Лявон Барщевский: Мы не ограничиваемся такими малыми требованиями

Что представляют собой отношения внутри не любовного треугольника «Европа-Беларусь-Россия»? Как демократические силы готовятся к президентской кампании? Свое видение ситуации в интервью «Белорусскому партизану» высказал лидер Партии БНФ Лявон Барщевский.

Лявон Барщевский: Мы не ограничиваемся такими малыми требованиями


-6 апреля совет Европейского Союза на уровне министров иностранных дел принял решение вести диалог с белорусскими властями по правам человека – напрямую. Получается, что оппозиция «выбыла из игры. Учитывая, что и иностранные фонды существенно сократили финансовую помощь демократическим силам, логично задаться вопросом: выживет ли оппозиция?
-В принципе, переговоры по правам человека, по другим проблемам и должны вестись официальными структурами, потому что от них зависит решение конкретных проблем. Мы, к сожалению, можем только в голос заявлять о нарушениях прав человека, а улучшить мы их не можем. Важно, чтобы наши крики были услышаны, чтобы не забывали ни одного человека. В Беларуси есть те нарушения прав человека, которые у всех на виду: Волковысские предприниматели, фигуранты «дела 14-ти», - а ведь основная масса нарушений проходит достаточно тихо. Поэтому наша задача – обеспечить европейские структуры полной информацией, что мы и делаем в силу наших возможностей.
Иное дело, если правозащитные организации будут в тяжелой ситуации, им будет труднее делать работу. Я знаю, даже авторитетные социологические структуры говорят, что они провели последние социологические опросы – на дальнейшее у них просто денег нет. Это будет очень печально, если, в добавок, мы станем еще и слепыми, не будем владеть реальной ситуацией в обществе, вся информация будет черпаться из официальных источников, - это очень плохо.
Я думаю, это временные колебания, которые идут в связи с разными ситуациями (выборы Европарламента, смена части Еврокомиссии). Я думаю, в интересах Европы, тем более в интересах США, чтобы в Беларуси присутствовало правозащитное сообщество и решались, в частности, правозащитные вопросы. Не секрет, что у нас репрессивное законодательство, что за мелкое хулиганство – избить человека – можно получить штраф в 10 базовых единиц, а за стояние в пикете с плакатом – минимум 50, разве это справедливо?
В любом случае, борцы будут – как бы ни развивалась ситуация.
Организаторы «Европейского марша» целый год не могли решить проблемы – когда после акции организаторам выставили фантастические суммы, уже тогда в течение года эта проблема была не решаемая. Но в течение года все-та удалось решить.
-Вас не смущает тот факт, что этот европейский крен произошел накануне президентских выборов? Ведь сокращение финансовой помощи, которая в определенной степени цементировала ОДС в нынешнем виде, неизбежно скажется на единстве демократических сил?
-Я с этим не согласен, потому что ОДС на свою деятельность ничего не получало. А те фонды и организации, которые помогали ОДС, честно скажу, наша партия ничего не получала. Если не считать печатную продукцию (спецвыпуск газеты к выборам, который ОДС удалось сделать). Для на это не является трагическим.
Фатальной ошибкой является мнение, что если оппозицию в Беларуси сведут к группе диссидентов, - это будет шаг вперед. На самом деле, это будет ужасный шаг назад, поскольку демократическая оппозиция – это достояние любой демократической страны; если есть оппозиция – страна в обозримом будущем имеет шансы выбраться из тоталитарного бытия, если нет оппозиции (есть диссиденты) – законсервированность ситуации может длиться тысячу лет.
Плохо, если оппозиция превратится в диссидентское движение.
-Как считаете, Лявон Петрович, в этих условиях демократическим силам удастся ли сохранить единство и тем более выдвинуть единого кандидата в президенты?
-Я думаю, сейчас пойдет раздел не по тому, кто называет себя демократом, а по тому, кто хочет стать «системной оппозицией», получить несколько процентов голосов взамен за места в каких-то определенных структурах, - это одна ситуация. Есть люди, которые будут бороться за победу – как бы трудно ни проходилось. Мои симпатии – на стороне второй группы людей: в любой ситуации следует бороться за победу.
