Россия-Беларусь. Итоги-2009

Завершающийся год был годом юбилеев. 70 лет присоединения Западной Беларуси, 15 лет президентства Лукашенко, 10 лет Союзного Государства. Однако почти все эти яркие даты прошли в политической жизни республики как-то тускло, словно чужие.

Россия-Беларусь. Итоги-2009
Очень скромно, видимо, чтобы не обидеть Варшаву, было отмечено формирование территории современной Беларуси. Более того, на белорусском экране прошел документальный фильм о волне репрессий НКВД на Западе республики в 1939 г. О судьбе Белостока не вспомнили, как, впрочем, и о Вильнюсе…
Помпезно и в государственном формате, т.е. нудно и навязчиво, «праздновали» 10-летие Союзного Государства Беларуси и России. К позитиву отнести социальный «пакет» - основу существования более 600 тыс. белоурсских гастарбайтеров в России и отсутствие границ между двумя государствами. Празднование имело горьковатый привкус в преддверии очередного Высшего ГосСовета (10 декабря).
15-летие правления А.Лукашенко проскользнули, как в вакууме. Видимо было стыдно… В лучшем случае человека избирали на 10 лет (два срока), но что делать, если ему понравилось…
Год был тяжел на празднества, экономический кризис заставлял власть постоянно отвлекаться от приятных занятий (регулярные отдых в горах и на море, занятия с младшим сыном, обкатка новых лимузинов и мотоциклов и т.д.).
Экономика
Экономический 2009 год начался со лжи. Белорусские власти, долгое время убаюкивая сограждан обещаниями экономической стабильности, с 1 января в шоковом формате на 20%. девальвировали белорусскую валюту Стоит напомнить, что всю осень 2008 года А. Лукашенко запрещал применять термин «кризис» в оценках ситуации в белорусской экономике, что, однако не мешало белорусскому руководству буквально в авральном порядке искать деньги начиная от Москвы и заканчивая Каракасом. Попутно просили о помощи Пекин, Тегеран, Дамаск, Бейрут, Триполи, в конце года Рим и т.д.
Лихорадочные переговоры с реальными и потенциальными кредиторами шли на фоне весьма чванливой информационной кампании: белорусские СМИ смаковали проявления кризиса в соседних России и Украине, не забывая отмечать, что «отличие от наших соседей» в республике все «под контролем» и как нельзя лучше. А. Лукашенко публично предвкушал, что РБ выйдет из кризиса первой чуть не во всей Евразии…
Однако 1 января 2009 г. граждане республики кинулись к прилавкам, скупая все, что еще не успели переоценить. Произошло масса весьма неприятных и скандальных сцен. Возмущение было столь всеобщим, что 7 января А. Лукашенко выступая на праздновании православного Рождества, не мог обойти эту тему. Однако белорусский президент попытался снять с себя ответственность за столь непопулярное экономическое решение, как девальвация. Вместо этого он призвал к сохранению спокойствия и недопустимости паники, отметив, что он уже предупреждал: «этот год будет сложным». Белорусский президент, по традиции, комплиментарно высказался о собственных усилиях в борьбе с кризисом на фоне «провала» подобных же усилий у соседей (Россия), подтвердив отсутствие в стране кризиса: "Мы не должны опустить руки, как это делают в других государствах, ссылаясь на кризис. Кризиса в стране нет". Фактически А. Лукашенко обвинил в кризисных явлениях в белорусской экономике внешние силы (Россию). Это выступление стало форматным для оценки экономической ситуации в Беларуси на весь 2009 г.
Январь 2009 года запомнился водопадом прогнозов независимых экономических экспертов. Говорили о грядущей деноминации, новых девальвациях… Были и такие, что на полном серьезе уверяли: девальвация и неминуемая деноминация являются подготовкой для одномоментного и скорого введения российского рубля в денежное обращение РБ. Признаком жизнеспособности данной версии считалась «синхронизация» курсов белорусского и российского рубля. Версия о «российском следе» в девальвации спровоцировала очередную антироссийскую кампанию оппозиции, мгновенно обвинившей Россию в подрыве белорусской экономики для подготовки инкорпорации РБ в состав РФ.
2 февраля, за день до февральского Высшего ГосСовета А. Лукашенко дал интервью каналу «Евроньюс» (оно вышло в эфир после Высшего ГосСовета - 05.02.09). Задержка интервью была понятна. В Москве А. Лукашенко просил войти в положение республики, окунувшейся в кризис. Однако в интервью белорусский президент уверял, что благодаря верной политики руководства республики, кризис в РБ в полной мере пока не проявился. Кроме того, А. Лукашенко подтвердил свой тезис, что виновата в кризисных явлениях в республике Россия: «Мы не бросили свою экономику на “Уолл-Стрит” или же на какую-то другую биржу. Но из России, вы это знаете, когда россияне все встали в очередь в банки и начали менять рубли на валюту, на доллары, переводить в евро, он немного коснулся и нас. Поэтому мы часть золотовалютных резервов направили на поддержание нашей валюты. И вынуждены были, чтобы получить, в том числе кредиты от Международного валютного фонда и прочее, где-то девальвировать процентов на 20 нашу валюту». Это было важное официальное признание того факта, что республика «подсела» на «кредитную иглу» МВФ.
