Как Мясникович, Василевич и Козик искали вакцину от коррупции

При Генеральной прокуратуре создан общественный совет по борьбе с коррупцией. Диалоги на его заседании показались нам небезынтересными.

Как Мясникович, Василевич и Козик искали вакцину от коррупции

Григорий ВАСИЛЕВИЧ, председатель Общественного совета, Генеральный прокурор Беларуси, доктор юридических наук, профессор:
— Основной целью создания  нашего Общественного совета является  консолидация усилий широкого  круга общественности для противодействия коррупции, борьбы с криминализацией экономики. Такая угроза существует в любом государстве, и оно старается ее устранить или уменьшить. Цель мы преследуем такую: выработать оптимальные механизмы защиты от проникновения коррупции в органы государственной власти и местного самоуправления. Члены совета будут участвовать в создании единой системы мониторинга и информирования общественности по решению данной проблемы.
По итогам 2008 года ущерб от коррупционных проявлений составляет более 80 миллиардов рублей. Одна треть преступлений такого рода связана со взяточничеством. Далее идут хищения имущества с использованием служебных полномочий, должностной подлог. Много преступлений такого рода выявлено, особенно в конце года, в сельском хозяйстве. На предприятия Министерства промышленности приходится 20 миллиардов рублей ущерба от коррупционных проявлений. То есть  в этой сфере страна теряет от подобных преступлений каждый четвертый рубль. Дальше по потерям такого рода идут  сельское хозяйство и торговля (на каждую из этих отраслей приходится более 3 миллиардов рублей такого ущерба), строительство. Это, подчеркиваю, статистика только по выявленным преступлениям.
Михаил МЯСНИКОВИЧ, председатель Президиума Национальной академии наук Беларуси, доктор экономических наук, профессор:
— На мой взгляд, наше законодательство несовершенно в части механизма реализации. Действующая разрешительная система создает множество соблазнов для чиновников, тех, кто ее осуществляет. Это приводит к тому, что человек, который нуждается в том или ином разрешении, вынужден идти по кругу. Зачастую он приходит к мысли, что легче и дешевле будет сделать подношение, чем терять время и нервы.
И второй важный нюанс. Надо увеличивать удельный вес частной собственности в нашей экономике. Все-таки собственник сам у себя не ворует, лучше смотрит за своим персоналом.
И третье — то, что связано с объемными показателями. Именно они подталкивают руководителей (в основном среднего звена) к припискам и очковтирательству. Не всегда это связано с извлечением корысти, чаще сказывается страх. Не случайно на уровне правительства звучат мысли, что доведение объемных показателей в той же легкой промышленности приносит вред.
Вышел указ Президента, в котором говорится  о том, что министр, иной руководитель имеет право не прибегать к услугам «Белресурсов», при решении этих вопросов действовать самостоятельно, естественно, неся за это ответственность. И знаете, какие письма приходят к нам в Академию наук в последнее время? Пишут, например, что есть механический и химический способы мытья железнодорожных цистерн, так вы нам дайте ответ: какой лучше? Пословица гласит: семь раз отмерь и один раз отрежь. Но наша  ментальность такова, что белорус семь раз отмерит, но зачастую так и не отрежет. Еще вот и ученых призывает на помощь. Я вынужден давать рекомендации своим специалистам, чтобы они не вляпались в криминальную историю. А то дадут рекомендации, затем придут правоохранители и спросят: на каком основании?
Еще хотел бы обратить внимание на один аспект. Наши большие руководители очень заняты. В этой ситуации оказываются востребованы сержанты, которые готовят проекты решений, собирают справки и тому подобное. Их очень много, в некоторых организациях и инстанциях они, как говорится, правят бал. Закон предусматривает ответственность не только за действие, с чем мы чаще всего сталкиваемся, но и за бездействие, то есть когда что-то взорвалось, сгорело, затопило и т. д. Порой клерк-перестраховщик, зная о такой ответственности, прямо заявляет, что то или иное согласование он не завизирует. Тем самым может быть нанесен большой ущерб экономике и государству, но своя рубашка, как говорится, ближе к телу. В то же время нет соответствующей практики привлечения к ответственности за бездействие таких вот перестраховщиков. В этих ситуациях многие чиновники и прочие должностные лица, которые разрешительную систему  держат на своих плечах, не хотят даже элементарно рисковать и ставить свои подписи под документом, тем более, что за бездействие такого рода их никто к ответственности и не привлекает. В результате либо бизнес наказывается, либо у тех, кто добивается подписи, возникает ощущение: не подмажешь — не поедешь.
Леонид КОЗИК, заместитель председателя Общественного совета, председатель Федерации профсоюзов Беларуси, доктор экономических наук, профессор:
