О «пророссийском» кандидате и о реабилитации «восточного» вектора

Сразу оговорюсь, что ничего конкретного о «пророссийском» кандидате я не знаю. Кто он, откуда да и существует ли вообще — мне не известно. Знаю лишь то, что, едва появившись в качестве проекта, он уже «не имеет никаких шансов». Эксперты единодушно предрекают ему провал. Нет у него электоральной базы, ресурсов и прочего. А жаль. Не потому, что мне очень хотелось бы за него проголосовать, а просто из любви к искусству. В данном случае — искусству политики.

О «пророссийском» кандидате и о реабилитации «восточного» вектора
Появление такого кандидата сделало бы белорусскую политику хоть немного разнообразней. Сегодня она не балует нас непредсказуемыми ходами, острыми сюжетами, да и просто разнообразием мнений. Политическая жизнь упрощена до противостояния, в котором с одной стороны власть (подразумевается, что с ней большинство), а с другой — немногочисленная оппозиция. Оба лагеря демонстрируют (за редким исключением) практически монолитное единство. Кажется, что еще немного — и страна превратится в единое целое. Что-то вроде хорошо отлаженного военного подразделения. Бороться можно будет только с собственными недостатками. В худшем варианте — с внешним врагом.
Ехал как-то в поезде с бизнесменом из Австрии. Он рассказывал о том, что в целом доволен сотрудничеством с белорусскими партнерами. Узнав о том, что преподаю политологию, усмехнулся: «А что, разве в Беларуси есть политика?».
Действительно, политики в том смысле, как ее понимают во всем цивилизованном мире, проявляющейся в разнообразии политических предпочтений, сложных механизмах выражения и согласования интересов, постоянной борьбе и поисках компромиссов (что на Западе называют politics), у нас не густо. Политика как принятие политических решений (polity), конечно, есть. В противном случае государство просто не могло бы функционировать. Однако это «грязное дело», избавляя обывателя от лишних хлопот, президент берет на себя.
А вот пестрой и захватывающей кутерьмы, связанной с выработкой, обсуждением, критикой и реализацией политических идей (как это, например, имеет место в Украине), — этого нет. Кто-то скажет, что и не надо. Обойдемся. Как обходимся без экспериментов в литературе, архитектуре, экономике. Может, оно и так, но жизнь от этого становится как-то беднее.
Выдвижение пророссийского кандидата показало бы, что оппозиция — тоже живые люди и ничто человеческое им не чуждо. Среди них есть разнообразие точек зрения, свои «ортодоксы» и «несогласные». Ведь эти противоречия все равно когда-нибудь станут явными. Кроме того, оппозиционный кандидат мог бы разрушить монополию на «восточный» вектор, которую сегодня прочно удерживает А.Лукашенко. А то ведь если и дальше так пойдет, то у оппозиционеров под ногами вообще не останется твердой почвы. Президент уже лишил ее монополии на «национальную идею», а в последнее время и вовсе покушается и на самое главное — западное направление.
Я не принадлежу к тем, кому нравятся простые ответы на непростые вопросы. Меня настораживает чрезвычайно простая картина политической жизни, в которой есть только те, кто «за» и те, кто «против». Причем первые почему-то обязательно ориентированы «на Восток», а вторые — «на Запад». Вполне допускаю, что из тактических соображений (в ходе идеологической борьбы) такое упрощение может быть оправданно. Противоборствующие стороны хотят четко определить противника, отделить «друзей» от «врагов», консолидировать силы. Но когда речь идет о том, чтобы критически осмыслить происходящее, такое упрощение не приемлемо.
В белорусском обществе немало тех, кто не желает безоговорочно записываться в тот или иной «лагерь», предпочитая дистанцироваться от политической борьбы и навешивания ярлыков. Среди них журналисты, эксперты, ученые, да и просто здравомыслящие граждане. Этих людей не жалует ни та, ни другая сторона. Их обвиняют в беспринципности, а то и вовсе в предательстве («кто не с нами, тот против нас»).
Но дело не в страхе или стремлении сидеть на двух стульях. Эти люди понимают, что, будучи ангажированными, они уже не смогут объективно описывать, исследовать, оценивать, да и просто понимать ситуацию. Давая клятву верности, ты уже не вправе ругать «своих» или хвалить «чужих».
