причастен к исчезновению людей, он должен немедленно открыто сказать об этом и отстранить Шеймана. Если же он ничего не предпринимает, значит, ему есть, что скрывать.
 Лукашенко долго молчал. А потом в отчаянии заявил во всеуслышание по телевидению: в случае поражения на выборах он будет защищаться в своей резиденции с помощью бригады спецназа во главе с тем самым Д.Павличенко. Это называется круговой порукой. Это называется беззаконием. Это называется беспределом. И ему пора положить конец.
Ясно одно. Жуткий клубок взаимной поруки в грязных делах самых высоких начальников нынешней власти может быть развязан только со сменой этой власти.
Отказ Лукашенко расследовать приведенные факты дает мне право сегодня заявить:
Я обвиняю эту власть в том, что она бездействует.
Я обвиняю эту власть в том, что она безответственна.
Я обвиняю эту власть в том, что она лжет своему народу.»
Данное выступление было растиражировано и в других средствах массовой информации (газеты «Наша свобода», «Народная воля» и др.).
В соответствии с Избирательным кодексом Республики Беларусь при проведении предвыборной агитации не допускается клевета в отношении должностных лиц государства, кандидатов в Президенты, в депутаты (ст. 47 ИК). Нарушение данного предписания закона может повлечь отмену решения о регистрации кандидата. Однако в связи с указанным публичным выступлением Гончарика В. И. решение об отмене его регистрации в качестве кандидата в Президенты Центральная Комиссия Республики Беларусь по выборам и проведению референдумов не приняла, а Генеральный прокурор Республики Беларусь в соответствии с Законом «О Президенте Республики Беларусь», Законом «О прокуратуре Республики Беларусь» не воспользовался своим правом возбудить уголовное дело о клевете на Президента Лукашенко А. Г. или гражданское дело о защите его чести и достоинства.

34. Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела от 23.11.2004 г. прокурор отдела по надзору за расследованием уголовных дел в органах прокуратуры Шуляк В. И. (Генеральная прокуратура), рассмотрев поступившие из Комитета государственной безопасности Республики Беларусь материалы по факту клеветнических измышлений в адрес Президента Республики Беларусь, установил, что заместитель председателя РОО «Белорусский Хельсинкский Комитет» Погоняйло Г. П., 18.08.2004 г. в служебном кабинете по ул. Либнехта, 68-1201, г. Минска в своем интервью представителю шведского телеканала «ТV-4» распространил клеветнические измышления об участии Президента Республики Беларусь совместно с другими должностными лицами государства в похищениях и убийствах Ю. Захаренко, В. Гончара и А.Красовского, т. е. в совершении особо тяжких преступлений. Усмотрев в действиях Погоняйло Г.П. признаки состава преступления, предусмотренных ч. 2 ст. 367 УК, прокурор принял решение о возбуждении по поступившим материалам в отношении Погоняйло уголовного дела.
Предварительное расследование по делу длилось около года и завершилось 16.11.2005 г. его прекращением на основании п. 2 ч. 1 ст. 29 УПК за отсутствием в деянии Погоняйло состава преступления. В своем постановлении старший следователь по важнейшим делам прокуратуры г. Минска Пикарев А. В. указал, что «рассказ Погоняйло Г. П., содержащий заявления об участии Президента Республики Беларусь совместно с другими должностными лицами государства в похищениях и убийствах Ю.Захаренко, В.Гончара и А.Красовского нельзя признать клеветой, содержащейся в средствах массовой информации».

35. На совещании в КГБ 28.11.2000 года по поводу представления коллективу нового руководителя ведомства Леонида Ерина, Президент Лукашенко А. Г., затронув тему исчезнувших, произнес буквально следующее: «Да, я виноват, что это произошло в стране. Потому что я президент. И больше не ищите виновных. И потому я несу за это ответственность в полном объеме. Поэтому еще раз подчеркиваю: не пытайтесь найти виноватых. Виноват только я».
С учетом того, что КГБ Республики Беларусь является органом уголовного преследования и его должностные лица активно участвовали в раскрытии исчезновений известных людей в Беларуси, такое заявление Главы государства, сделанное в стенах этого учреждения, является превышением его полномочий, незаконным вмешательством в расследование дел, преступным указанием к сокрытию от правосудия высших должностных лиц Беларуси, подозреваемых в похищениях людей. Такие действия Президента по существу подпадают под признаки заранее обещанного укрывательства (п. 6 ст. 16 УК), оцениваются как пособничество, по которому пособник несет уголовную ответственность наряду с исполнителями совершенного преступления.