С января 2009 года вся политико–экономическая жизнь республики стала подчиняться новому внешнеэкономическому циклу. Если до кризиса экономика республики жила от декабря до декабря, так как именно в очередном декабре утверждались условия поставки в республику углеводородов (основа выживания Беларуси), то в 2009 г. экономика жила в ритме от транша до транша. К этому циклу оказалась привязана и внешняя политика. В преддверии получения очередного транша положено было организовать очередную склоку с Москвой, а после прихода денег МВФ принято было делать в отношении Москвы примирительные жесты.
13 января в РБ поступил первый транш кредита МВФ – 787,9 млн. долларов США. Транш поступил в резервы Национального Банка РБ и был мгновенно использован для поддержания курса белорусского рубля и обеспечения критичного импорта. 14 января А. Лукашенко заявил, что в страну поступили 500 млн. долларов – кредит Венесуэлы, как результат договоренности между А. Лукашенко и Уго Чавесом. В феврале подоспел платеж за очередные 12,5% акций «Белтрансгаза» - 625 млн. долларов США. Но ситуация с российскими кредитами постепенно накалялась.
Российскому руководству было все сложнее выделять кредиты для Минска… Республика настаивала на своем суверенном праве определять свою внешнюю политику, не считаясь с условностями политической интеграции с Россией (Союзное Государство), но при этом за счет России. Итог известен: с мая 2009 г. Беларусь лишилась кредитной поддержки со стороны Российской федерации. На фоне провала (около 50%) экспорта в Россию, затоваренных складов белорусских предприятий ситуация во второй половине 2009 года не раз приближалась к рубежу экономической катастрофы. Белорусские власти откровенно выкручивались…
В конце 2009 г. внешние долги республики достигли 20 млрд. долларов, что составляет больше трети ее годового ВВП. Отдать эти деньги физически невозможно – все более-менее ликвидные белорусские активы (перечень из 10 «флагманов») в сумме оценки составляют не более 12 млрд. долларов. Ситуация тем более сложна, так как уже с 2011 года начнет быстро нарастать процентная нагрузка на бюджет. Кредиты придется обсуживать. С учетом того, что отрицательное сальдо внешней торговли продолжает расти, спасти республику от дефолта может только политические решение: ей спишут долги или кто-то эти долги возьмет на себя. Вопрос: кто и за что? Запад А. Лукашенко долги не спишет, как бы последний не рассчитывал. Спишут его прозападному преемнику. Россия белорусские долги на себя не возьмет.
Россия
2009 год начался для российско – белорусских отношений откровенно плохо. На исходе российско-украинской газовой войны А. Лукашенко демонстративно провел встречу с президентом Украины В. Ющенко. Последовавший следом Союзный Совмин (январь) оказался практически бесплодным для Минска. Удалось добиться только обещание ускорить выделения второго транша российского кредита (1 млрд. долларов США). В верхушке белорусской власти заговорили о том, что Москва мстит Минску за встречу А. Лукашенко с В. Ющенко.
Не помогло и традиционное обращение к вопросу о признании Абхазии и Южной Осетии. 21 января заместитель председателя Палаты представителей Национального собрания Белоруссии В. Иванов заявил о готовности признать независимость Абхазии и Южной Осетии 2 апреля.
Забегая вперед стоит отметить, что в течение 2009 года белорусские власти будут по крайне мере четыре раза заявлять о скором признании или скором обсуждении вопроса о признании новых закавказских государств. Каждый раз это будет ничем иным, как откровенной ложью.
3 февраля состоялся Высший ГосСовет СГ, итоги которого были восприняты белорусской правящей элитой восторженно. Считалось, что удалось навязать России все намеченные решения. Появилось уверенность, что РФ компенсирует Минску потери от последствий мирового финансового кризиса. Перспектива получения внеочередного кредита в 100 млрд. рублей воспринималась, как решенный вопрос. Посыпались мнения, что с подписанием соглашения о создании единой системы ПВО (в пакете с военно – техническим сотрудничеством), Беларусь получит системы С-400 Триумф, что позволит выполнить обязательства республики по созданию ПВО Венесуэлы и перебросить новейшие российские технологии ПВО в Китай. Утверждалось, что создаваемый Антикризисный фонд позволит решить все проблемы белорусской экономики. Особые надежды возлагались на размещения в РБ центра высоких технологий ЕврАзЭс, что позволит обеспечить технологические запросы республики, ранее решаемые путем союзных программ. Ничего из вышеперечисленного сделано не было, что и понятно – вся эйфория была основана исключительно на белорусских источниках и комментариях.