Есть и еще одна причина, по которой я сожалею о невозможности выдвижения «пророссийского кандидата». Мне кажется несправедливым, что у какой-то части электората не будет своего представителя. Убежден, что пророссийски настроенные избиратели в Беларуси есть. Их просто не может не быть, учитывая значение, которое имеет в Беларуси русский язык, количество приехавших в советское время этнических русских, влияние российской культуры, российских СМИ и пр.
В последние годы, правда, последовательных сторонников сближения с Россией стало меньше. Демократически настроенных спугнул своей «суверенной» демократией Путин. Остальные с опаской наблюдают за «наказанием» Грузии. Так же как и в классе, в международных отношениях оно действует не только на «провинившихся».
Сразу оговорюсь, что как консерватор весьма скептически отношусь к попыткам определить «геополитическую» ориентацию обывателя, опираясь на социологические опросы. Они напоминают ситуацию с ребенком, у которого взрослые пытаются узнать, кого он больше любит, папу или маму. Ему не остается ничего иного, кроме как вспоминать, кто в последний раз сделал ему «хорошо» (дал конфетку, похвалил) или «плохо» (поругал, не выполнил обещания). Каков вопрос, таков и ответ. Народ во многих отношениях подобен ребенку. Прежде чем о чем-то спрашивать, ему нужно основательно объяснить, что это означает. А еще лучше взять на себя труд обучения и воспитания, чтобы в дальнейшем он мог выбирать лучшее.
Итак, налицо парадокс. Пророссийские избиратели в Беларуси есть, а вот пророссийских кандидатов нет. Нечто подобное заметил и Валерий Карбалевич  , когда говорил об отсутствии в Беларуси пророссийских организаций и движений.
Кто-то скажет: а как же Лукашенко? Разве он не является последовательным сторонником и проводником белорусско-российской интеграции?
На этот счет зрители политического театра могут иметь разные мнения. Безусловно, в пьесе под названием «союзное государство» Александр Григорьевич — один из самых талантливых актеров. Он играет настолько убедительно, что некоторые представители оппозиции до сих пор и вполне искренне считают его «ставленником Кремля».
Да и в самой России немало тех, кто готов поверить в братскую любовь и простить ему все прегрешения в виде экономических долгов и несдержанных заявлений. Тем не менее, наверняка найдутся такие, кто скажет — не верю! (Может быть, именно их коммунисты хотят склонить на свою сторону?) И оснований к тому предостаточно. Вряд ли на постсоветском пространстве есть кто-то еще, кто на протяжении последних 15 лет столь часто и жестко критиковал Россию. В эпоху Ельцина — за эксперименты с демократией и рынком. С приходом Путина — за имперские амбиции и попытки подчинить своему влиянию.
В сущности, сегодня ни один из политических лагерей по-настоящему не заинтересован в развитии отношений с Россией. Батька умело «использует» ее в экономических целях, что само по себе мало похоже на равноправное сотрудничество и может в одночасье закончиться. Оппозиция, несмотря на то, что ее контакты с российскими демократами за последние десять лет стали более оживленными, по-прежнему рассматривает восточный вектор как нечто вынужденное, если не сказать постыдное. Не случайно после заявления о «пророссийском» кандидате, лидеру коммунистов приходится долго оправдываться и говорить, что он не имел в виду ничего плохого. Судя по всему, российский вектор в белорусской политике все еще нуждается в своей реабилитации.
Об авторе. Вячеслав Бобрович. 48 лет. Обществовед. Преподаватель и публицист. Родился в Донбассе, вырос в Казахстане. В 1989 году окончил с отличием философский факультет МГУ имени Ломоносова в Москве. Там же защитил диссертацию. Проходил стажировку во Фрайбургском университете (Германия), университете Миннесоты (США). Преподавал в ЕГУ и Республиканском институте высшей школы. По политическим убеждениям неоконсерватор. В том смысле, какой вкладывают в это понятие жители Центральной и Западной Европы. Предметом научного интереса и заботы определяет гражданское образование и обучение демократии.
13:45 21/08/2009




Loading...


загружаются комментарии