Последний человек мировой политики

В последнее время президент Лукашенко, давний сторонник Союзного государства России и Белоруссии, все больше, несмотря на отторжение его политики многими лидерами Евросоюза, впрочем, сильно слабеющее, настаивает на европейской идентичности своей республики. Разумеется, сегодняшнее сближение Республики Беларусь с Европой с сожалением воспринимается теми кругами в России, которые на протяжении уже более 15 лет настаивали – как ранее и сам президент Лукашенко – на создании Союзного государства России и Белоруссии, которое так и осталось на бумаге

Последний человек мировой политики
В последних числах апреля президент Белоруссии Александр Лукашенко посетил Рим, где состоялись его встречи с итальянским премьером Сильвио Берлускони, министром иностранных дел Франко Фраттини и Папой Римским Бенедиктом XVI, ради встречи с которым, на самом деле, и был осуществлен визит.

Принципиальную позицию в отношении России и Российского руководства президент Белоруссии высказал в декабре прошлого года во время встречи с президентом РФ Дмитрием Медведевым. С одной стороны: «Россия – это наше братское государство, так настроен белорусский народ. Нравится кому-то или нет, но мы исходим из этих позиций и мы будем действовать в этом направлении, именно так, даже если бы я этого не хотел». С другой: «Я могу официально заявить, что мы сегодня ничего не собираемся выпрашивать».

Можно говорить – и это будет правильно – о неприятии самой личности белорусского «батьки» — славянина, крестьянина по рождению и воспитанию – московской «элитой», в особенности из т.н. «экономического блока». Однако за этим стоит более фундаментальное различие – несовместимость нынешней белорусской, в целом социалистической, экономической системы и системы российской (точнее, ее отсутствия). Александр Лукашенко совершенно справедливо оберегает белорусские предприятия от «приватизации», на чем настаивают его российские «партнеры» (а европейские – нет). Он настаивает в отношениях с Россией на дешевых нефти и газе – по естественной «советской» логике: если у нас союз, то о каких «мировых ценах» может идти речь? А российским энергетикам не нужен союз, но нужно продавать. И так далее, и так далее… Все это, впрочем, общеизвестно.

В каком-то смысле можно говорить, что все эти годы движение Александра Лукашенко в сторону России было односторонним: идея славянского единства не может быть близка тем, кто определяет сегодня российскую политику. Вопреки его собственным предпочтениям – а Лукашенко и политическую свою систему выстраивал по советским и доперестроечным восточно-европейским образцам, вопреки неприятию им «евростандартов» в области «прав человека», места оппозиции и проч., – его, по сути, обрекли двигаться в сторону Запада.

В этом смысле несомненным дипломатическим достижением Александра Лукашенко является установление им хороших личных отношений с премьером Италии Сильвио Берлускони и готовность последнего нанести в Минск ответный визит. «Берлускони сказал мне, что готов посетить Беларусь. Надеюсь, что этот визит может состояться осенью. Дату визита мы определим позднее по дипломатическим каналам», – приводит итальянское агентство АНСА слова Александра Лукашенко. А глава МИД Белоруссии Сергей Мартынов добавил: «Интерес Берлускони к Беларуси настолько велик и неподделен, что в ближайшей перспективе может состояться его визит в Беларусь. До этого времени мы поработаем над тем, чтобы до визита состоялась поездка в Беларусь серьезной группы итальянских предпринимателей».

Надо помнить, что из всех европейских лидеров Сильвио Берлускони наименее «идеологически ангажирован», наименее зависим от навязываемых «евробюрократией» стандартов. Более того, как иронически пишет либеральная печать, «большой друг Путина», в связи с чем она же со страхом иронизирует над визитом Лукашенко. У страха глаза велики: к сожалению, многое не так, в особенности применительно к «батьке», отношения которого с российским премьером крайне осложнены позицией российских «министров-экономистов».

Однако, так или иначе, главной целью Римского визита был, безусловно, Ватикан.