— Скажу о ситуации, сложившейся с приписками в сельском хозяйстве. Приходится много ездить по республике, встречаться с руководителями хозяйств. Те, с которыми сложились доверительные отношения, признаются, что их заставляет приписывать объемы вышестоящее руководство. Район требует порой от хозяйства дать необходимый ему отчет. При этом звучат отнюдь не пустые угрозы: не будет нужных цифр — через два дня поплатишься должностью. В итоге, вроде бы сам председатель посылает липовый отчет наверх, но надо  учитывать то, что его активно к этому подталкивали.
Виктор КАМЕНКОВ, председатель Высшего Хозяйственного Суда, председатель общественного объединения «Белорусский республиканский союз юристов», доктор юридических наук, профессор:
— Я столкнулся с ситуацией, о возможности которой даже не подозревал. Оказывается,  взятку можно получить даже за привлечение инвестиций в Республику Беларусь. Нашелся человек, который заявил потенциальному инвестору: «Если ты мне отстегнешь определенную сумму, я буду способствовать твоим визитам в нашу страну». Инвесторы проходят  уровень сержантов, лейтенантов и даже майоров. А вот когда доходят до уровня начальников отделов и управлений министерств, все эти инвестиции расползаются на длительное согласование. Поэтому есть потребность в том, чтобы создать в стране нормально функционирующее инвестиционное агентство.
Важно придавать принимаемым решениям характер коллегиальности. Не менее важно максимально увеличивать объем принимаемых решений, которые можно обжаловать в суде. Не всякий чиновник согласится злоупотребить, если будет знать, что принятое им решение пойдет в суд, где будет внимательно анализироваться.
Я наблюдаю, что лоббирование проявляется не только при принятии законов, но даже и президентских актов. Это проявляется в стремлении заинтересованных убрать из документов возможность обжалования, обязательную публичность и т. д. То есть те, кто планирует брать мзду,  тоже не дремлют и тем более не спят, а готовят соответствующую почву для своих последующих противоправных шагов.
Если б у нас была надлежащая защита свидетелей по коррупционным делам, то борьба с опасным злом шла бы успешнее.
Василий РОМАНОВ, председатель Белорусской торгово-промышленной палаты:
— Надо внимательно проанализировать и лицензионную работу. Без лицензии помыть витрину магазина ты не имеешь права. Таких моментов возникает много. Почти на любом, даже небольшом предприятии, есть бригада из столяров и каменщиков. Они все делают подпольно. Приезжает проверка, и возникает подозрение: директор — коррупционер.
М. МЯСНИКОВИЧ:  — И если не записан вид деятельности в уставе, то это неуставная деятельность.
Л. КОЗИК: — Чтоб поменять окно в своем же здании, также надо иметь лицензию.
Андрей БАСС, заместитель председателя ЗАО «Второй национальный канал»:
— Приведу пример. Знакомый строит загородный дом.  Ему надо провести газ, поставить котел, произвести подводку и т. д. Чтобы сделать это официальным путем, нужно ждать 4—5 месяцев. Неофициально можно сделать за три дня. Естественно, для этого надо раскошелиться. К чему я веду? Есть монополисты, которые ждут, когда им дадут в лапу. И это происходит повсеместно и каждый день. Но тема борьбы с коррупцией на многих уровнях умалчивается.
М. МЯСНИКОВИЧ: — Нам надо стремиться к тому, чтобы убрать первопричину коррупции. Докапываться: почему дают взятки? Думается, порой система хозяйствования такова, что понуждает к тому, чтобы взятки давали.
Например, премьер бьется, как рыба об лед, чтобы увеличить инновационную активность.  У нас даже Кодекс инновационный  есть. Он мало где разработан и принят. Но его читают в последнюю очередь. Как правило, в Министерстве экономики, когда инновационный договор приносят на регистрацию. В результате получается, что к каждому инвестору предъявляется индивидуальный подход. Хочу и заставлю, чтобы ты построил в этом комплексе еще и магазин или кафе. Для того чтобы получить право на заключение аренды, наш Парк высоких технологий должен заплатить 150 миллионов долларов. А потом еще пойдет земельный налог и т. д. Поэтому я сторонник того, чтобы докапываться до сути, находить то, что провоцирует взятки, другие коррупционные преступления.

Григорий ВАСИЛЕВИЧ:
— Мы с вами ищем вакцину от коррупции. Я думаю, что мы ее рано или поздно найдем.
Интересно, что еще в период предвыборной борьбы 1994 года Александр Лукашенко называл Михаила Мясниковича главным коррупционером страны. Не безупречна и репутация Леонида Козика, особенно после того, как его подчиненные были задержаны за получение взятки в связи с грядущей продажей одного из профсоюзных объектов. Но, как ни странно, на данном заседании они говорили разумные вещи.

Кстати, цитаты взяты из газеты "Республика"


 

07:22 27/01/2009




Loading...


загружаются комментарии