Гозман: Онищенко – боевая торпеда для проблемных соседей

В интервью радио "Русская служба новостей" один из основателей Союза правых сил и сопредседатель партии "Правое дело" Леонид Гозман поделился своим видением молочного конфликта между Россией и Беларусью.

- Вы знаете, по-моему, у нас главный санитарный врач Онищенко - это такая боевая торпеда, которую выстреливают каждый раз, когда у нас проблемы с кем-нибудь из соседей. То он запретил молдавское вино, то он запретил грузинский боржоми и грузинские вина, то он запретил эстонские шпроты, еще что-то такое запрещает постоянно. То есть знаете, мне кажется, что любому человеку нормальному понятно, что это политические запрещения, а не санитарные. Опять же, я не могу его обвинять в этом. Но я могу сказать как гражданин. Я не верю главному санитарному врачу Российской Федерации товарищу Онищенко, я не верю, что он защищает мои интересы, интересы моей семьи и т.д., закрывая нашу страну от недоброкачественных продуктов.

- Вы не верите, что документы не были вовремя подготовлены со стороны белорусской?

- Конечно, не верю. Я верю в другое. Я верю в то, что поскольку наш старый друг, брат, союзник батька Александр Григорьевич Лукашенко, который, в общем, всех перехитрит и еще простудится на похоронах своих всех противников, это совершенно очевидно, гениальный человек, совершенно гениальный актер. То есть человек по демагогическим способностям, конечно, просто в первой десятке.

- Наверное, в его ипостаси важно быть гениальным политиком.

- Ну, конечно, естественно. (…) Так вот, поскольку батька решил, что ему выгодно сейчас дружить с Европой, получить с Европы, а не от нас, мы начинаем обижаться и грозим ему экономическими санкциями. Именно грозим пока. Потому что, как вы справедливо сказали, большая часть этого списка товаров вообще не производится, не продается. И запрещать их, не знаю, можно запретить ввоз яблок с Луны. Но они не ввозятся.

- Получается так, что не производились, давно не производились, когда-то ввозились, они в списках остались, а сейчас их просто убрали.

- Ну ладно. Это такой жест Лукашенко, показывают: Александр Григорьевич, ты смотри, пока мы только тебе показываем, что мы можем рассердиться, но мы можем на самом деле рассердиться.

- Все-таки несколько десятков наименований там запрещены.

- Но вот теперь насчет эффективности всего этого. Вот есть мировой анализ. Эти санкции использовали очень многие страны, экономические санкции разнообразные против других стран для того, чтобы заставить их что-то изменить в своей политике. Американцы очень часто это делали. Вообще, все крупные страны этим грешат. Как-то не удержаться, мы все-таки большие, мощные, а они вот какие-то мелкие. Как же мы их не осадим? Вот есть опыт. Он показывает: санкции неэффективны. Вот экономические санкции ничего не дают. Американцы, поскольку они это делают открыто, в отличие от нас, не прикрываются санитарным врачом, а у них считается неправильным, чтоб президент прикрывался санитарным врачом. Он сам президент, принимает решения. Они объявляли санкции против Кубы, например. Ну и что? Фидель ушел с позором, рыдая, бросился в ноги Америке? Да ни черта подобного. 50 лет правил, теперь брат его правит. Ничего делать с ними нельзя, с этой семейкой очаровательной. И народ, между прочим, поддерживает. И антиамериканизм кубинской политики и как была, так и осталась. По многим другим странам тоже американцы пытались развернуть эти страны экономическими санкциями. Ничего не получилось абсолютно. Мы тоже много раз пытались, у нас тоже ничего не получилось. Скажите, пожалуйста, Эстония, она что, сильно стала "пророссийской" после того, как мы их шпроты перестали покупать? Вот как-то они обошлись без нс, понимаете? Вот как-то они обошлись без нас. Только население Эстонии и политики Эстонии, политическая элита Эстонии, население Эстонии, главное, убедилось в том, что, в общем, лучше, пожалуй, ориентироваться на Европу, чем на Россию, спокойнее. Потому что от Европы таких актов не будет. Чего мы добьемся в Беларуси, скажите, пожалуйста? Не нравится нам батька? Мне он тоже не нравится. Мне он, в отличие от нашего руководства, вообще никогда не нравился, всегда казался исключительно опасным соседом для России. Хорошо, допустим, теперь наше руководство осознало, что батька опасен. Ну, давайте действовать другими методами, а не цирк вообще устраивать.