Белорусское руководство уверяло, что после 3 февраля Минск в своей политике на Западе «может не оглядываться на Москву». Белорусский президент заявил, что он снял у Москвы все озабоченности по поводу белорусско-европейских и белорусско–американских отношений. Тем не менее, в первой половине февраля в Москву пришла информация из ЕС, что белорусская сторона заверяет: она видит в Западе основных партнеров, готова и дальше идти на сближение, но вынуждена подчиняться обстоятельствам и внешне быть лояльным Москве.
Москва наблюдала и имела в голове другое: РБ уклоняется от выполнения союзнического долга и уходит в «Восточное партнерство». Было ясно, что вся эта затея с «Восточным партнерством» является ни чем иным, как лимитрофной разводкой. На фоне эйфории в Минске отношения между РФ и РБ покатились к очередному кризису…
Предвестники кризиса
Первым «колокольчиком» кризиса оказалось финансовое «эхо» февральского Саммита. Вторая часть российского кредита (один миллиард долларов США) оказалась разделена на две части. Это вызвало недоумение и обиды у официального Минска. Белорусское руководство после 3 февраля считало, что поставило Кремль «на место» - безмолвного спонсора и рынка сбыта. Но это было только начало…
Тут случился «прокол» на Западе. 24 февраля по итогам заседания в понедельник в Брюсселе глав 27 стран-членов ЕС СМИ распространили информацию, что Евросоюз официально включил Беларусь в программу "Восточное партнерство». К вечеру 25 февраля ситуация прояснилась полностью - решение о приеме РБ в «Восточное партнерство» ожидается только в середине марта. Однако, еще до заседания глав стран-членов ЕС и после него были озвучены политические условия к Минску. В частности, 23 февраля министр иностранных дел председательствующий в ЕС Чехии Карел Шварценберг на пресс-конференции в Брюсселе заявил, что в случае признания Минском независимости Южной Осетии и Абхазии, участие Беларуси в программе "Восточное партнерство" окажется под вопросом. Министр отметил, что "Конечно, белорусский парламент имеет суверенное право принимать решения, но если Беларусь признает независимость Южной Осетии и Абхазии, у нее появятся очень и очень серьезные проблемы с участием в Восточном партнерстве ЕС, ибо она окажется вне европейского контекста". Уже 24 февраля министр иностранных дел Швеции Карл Бильд заявил, что ЕС "всегда открыт для Беларуси, но Минску необходимы видимые политические перемены". Главы МИД ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер, который высказался в поддержку предложения об участии Беларуси в политике Восточного партнерства, заявил, что в последние месяцы ситуация в стране "немного улучшилась", в частности, оппозиции предоставлены некоторые возможности участия в политической жизни. Завершило кампанию давления заявление комиссара по внешним связям и политике добрососедства ЕС Бениты Ферреро–Вальднер, которая объявила, что только по итогам ее визита в РБ (12-13 марта), предложение по включению страны в проект "Восточное партнерство" будет утверждено. Бенита Ферреро–Вальднер совершенно официально подтвердило основное требование ЕС: «В ЕС рассчитывают, что Беларусь не признает независимость Южной Осетии и Абхазии, заявила еврокомиссар. Если же страна признает независимость этих республик, это будет "движение назад" по отношению к сотрудничеству с ЕС и участию Беларуси в инициативе "Восточное партнерство". Фактически от Минска потребовали геополитического решение - «геополитический выбор», в момент, когда республика ждала от Москвы новых кредитов и субсидий.
Минск уклонился от четкого ответа ЕС, что не осталось без внимания в Москве. Росийская реакция не заставила себя ждать…
Удар по Минску пришел откуда не ждали… В марте оглушительно прозвучало заявление министра сельского хозяйства России Гордеева с призывом к российской исполнительной власти не выдавать РБ кредитов, так как Минск не унифицирует свою аграрную политику с российской. Заявление главного агрария России оказалось предвестником грядущей «молочной войны» - республика проигнорировала изменения на российском рынке (новые стандарты молочной продукции), явно демпинговала своим товаром, возникли сомнения в белорусском происхождении сухого молока, обильно поступающего на российский рынок.
Однако А. Лукашенко проморгал угрозу. Он продолжает жить в иллюзиях, что в России перманентный голод и промышленности, включая пищевой, вообще нет. Именно А. Лукашенко стимулировал игнорирование новых молочных стандартом, основываясь на еще советских традициях чванства белорусской аграрной номенклатуры, всегда стоявшей у власти в республике: «Пусть скажут спасибо, что мы их кормим. И так сожрут…» Белорусский президент решил просто отругаться и встречаясь с губернатором Калининградской области Г. Боосом, заявил:"Опять идут какие-то непонятные заявления, в том числе и от членов правительства. Не знаю, так ли это, но якобы министр сельского хозяйства Гордеев заявил, что кредиты Беларуси давать не надо, пока мы не синхронизируем аграрную политику с Россией. Если это так, то мне вообще непонятно, что там происходит… Если это общий подход, то мы обойдемся и без кредитов. Только нас не надо пугать этими кредитами… Как мы должны синхронизировать свою политику в области сельского хозяйства с Россией? Мне всегда казалось, что Россия должна брать пример с того, как проводится аграрная политика в Беларуси». Это была ошибка. Сказалась привычка к безнаказанности.
