Интервью Лукашенко российским СМИ вышло в "Советской Белоруссии"

Он беседовал с руководителямм ряда российских печатных СМИ — газет "Известия" и "Завтра", а также журналов "Российская Федерация сегодня" и "Союзное государство" - 1 июня, после того как отчехвостил министра финансов России Алексея Кудрина за нехороший диагноз экономической политике Беларуси. Затем последовали нравоучения Медведева, на которые Лукашенко (пока?) не ответил.

Продолжением информационной войны можно считать опубликование 5 июня газетой Администрации президента "Советская Белоруссия" фрагментов упомянутого интервью. Большой кусок посвящен белорусско-российским отношениям.

Что было

"Мы очень серьезно выстраивали свои отношения с Российской Федерацией. Очень серьезно. Россия просто блекло смотрится на этом фоне... Я один факт приведу. Мы провели референдум, всенародный референдум о Союзе Беларуси и России. Тогда нам было непросто. Тогда еще жива вот эта была «националистическая истерия», вот этот "угар", что "мы тут, вот мы сами по себе, все будет нормально". Конечно, по своему характеру, по возможностям конституционным я мог бы и без референдума определиться, как строить отношения с Российской Федерацией. И все документы, которые у нас есть, и соглашения с Россией я мог бы подписать без референдума. Но я хотел показать всему миру, россиянам и нашим людям, каково истинное состояние белорусского общества. И я попросил народ прийти на референдум. И когда мне везде задавали вопрос: а ваша позиция какова? Я ее не скрывал. Мы — один народ. Россия — это наша страна... Прошло 15 лет после этого. Ровно 15 лет. Что изменилось в моей позиции? Абсолютно ничего. У меня незыблемая позиция. Но в чем–то России надо было подвинуться. В чем? У вас нефть, газ, ядерное оружие и прочее. Россия — огромная страна, это ее ресурс, она на этом имеет определенные доходы. Сегодня она ввела такие тарифы, что белорусам, продавая свой трактор в Казахстан, надо заплатить еще одну стоимость трактора нашего".

"Как только Путин вступил в должность Президента, на первый срок, первым его актом был обмен ратификационными грамотами. То есть Владимир Владимирович принял этот Договор как должное, который был подготовлен нами ранее с первым Президентом России, и обязался его выполнить... Возьмите этот Договор и посмотрите, почитайте, там есть все, почти все, что должно быть в Конституции. Все определено: и сферы ведения Союзного государства, чем должны заниматься составляющие этого Союзного государства Россия и Беларусь, и так далее, и так далее. А в конце было написано, что мы должны одновременно в Беларуси и России провести референдумы и утвердить на референдуме разработанную Конституцию нашего будущего Союзного государства. Что плохого? Ничего плохого нет. И в этой Конституции было бы определено: сферы ведения закреплены — хоть в Договоре и сейчас это закреплено, и международные договоры имеют приоритет перед внутренним законодательством, это тоже не секрет, — там и единая валюта, там и органы управления, и сферы ведения, то есть все–все, что положено быть в Конституции. Это мы должны были провести в начале века. Почему это мы не провели? Вы думаете, потому, что Беларусь этого не захотела или Лукашенко — злейший враг интеграции? Нет, этого не захотела Россия..."

Дружба дружбой: "Если уж говорить об обороне: неужели этот вектор вам не важен? При нынешней позиции Украины, Прибалтики и так далее? — задал вопрос Президент. — Ведь у вас единственное это "окно", "балкон"... Тот "балкон" операции "Багратион", он и остался. Тысячи километров. Немало. Хотите вы или нет, вы будете контролировать все это пространство. Даже не ради войны, но чтобы знать, что происходит. Так вы же посмотрите, что они творят у наших границ... Вот вы говорите: "У российских границ". Это — у наших границ, белорусских. Но правильно вы говорите, что это российский интерес. Самолеты на границе выстроены. Вот вас бы завезти, если потом будет желание, пограничники, наша разведка вам покажут: сфотографированы все объекты, начиная от вышек и заканчивая самыми современными электронными системами слежения. Видят все оттуда и до Кремля. Вам не важна Беларусь, безразлична? Важна. Кто сегодня выполняет эту функцию, важную функцию? Беларусь: ПВО, армия и так далее. Вы что, считаете, что это забесплатно должно быть? Вы что, считаете, что 10 миллионов человек, которые сегодня стоят щитом перед Москвой, — это что, бесплатно?.. Это не имеет цены... А мне говорят: "Вы знаете... мы посчитали... 2 миллиарда долларов в кредит"... Дорогие друзья, за полтора года до сегодняшнего дня за счет цены на газ, в три раза повысив, вы выкачали из Беларуси 10 миллиардов долларов. И вы мне 2 миллиарда из этого дали под бешеный процент, что МВФ в три раза выгоднее кредит дал!"