- Какими?

- Какими? А давайте поддерживать относительно независимый от него бизнес. А давайте, во-первых, не прикрываться Онищенко, а действовать прямо и честно. И говорить: значит, так, Александр Григорьевич Лукашенко позволяет себе проводить враждебную, если это так, я не знаю, я сейчас фантазирую, позволяет себе проводить враждебную нашей стране политику. Поэтому мы лишаем его таких-то льгот, того-то, того-то. Поэтому мы именно этот проект будем осуществлять не у него, а в другой стране. И так далее. Давайте что-то делать. Давайте договариваться с Европой, например, которой мы в тысячу раз важнее, чем десять таких батек, понимаете? В тысячу раз важнее.

- Ситуация какая напряженная будет, вы представляете?

- А с чем будет напряженная ситуация? Батька пойдет извиняться. Куда он денется? Если мы договоримся с Европой, что не надо Александру Григорьевичу Лукашенко позволять играть на наших противоречиях, то он сюда побежит и здесь что-нибудь получит, то он туда побежит и здесь что-нибудь получит.

- Как же братство народов?

- Понимаете, в чем дело? Я, честно говоря, вообще не знаю, что это такое. Я понимаю, что такое брат, конкретный человек. Это я понимаю. Что такое братский народ, я понимаю с трудом. Просто потому, что в любом народе есть люди, с которыми мне бы не хотелось сесть не то, что за один стол, на одном поле. Это как бы естественно вполне. Александр Григорьевич Лукашенко для меня братом ну никак не является, понимаете? Вот никак. И я считаю, что Александр Григорьевич Лукашенко, как его называют совершено справедливо, последний диктатор Европы, Александр Григорьевич Лукашенко представляет опасность для нашей страны. Нам опасен такой сосед. Мы заинтересованы в том, чтобы соседи у нас были стабильные, хорошо развивающиеся демократические страны. Посмотрите, у нас никаких проблем с Финляндией, правда? Вы слышали какие-нибудь проблемы с Финляндией у нас? Чтобы Онищенко запрещал финский сыр или финское дерево или еще что-нибудь. Что бы как-то мы обиделись на президента Финляндии, на неё, то есть. Ничего этого нету, да? Всё как-то нормально, тихо, спокойно, всё хорошо, туристы ездят, торговля идёт, всё здорово. Почему? Потому что Финляндия - стабильная, демократическая, предсказуемая, прозрачная, если хотите, страна. Потому что там всё нормально. Нам надо, чтоб вокруг нас были такие Финляндии. И тогда у нас будет на границах спокойно. А когда у нас Александр Григорьевич Лукашенко на границе, то естественно, лихорадит всё время. (…)

Мы считаем, что есть общие интересы действительно нормальных людей в России и в Беларуси. Вообще-то говоря, конечно, большинство людей в России, большинство людей в Беларуси заинтересованы в том, чтобы отношения между нашими государствами были абсолютно нормальными, открытыми, чтобы торговля шла нормально и обмен людьми, капиталом и т.д. шёл совершенно нормально. Вот для того чтобы это было, например, мы уже много лет поддерживаем белорусскую демократическую оппозицию, у нас с ними очень хорошие отношения. И вместе с ними мы определенные действия предпринимали. Будет больше времени - с удовольствием расскажу. Надеюсь, что эти действия были полезны и для нас, и для наших друзей в Беларуси. Я сейчас имею в виду не политиков, а просто нормальных людей в Беларуси, которые не хотят, чтобы запрещали импорт, экспорт и чтобы политики вмешивались в их повседневную жизнь.



13:43 09/06/2009




Loading...


загружаются комментарии