Буквально через неделю, на итоговой пресс-конференции в Москве после прошедших экстренных саммитов ОДКБ и ЕврАзЭС, президент России Д. Медведев отреагировал на замечание А. Лукашенко, что российскому президенту надо ехать на предстоящий в Лондоне саммит 20-ти крупнейших финансовых стран, словами: «Можем туда и всем табором поехать». Это было слишком…
Апрельский «Прожекторпересхилтон»
В марте последовало указание о закрытии в белорусском медиапространстве российских телеканалов НТВ-Мир, ТВ-Центр Internacional, РЕН-ТВ, ОРТ-Международное. Это было устное распоряжение и поступило непосредственно от А. Лукашенко. Поручение было сформировано Н. Петкевич и передано в Министерство информации РБ. Непосредственный приказ отключить каналы был передан в кабельные сети зам. министра информации РБ Слободчуком Александром Ивановичем. Данное решение вынашивалось давно. Толчком к отключению оказался сюжет программе Максимовской (Рен-ТВ) о личной жизни А. Лукашенко, включая его семью и незаконнорожденного сына Николая. Упоминались и женщины президента. ОРТ был отключен за шутки в отношении А. Лукашенко в программе «Прожекторпересхилтон»; ТВ-Центр отключен еще в начале 2009 года по идеологическим причинам. В АП РБ очень не нравилась программа «Постскриптум» Пушкова. К решению о закрытии каналов причастен В. Макей и прозападная группа в руководстве республики. Для продавливания решения использовали страхи белорусского президента. Он боялся возможной информационной атаки со стороны России. Интересно, но белорусский президент до настоящего времени сетует на то, что в России белорусские телевизионные каналы транслируются ограничено.
10 апреля состоялся очередной российко-белорусский саммит. Главные вопросы, вызвавшие беспокойство белорусского президента были связаны с проблемами экономического сотрудничества между двумя странами и перспективами их переформатирования в условиях вхождения в европейскую программу «Восточное партнерство». За четыре дня до встречи А. Лукашенко устроил полноценную информационную кампанию, призывая Москву смириться с западным дрейфом «единственного союзника».
Выступая 11 апреля после завершения своего рабочего визита в российскую столицу, белорусский президент заявил о полном успехе своей миссии: сомнения Москвы в антироссийском характере «Восточного партнерства» в очередной раз развеяны («если российская сторона по этому поводу выражает озабоченность, то им необходимо внимательнее изучить документы по "Восточному партнерству"), цена на поставляемый в республику газ будет снижена, финансовая поддержка республики со стороны России обеспечена в формате компенсации за кризис, пришедший из РФ. («У нас нет кризиса. Мы должны исходить из этого. Он сам придет. А если и мы еще будем плакаться, то он придет в еще худших масштабах. Определенные трудности есть, но они пришли извне»).
Белорусский президент риторически пригласил Россию к участию в европейкой программе «Восточное партнерство»: «Что такое "Восточное партнерство"? Это не какой-то пакт, направленный против кого-то. Кого это может настораживать?… Если сегодня думают, что мы отвернулись от России и пошли торжественным маршем в другом направлении, то это полнейшая глупость: никто таких целей не ставит».
А. Лукашенко заверил, что в Москве решены вопросы о цене на газ по среднегодовому уровню, снята проблема штрафных санкций к республике за неполную выбору поставленного газа («Это решения на сотни миллионов долларов»), поставках белорусской продукции на российский рынок, участии белорусских предприятий в российских лизинговых поставках и госзакупках в России. Естественно, по традиции ничего из заявленного на самом деле не было…
Обратил на себя наступательный характер риторики белорусского президента: «По вопросам, по которым мною были предъявлены претензии, мы наметили движение вперед. Радует, что есть понимание того, что эти вопросы надо решать». Кроме того, А. Лукашенко возложил ответственность за промедление с выполнением РФ требований Минска на российское правительство: «Вся проблема в российском правительстве, и здесь мы жестко и серьезно говорили. Не должно быть ситуации, когда нашего премьер-министра посылают к Набиуллиной идти решать проблемы». Белорусский президент явно позиционировал себя перед Западом, как президента небольшой страны, способного тем не менее «веревки вить» из Медведева. С другой стороны, А. Лукашенко фактически вступил в западный антипутинский альянс, постоянно подогреваемый видными политическими эмигрантами из России, осевшими в Лондоне.