Единый кандидат тех политиков, кто борется за победу, а не за галочку, будет.
-Какие силы Вы относите ко второй группе, к борющимся за победу?
-Я думаю, что все, кто сегодня входит в состав ОДС, - это оппозиция принципиальная, потому что кто не хотел находиться в ОДС, тот вышел. Кто не согласен с принципом «за победу», тот должен выходить из ОДС и группироваться вокруг тех, для кого воробей в руке лучше, чем журавль в небе. Такое может быть.
Надеюсь, вокруг ОДС будут сплачиваться люди с принципиальной позицией – таких людей в Беларуси достаточно, которые отстаивают принципиальную позицию, которые не связывает свое политическое будущее с тем, что им удастся что-то выторговать у власти. Я думаю, вокруг этих людей сформируется здоровее ядро и они выберут одного человека.
-Но возможно ли? Фактически каждая партия – то ли член ОДС, то не член ОДС – декларирует выдвижение своего, партийного, кандидата.
-Вы должны знать, что не только то, что идет в прессу, является реальным в жизни. Давно и плодотворно идут многосторонние, в разном составе, консультации, обмены мнениями…Если нет ничего публичного – это не значит, что ситуация не развивается. Каждый ищет ресурсы, каждый должен предъявить, на кого он рассчитывает. Все это сопоставляться, и если я увижу, что у кого-то есть возможность сплотить разные ресурсы (реальные людские, идеологические) больше, чем у меня, - я поддержу такого человека. Если он будет бороться за победу. Здесь мы договоримся. И процесс этот идет, в разных форматах – начиная с трех лиц до 15, идет постоянно.
Конечно, многим хотелось бы ускорить этот процесс. Но в силу различных причин, в том числе и всеобщего кризиса, который определенным образом ударил по политическим партиям, мы не смогли приблизить этот процесс, наоборот, несколько отдалился. Вот и мы сейчас обсуждаем возможное упрощение внутрипартийной процедуры, поскольку прежнюю схему в нынешних условиях осуществить достаточно сложно. Меняется свет – и мы меняемся вместе с ним.
-В какой стадии находится процесс определения кандидата от партий?
-В разных стадиях. Некоторые партии говорят, что до осени не смогут определиться окончательно, но они готовы участвовать во всех процессах; некоторые партии говорят, что кандидата выдвинут обязательно, но роль его будет чисто технической, и этот кандидат снимается в пользу одного, второго, третьего…Некоторые партии просят врем как минимум до мая – быть может, сформируется какая-то другая конфигурация.
Лично я считаю, что формат ОДС – несмотря на все мое критическое отношение к нему – на сегодняшний день еще жизнеспособен, на нем нельзя ставить крест, потому что в рамках ОДС мы находимся в постоянном контакте. То, что люди постоянно собираются и обсуждают наболевшие проблемы, - это очень важно. Прежде чем разрушить – необходимо создать что-то новое, а не наоборот – разрушить, а затем думать, как на пустом месте что-то создать.
-Многие политики, в частности, сопредседатель БХД Павел Северинец убежден, что в нынешнем формате от ОДС единым кандидатом станет лидер партии коммунистов Белорусской Сергей Калякин. Исходя из полярности идеологий, которые проповедуют субъекты ОДС, это возможно?
-В мире нет ничего невозможного. По идеологическим причинам мы против такого решения и будем стараться, чтобы был иной кандидат. Мы не видим в Сергее Калякине перспективного кандидата для нас.
Вместе с тем, может быть ситуация, что ОДС пойдет недемократическим путем, тогда мы из него выйдем. Пока ОДС работает на демократических принципах, нас это удовлетворяет.
-Лявон Петрович, давайте возвратимся к тому, откуда начинали. Как бы Вы охарактеризовали отношения внутри не любовного треугольника «Европа-Россия-Беларусь»? К каким выводам Вы приходите по событиям последнего месяца?
