Сегодня будет вынесен приговор по «делу четырнадцати»

Все обвиняемые, встаньте», — объявила судья Елена Ильина после  аплодисментов, которыми завершилось  выступления Михаила Кривова.  — «Суд делает  всем вам замечание с занесением в протокол судебного заседания. Те, кто аплодировал на последних рядах, встаньте и покиньте  зал».

21 апреля участникам «процесса 14-ти»   в суде было предоставлено последнее слово.  
«Это не последнее наше слово.  Свое последнее слово мы еще скажем, — заявил обвиняемый Михаил Пашкевич.  —  О таком внимании к нам  в интернате, как  в эти дни, мы не могли даже мечтать. Нас стали уважать. Вы делаете из нас святых».
Произошло то, чего больше всего боятся  власти в ходе  политически мотивированных судебных процессов:  «последнее слово» обвиняемых превратилось в обличение действий режима. Остановить этот процесс судья Ильина уже не смогла.
Однако прежде прокурор Андрей  Ромашевский держал свою речь. Он процитировал Гегеля, утверждавшего, что  свобода возможна лишь в рамках государства.
«Не существует свободы без закона», -  апеллировал к немецкому философу прокурор и доказывал, что порядок  проведения массовых мероприятий, согласно все той же  статье 35  Конституции РБ о свободе собраний и митингов (цитата из этой статьи нанесена на майки, в которых  приходят на  суд обвиняемые),  должен регламентироваться законом о массовых мероприятиях.
Однако адвокат  Павел Сапелко «поправил» прокурора в ходе судебных прений – статья 8 все той же Конституции РБ признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства.
 «Согласно международной практике право на мирное собрание не подлежит ограничению», — заявил Павел Сапелко. И проиллюстрировал свое выступление  одним примером. В одном из городов США стоит автобус. Он напоминает о том, как в 60-ые годы  прошлого века в Америке существовал закон, согласно которому представители белой части  населения  должны были ездить  в передней части автобуса, черные – на задней площадке. Однако   в один день человек с черной кожей зашел в автобус через переднюю дверь и остался стоять на передней площадке.    С того момента  в США начался процесс, который  привел к  уничтожению  сегрегации – одной из форм расовой дискриминации, разделяющей на черных и белых.
«Законом можно обосновать любые противоправные действия», —  подытожил Павел Сапелко.
Его мысль продолжил обвиняемый Михаил Кривов, напомнивший о том, что и сталинские репрессии, и уничтожение евреев в годы второй мировой войны, и апартеид в ЮАР – все эти преступления  совершались  на основании существовавших в то время законов.
Кривов вспомнил слова министра внутренних дел Наумова, заявившего  на следующий день после акции протеста предпринимателей, что  едва сдерживал слезы, когда «смотрел на своих сотрудников, в которых плевали, которых били и делали с ними, что хотели». Однако  видеозапись,  просмотренная в ходе судебного заседания, не подтвердила его слов. 
«Нас судят не за наши действия – ведь мирное собрание не может нарушить общепринятый порядок», — заявил Кривов.  
И, действительно,  еще до начало судебного процесса мало у кого вызывал сомнения тот факт, что судить молодежных активистов будут  исключительно за их гражданскую позицию.
 «Тоталитаризм наступает постепенно для тех народов, которые не ценят свободу», — продолжал  Кривов.— И потому я хочу здесь привести слова немецкого пастыря, прошедшего фашистские концлагеря:
«Сначала пришли за моим соседом-евреем. Я промолчал, потому что я  не был евреем. Потом пришли за моим соседом-коммунистом. Я промолчал, потому что я не был коммунистом. Потом пришли за моим соседом – членом профсоюза. Я промолчал – я не был  членом профсоюза.  Когда пришли за мной  — вступиться было некому».
«Я надеюсь, что судье не придется в последствии повторять эти слова», — заявил Михаил Кривов и сорвал аплодисменты.
Напомним, прокурор  Андрей Ромашевский потребовал приговорить Андрея Кима к двум годам лишения свободы в колонии общего режима.
Алексею Бондарю, Артему Дубскому и Михаилу Пашкевичу —  назначить наказание в виде двух лет ограничения свободы (так называемая химия).
Для остальных обвиняемых — Владимира Сергеева, Антона Койпиша, Татьяны Тишкевич, Алеся Стрельцова, Михаила Кривова и Алеся Чернышова —  назначить наказание в виде двух лет и шести месяцев ограничения свободы, однако без их направления на место отбывания наказания.
Приговор будет вынесен сегодня, после 11.00.
До этого момента  судья, по сложившейся в Беларуси   судебной практике, продолжит «совещаться со своей совестью».

08:46 22/04/2008




Loading...


загружаются комментарии