В Белоруссии 20% небелорусского населения – в основном это поляки, но иной раз между поляком и западным белорусом разницу уловить трудно (как, впрочем, и вообще у славян, православные тяготеют к «русскому полюсу», католики – к «польскому») – католики, причем, «практикующие», составляют около 14% (от всего населения). Для сравнения – в РФ православными называют себя 80% населения, а регулярно ходят в храм, исповедуются и причащаются 3-5%. Отношения между властью и католической общиной на протяжении правления нынешнего белорусского президента были достаточно сложными. Ведь именно поляки – даже не столько поляки этнические, сколько белорусская интеллигенция «польской ориентации» – составляли основной костяк т.н. «демократической» (а главным образом антирусской и антисоветской) оппозиции на протяжении всего этого времени. В этих условиях Александр Лукашенко отдавал предпочтение Белорусской Православной Церкви Московского Патриархата как маяку чаемого им единого с Россией государства. Однако времена изменились.

Александр Лукашенко в этих условиях не перешел к односторонней поддержке только католиков, нет. Он решил взять на себя задачу «налаживания диалога» между РПЦ и РКЦ, тем более, как он решил, в свете нынешнего церковного «мейнстрима», в частности, он предложил провести встречу нового Патриарха Московского и всея Руси Кирилла и Папы Бенедикта XVI этой осенью в Минске, с чем и поехал в Рим, как он утверждал, по предварительному согласованию с Патриархом Кириллом. В Риме он был очень тепло – вместе с сыном – принят Папой. Бенедикт XVI – в духе всей линии ватиканской экспансии – желает этой встречи, которую, как и все встречи Папы, в Риме традиционно рассматривают как веху такой экспансии. В свою очередь для Лукашенко, республику, которой он руководит, США долгие годы выталкивали в сообщество «стран-изгоев», обращение к Ватикану выглядит как выход из изоляции – раз руководство России не хочет единого государства. В связи с попыткой «посредничества» Александра Лукашенко между РПЦ и Ватиканом высказываются самые разные мнения. Так, руководитель научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук считает, что «если с этой затеей что-то получится, Лукашенко становится политиком глобальным».

Как «глобальный политик» он прежде всего выходит на лидирующее положение в бывшем т.н. «Третьем мире». С учетом того, что Бенедикт XVI вовсе не проявляет враждебности к другим его ведущим фигурам, таким, как Уго Чавес и Махмуд Ахмадинеджад. Хотя и здесь есть большие сложности.

Александра Лукашенко называют «последним коммунистическим диктатором Европы». Так это или не так (социализм белорусского президента носит скорее «народнический», «эсеровский», чем марксистский, характер), но Лукашенко – человек принципиально «прямостоящий», и, в отличие от «российских» политиков, не желает менять убеждения каждые пять лет. Поэтому он называет себя «атеистом», в чем его часто упрекает митрополит Филарет. В этом его мужество, но в этом и его слабость: «атеизм», хотя и не «воинствующий», ставит его в равноудаленное положение по отношению к конфессиям Белоруссии – православным, католикам, иудеям (что, кстати, гораздо более соответствует «стандартам ЕС»), и мешает ему быть тем, чего ему многие желают, – вождем славянства.

Так или иначе – вопреки всем предположениям – руководство Русской Православной Церкви отчетливо дистанцировалось от президента Белоруссии. И.о. представителя Московского Патриархата при европейских международных организациях протоиерей Антоний Ильин сказал о предполагаемой встрече Патриарха Кирилла и Папы Бенедикта XVI так: «Она не должна быть неким шоу перед телекамерами, а должна стать плодом очень серьезной, вдумчивой дискуссии о существующих проблемах, чтобы сама встреча оказалась не пусковым механизмом для их решения, а неким итогом серьезных консультаций». По сути, это стало ответом Московской Патриархии на слова Александра Лукашенко о том, что встреча может состояться в ближайшее время, – комментирует близкий к руководству МП портал «Интерфакс-религия». Однако – и это уже совсем новый аспект – признав, что у Московского патриархата по-прежнему существует «определенный объем озабоченностей, касающихся и проблем с унией на Западной Украине, и, в меньшей степени уже, прозелитизма на канонической территории Московского патриархата», о. Антоний заявил, что встреча Патриарха и Папы «могла бы быть не только и, может быть, не столько разговором о проблемах двусторонней повестки, сколько выходом на понимание важности общего свидетельства о традиционных христианских ценностях в единой Европе» (там же). Мы можем говорить с католиками о единой Европе без Лукашенко – таков подтекст.