Интересно, что в наступательном формате комментировалась апрельская встреча с патриархом Кириллом. Ему было «поручено» «более активно и открыто подключаться к процессу единения Беларуси и России». Поднимался вопрос и о визите в Минск Папы Римского. Забегая вперед стоит отметить, что на волне мечты А. Лукашенко организовать встречу Патриарха и Папы на белорусской земле и состоялся визит А.Лукашенко в Ватикан. Фактические в 2009 г. А. Лукашенко вступил в Европу через покои главы католической церкви. Во время визита в Рим было много странных вещей и не менее странных речей. Во всяком случае, большой интерес вызвало посещение А. Лукашенко штаб-квартиры Мальтийского ордена. С соответствующими ритуалами…
Возвращаясь к апрельскому саммиту в Москве, необходимо отметить, что в заявлениях белорусского президента и официальных СМИ республики подчеркивается особая роль А. Лукашенко в организации саммита «двадцатки» в Лондоне. Отмечается, что перед саммитом Д. Медведев не раз советовался с белорусским президентом, что в итоге позволило «выработать единую политику Беларуси и России». 10 апреля «Дмитрий Медведев подробно проинформировал Александра Лукашенко о том, как проходил саммит» (П. Легкий – пресс-служба президента РБ). В общем, как оказалось, отсутствие белорусского президента на саммите «двадцатки» - чистое недоразумение.
Основной успех саммита был связан, по мнению А. Лукашенко, с тем, что Россия готова купить все складские запасы белорусских предприятий.
Естественно, в очередной раз и это заявление А. Лукашенко не подтвердилось. В отношении доступа на российский рынок, интрига в том, что российский рынок остается открытым для белорусской продукции, но ее не хотят покупать. Она проиграла конкуренцию. На самом деле, белорусский президент требовал от Москвы прокредитовать белорусский экспорт на российский рынок и включить белорусских производителей в российские системы лизинга и государственных гарантий, т.е. фактически Минск боролся за эксклюзивные и привилегированные права на российском рынке. Учитывая, что белорусские предприятия – экспортеры все-таки являются налогоплательщиками Беларуси, а не России, то требования белорусской стороны носили характер контрибуции.
«Восточное партнерство»
17 апреля с необычным заявлением выступил помощник президента РФ С. Приходько: «Кремль приветствует приглашение Беларуси на саммит ЕС "Восточное партнерство". Заявление вызвало одобрение у белорусского руководства. У белорусской номенклатуры исчезли сомнения и опасения, что А. Лукашенко осуществляет «уход на Запад» вопреки мнению России. В официальном Минске поздравляли друг друга и выражали уверенность, что несмотря на нахождение Беларуси в программе «Восточное партнерство», Россия сохранит для республики финансовую и энергетическую поддержку и открытый рынок, то есть останется ее донором. Отмечалось, что в новых условиях будет проще оказать давление на Кремль, так как на стороне Минска будет весь Евросоюз. Авторитет А. Лукашенко вырос. Никто не почувствовал подвоха… Все ждали саммит в Праге (7 мая), куда А. Лукашенко все-таки не поехал.
Уже после 7 мая А. Лукашенко был охвачен эйфорией своего «прорыва» в Европу. Он считал, что уже включен в европейский истэблишмент. Это было лучшее время для главы белорусского государства – весна, май, Европа, легитимизация будущего четвертого срока и т.д. Грезы развеялись скоро…
В Минск приехал В. Путин.
Майский Совмин. Кризис
Все сразу встало на свои места. Прежде всего, скандальный отказ белорусской стороны от получения последнего транша российского кредита в 500 млн. долларов США в российских рублях практически блокировал дальнейшие переговоры о выделении кредитов. Как следствие, получение Минском «рублевого» кредита в 100 млрд. рублей оказалось невозможным. Российскую сторону откровенно покоробил «европейский» лоск вновь принятых в Европу белорусов, гнушающихся российской валютой. Подвисли и другие вопросы, о которых А. Лукашенко в апреле заявлял, как о решенных. В качестве терминатора выступил министр финансов РФ А. Кудрин (28 мая).
С одной стороны министр финансов России подчеркнул финансовую несостоятельность Минска. С другой стороны, А. Кудрин связал выделение кредита белорусскому руководству с изменением экономической политики белорусского руководства, в частности, с уходом от жесткого администрирования белорусской экономики. Но фактически, А. Кудрин своим заявлением осложнил для белорусской стороны возможность получения кредитов за рубежом, так как все внешние кредиты, учитывая специфику экономики Белоруссии, должны были носить статус дополнительной помощи к основному дотационному ресурсно – финансовому потоку со стороны России.
По информации, которую получил автор этих строк, белорусский президент давно так не выходил из себя, как в ночь с 28 на 29 мая. Ведь до вечера 28 мая в республиканском руководстве были очень рады тому, что, по их мнению, удалось отделить вопросы экономических отношений между РФ и РБ от политических вопросов (участие республики в «Восточном партнерстве») и не допустить публичных вопросов о признании РБ Абхазии и Южной Осетии. Считалось, что А. Лукашенко вновь переиграл Москву и сохранил как дорогу на Запад, так и экономическую поддержку со стороны России. Однако уже утром 29 мая укрепилось мнение, что «Москва нас экономически додавит». А. Лукашенко заметался… начал хамить. Это была стратегическая ошибка. Он не понял, что отношения вступили в кризис.
