Власти используют психиатров в борьбе с оппозицией

В Беларуси появился очередной политический заключенный. Однако на этот раз правозащитника бросили не в тюрьму, а в психиатрическую больницу. Можно смело утверждать, что власти Беларуси решили перейти к новым методам устрашения оппозиционеров.

Власти используют психиатров в борьбе с оппозицией

Как сообщает радио «Свобода», с 16 ноября в Браславской областной психиатрической больнице «Слободка» удерживается Валерий Мисников, бывший преподаватель истории и права из Витебска. Правозащитник, который сам себя называл «общественным прокурором», не раз подвергался судебным преследованиям за свою активную общественную деятельность.

Последние двадцать лет Валерий Мисников был представителем Белорусского хельсинского комитета и наблюдателем в судах, выявлял недостатки и злоупотребления в системе государственной власти, хозяйственных субъектов и правоохранительных органов. Все полученные сведения доводил до сведения общественности и правоохранительных органов, сообщает правозащитный центр «Весна».

Последнее уголовное дело против активиста-правозащитника было возбуждено Витебской областной прокуратурой по ст. 369 УК РБ «за неуважение чести и достоинства личности и профессиональных качеств» начальника организационно-контрольного отдела прокуратуры Витебской области В. Балеевой и старшего следователя по особым делам прокуратуры Витебской области, советника юстиции А. Тивтуна, а также по ст. 377 (часть 2) УК РБ – за кражу двух томов уголовного дела из областной прокуратуры.

21 июля 2007 года Валерий Мисников был принудительно направлен Витебской прокуратурой на психиатрическую экспертизу. Результатом экспертизы для правозащитника стал диагноз – «параноидальное изменение личности». На основании данного заключения по решению суда, заседания которого были закрытыми для общественности, Мисников был направлен на принудительное лечение в специальное закрытое учреждение. Пока на 6 месяцев.

Методы карательной психиатрии в Беларуси все чаще возвращаются в арсенал средств подавления инакомыслия. Например, не так давно власти пытались упрятать в психбольницу активистку оппозиции Кристину Шатикову. Независимая экспертиза подтвердила, что Шатикова абсолютна здорова и удерживалась несколько дней в больнице незаконно.

Карательная психиатрия появилась в Советском Союзе в конце 60-х годов и активно использовалась КГБ в борьбе с диссидентами. По большому счету именно использования психиатров вызвало бурную реакцию протеста на Западе, что привело к постепенно ослаблению советской империи. Однако в белорусском КГБ остается очень много специалистов, которые не сделали выводы из советских уроков и хотят использовать старые методы уничтожения людей. Приведем фрагмент воспоминаний диссидента Владимира Буковского, который сам прошел через психиатрическое преследование в СССР  и был выдан на Запад в середине  70-х годов в обмен на лидера чилийских коммунистов Колволана.


Приведем отрывок из знаменитой книги диссидента Владимира Букковского «И возвращается ветер» о том, как КГБ в советские времена пыталось использовать психиатрию в борьбе с инакомыслием.

«Процессы 68—69-го годов были настолько разоблачительны, получили такой колоссальный резонанс в мире, что власти не могли больше позволить себе этой роскоши. Они пытались увозить из Москвы судить куда-нибудь поглуше, где нет иностранной прессы и толпы сочувствующих. Стали лишать наших адвокатов «допуска» или вообще выгоняли из адвокатуры, наконец, впервые стали давать по ст. 190 ссылку, хоть такая мера статьей не предусмотрена,— словом, делали все, чтобы заглушить гласность. Ничего не помогало. Тут-то и появился вновь на сцене мой старый знакомый, Даниил Романович Лунц — чистых дел мастер. Вспомнили наконец про него — дождался.

В сущности, участники движения с их четко выраженной правозащитной позицией и непризнанием советской реальности были необычайно уязвимы для психиатрических преследований.

Я легко представлял себе, как Лунц, потирая ручки, квакает своим большим ртом:
— Скажите, а почему вы не признаете себя виновным? И все юридические разработки, ссылки на статьи, конституционные свободы, отсутствие умысла — то есть вся гражданско-правовая позиция, убийственная для следствия, моментально оборачивается против вас. Она дает неопровержимую симптоматику.

Вы не признаете себя виновным — следовательно, не понимаете преступности своих действий; следовательно, не можете отвечать за них. Вы толкуете о Конституции, о законах — но какой же нормальный человек всерьез принимает советские законы? Вы живете в нереальном, выдуманном мире, неадекватно реагируете на окружающую жизнь.

И конфликт между вами и обществом вы относите за счет общества? Что же, общество целиком не право? Типичная логика сумасшедшего.
У вас не было умысла? Выходит, стало быть, вы не способны понять, к чему ведут ваши действия. Даже и того не понимали, что вас обязательно арестуют.

— Ну, хорошо,— дальше квакает Лунц,— если вы считаете, что вы правы, почему же тогда вы отказываетесь давать показания на следствии?
И опять крыть нечем — мнительность, недоверчивость налицо.
— Зачем же вы всё это делали? Чего вы рассчитывали достичь?
Никто из нас не ждал практических результатов, не в том был смысл наших действий, и с точки зрения здравого смысла такое поведение было безумным.

Как и раньше, удобно с марксистами — у них явный бред реформаторства, сверхценная идея спасти человечество. Еще проще с верующими. С ними тоже всегда было просто, как и с поэтами,— очевидная шизофрения.
Теоретическая «научная» база уже давно была готова, еще в хрущевские времена. В условиях социализма — утверждали ведущие психиатры страны — нет социальных причин преступности, и, значит, любое противоправное деяние — уже психическая аномалия. При социализме нет противоречия между установками общества и совестью человека. Бытие определяет сознание — выходит, не может быть сознания несоциалистического. Не то, что при капитализме. Но за эти годы психиатрический метод получил детальную разработку. Прежде всего старый, испытанный диагноз — паранойяльное развитие личности.

«Наиболее часто идеи «борьбы за правду и справедливость» формируются у личностей паранойяльной структуры».

«Сутяжно-паранойяльные состояния возникают после психотравмирующих обстоятельств, затрагивающих интересы испытуемых, и несут на себе печать ущемленности правовых положений личности».
«Характерной чертой сверхценных идей является убежденность в своей правоте, схваченность отстаиванием «попранных» прав, значимость переживаний для личности больного. Судебное заседание они используют как трибуну для речей и обращений».

(Это профессора Печерникова и Косачев из Института Сербского.)
Ну и, конечно, жалобы на преследования со стороны КГБ, на обыски, слежку, прослушивание телефонов, перлюстрацию, увольнение с работы — это чистая мания преследования. Чем более открытой, гласной является ваша позиция, тем очевиднее ваше безумие.

«Инакомыслие может быть обусловлено болезнью мозга,— писал профессор Тимофеев,— когда патологический процесс развивается очень медленно, мягко (вялотекущая шизофрения), а другие его признаки до поры до времени (иногда до совершения криминального поступка) остаются незаметными».

«Поскольку именно этому возрасту (20—29 лет.— В.Б.) свойственны повышенная конфликтность, стремление к самоутверждению, неприятие традиций, мнений, норм и т.д., это является предпосылкой создания мифа о том, что некоторые молодые люди, которые в действительности больны шизофренией, напрасно помещаются в психиатрические больницы, что они содержатся там якобы потому, что «думают не так, как все».

Советский Союз жестоко поплатился за то, что вовлекал врачей в преступные операции и махинации. Такая же судьба ждет и нынешних белорусских «убийц в белых халатах».

18:16 13/12/2007




Loading...


загружаются комментарии