Реакция Православной Церкви в Белоруссии была более жесткой, более антикатолической по сути, чем реакция во многом проевропейского ОВСЦ МП. Пресс-секретарь митрополита Минского и Белорусского Филарета Андрей Петрашкевич сказал корреспонденту московской газеты «Коммерсантъ», что «условия для двусторонней встречи между Святейшим Патриархом и главой Святого престола остаются такими же, какими были лет десять назад, – это проблема украинских уний». «Пока Ватикан не определится с католическими униями на территории Украины, ни о какой встрече между Папой и Патриархом не может быть и речи – не могу сказать, к сожалению, или к счастью».

Так ли все просто? В своем интервью агентству Regnum Новости российский историк и политолог, научный сотрудник Института славяноведения РАН Олег Неменский заметил, что «встреча была очень красиво оформлена со стороны самого Лукашенко: перед поездкой в Рим он встретился с Патриархом Кириллом и испросил его разрешения на этот визит. Более того, он встречался с Папой во многом в роли посланника Патриарха, передав от него “ряд вопросов”». А многие журналисты вообще говорят о передаче некоего письма, что, возможно, преувеличение.

Секретарь Отдела внешних церковных связей по межхристианским отношениям Московского патриархата протоиерей Игорь Важинов фактически дезавуровал предположения об особой миссии белорусского президента. «Когда Патриарху нужно о чем-то договориться с Папой Римским, это делается очень просто. Для этого нет необходимости использовать посредников. У нас есть прямой, непосредственный контакт с руководством Римо-католической церкви». Это очень важное замечание: оно еще и опровергает мнение тех, кто считает в нынешних условиях возможность «сближения с католицизмом» связанной с какой-то встречей или внешними мероприятиями. «Все идет по плану», – фактически сказал протоиерей.
Как, возможно, «по плану» идет и «выталкивание» Белоруссии в Европу, очередной вехой которого, без сомнения, оказываются и высказывания представителя ОВЦС, еще раз указавшего на «излишность» усилий белорусского президента.

Но некоторые штрихи – уже со стороны Папы – заставляют задуматься. Александр Лукашенко был принят Бенедиктом XVI вместе с сыном белорусского президента Николаем. Невозможно скрыть, что в постсоветских и европейских социалистических странах очевидно присутствует «криптомонархизм» (разумеется, без традиционных монархических династий). Это и Северная Корея, и Азербайджан, и вот теперь, похоже, Белоруссия. Бенедикт XVI выразил особое удовлетворение тем, что президент посетил Ватикан с сыном. Папа – «традиционалист» (в отличие от всех остальных пап-«либералов» после Ватикана-II) тем самым явно демонстрирует миру, что по-прежнему резервирует за собой старинное право «делать королей», которое папы присвоили себе еще в VIII веке. Конечно, Бенедикт XVI понимает, что для «активизации» этого права должны наступить особо чрезвычайные обстоятельства. Однако, нынешняя ситуация чревата самыми разными смыслами. К тому же, грузинский патриарх Илия II, являющийся прямым сторонником династии Багратидов, недавно торжественно обвенчал брак своего иподиакона, родившегося в Испании, Давида Георгиевича Багратиони, напутствовал молодых на воссоздание правящей династии.

Лукашенко – не Багратид, но и Папа – римо-католик, и старинные права в данном случае не имеют значения: «Папа делает королей». Отличие позиции Рима всегда было в том, что Папа королей именно «делает», то есть, не утверждает традиционные владетельные роды, а, по сути, короля «назначает», и «назначить» может кого угодно. А идея «славянского краля» всегда была одной из ведущих в арсенале Римской курии. Ее проводил в России в XVII веке еще знаменитый иезуит Юрий Крижанич, а в конце XIX века Владимир Соловьев развил ее до масштабов «Папа и Российский Император», она была любимой у ленинградского митрополита Никодима (Ротова), осмысливавшего ее в новых условиях как союз «Единой Церкви», «международного коммунистического движения» и «движения за мир». Конечно, Бенедикту XVI хотелось бы скорее видеть подобных отца и сына не в Минске, а «несколько восточнее», но, как говорится, на нет (пока что) и суда нет. Конечно, Папа только «присматривается». Правда, в этом случае Белоруссия как осколок евразийского Советского Союза рискует оказаться, скорее, не в ситуации королевства франков VII-VIII веков, а в ситуации княжества Даниила Галицкого, в конце концов «брошенного» Римом. Повторим, все это могло бы напоминать «фэнтэзи», если бы не было осторожно подчеркнуто самим Бенедиктом XVI, которого некоторые эсхатологически настроенные католики, основываясь на «Пророчествах святого Малахии», отождествляют с предпоследним «Ангельским папой».

