Роман Яковлевский: Беларусь беременна переменами

"Многовекторность" белорусской внешней политики, скорее, говорит о ее беспринципности и ни к чему хорошему привести не может. Такое мнение в эфире TUT.BY высказал политический обозреватель Роман Яковлевский. Подробный аналитический обзор внешней политики Беларуси в свете последних событий независимый международный эксперт завершил словами "Того, что было в Кыргызстане, нам не грозит, но очевидно, что Беларусь беременна переменами…"

- Курманбек Бакиев после революции в Кыргызстане оказался в Минске, а временное правительство страны намекает на то, что есть повод направлять в белорусский МИД запрос об экстрадиции бывшего президента. Если этот запрос будет направлен в МИД Беларуси, как вы думаете, что произойдет дальше? Будет ли выдан временным властям Кыргызстана Курманбек Бакиев и как будут дальше развиваться отношения нашей страны с Кыргызстаном?
 
- Официальный представитель белорусского МИДа уже нам пояснял, как эта процедура будет протекать. Он отметил, что она очень длительная: в соответствии с международным правом должны быть надлежащим образом оформлены документы с запросом на экстрадицию. Такие документы стали готовиться после решения о лишении неприкосновенности Курманбека Бакиева. Я думаю, что это будет долгий процесс, хотя в последнее время нельзя не обратить внимания на действия Москвы. Я имею в виду быструю выдачу бывшего министра внутренних дел по запросу Бишкека. Кроме того, арестован бывший глава аппарата правительства Бакиева. Что касается самого Бакиева, безусловно, его сегодняшнее нахождение в Беларуси не будет способствовать улучшению отношений, и не только двусторонних.
 
- Нынешнему временному правительству Кыргызстана стали задавать вопросы: а что предстоит саммиту ОДКБ, членом которого Кыргызстан является? Лукашенко приедет с Бакиевым на саммит, представляя его как законного президента? Или будут присутствовать нынешние власти в Бишкеке?
 
- Лукашенко сказал, что сам еще не определился, поедет ли он на саммит. Но мы говорим о беглом киргизском президенте. Присутствие Лукашенко никто не сможет запретить, если он пожелает. Что касается Бакиева, такое присутствие я исключаю. В то же время я не думаю, что на такого рода форумах в рамках СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС, членом которого остается Кыргызстан, - будет представлено временное правительство. Почему? Должны пройти соответствующие процедуры юридического характера, выборы, будет рассматриваться новая Конституция (в июне в Кыргызстане пройдет конституционный референдум, в октябре - парламентские и президентские выборы. – TUT.BY) – вот тогда новое правительство будет легитимно. Сегодня оно не совсем легитимно, и поэтому, как сказал глава правительства, в интервью одному российскому информационному агентству, "мы с пониманием отнесемся к тому, что мы не можем сегодня присутствовать на такого рода форумах".
 
- Очень заметна была реакция Медведева и Путина. Почему власти России так задело, что Курманбек Бакиев оказался в Минске?
 
- Я бы не сказал, что это задело Москву, скорее, вызвало недоумение. Это немножко разные вещи. Суверенное право суверенной Беларуси – определять, кого принимать в качестве гостя - я подчеркиваю, Бакиев тут в качестве гостя, хотя на пресс-конференции в Минске он был представлен как президент Кыргызской Республики. Более того, Лукашенко имеет право по действующей Конституции (по которой, как он сам сказал, президент обладает царскими полномочиями), такие действия совершать. Вопрос в другом: какие заявления последовали со стороны официального Минска. Вот они, конечно, Москву не могли радовать.
 
В частности, я хотел бы акцентировать внимание на теме, связанной с военным сотрудничеством. До сих пор это была священная корова двусторонних и многосторонних отношений с участием Беларуси. Сомнению его целесообразность не подвергалась. Что мы сегодня слышим? Что ОДКБ в нынешнем виде нецелесообразно и вряд ли Беларуси есть смысл участвовать. Ну а дальше мы еще поговорим и о двух российских базах, поводом к высказываниям о которых послужило Черноморское соглашение в Харькове, которое подписали Медведев и Янукович – довольно неожиданно для многих. Неожиданно, потому что быстро.
 
