Трусливое бегство от демократии

Еще месяц назад мало кто мог прогнозировать, что официальный Минск объявит дипломатическую войну Вашингтону.

Трусливое бегство от демократии

Тем не менее это случилось. Какие политические мотивы скрываются за скандальным шагом белорусских властей? Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Андрей Попов, выступая 7 марта на брифинге для журналистов, обвинил США, ни больше ни меньше, в "грубом" нарушении международных соглашений. И пояснил, что речь, в частности, идет о так называемом Будапештском Меморандуме 1994 года, согласно которому Беларусь в рамках саммита ОБСЕ добровольно отказалась от ядерного оружия, а Вашингтон, Лондон и Москва взяли на себя обязательства быть гарантами независимости и суверенитета нашей республики. На этом же брифинге общественность была уведомлена о том, что белорусское правительство отзывает своего посла в Вашингтоне, как было сказано, для консультаций и одновременно "настоятельно предлагает послу США в Минске Карен Стюарт покинуть нашу страну с той же целью".
Моська атакует слона
История, на первый взгляд, смешная, Моська пытается укусить за ногу слона. 10 марта посол Беларуси в США Михаил Хвостов вернулся в Минск для тех самых "консультаций". На что рассчитывал "Красный дом", бросая перчатку Белому дому? Судя по всему, на симметричный ответ. Во всяком случае, с белорусской стороны было достаточно логично ожидать, что державная гордость "задиристых" американцев заставит их поднять брошенную перчатку. Дальше, играя жестко и непримиримо, раздражая самолюбие американской стороны, можно (если, конечно, такова цель "Красного дома") довести дело до полного разрыва дипломатических отношений РБ и США.
Однако Вашингтон не последовал линейному мышлению, которого от него ожидали в Минске. Образно говоря, слон, как и подобает гиганту, предпочел отмахнуться от назойливой Моськи. После некоторых колебаний в Белом доме решили не обращать особого внимания на дипломатическую атаку "Красного дома". Представитель Государственного департамента США Том Кейси заявил, что посол Карен Стюарт останется в Минске, пока Госдеп будет анализировать ситуацию.
В результате несимметричного ответа Вашингтона шансы на эскалацию конфликта заметно снизились. Однако мирное развитие событий, вполне очевидно, не вписывалось в сценарий, разработанный стратегами "Красного дома". Согласно информации официального представителя белорусского МИД, 11 марта "Карен Стюарт была еще раз приглашена на встречу в МИД Беларуси, где ей повторно было предложено последовать соответствующей настоятельной рекомендации правительства нашей страны". По существу Минск предъявил ультиматум. После этого американской стороне, естественно, пришлось действовать стандартно, как принято в дипломатической практике (в противном случае ее положение становилось унизительным). Госдеп США принял решение отозвать американского посла из Минска. Заместитель помощника госсекретаря США Дэвид Крамер прокомментировал это решение так: "Послу Стюарт фактически дали 24 часа, чтобы поехать в Вашингтон для консультации. В случае отказа она была бы объявлена persona non grata". 12 марта Карен Стюарт покинула Беларусь.
Насколько ее отъезд обрадовал Минск? По мнению большинства экспертов, в противостоянии с Вашингтоном Минск не готов зайти настолько далеко, чтобы могла реализоваться перспектива разрыва дипломатических отношений с самым могущественным субъектом международных отношений. В экспертном сообществе обсуждаются различные версии того, почему все же белорусское руководство затеяло ссору с Америкой. Одни эксперты находят, что главная причина дипломатической атаки Минска — материальная (своего рода ответная реакция на санкции США в отношении концерна "Белнефтехим", затрагивающие, не исключено, и частные интересы кое-кого). По мнению других, Минск пытается вбить клин между Америкой и Европой (так сказать, расколоть Запад, спекулируя на том, что западноевропейцы, в силу зависимости от белорусского транзита, не могут вести себя с белорусским режимом подобно американцам — ультимативно и жестко). Третьи полагают, что дипломатическая атака Минска — плод согласованной с Кремлем игры (6 марта Лукашенко и Путин провели телефонный разговор, в ходе которого обсуждали состояние и перспективы отношений Беларуси с отдельными западными государствами). Попросту говоря, в поведении белорусской власти просматривается определенный стратегический расчет, антиамериканские дипломатические шаги Минска —это дань политике, к которой тяготеет руководство России. Белорусское руководство таким способом демонстрирует свою преданность Москве, рассчитывая (в качестве ответного жеста) получить от нее компенсацию в виде, скажем, льготных цен на нефть и газ.
О чем свидетельствует опыт