Сразу после майского Совмина на ближайшем совещании белорусский президент сделал инстинктивную попытку оправдаться за провал. В создавшихся условиях А. Лукашенко попытался по традиции использовать против России вопрос транзита: «У нас много рычагов воздействия на ситуацию, на те вызовы, которые нам создают, в том числе и в России». Но тут грянула «молочная война». Роспотребнадзор ввел запрет на поставку в Россию почти 500 видов белорусской молочной продукции (более 95% экспорта молочной продукции РБ приходится на Россию).
«Молочная война»
У России был повод для «молочной войны» - отсутствие у белорусских экспортеров сертификатов качества нового образца и демпинг. Более полгода Минск игнорировал просьбы российской стороны. Удар со стороны Москвы был нанесен в точно выбранное время – после провала Союзного Совмина и хамства со стороны А, Лукашенко.
Белорусский президент быстро уловил угрозу. Москва сделала попытку обрушить один из основных устоев власти А. Лукашенко: монолитный блок сельскохозяйственной номенклатуры, второе десятилетие получающий практически неограниченное государственное дотирование и всегда оказывающий политическую поддержку президенту республики. Ответом Минска стала огромная по размаху информационная война с использованием формул: «белорусское сельское хозяйство на порядок эффективнее российского», «России в условиях экономического кризиса угрожает голод», «российские олигархи не выдерживают конкуренции с белорусскими производителями и закрывают российский рынок для белорусской молочной продукции», «белорусская продукция востребована на других рынках», «российские власти, закрывая доступ населения к дешевым белорусским продуктам, воют против собственного народа» и т.д. На БТ появились сюжеты с негодующими покупателями из России, протестующих против закрытия поставок белорусской молочной продукции на российский продовольственный рынок и т.д.
Сюжет телеканала ОНТ от 04.06.09: «В России обостряются кризисные явления. Уровень безработицы перешагнул рубеж в 10 %. Есть проблемы с наполнением бюджета. Предпринимаемые антикризисные меры не достаточно эффективны во многом из-за слабой работы Министерства финансов. В такой ситуации некоторые политические силы выступают за скорейшую отставку его руководителя – Алексея Кудрина. В частности, такое мнение высказывали представители крупнейшего в стране бизнес-объединения «Деловая Россия». По их мнению, министр финансов недостаточно поддерживает реальный сектор экономики, что в условиях кризиса недопустимо».
Но уже 10 июня со стороны Москвы последовал новый удар: началось строительство первого обходного трубопровода - нефтепровода БТС-2.
Через несколько дней А. Лукашенко попытался сорвать саммит ОДКБ в Москве. Повод был избран молочный, но уже через две недели после отказа белорусского президента прибыть в российскую столицу, Минск получил очередной транш МВФ. Ему заплатили…
В разгар истерии, белорусские власти приказали ввести пограничный контроль на российско-белорусской границе, что вызвало недоумение в Москве, так как эта мера сродни пословице «назло маме уши отморожу». Введение пограничного контроля на границе с Россией могло бы негативно отозваться, прежде всего, в самой Беларуси.
К концу июля белорусские молочные экспортеры обзавелись новыми документами на свою продукцию. Временно доступ «белорусского» сухого молока на российский рынок был прекращен. Конфликт затих. Беларусь фактически вышла из ОДКБ… Это сразу проявилось на Кавказе.
Признание территориальной целостности Грузии
23 июля МИД РБ (заместитель начальника главного консульского управления МИД А. Лукашевич) сделал специальное сообщение в отношении посещения гражданами РБ территории республик Абхазия и Южная Осетия: «Грузинским законодательством установлены ограничения свободного передвижения иностранных граждан на территории Абхазии, Южной Осетии и прилегающих территориальных водах… Въезд иностранцев в Абхазию и Южную Осетию допускается исключительно с направлений, соответственно, Зугдидского и Горийского муниципалитетов». Формальный повод: задержание в Грузии двух граждан РБ, имеющих в паспортах отметки о посещении Абхазии. Исходя из необходимости защиты интересов граждан республики, предупреждение является логичным. Однако, заявление МИДа РБ оказалось синхронизировано с визитом вице-президента США Джозефа Байдена в Тбилиси и совпало с аналогичным заявлением Баку. Ключевое словосочетание в заявлении МИДа РБ носит политический характер: «Настоятельно рекомендуем нашим гражданам учитывать данные положения грузинского законодательства при планировании поездок в Абхазию и Южную Осетию», что отражает политическую позицию белорусского руководства и сознательно вставлено в текст заявления. Это политическое решение…
Любопытно, что осенью белорусский парламент послал в Грузию, Абхазию и Южную Осетию группы депутатов без особых рекомендаций в отношении границ, которые им желательно не пересекать.
В августе белорусские спецслужбы устроили охоту на группу НТВ. Не исключено, что группа вообще могла бы бесследно исчезнуть, не подними Москва тревогу. 17-19 августа А. Лукашенко окончательно закрыл тему о создании в Минске Центра российской науки и техники (Культурный центр при посольстве России в Республике Беларусь). Аргумент: Беларусь не имеет подобного центра в России и с учетом перспектив строительства Союзного Государства нет смысла в подобного рода центрах в «братских государствах». Забегая вперед, необходимо отметить, что 10 декабря по завершению Высшего ГосСовета А. Лукашенко все-таки подписал соглашение об открытии Центра.