О совместной cистеме ПВО: "Да, подписали мы этот Договор, то, что Россия "гвалтом кричала"... Нас предупредили американцы и европейцы: ПВО — вопрос номер один наших отношений с Беларусью. Я тогда открою секрет, говорю руководителям России: "Слушайте, зачем будоражить? Ведь фактически противовоздушная оборона сегодня работает в интересах России. Вся информация... в реальном времени поступает в российскую столицу. Зачем еще тут какой–то Договор и прочее? Чтобы пиар какой–то в СМИ развернуть? Давайте повременим, пока мы тут". — "Нет, нет!" Но я пообещал, я пообещал в свое время, говорю: "Ладно, раз уж это так надо, подпишем". Подписали. Правда, европейцы и американцы как–то переживали это. И даже после этого МВФ выделил нам 2 миллиарда долларов кредит. Что вы думаете, без американцев? Да американцы там. Они "воздержались" при голосовании. Не голосовали "за". Но дали отмашку и говорят: "Выделить надо, — говорят, — Беларуси кредит. Тяжелое положение. Надо выделить".

Что есть

"Россия сегодня фактически закрыла рынок для белорусских товаров. Почему вы закрыли сейчас рынок для наших тракторов, автомобилей, когда фермер говорит: дайте мне белорусский МТЗ, мы всю жизнь на них работали, и они нас устраивают. Дайте! А им банки говорят: нет, под белорусское кредит не получишь. Встает вопрос: зачем вы это сделали? Кому надо такое Союзное государство?"

"Премьер нашей республики Путину привел факт. Когда мы начали ему задавать вопросы, я просто уже сидел как арбитр. А два премьера, мы втроем находились, вели спор. И Сидорский у него спрашивает: "Ну зачем вы закрыли рынок? Зачем вы прервали товарооборот между Беларусью и Россией? Зачем запретили поставки нашей продукции?" Путин отвечает — неправда. А Сидорский ему свою информацию: "Вот такой и такой губернатор сказал: "Путин заявил, если только купите, в том числе и белорусское, оторву голову". Конечно, губернатор боится. Говорит: "Мы с удовольствием возьмем это, но пусть нам хоть как–то отмашку, хоть устно пусть скажут". Так появились два приказа Минэкономразвития, решение Правительства и через банки введено фактически — если вы захотите наше купить, то вам кредит не дадут в России. Вот и все. Вроде не запрещают: да, пожалуйста, везите, продавайте. Но нарушена вот эта схема — "беру в долг, покупаю и расплачиваюсь".

"У вас на сахар цены подскочили почти на 40 процентов за последнее время. Я, когда это прочитал, за голову взялся. Ребята, это же преступление перед собственным народом. Зачем вы закрыли свой рынок для нашего сахара? Зачем? Было бы достаточно на рынке сахара — не было бы такой цены... Мы сегодня потеряли наполовину рынок Российской Федерации. И если бы не "диктатура" в Беларуси, нам пришлось бы два завода закрыть. Совсем недавно я вынужден был принять действительно административные меры — пригласил Правительство и сказал: "Не продадите сахар — не будете работать". Мы нашли другие рынки. Мы продали этот сахар... Для чего я привел этот пример? Чтобы вы понимали, что так по всем позициям, которые жизненно важны для нашей страны. Нас вытолкнули, таким образом, с российского рынка и заставили продавать на других... Ну ладно бы у вас были свои излишки, не так бы было обидно. Но у вас же их не было!"

"Дошло до того, что молоко не будем у вас покупать, пока не отдадите молокоперерабатывающие заводы. И это на уровне правительства! Медведев дословно сказал так: "Мы хотели бы, Александр Григорьевич, поучаствовать в инвестициях в вашу молокоперерабатывающую промышленность". Милости просим. Инвестиции же! А в правительстве конкретизировали — молока не будет в России, пока не отдадите заводы. Я говорю: "До свидания. Так разговаривать мы не позволим. Будем, говорю, подыхать, выливать это молоко, но вы так вопрос ставить не будете".

"Ясно, что хотят "тепленькими", вот знаете, взять и поделить. Не будет этого. Никто же сегодня не продает, а нас заставляют продавать. Вот приехал один человек недавно, я с ним встречался, химическая промышленность интересует его, наш завод. Огромнейший завод, флагман Советского Союза, — 111 миллионов долларов предлагает. Это же просто ничтожная цена для такого предприятия".

Что будет

"Запомните, что я могу быть разным — предателем никогда. Никогда. Да, я Президент Беларуси. Я буду радеть за интересы этого народа. Потому что я — Президент этого народа. Но ни в коем случае не в ущерб россиянам. Понимаете, когда в России хорошо, у нас никогда плохо не было, если с умом работать здесь и управлять. Поэтому нам не надо, чтобы там было плохо. Нам надо, чтобы там было хорошо".

