Россия и Белоруссия померились премьерами

Вчера Владимир Путин прилетел в белорусский город Брест и после нескольких совещаний с председателем правительства Белоруссии Сергеем Сидорским заявил, что Россия всегда шла навстречу белорусским друзьям и 6,3 млн тонн беспошлинной нефти для Белоруссии — лучшее тому подтверждение. А вице-премьер российского правительства Игорь Сечин заверил специального корреспондента "Ъ" АНДРЕЯ КОЛЕСНИКОВА, что его нисколько не задевает визит Александра Лукашенко в Венесуэлу, который многие расценивают как попытку вырваться из договоренностей о беспошлинной и пошлинной частях поставок российской нефти в Белоруссию: "Нам не жалко".

Владимир Путин прилетел в Брест на пункт таможенного досмотра "Козловичи-2" (ну а как он еще мог называться?). Вовремя покинул Белоруссию президент этой страны Александр Лукашенко, который, очевидно, не в состоянии находиться с Владимиром Путиным в одной стране. Сердцу его спокойней в Венесуэле, где, впрочем, тоже может в любой момент оказаться и непременно окажется Владимир Путин, так что нет точки на карте, где Александр Лукашенко может чувствовать себя в полной безопасности. А для того чтобы обезглавить Белоруссию, достаточно теперь анонсировать визит сюда Владимира Путина: и Александр Лукашенко спасается отсюда бегством, причем в лучшем случае примерно через такой пункт таможенного контроля, как "Козловичи-2", который приехал инспектировать в Белоруссию российский премьер (в рамках Таможенного союза именно здесь будут проверяться грузы, идущие через Белоруссию в Россию из стран ЕС), а в худшем — ушел в Венесуэлу нелегалом.

"Козловичи-2" — образцовый пункт таможенного контроля. Здесь задерживают всех, кого до сих пор пропускали везде. Тут, например, взяли гражданина одной африканской страны, который пытался в 2006 году пересечь границу Белоруссии по паспорту государства Британский Гондурас, прекратившего свое существование еще в 1984 году и с тех пор называющегося в миру Белизом.

Здесь же остановили триумфальное движение по Европе гражданина с паспортом Мира (именно так называется документ, который я держал в руках).

— Нет такого паспорта и не может быть,— убежденно сказал майор Кузьма Лесняк.

— На что же рассчитывал его обладатель? — удивился я.

— На то же, на что рассчитывал, когда уже пересек половину Европы,— объяснил Кузьма Лесняк.— Вот, видите, ему почему-то шенгенскую визу выдали. Поставили в паспорт, который сочинен от начала до конца. Но нас он не прошел. Не было у него шанса пройти через нас.

После двух совещаний, российско-белорусских правительственных переговоров и совмина Союзного государства Белоруссии и России, которые проходили в закрытом режиме, я спросил у вице-премьера российского правительства Игоря Сечина, не считает ли он, что Александр Лукашенко обвел его вокруг пальца: беспошлинный объем нефти взял беспрекословно, а от того, что предназначался с учетом пошлин для переработки и реэкспорта в третьи страны, отказался в пользу венесуэльской нефти.

— Нам не жалко! — весело ответил господин Сечин.— Мы знаем, что мы там, в Венесуэле, делаем. Там работают все наши крупнейшие нефтяные компании. Там работает ЛУКОЙЛ, "Газпромнефть"... Мы знаем, что 9 марта парламент Венесуэлы ратифицировал соглашение по разработке Хунина-6. Он ратифицировал его! Это мы знаем. А насчет Лукашенко ничего не знаем. Что за договоренности? Кто будет все это делать? Как разрабатывать?

Господин Сечин помолчал и добавил:

— Нужен успех! Успех нужен! Вот в этом дело. В этом направлении насчет этого и думать надо.

Действительно, господину Лукашенко нужен успех, и именно после переговоров его собственных и переговоров его подчиненных с господином Сечиным. Эти переговоры, по общему мнению, белорусская сторона проиграла.

Господин Сечин предложил спокойно переждать визит Александра Лукашенко в Венесуэлу и посмотреть, что будет дальше. А дальше, намекнул он, скучно не будет.

Между тем на пресс-конференции по итогам дня господин Сидорский вернулся к этой проблеме. Он напомнил, что беспошлинно Белоруссия получает для внутреннего потребления 6,3 млн тонн нефти в год в соответствии с соглашением Сечина—Семашко.

— 21 млн тонн нефти будет поставляться с пошлинами,— сказал он, словно игнорируя поездку своего шефа в Венесуэлу.— В перспективе мы должны принять достаточные меры, чтобы уйти от всех пошлин.

Господин Путин предпочел горячо согласиться с этим замечанием.

— С созданием единого таможенного пространства,— заметил он,— все пошлины должны быть сняты! Это действительно так. Для этого, правда, должно быть соблюдено очень много условий. И это таможенное пространство, как известно, должно заработать с 2012 года. В этом году мы пошли навстречу нашим белорусским друзьям и, пока не наступил 2012 год, беспошлинно поставляем 6,3 млн тонн.

На вопрос, поднималась ли тема признания Белоруссией Южной Осетии и Абхазии, господин Путин ответил резко отрицательно. Нет, такую тему он никогда не поднимал ни на каких переговорах с белорусским руководством, и у него нет данных, разговаривали ли об этом Дмитрий Медведев и Александр Лукашенко.

— Но мы всегда и беспрекословно поддерживали Белоруссию в мире,— при этом добавил господин Путин,— и я говорю нашим коллегам за рубежом: вы в наши проблемы не лезьте. Белорусы сами... белорусы сами во всем разберутся...

Эта тема, конечно, беспокоит господина Путина, и вопрос для него не был случайным.

— Да, в России ожидали, что Белоруссия поддержит независимость Южной Осетии и Абхазии,— продолжил он.— Но мы понимаем, что МВФ предоставляет ей кредиты, $3 млрд... хотя и здесь есть наше участие, наши деньги... Понимаете,— воскликнул вдруг господин Путин,— есть позиция Кисы Воробьянинова: торг здесь неуместен! И в целом я разделяю позицию Кисы!

Он прямо имел в виду, что за все хорошее, что сделала Россия для Белоруссии на международной арене, та должна была по-честному поддержать независимость Абхазии и Южной Осетии.

— Но решать этот вопрос должен президент Республики Беларусь Александр Лукашенко,— добавил премьер, пожав плечами.

Господин Путин давил на совесть господина Лукашенко. То есть скорого признания Южной Осетии и Абхазии от Белоруссии ждать не приходится.

Пресс-конференция подходила к концу, когда господин Путин решил вдруг закончить ее безоговорочно триумфально для себя. Он взял слово и безо всякого вопроса напомнил, что Белоруссия покупает российский газ за $169 за 1 тыс. кубометров, а, например, Украина — за $304 и, таким образом, это больше $2 млрд экономии для Белоруссии в год. На том, что беспошлинно поставляются 6,3 млн тонн нефти в год, Белоруссия экономит еще $1,6 млрд в год.

— Плюс "Газпром" доплачивает за свою часть "Белтрансгаза" $600 млн,— закончил господин Путин и посмотрел на коллегу Сидорского.

Тот, подняв брови, кивнул.

Победа была легкой. Весовые категории Владимира Путина и Сергея Сидорского и в самом деле разные.

А с господином Лукашенко российский премьер еще, вне всякого сомнения, побеседует лично.
09:57 17/03/2010




Loading...


загружаются комментарии