Разумеется, все это можно и не понимать буквально, однако особенность «исторического постмодерна» именно в «обыгрывании смыслов».

Вне которого на самом деле весьма важной остается т.н. «европейская составляющая» визита белорусского президента, спешно устанавливающего связи не только с Ватиканом, но и подписывающего меморандум о сотрудничестве с Мальтийским орденом, равно как и ведущего переговоры с госсекретарем Ватикана Бертоне о заключении конкордата, по поводу которого глава белорусских католиков Тадеуш Кондрусевич сказал, что это стократ важнее, чем аналогичный договор о сотрудничестве с Православной Церковью. «“Религиозная карта” с попытками объявить Беларусь “не только географическим центром Европы”, но и местом сосуществования разных конфессий, где и должна произойти “встреча на Эльбе” Бенедикта с Кириллом, – далеко не самый козырной туз в рукаве Лукашенко. Козыри у него другие, и главный из них – географические границы с Россией», – указывают обозреватели. Речь, в частности, идет о саммите «Международного партнерства», в котором должны участвовать 27 стран ЕС плюс Молдова, Украина, Грузия, Азербайджан, Армения и… Белоруссия. В преддверии встречи ЕС выдвинуло Минску т.н. «12 рекомендаций» – обычных, в т.ч. числе включающих изменение законов республики, отдачу СМИ в руки оппозиции и т.д. Лукашенко, естественно, ответил на давление отказом, однако, заявил об «открытости» республики. Тогда ЕС через неправительственные организации, такие, как «Офис за демократическую Беларусь», предложил совместные «возможные проекты» – среди них соединение северной и южной веток нефтепровода «Дружба», подключение ветки «Одесса-Броды» к Мозырскому нефтеперерабатывающему заводу, строительство энергомоста Украина-Беларусь-Литва, создание на белорусской территории транспортной и логистической инфраструктуры. По мнению экспертов, условием наращивания сотрудничества должны стать именно экономические и административные реформы в Белоруссии, направленные на создание «благоприятного делового климата», «правового государства», «приближение правовой практики к европейским нормам». В документе также говорится о необходимости специального координатора (sic!), который занимался бы вопросами «Восточного партнерства», т.е. Белорусский, т.е., называя вещи своими именами, «смотрящего» за Президентом республики. «Как видим, – отмечает политический обозреватель М. Никифорова, – у пожеланий экспертов три направления: евроинтеграция Беларуси в социальной, культурной, экономической сферах. Вот тут одним из инструментов политики может стать Ватикан (курсив наш – В.К.) <…> Экономическое, а через это и стратегическое отделение Беларуси от РФ».

В связи с этим «Коммерсантъ» пишет : «Сообщение о встрече папы с господином Лукашенко прозвучало сенсационно <…> До недавнего времени двери на Запад для белорусского лидера, которого часто называли «последним коммунистическим диктатором Европы», были закрыты. Наряду с приглашением на саммит «Восточное партнерство» визит в Ватикан станет для Лукашенко «возвращение в Европу». Правда, как можно «вернуться» туда, где никогда не был, остается загадкой.


«Заблудился я в небе – что делать?» – эти слова поэта, похоже, достаточно точно характеризуют нынешнюю ситуацию Александра Григорьевича Лукашенко. Совершенно очевидно, "лишнего человека" после той «перезагрузки», которая идет сегодня в мире и которая призвана, по замыслу ее авторов, завершиться установлением «нового мирового порядка», — «последнего советского человека», быть может, и вообще «последнего человека» среди участников мирового покера.
07:12 10/05/2009




Loading...


загружаются комментарии