О признании Южной Осетии и Абхазии: "Вы говорите, что это болезненная история и болезненный вопрос. Но мне все руководители России говорят: "Это не имеет никакого отношения. Ну признаете — хорошо, не признаете — ладно"... Во–первых, конечно, для России это не вопрос. Ну признаем — не признаем, сейчас, завтра, послезавтра. По сравнению с тем, что происходит вокруг Беларуси, — это не главное. Но мы понимаем, что да, России не лишним было бы это признание. Хотя, я часто говорю, у нас есть своя история отношений с этими республиками, с Абхазией прежде всего. С Осетией, конечно, мы почти не имели таких отношений, хотя встречались с людьми и так далее. Вот моя позиция... Кстати, когда мы в рамках СНГ собрались, все сказали Медведеву: "Нет, у нас свои проблемы". И я последним тогда выступал и говорю: "Если вы не хотите признать, не ищите мотивацию под столом. Просто не хотите, боитесь и так далее. А почему нам не поддержать? Это же единственный наш союзник, мы от него много хотим и так далее". Спросите у Медведева, задайте ему вопрос о моей позиции. И я российскому руководству сказал, как мы решим эту проблему. У них больше вопросов не было. Но тем не менее... Уже дошло до того, что приехали, сказали: будет Осетия и Абхазия — значит, будет 500 миллионов долларов. Вы знаете, мы не хотим "продавать" никакие вопросы и никаких позиций. У нас в истории этого не было и не будет. Мы решим сами этот вопрос. Тем более мы договорились с руководителем Абхазии Багапшем, мы встречались после этого с Кокойты. У них нет к нам вопросов. Они понимают нашу позицию".

"Вот кто–то сказал: "Восточное партнерство" — это плохо, это антироссийское "Восточное партнерство". Я не знаю. Может, там есть какой–то замысел. Но я задаю вопрос: сегодня мы торгуем с Европейским союзом. С вами 47 процентов, с ними, по–моему, 45 или 43... И у нас там баланс торговый с плюсом в нашу пользу, вы представляете? С Россией — минус, поскольку дорогие энергоносители, что мы завозим, комплектующие, сырье из России, это очень дорого для нас обходится. Поэтому у нас с минусом баланс с Российской Федерацией. Россия не хочет его выравнивать, выталкивая нас даже с рынка по нашей продукции, которую мы туда поставляем. А ведь понимаете, нам же не только продать это надо, нам надо заработать российский рубль. Потом конвертировать в доллар и купить у вас нефть, газ. Если вы нас вытолкнете с продукцией оттуда, то мы просто не сможем платить. Ну, может, и нам со временем в очередной раз закроют трубу. Понимаете, вот в чем опасность... То есть остановить, заморозить здесь жизнь. Но дело не в этом. Так вот о "Восточном партнерстве". У нас половина товарооборота там. Вы хотите сказать, что я должен пренебречь этой половиной? Притом там выстроены и барьеры определенные, как с Россией. И нам их преодолевать приходится, чтобы продать там текстиль, химические волокна, калийные удобрения и прочее. Они выстраивают, пошлинами защищают. И тем не менее мы преодолеваем эти пошлины, снижая, конечно, здесь цену, но мы туда продаем. Второе. "Восточное партнерство" — это зона свободной торговли. В перспективе, как нам говорят — я не знаю, будет эта зона свободной торговли или нет, — но если они хотят сохранить «Восточное партнерство», то эту зону свободной торговли придется делать. Третье. Это инфраструктурные проекты — модернизация железных, автомобильных дорог и так далее, строительство новых. Нам это важно? Нам это важно! Самое главное — мы получаем доступ к нормальным ресурсам Всемирного банка, Банка реконструкции и развития, Международного валютного фонда... Мы получаем возможность заимствовать в банках, в которых вы заимствуете на Западе. И мы уже получили, вы знаете, и от МВФ кредит, который в несколько раз (в несколько раз!) выгодней, чем от нашей братской России".

"Когда встал вопрос, здесь был и Солана, мы с ним беседовали... И когда мне был поставлен вопрос по России и прочее, мы спорили, спорили, а дальше я ему говорю: "Вы нам Россию замените?" — "Нет, нет, нет». — "Так чего перед нами вопрос ставите?!" Я уже прагматичный вопрос задал... "Не замените. Более того, — говорю, — учтите, мы — один народ. Мы думаем как русские, как россияне. Мы живем как они. У нас одни ценности..." Он понял это".

О вхождении в состав России: "Мы, как руководители, должны просчитать последствия этого. Вот даже я, допустим, принимаю такое решение, а что завтра? Мало конфликтов на Кавказе? Сейчас Россию "бомбят" за то, что она "имперски", с оружием в руках подавила, подчинила... А здесь что? С этой точки зрения Президент России говорит: "Да, ты абсолютно прав... Это абсолютно вредно для России". С другой стороны — ведь здесь наши "отморозки", их немного, пускай 2, пускай 3 процента, но это самые активные, самые амбициозные, самые–самые "отмороженные" в любом обществе. Они готовы развернуть "национально–освободительную войну". Им нужен повод. Сейчас все посмеиваются над этим. И вы что думаете, у них нечем воевать? Им завтра же привезут из Украины, из Прибалтики, у нас в основном оттуда, из Польши каналы у них. Мгновенно появится оружие, взрывы, дестабилизируют обстановку и многие в обществе подумают: слушайте, это же борются за независимость, за святое. У нас же в Беларуси неглупый народ, он же мыслит точно так, как россияне: "своя земля, никому не отдадим, рубашку рванули и пошли". Русские один к одному. Вы что, хотите создать еще одну Чечню здесь? Я не хочу".
07:40 05/06/2009




Loading...


загружаются комментарии