- Стоит ли связывать эти события – Бакиев в Минске и харьковское соглашение?
 
- Связывать в том смысле, что это касается участия Беларуси – полноценного и эффективного участия – в военно-политической составляющей интеграции – в данном случае с Россией, - конечно, стоит. В связи с этим и пошло по цепочке упоминание и российских баз, которые, подчеркиваю, находятся в Беларуси на законном основании, согласно юридически оформленным документам. По этому соглашению, если память мне не изменяет, аренда была на двадцать пять лет бесплатная. Но бесплатная в том смысле, что были преференции. Известно, что называлась цифра в один миллиард долларов. По тем временам – пятнадцать лет назад – это огромная сумма. И сегодня поднимается вопрос о российских базах, потому что увидели, сколько Россия может заплатить за базу на территории Украины. Хочу в связи с этим заметить, что это соглашение в Харькове фактически поставило крест на перспективах Украины в членстве в НАТО. Потому что не может страна-член НАТО позволить на своей территории иностранные базы, тем более, не члена этого же альянса.
 
- Это говорит об определенном серьезном выборе Украины. Или они сами этого еще не понимают?
 
- Когда мы говорим о выборе Украины, я хотел бы напомнить, что Янукович победил с перевесом всего лишь в три процента. Выборы были признаны легитимными, транспарентными, демократическими. Но то, что сегодня делает новое руководство в Киеве, не очень согласуется с результатами интеграции европейской, интеграции с НАТО, к которым Украина пришла на момент выборов. Так что выбор Украины – да. Но с трехпроцентным перевесом. То есть отрицается наличие серьезной оппозиции, в том числе и Харьковским соглашением.
 
Власти Украины – это моя личная точка зрения – все больше и чаще проявляют тенденцию, склонность к белорусской модели правления, хотя Украина не суперпрезидентская республика. Таким индикатором являются средства массовой информации в Украине, где есть телевизионные каналы, которые далеко не являются проводниками политики нынешней власти, то есть, оппозиционные каналы, есть провластные каналы. Есть плюрализм.
 
- Хорошо или плохо для Беларуси такое стремительное сближение Украины с Россией?
 
- Ничего плохого в этом не вижу. Мне в вашем вопросе видится другое: может ли Киев и Минск быть этаким альянсом, отстаивать свои интересы в противостоянии с Москвой? Я сразу скажу: нет, не может. И эта карта пыталась разыгрываться прошлым, третьим по счету президентом Украины, Виктором Ющенко, который был очень идеологизирован, что давало повод для таких антироссийских элементов сотрудничества Киева и Минска. При нынешней власти в Киеве это просто невозможно, хотя бы потому, что для Януковича и тех украинских капиталистов – а в Украине правит не компрадорский, а национальный капитал – для них важнее российский газ, чем какая бы то ни была форма дружбы между президентами Беларуси и Украины.
 
- Все-таки давайте разберемся с Россией. На прошлой неделе заявления и Медведева, и Путина не напрямую, конечно, показывали, но создавалось такое ощущение, что дружба с Беларусью закончена и у России появился новый друг – Украина. Может быть, это только мне так показалось?
 