-Мы, конечно, выступаем за территориальную целостность Грузии. Но мы не считаем, что единым условием для того, чтобы открыть все двери Лукашенко, должно быть непризнание Абхазии и Южной Осетии. Есть проблемы куда более важные и серьезные, в том числе и геополитические. Для нас большей проблемой является (несмотря на то, что в Конституции записано, что мы стремимся к нейтральности, безъядерности) стремление построить некий военный блок наподобие Варшавского договора, стремление навязать нам единую валюту, - на данном этапе это большие угрозы. Мы не считаем, что необходимо вырвать один вопрос из контекста – его надо ставить в комплексе. И нам будет очень печально, если к маю Лукашенко не признает Абхазию и Южную Осетию, а Европа за это выдаст ему большущий пряник. А в Беларуси будут политзаключенные, будут увольнения и невозможность устроиться на работу (я эту ситуацию очень хорошо знаю, даже по себе), особенно в провинции. Сейчас люди хотя бы знают, что у них есть единомышленники не только в Беларуси, но и за границей. Если же Европа, банально говоря, будет вести себя цинично, то это будет большое разочарование. Люди поймут: все, что они делали до сих пор, делали неправильно. И напрасно. И это будет ударом. Поэтому мы никоим образом не ограничиваемся такими малыми требованиями.
Во власти режима сделать элементарные вещи. Я не сторонник коммунистического режима, но в Молдове президент Воронин, во всяком случае, не допускает (я уже не говорю об исчезновении оппонентов режима) просто публичных оскорблений тех людей, которые хотя и оказались в меньшинстве, но представляют определенные взгляды. Там вы не услышите из уст Воронина публичных оскорблений политической оппозиции, потому что инакомыслие гарантировано Конституцией. Как можно гаранту Конституции так грубо ее нарушать?.. И это должна видеть Европа.
Я все-таки думаю, что европейские силы, у которых есть ценности, будут доминировать в европейской политике. Иначе сама Европа развалится, если утратит ценности; на чисто экономических интересах, решениях невозможно длительное время держать объединенную Европу, - есть вещи выше и глубже этого.
-Если Александра Лукашенко приглашают на саммит в Прагу -  чем это станет для нас?
-Это будет плохой знак для наших людей, особенно в регионах. Это сигнал, что они предоставлены сами себе: мы, к сожалению, большой реальной помощи оказать не можем. Нашей моральной поддержки им мало…
Ко всему прочему, 7 мая исполняется 10 лет со дня исчезновения Юрия Захаренко – день, в любом случае не подходящий для таких демонстративных встреч. Поэтому мы решительно против – были и будем. Пока режим не сделаем реальные конкретные шаги. Сегодня режим способен сделать не жесты, а сделать институциональные изменения. Ведь можно выпустить пять политзаключенных – на их место посадить десять. А чтобы убрать из законодательства причины политического заключения и запретить судам выносить политические приговоры – это в силах власти, причем сделать это власть может и до 7 мая.
-Минск готов задохнуться в медвежьих объятиях России, судя по всему: Дмитрий Медведев инициирует, кажется, четвертую за последний месяц встречу…
-Если Лукашенко говорит, что верит своему народу, он должен оправдывать доверие не на словах. Наша страна находится в лучших условиях, чем та же Молдова семь лет назад, которая по мировым ценам платит за газ, нефть – и живет, и с голода не умирает. Любой шантаж можно преодолеть, сказав: да, мы делали плохо, за что виновные наказаны; сегодня наша задача – совместно выходить из ситуации. Мы должны провести свободные выборы, руководит большинство, но меньшинство услышано. На базе этого можно объединиться и выйти из этой фатальной энергетической зависимости, из этой ситуации. Белорусы не самые худшие работники в этом полушарии, может, не самые лучшие, но и не самые плохие, и заработать своими руками, головами, чтобы расплатиться за сырье, за энергию и оставить себе на жизнь мы способны.
-В какую сторону клонится нынешняя власть: в сторону России или Европы?
-Власть имеет склонность к торгашеству, она никуда не клонится. Она машет в Европе жупелом России, в России – жупелом России – и на этих противоречиях пытается что-то выиграть для себя.  Россия, поскольку там власть фактически перестала меняться, там выучили эти приемчики, а в Европе – демократическая система, сегодня политиков, которые были на первых ролях в 94 году, когда пришел Лукашенко, вы уже не встретите. Приходит новое поколение политиков – и начинает почему-то с нуля; верит, что Лукашенко можно таким образом демократизировать. Это не тот способ. Сказать Лукашенко, что мы начинаем диалог ни о чем и на сто лет, - это не диалог.
-Спасибо, Лявон Петрович.

10:48 08/04/2009




Loading...


загружаются комментарии