"Политика привязанного обменного курса рубля гробит белорусскую экономику".

Так считает Виталий Силицкий, директор Белорусского Института Стратегических Исследований.

"Политика привязанного обменного курса рубля гробит белорусскую экономику".

-- Господин Силицкий, в начале года вы были, пожалуй, единственным из независимых аналитиков, кто защищал решение белорусских властей девальвировать рубль. Вы даже сказали, что девальвация прошла блестяще. Однако, как оказалось, за месяц Национальный Банк Беларуси потерял до миллиарда долларов золотовалютных резервов. Вы продолжаете настаивать на своем мнении?

-- В той ситуации, которая сложилась к концу 2008 года, резкая девальвация была, пожалуй, единственным решением. Я не уверен, что любой альтернативный вариант позволил бы избежать набега на банк, который все-таки случился и был отбит. Все-таки первого транша МВФ хватило, чтобы как-то удержать финансовую панику. Дело в том, что девальвация имела бы смысл только тогда, когда, во-первых, правительство реально изменило бы политику обменного курса. Во-вторых, когда реально начало бы проводить реформы, которые пока тормозятся. Посмотрите, что произошло. Как ни странно, президент Лукашенко, когда оправдывал эти действия, что уже само по себе было для нас невероятным: Лукашенко оправдывает непопулярные решения (а где посадки, а где "козлы отпущения"?), оправдывал их двумя вещами. Первое: нужно было договориться с МВФ. Второе: белорусская промышленность резко теряла конкурентное преимущество в отношении российского рынка из-за дорогого рубля. Наша продукция была там очень дорогая. Ситуация зашла достаточно далеко и тогда надо было реально валить рубль. Причем валить так, чтобы народ не успел опомниться. Это был единственный вариант. Но за этот месяц произошло следующее: выяснилось, что российское правительство тоже не собирается держать российский рубль. А это значит, что все преимущества, которые мы получили в начале месяца от импорта наших товаров, снова утеряны. Т.е вторая девальвация подходит неминуемо. И тут уже вопрос в том, что сделало правительство после девальвации. Правильной альтернативой был бы переход к плавающему обменному курсу. Надо не держать курс, а дать возможность рынку самому определять стоимость национальной валюты. Но на это белорусские власти не пошли. И второе. Проблема с платежным балансом, которая сейчас существует в Беларуси, складывается во многом из-за того, что мы вынуждены импортировать больше, чем нам нужно. Предприятия продолжают выполнять немыслимые, абсолютно не нужные прогнозные показатели. Для этого им нужно импортировать сырье, комплектующие, и потом все это оказывается на складах. Эту политику надо было изменить немедленно. Но правительство на это пока не идет, потому что базовые параметры экономической политики не пересмотрены. В этой ситуации конечная девальвация может быть как мертвому припарки.

-- Почему власть так «помешана» на фиксированном обменном курсе? Какие есть альтернативы привязке белорусского рубля?

-- Вы понимаете, фиксация обменного курса – это не столько экономическая, сколько политическая мера в белорусских условиях. Фиксируемым обменным курсом поддерживалась социальная стабильность, гарантировался определенный уровень доходов граждан, который у нас всегда измерялся в американских долларах. Сейчас этот уровень поддерживать стало невозможно. Государство решило снизить уровень своих обязательств, но при этом не изменить политику. И это большая трагедия для белорусской экономики. На самом деле, нужно искать новые подходы и новые решения в отношении государственной собственности. Государство должно не гарантировать какой-то минимальный уровень, а должно давать людям зарабатывать. Но до этой философии еще далеко. Политика привязанного обменного курса рубля действительно гробит сейчас белорусскую экономику. Реально можно было рассмотреть два варианта. Первый: после девальвации перейти к плавной девальвации. Это так называемая ползучая привязка: на 2-3% каждый месяц обесценивается национальная валюта. И это не много на самом деле. Второй вариант: принять мужественное решение, броситься с головой в омут и дать возможность все решать рыночным силам. Но эти рациональные экономические меры очень болезненны для политической власти. Потому что, как я уже неоднократно говорил, девальвация в первую очередь ударила по сторонникам власти. Они разочарованы. Уровень поддержки власти сейчас стремительно падает.

--. Что же нас теперь ожидает? Что будет с деньгами, инфляцией, потребительским рынком?

-- Если сейчас сдерживать обменный курс, то возникнет дефицит золотовалютных резервов. А если возникает дефицит валюты, то возможен и дефицит на потребительском рынке, который в значительной степени насыщается за счет импорта. Если девальвация неминуема, что для меня кажется уже очевидным, то это еще раз подстегнет инфляцию. То есть, в ближайшее время ничего хорошего я не ожидаю.

--. А как курс на либерализацию? Смогут ли белорусские власти дальше поддерживать нормальные отношения с теми же международными финансовыми организациями?

-- Это зависит от того, насколько они смогут отказаться от безумной на сегодняшний день политики привязки белорусского рубля. Почему? Возьмем последнее решение о том, что нельзя будет покупать волюту под импортные контракты на валютной бирже. Что это значит? Это значит, что импортеры вытесняются на межбанковский рынок, а на межбанковском рынке может быть абсолютно другой курс. Это приводит к множественности валютных курсов. И если, как заявлено, это произойдет с 1 февраля, то ситуация будет такая же, как в конце 90х годов, когда у нас было несколько валютных курсов. И все помнят, какие это проблемы создавало для экономики. Одно из главных условий МВФ – это единый обменный курс. Оно просто не оспаривается. Это как азбука, как "дважды два – четыре". Если мы отойдем от этого, то возникает проблема со вторым и третьим траншем МВФ.

09:29 31/01/2009




Loading...


загружаются комментарии