Сочи
27 августа – очередной российско – белорусский саммит, но на этот раз уже в Сочи. В тот же вечер, А. Лукашенко выступил с интервью по итогам саммита, в котором постарался успокоить политический класс республики. Он с этим справился и ободрить номенклатуру обещаниями, что кризиса с Россией не будет и дотационный режим будет сохранен.
Было заявлено, что в сентябре между российским и белорусским правительством должны возобновиться консультации по кредитам. А. Лукашенко попытался доказать, что он пользуется доверием у российского руководства, его переговорный потенциал с Москвой сохраняется и ему нет замены в контактах с Россией («Дмитрий Анатольевич сказал, что их (проблемы) не так просто решать, поскольку и в России проблем в экономике очень много. Но, как он отметил, мы для своей братской союзной республики готовы сделать все, чтобы легче было людям и экономике»). По традиции, ничего из слов А. Лукашенко в очередной раз не подтвердилось, кроме того, что А. Лукашенко выполнил свое обещание и в октябре, после очередного транша МВФ, подписал документы по ОДКБ. Формально РБ вернулась в организацию.
19 сентября А. Лукашенко впервые прокомментировал решение американской администрации в отношении размещения ПРО США в Центральной Европе: «Не надо торопиться аплодисментами это встречать Давайте посмотрим, как дальше будут действовать США и их союзники по Североатлантическому альянсу… Хорошо, что президент (США) сделал этот шаг. Ведь по сути Обама в этой ситуации отступил — и заметьте, его рейтинг в США покатился вниз, но он все-таки пошел на это. Это мужественный шаг, и если США глупостей не наделают, то это будет очень хорошо». Данное заявление явилось ответом А. Лукашенко на благосклонное отношение лидеров России к коррекции программы ПРО США.
Размещение ПРО США в Чехии и Польше долгое время являлось основой политики белорусского руководства по своему геополитическому позиционированию на рубеже двух цивилизаций. Белорусский президент считал, что сохранение в отношениях между США (ЕС) и Россией элементов «холодной войны» обеспечит республике возможность построить и сохранить продолжительное время систему дотирования ее экономики, прежде всего, с Востока. Отказ от ПРО оказался для А. Лукашенко тяжелым политическим поражением.
Приезд Д. Медведева в Беларусь на совместные российско – белорусские маневры, в ходе которых «белорусы учили русских воевать» (БТ), «успехи» августовского саммита как-то не проявились. Никаких обещанных белорусским президентом «консультаций по кредитам» никто не назначал. В начале октября А. Лукашенко не сдержался и публично оскорбил уже не А. Кудрина, а В. Путина.
Покатилось…
Осенняя поездка белорусского президента в Литву. Внимание Вашингтона и Брюсселя к визиту А. Лукашенко в Вильнюс было огромным. Литовское руководство было проинструктировано: идти на любые условия Минска для организации приезда белорусского президента. Визит подразумевал закрепление прозападного геополитического вектора Минска, демонстрировал внешнеполитические возможности Евросоюза, оформлял своеобразный реванш над РФ за разгром Грузии в августе 2008 г., подразумевал вскрытие сферы российского влияния на постсоветском пространстве и должен был стать реальным стартом программы ЕС «Восточное партнерство». В ходе визита А. Лукашенко не ограничивал себя в критических замечаниях в адрес России и ее руководства...
В октябре российское руководство окончательно закрыло вопрос о кредитовании белорусской экономики, что вызвало массу эмоций со стороны белорусского руководства. В российском Белом Доме рассудили просто: «Вот пусть Литва и кредитует А. Лукашенко». Россию в Минске обвинили в «предательстве», «ударе в спину», «зависти к нашим успехам», стремлении «принизить наш пример для всего СНГ».
В начале ноября А. Лукашенко поехал в Киев. Визит был какой-то степени согласован с Брюсселем и видимо с Вашингтоном и проходит в рамках «Восточного партнерства». Антироссийская составляющая оказалась основной в переговорной фабуле визита. Белорусский президент получил максимальные заверения в поддержке… его противостояния с Кремлем. А. Лукашенко превратился в оружие Запада против России.
Однако и Москва не дремала. 23 ноября состоялась пресс-конференция президента России для белорусских журналистов. Полную запись в Беларуси показать не решились.
