В чем сила, комиссар?

Прошедший на минувшей неделе республиканский семинар идеологических работников живо напомнил политические форумы поздней брежневской эпохи. То ли профсоюзный, то ли комсомольский съезд, когда участники донимали друг друга докладами на тему, как лучше мобилизовать вверенный контингент на выполнение поставленных партией задач. Роль «Партии» выполняют сегодня Лукашенко и его «вертикаль», задача – идеологическое оформление приближающихся президентских выборов.

Идеологический контроль над обществом является необходимым условием функционирования любых авторитарных режимов. Для этого и создана в Беларуси идеологическая вертикаль, а в трудовые коллективы внедряется институт идеологических комиссаров.
После краха советской системы, ликвидации парткомов был провозглашен принцип деполитизации общества. Что не означало отказа от политических организаций вообще, но означало изгнание их из многих сфер общественной жизни, прежде оккупированных КПСС – производства, армии, милиции, образования.
Избранный президентом Александр Лукашенко очень быстро от такого принципа отказался, поскольку политизация в его представлении означает – контроль. Предприятия и учреждения вновь, как и в период коммунистического режима, стали опутываться политической паутиной: вернулись ежемесячные «единые политдни», обсуждения различных политических документов. Коллективы охватили системой разнарядок по выдвижению представителей для участия в различных политических мероприятиях - «всебелорусском народном собрании», митингах и прочих актуальных для власти массовках. К таким «мероприятиям» власть явно относит уже и выборы, контролируя через руководителей и активистов разных уровней весь процесс – от выдвижения кандидатов (если это выборы местные) до голосования. Модифицированные профкомы и ячейки БРСМ на предприятиях и в учреждениях воссозданы по забытому было производственному принципу формирования политических организаций.
По своему функциональному назначению насаждаемый повсеместно институт политруков напоминает былые парткомы. Правда, сейчас они лишены права контролировать деятельность администрации предприятий и учреждений. Зато сохранилась главная функция. Она состоит не столько в информировании и пропаганде мудрой политики президента. В условиях информационного общества, в которое как бы то ни было, вступает Беларусь, манипулирование общественным сознанием гораздо эффективнее осуществляется с помощью электронных СМИ. Главная функция политруков состоит в контроле над трудовыми коллективами, политической благонадежностью их членов.
Это особенно важно в условиях, когда Беларусь в результате, как проводимой многие годы политики, так и неблагоприятных внешних факторов, столкнулась с серьезными экономическими трудностями. Последствия глобального кризиса для страны усугубили закрытие нефтяного оффшора с сопутствующим острым кризисом нефтепереработки, экспортные проблемы на российском рынке. Когда цены растут, а зарплата не увеличивается, тогда самое время учреждать идеологических комиссаров. Стремление заменить пищу материальную пропагандистской жвачкой всегда было отличительным знаком политической сущности режима. Приходится суетиться и лихорадочно искать новые подпорки. Обращение к идеологии - это инстинктивная реакция на потенциальную угрозу стабильности власти. Прежний жизненный опыт людей, которые стоят ныне во главе государства, подсказывает, что когда население перестает доверять власти, необходимо усилить на него пропагандистский нажим.
«Ни одно государство не может основываться на силе и принуждении», - говорил на семинаре глава администрации президента Владимир Макей. Мысль правильная, но астрономически далекая от реальности, поскольку именно белорусские власти, не сумевшие в силу разных причин сформулировать понятную и привлекательную для общества «идеологию», вынуждены делать ставку на грубую силу. Репрессивная машина запущена не только против оппозиции, прямых политических оппонентов, но и против всех недовольных. Любые попытки протеста жестко пресекаются. Иначе говоря, стабильность обеспечивается не столько идеологической филигранью, сколько силой и принуждением.
И это понятно не только каждому школьнику, но и многим идеологическим работникам. Потому, видимо, на семинаре идеологи критиковали идеологов, призывали друг друга «слышать людей» и искать «новые подходы». Этот мозговой штурм «зияющих высот» Идеологии не смогли актуализировать ни приглашенный куратор инкубатора новых технологий Цепкало, ни «конструктивная критика» пресных сайтов госучреждений и государственных СМИ, беззубых районных газет. Даже новаторское предложение завести блоги в защиту государственной идеологии не вызвало ни смеха, ни раздраженных протестов. Итог дискуссии, надо думать, был заранее известен его участникам - в рамках существующей политической системы все эти проблемы не имеют решения. 
Дело даже не в том, что идеологическая вертикаль пытается проводить идеологическую работу при отсутствии внятно сформулированной государственной идеологии. Скажем, северокорейские коллеги тоже используют не особо выдающийся теоретический материал. Видимо, принцип прост – тупую идеологию следует насаждать тупыми методами. Меняешь идеологию – меняй и метод. И наоборот.
Белорусский режим реанимировал идеологическую машину 1970-80-х годов, работавшую практически вхолостую и оказавшуюся неспособной предотвратить крах коммунистической системы. Может ли эта машина эффективно сработать в 2010 году? При отсутствии идеологии, которая воспринималась бы людьми без иронии, при обострении социально-экономических проблем, доминировании в массовом сознании политического нигилизма, деидеологизации, неверия, создание идеологической вертикали уже привело к такой показухе, формализму и цинизму на всех уровнях власти и в трудовых коллективах, каких не видывали советские времена. Эта машина неминуемо сломается. Еще и по той простой причине, что лукашенковские комиссары, в отличие от первых большевистских, сами не верят в идеи, за которые призваны агитировать других.
11:32 26/03/2010




Loading...


загружаются комментарии