Эти и другие версии, циркулирующие в экспертном сообществе, в целом дают объемное представление о сложности и неоднозначности дипломатического демарша, который предпринял официальный Минск. Однако, на мой взгляд, для полноты картины уместно рассмотреть еще одну версию. Затевая драку с Вашингтоном, "Красный дом", очень похоже, рассчитывал, что на дипломатическом уровне разгорится именно война. Белый дом станет в позу, разразится гневной риторикой, и конфликт дойдет если не до разрыва дипломатических отношений, то до их существенного охлаждения или даже замораживания. Что указывает на подобный замысел стратегов белорусского режима?
Среди прочего, давнее раздражение "Красного дома" той ролью, которую играют США в борьбе с существующими в мире авторитарными режимами. Угрозу со стороны крупнейшей сверхдержавы, методично и целенаправленно продвигающей демократию где только можно, белорусская автократия с некоторых пор ощущает весьма остро как непосредственную. И отдает отчет в том, что противостоять ей, так сказать, в ближнем бою почти невозможно. Скорее всего, хозяева "Красного дома" не видят для себя иного выхода, кроме как отгородиться от американского проникновения и влияния своего рода стеной отчуждения, включая дипломатический занавес. Опасения тех, кто формирует внешнюю политику Беларуси, вольно или невольно усиливаются многочисленными примерами из современной истории. Куба, Вьетнам, Корея, Ирак, Иран, Украина, Грузия, Киргизия — далеко не полный список стран, где американцы под самыми различными предлогами, с большим или меньшим успехом продвигали и продвигают демократические ценности. Развитие отношений с американской стороной, как показывает опыт, для недемократических режимов часто оборачивается тем, что их устои расшатываются, политическая система непроизвольно начинает эволюционировать в направлении, предрекаемом известной поговоркой: коготок увяз — всей птичке пропасть.
Страх перед такой перспективой и желание дистанцироваться от демократической экспансии Соединенных Штатов Америки, как думается, был одним из решающих мотивов, когда Минск принимал решение атаковать Вашингтон дипломатическими средствами. В самом деле, формальным поводом для заявления МИД Беларуси 7 марта послужило то, что Вашингтон применил экономические санкции к предприятиям концерна "Белнефтехим". Но, во-первых, посол Стюарт сообщила, что в отношении белорусских госпредприятий США планируют шаги, аналогичные предпринятым в отношении концерна "Белнефтехим", еще на пресс-конференции 13 декабря 2007 года. Стало быть, эта история, как говорится, "с бородой", что, собственно, подтвердил и официальный представитель Госдепа Дэвид Крамер. По его словам, "6 марта казначейство США обнародовало разъяснения существующих санкций... Это не были нововведенные санкции". Во-вторых, доходы "Белнефтехима" на американском рынке довольно скромны и никак не могут служить фактором серьезного экономического давления на белорусское руководство.
Следует еще раз повторить, дело в другом, а именно в замаячившей перед белорусским режимом угрозе демократической эволюции. Во избежание расширения масштабов санкций (США, как известно, обещают подключить к мерам экономического воздействия Евросоюз) Минску было предложено освободить политзаключенных и выполнить свои обязательства относительно проведения свободных и справедливых выборов, а также обеспечить для белорусов соблюдение основных прав человека.
Эти требования — как раз та веревочка, ухватившись за которую, американцы и их демократические союзники могут развязать белорусский узел. "Красный дом" поначалу этот сценарий воспринял как игру, в которой он с помощью мелких уступок может заработать неплохие дивиденды. На свободу были отпущены почти все политзаключенные, в тюрьме остался Александр Козулин. Американцы, хоть и более мягко, продолжали давить. Дело шло к тому, что и экс-кандидат в президенты Беларуси мог выйти на свободу, власти предложили ему покинуть страну под предлогом сопровождения больной жены для лечения в Германии.
Похороны Ирины Козулиной, непроизвольно вылившиеся в молчаливую демонстрацию демократической общественностью недовольства существующим порядком вещей, для "Красного дома" стали, как представляется, своего рода точкой возврата. Белорусский режим, по-видимому, пришел к выводу, что появление Козулина на свободе может вывести ситуацию из-под контроля. Тем более что участие заключенного номер один в траурном мероприятии действительно показало, что потенциал политической мобилизации оппонентов режима отнюдь не исчерпан. Но, главное, что стало ясно, — американцы на освобождении Козулина не успокоятся и продолжат "тянуть за веревочку".
Отодвинуться, чтобы спастись