А. Лукашенко не мог успокоиться после такого шага российского руководства. Уже 24 ноября белорусский президент, воспользовавшись проходившим в Минске совещанием представителей госСМИ стран СНГ, сделал попытку дать свое толкование состоявшейся пресс-конференции президента России для белорусских журналистов. А. Лукашенко не смог скрыть крайнего негодования, тем, что Москва впервые напрямую обратилась к белорусскому обществу без его посредничества и его разрешения. Он воспринял подоплеку пресс-конференции, как ответ на регулярно организуемые белорусской стороной пресс-туры российских журналистов. Основная оценка белорусского президента состоявшейся в Москве пресс-конференции была однозначна – «это абсолютно бессмысленное мероприятие», что отражает беспокойство А. Лукашенко прорывом Москвы на внутреннее белорусское политическое поле. Отсюда и возмущение, что «хотя бы посоветовались, прежде чем приглашать…» в отношении состава приехавших СМИ. Стоит напомнить, что сам А. Лукашенко никогда не советовался с Кремлем в отношении приглашения представителей российских СМИ, посещающих РБ в составе пресс-туров.
Таможенный Союз
На столь противоречивом фоне началась эпоха Таможенного Союза – очередного во многом политического проекта российского руководства в сфере интеграции на постсоветском пространстве. Белорусские власти быстро уловили, что за шанс обещает им Таможенный Союз. У Минска появляется возможность оттянуть на себя солидную долю таможенных платежей, спекулируя на статусе пограничной и транзитной по отношению к Таможенному Союзу территории. В случае неблагоприятной для себя конфигурации соглашения о распределении таможенных платежей в ТС, появится возможность явочным порядком не возвращать часть платежей, прежде всего, в российский бюджет. Произойдет долгожданное снятие на границе России и Беларусью контрольных таможенных постов, что открывает возможности для доступа на российскую таможенную территорию товаров третьих стран через Беларусь. Введение с 1 января единого таможенного тарифа существенно не изменит ситуацию с импортом важных для республики товаров, так как будут приняты ряд указов и распоряжений для специмпортеров.
Кроме того, подписание белорусской стороной документов по созданию Таможенного Союза открывает для белорусского руководства платформу для демагогической критики партнеров по ТС, прежде всего России, в невыполнении заявленных решений и гарантий. Поразительно, но в Минске уверены, что участие в Таможенном Союзе, по мнению белорусской стороны, не несет каких-либо ограничений для втягивания республики в иные экономические проекты, в частности – зону свободной торговли в рамках программы ЕС «Восточное партнерство».
Минск вошел в Таможенный Союз с условием, что через несколько месяцев он получит неограниченный доступ к российским энергоносителям по внутрироссийским ценам. Отсюда и мажорный настрой А. Лукашенко перед визитом в Москву на юбилейный Высший ГосСовет (10 декабря). Однако после пятичасовой беседы с Д. Медведевым, А. Лукашенко так и не собрался с силами выступить с очередной пресс-конференцией об «успехе» в Москве. Даже обещать было нечего…
Итоги декабрьского саммита подвел первый вице-премьер РФ И. Сечин, предложивший жесткую формулу поставок нефти в РБ в следующем 2010 году. Москва могла себе это позволить на фоне строительства БТС-2 и решения вопроса о строительстве газопровода «Северный поток». Лишение РБ транзитного статуса стало вопросом 400-500 дней.
Последний удар: 18 декабря на саммите Таможенного Союза в Казахстане А. Лукашенко не смог пролоббировать создание единого экономического пространства в 2011 году. ЕЭП должен заработать только с 1 января 2012 г. Если вообще заработает.
Год заканчивается за столом переговоров о газе и нефти. Минску терять уже нечего.
Итоги
Сухой остаток 2009 г. в российско–белорусских отношениях:
- Союзное Государство окончательно превратилось в фикцию, а юбилейный Высший ГосСовет превратился для белорусского президента в провал;
- Россия в 2009 году прекратила кредитование республики;
- В два раза сократился экспорт белорусских товаров на российский рынок;
- Беларусь оказалась в двух проектах одновременно: Союзное Государство России и Беларуси и европейская программа «Восточное партнерство». Оба проекта далеки от надежд, возлагаемых на них Минском;
- Всевозможные белорусские теории «моста» между западом и Востоком, втягивания России в «Восточное партнерство» потерпели сокрушительный крах;
- Полностью утрачено доверие между Минском и Москвой. Ситуация оказалась усугублена привычками А. Лукашенко вести себя в отношении своих партнеров крайне несдержанно.
- Полным ходом идет строительство БТС-2 и весной 2010 г. начинается укладка труб на дно Балтики (газопровод «Северный поток»). Проект второй очереди газопровода «Ямал - Европа» окончательно закрыт.
- Республика подошла к 2010 году без соглашений о поставках российских углеводородов.
Между тем, всего год назад многое из вышеперечисленного у Минска было. А. Лукашенко все растерял и разрушил…
Сейчас белорусский президент надеется на Таможенный Союз, на то, что по заполненным под завязку российским трубопроводам в РБ придет казахская нефть (словно там ее девать некуда), что заработает ЕЭП и А. Лукашенко станет, как в благословенные 90-е годы, торговать российской и казахской нефтью. В общем, ему остались только надежды…
Пожелаем белорусскому президенту в Новом Году побольше здравого смысла и меньше фантазий.
23:56 29/12/2009




Loading...


загружаются комментарии