36. Косвенным подтверждением практики похищения людей в Беларуси, организованных высшим руководством страны служат и такие публичные высказывания Президента А.Лукашенко: «Да, я действительно, в Минске, в Гомеле по меньше, через определенных жуликов поставил в известность 5 лет назад: не дай Бог, только где-то вы создадите обстановку криминальную, я вам поотрываю головы. А ведь мы знаем, сколько их и кто они, этих ворюг в законе… Да ну, хлопцы, батька сказал, замочит. Был случай, когда они неправильно себя повели. Помните вы этих Щавликов и прочих. Где они сейчас?..» (фрагмент выступления А.Г. Лукашенко в Гомеле, прозвучавший в аналитической программе «Панарама» белорусского ТВ от 29.10.2001 г.).
По утверждениям сотрудников прокуратуры О.Случека, Д.Петрушкевича, участвовавших в расследовании преступлений «банды Игнатовича», действительно в стране действовали так называемые «эскадроны смерти» из числа сотрудников спецподразделений по физической ликвидации преступных авторитетов, среди которых был преступный авторитет – «вор в законе» по кличке «Щавлик».
В докладе Президента Республики Беларусь на постоянно действующем семинаре руководящих работников республиканских и местных государственных органов по вопросам совершенствования идеологической работы (Минск, 27 марта 2003 г.) из уст Лукашенко А. Г. по отношению к П. Кравченко, бывшему послу Республики Беларусь в Японии, прозвучала следующая фраза: «Я уже спецслужбам, простите меня за откровенность, даю указание — выкрасть и привезти в страну».
Национальная государственная телерадиокомпания Республики Беларусь 23 ноября 2006 года на всех своих телеканалах и по радио транслировала пресс-конференцию Президента Республики Беларусь для украинских журналистов. Отвечая на вопрос Александра Крючкова (телекомпания «Киев»), А.Г. Лукашенко заявил, о том, что 3 года назад спецслужбы, в частности «Алмаз» МВД, по его указанию разработали систему мер по противодействию организованной преступности: «Я собрал «Алмаз», спецслужбы в основном, и приказал разработать систему мер по противодействию этому злу в кавычках. Я вам должен сказать, некоторых расстреливали на месте. Они все были вооружены, они на этой дороге э-э-э, транспорт, и как только увидели эту решимость, просто на месте были вынуждены уничтожить. Тишина и покой».
По данному высказыванию Президента РПОО «Белорусский Хельсинский комитет» направил министру внутренних дел В. Наумову, Генеральному прокурору П. Миклашевичу и председателю КГБ                 С. Сухоренко запросы (исх. № 01-14/2007 от 20.12.2007 г.) с просьбой предоставить информацию:
- действительно ли в спецподразделениях силовых структур Республики Беларусь были созданы так называемые «эскадроны смерти»;
- возбуждались ли уголовные дела по фактам «расстрелов на месте» (внесудебных казней – ст. 128 УК);
- возбуждались ли уголовные дела по сообщениям в средствах массовой информации о фактах исчезновения, а также возможной физической ликвидации граждан Республики Беларусь, совершенных «эскадронами смерти» и при других обстоятельствах (ст. 171 УПК).
Ответ получен только из Генпрокуратуры Республики Беларусь. В нем указано: «Изучением уголовного дела по обвинению банды в составе Игнатовича В.А. в совершении убийств и других особо тяжких преступлений, а также по факту исчезновения Завадского Д. и ряда других уголовных дел установлено, что в материалах указанных дел отсутствуют сведения о наличии в спецподразделениях силовых структур Республики Беларусь так называемых «эскадронов смерти».
Прокуратура Республики Беларусь не располагает сведениями как о фактах внесудебных казней, так и о фактах возможной физической ликвидации граждан Республики Беларусь, совершенных «эскадронами смерти»  (вх. 01-14/2 от 19.02.2007 г.). Между тем, отсутствие «сведений» не означает отсутствие событий.

37. Комитет по юридическим вопросам и правам человека Парламентской Ассамблеи Совета Европы в сентябре 2002 г. создал специальный подкомитет, чтобы прояснить обстоятельства исчезновений в Беларуси. Результатом его деятельности стал доклад (Предварительный меморандум «Исчезнувшие лица в Беларуси»), подготовленный депутатом ПАСЕ  г-ном Х. Пургуридесом. Данный доклад официально направлен через МИД Беларуси Парламенту страны для соответствующего реагирования. Центральный вывод, к которому пришел г-н Х. Пургуридес: «на наивысшем государственном уровне были сделаны активные шаги, чтобы скрыть настоящую подоплеку исчезновений, и подозревать, что наивысшие государственные чиновники могут быть сами втянуты в эти исчезновения». Многие выводы и оценки доклада основаны на материалах официального и общественного расследования дел об исчезновениях и совпадают с утверждениями, содержащимися в настоящем обвинительном акте.