В "Красном доме" решили, что называется, отгребать. Заявление МИД Беларуси 7 марта — одна из практических мер этого трусливого по своей природе решения. Объективности ради надо отметить, что дипломатический демарш официального Минска хорошо вписывается в пропагандистскую риторику главного начальника страны о том, что США, мол, пользуясь экономическим и военным могуществом, взяли на себя роль "мирового жандарма", навязывают государствам и народам однополярный мир. Беларусь же "героически" продвигает концепцию строительства международных отношений на принципах многополярности.
Благодаря настойчивой эксплуатации этого пропагандистского штампа "Красный дом" может рассчитывать на плечо Кремля в особой степени. Москва давно завидует геополитическим возможностям и влиянию Америки. Дипломатический конфликт с американцами, затеянный белорусским руководством, в главном полностью созвучен геополитическим установкам российского руководства, которое устами Владимира Путина недавно заявило: пусть "они" не лезут в наши дела, "пусть лучше дома жену учат щи варить".
Однако означает ли стремление Минска отодвинуться подальше от американского влияния (отгородиться от него дипломатическим занавесом), что белорусское руководство будет проводить такую же линию в отношении стран Евросоюза? На этот вопрос можно ответить вполне определенно — нет.
В отличие от США, страны Евросоюза серьезно зависят от белорусского транзита, 25% российского газа и 40% российской нефти европейцы получают через Беларусь. В свою очередь белорусская экономика также серьезно зависит от выручки на европейских рынках. Следовательно, в жестком дипломатическом противостоянии Беларуси и европейских государств не заинтересованы ни Минск, ни Брюссель. В отличие от Америки, преследующей в Беларуси скорее абстрактные геополитические цели, страны Западной Европы, выстраивая свою политику в отношении Минска, вынуждены руководствоваться прежде всего собственным хозяйственным прагматизмом. Поэтому политика Брюсселя в том, что касается поддержки и развития белорусской демократии, приобрела (не вчера замечено) обтекаемую форму, строится на компромиссах, порой на ритуальном (а не фактическом) признании некоторых демократических стандартов. Позиции Вашингтона и Брюсселя по белорусскому вопросу все чаще не совпадают. Обитателей "Красного дома" это вполне устраивает и даже радует. Затеянный Минском дипломатический конфликт с Вашингтоном, среди прочего, призван, по-видимому, служить своего рода назиданием для европейцев: мол, смотрите, чем может обернуться политика давления на белорусское руководство. Иначе говоря, держитесь подальше от американской политики в Беларуси и не пожалеете. На встрече с английскими бизнесменами 10 марта Александр Лукашенко специально подчеркнул этот тезис. "К сожалению, перспективы отношений Беларуси с Евросоюзом не лежат исключительно в плоскости Европа—Беларусь", — заявил он. И, чтобы сделать свою мысль совсем уж прозрачной, пояснил: многое, мол, зависит от того, будет ли Европейский Союз проводить на белорусском направлении самостоятельную, независимую от США политику.
Из сказанного вполне определенно вытекает, что белорусский режим пошел на дипломатические разборки с Вашингтоном прежде всего для того, чтобы обезопасить собственные устои. Приведет ли дипломатический конфликт к разрыву дипломатических отношений между двумя странами? Видимо — нет. Для "Красного дома" сейчас актуально максимально оградить себя от радикального влияния американцев, но он не готов (и не в состоянии) полностью отгородиться от крупнейшего мирового игрока. Минск стремится к тому, чтобы уменьшить объем дипломатических отношений с США, ограничить возможности американской дипломатии взаимодействовать с белорусской общественностью, демократической оппозицией и тем самым снизить риски для авторитарной системы власти (МИД Беларуси уже озвучило рекомендацию американскому посольству сократить численность сотрудников). На фоне резкого обострения отношений с Вашингтоном Минск намеренно демонстрирует готовность развивать отношения с Брюсселем, который, в отличие от США, не столь категоричен, когда речь идет о защите демократических ценностей и гражданских свобод в Беларуси. Надо полагать, не случайно дата заявления МИД Беларуси об отзыве посла из Вашингтона совпала с датой официальной церемонии подписания соглашения между Беларусью и Евросоюзом об открытии представительства Еврокомиссии в Минске.
Таким образом, "Красный дом" опробует стратегию, согласно которой он хотел бы вести игру преимущественно с европейскими странами, а от американцев держаться подальше. Теперь, если белорусские власти решатся отпустить на свободу Александра Козулина, то это будет подаваться как любезная уступка прежде всего европейцам.

 

 

13:20 21/03/2008




Loading...


загружаются комментарии