38. Совокупность изложенных сведений, которые получены в ходе оперативно-следственных действий, а также материалы общественного расследования по фактам похищения людей, за которыми следует их исчезновение, дают основание утверждать, что данные преступления в соответствии с действующим законодательством Республики Беларусь раскрыты, подозреваемые в них лица установлены. Эти факты и исследованные обстоятельства не исключают, что исчезнувшие стали жертвами внесудебных казней. Однако, с конца ноября 2000 г. дальнейшее расследование по делам в полном объеме не ведется, так как профессиональная деятельность следователей, прокуроров, судей блокируется высшими должностными лицами  Беларуси, подозреваемыми в совершении данных преступлений.

39. В материалах уголовных дел, в многочисленных публикациях независимых СМИ, в резолюциях различных международных организаций в качестве подозреваемых лиц по данным преступлениям указаны: Президент Республики Беларусь Лукашенко А.Г., Государственный секретарь Совета Безопасности Шейман В.В., экс-министр Внутренних дел Сиваков Ю.Л., Министр МВД Наумов В.В., командир в/ч 3214 полковник Павличенко Д.В., бывший начальник службы безопасности Президента Республики Беларусь Васильченко Н.В. и др.
Обоснованность выдвинутых подозрений против высших должностных лиц государства в установленном законом порядке не опровергнута, потерпевшим, их доверенным лицам и общественности подтверждения тому не представлены.
Полагаем, что изложенные в настоящем акте сведения являются достаточными, чтобы служить основанием для привлечения в качестве обвиняемых: Лукашенко Александра Григорьевича, Шеймана Виктора Владимировича, Сивакова Юрия Леонидовича, Наумова Владимира Владимировича, Павличенко Дмитрия Валерьевича, Васильченко Николая Васильевича в совершении преступлений, подпадающих под признаки ст. 16 (соучастие в преступлении), ст. 19 (преступная организация), ст. 128 (преступления против безопасности человечества), ч.3 ст.357 (действия с целью удержания государственной власти, захваченной неконституционным путем, повлекшие гибель людей либо сопряженные с убийством) Уголовного кодекса Республики Беларусь.

СПРАВКА: В преамбуле Декларации о защите всех лиц от насильственных исчезновении (принята резолюцией 47/133 Генеральной Ассамблеи ООН 18 декабря 1992 года) признается, что насильственные исчезновения подрывают фундаментальные ценности любого общества, приверженного уважению законности, прав человека и основных свобод, и что систематическое совершение таких актов по своему характеру является преступлением против человечности. Никакие обстоятельства, каковы бы они ни были, будь то угроза войны, состояние войны, внутренняя политическая нестабильность или любая другая чрезвычайная ситуация, не могут служить оправданием насильственных исчезновений (ст.7).Лица, предположительно совершившие какое-либо из деяний, указанных в п.1 ст.14 Декларации, отстраняются от исполнения любых служебных обязанностей на время проведения расследования (ст.16).
Жертвы актов насильственного исчезновения и их семьи получают возмещение и имеют право на соответствующую компенсацию, включая средства, обеспечивающие им максимально возможную реабилитацию. В случае смерти жертвы в результате акта насильственного исчезновения лица, находящиеся на его иждивении, также имеют право на компенсацию (ст.19).

 40. Принимая во внимание, что компетентные органы Беларуси умышленно игнорируют сведения о причастности подозреваемых к фактам насильственных исчезновений потерпевших и не принимают на национальным уровне мер по полному, и объективному расследованию дел составители настоящего акта поддерживают требование г-на Х.Пургуридеса, содержащееся в его докладе и в соответствующих рекомендациях ПАСЕ №1657 (2004 г.) об использовании в одной из западных стран, так называемой, универсальной уголовной юрисдикции. Она представляет возможность привлечения к уголовной ответственности лиц, совершивших преследуемое международным правом преступление против безопасности человечества. (Аналогичные правила универсальной уголовной юрисдикции предусмотрены в частях 3,4 ст.6 УК Республики Беларусь).

Акт подписали: 1)потерпевшие: З. Гончар, И. Красовская, С. Завадская, О. Завадская; 2)их доверенные лица: Г. Погоняйло, О. Волчек.

15:27 27/11/2007




Loading...


загружаются комментарии