- Знаете, на мой взгляд, это обманчивое впечатление и ощущение. Во-первых, Украина не Беларусь – хотя бы по своим размерам, по влиянию, по другим параметрам. И думать, что Россия будет дружить с Украиной за счет Беларуси или с Беларусью за счет Украины... Об этом можно было говорить, когда и в Москве, и в Минске были очень сильно напуганы "оранжевой" революцией. Сегодня такого нет. Еще нет и двух месяцев, как Янукович пришел к власти, а уже столько событий произошло! Нет, тут по-другому: когда вы говорите о заявлениях Путина и Медведева, это очень ясные заявления, хотя там и не называлась фамилия президента, который приютил человека без работы. Я думаю, что это была констатация уже давно известного состояния двусторонних отношений, конфликт в которых пролегает между руководствами двух стран, а не между народами, что просто исключено. И любые попытки – умные или неумные – развязать в средствах массовой информации какую-то антироссийскую или антибелорусскую пропаганду – они, как любил говорить патриарх российской политики, Евгений Примаков, контрпродуктивны. Они не могут отвечать национальным интересам двух стран.
 
- Буквально на днях от Москвы последовало еще одно заявление: видимо, Россия будет вступать в ВТО без нас. Я имею в виду, не Таможенным союзом, а отдельно. Это тоже может считаться продолжением какой-то тенденции в отношениях Беларуси с Россией?
 
- Я хотел бы напомнить, что это не первое заявление подобного рода. Вы имеете в виду заявление Шувалова, первого вице-премьера российского правительства, в Штатах. До этого Медведев заявлял, что можно так, а можно иначе. Что лучше, что теплее, что ближе будет – это Медведев еще сказал, фактически подвергнув сомнению путинскую фишку со вступлением в ВТО трех стран одновременно. Даже усмотрели в этом противоречие между Медведевым и Путиным.
 
- Шувалов поставил точку в этом вопросе, или это было всего лишь еще одно мнение?
 
- Нет, я думаю, это мнение, которое наиболее ясно отражает сегодняшнюю реальность. По-другому быть не может, потому что в процессе вступления во Всемирную торговую организацию все три страны находятся на разных стадиях. И Россия, и Казахстан уже очень близки: больше восьмидесяти процентов переговорного процесса пройдено, Беларусь – значительно меньше и практически бесперспективна в этом плане. Что касается Таможенного союза в том виде, в каком он был заявлен, то лично я смотрю на это очень скептически. И я не думаю, что первого июля заработает очередной этап Таможенного союза, который нам обещают.
 
Таможенный союз – это этап на пути создания единого экономического пространства. Это второй путинский проект под названием "Единое экономическое пространство", который на сегодняшний день терпит фиаско. Первый проект – это был квартет – еще Украина была. Но Украина в первую очередь стояла за зону свободной торговли. Россия на это не шла. Украина после этого стала членом Всемирной торговой организации. Я напомню, почему на сегодня важно для России, что Украина – член Всемирной торговой организации. Она должна дать добро, как и любая другая страна-член ВТО, на принятие нового члена. Так вот сегодня, в отличие от "оранжевых" времен, у России меньше поводов, а то и нет их, для беспокойства о поведении Украины, если станет конкретно вопрос о принятии России во Всемирную торговую организацию. И хотел бы напомнить, когда мы говорим о зоне свободной торговли, а это самый привлекательный момент в восточном партнерстве – об этом почему-то не пишут – у Беларуси с Украиной давно есть соглашение о свободной торговле. Просто оно не выполняется.
 
- А почему оно не выполняется?
 
- Видимо, это и проясняли президенты двух стран, когда беседовали за закрытыми дверями. Тут хочу сказать, не претендуя, что я какую-то Америку открываю, что один из основных вопросов белорусско-украинских торгово-экономических отношений – это стремление белорусской стороны навязать соглашение о так называемой приграничной торговле с преференциями. В данном случае это Черниговская область. То есть, чтобы белорусские товары вывозились и по каким-то преференциям продавались. Украине довольно сложно на это пойти, потому что она член Всемирной торговой организации, и есть определенные правила. Но в то же время есть и зона свободной торговли между двумя странами. И об этом почему-то не пишут даже государственные СМИ. А ведь смех смехом – многие смеялись, куда Беларусь денет свое знаменитое молоко, когда Россия стала известные препоны делать – но сегодня оно очень успешно экспортируется в Украину. И большая его часть (так обеспечивается его сохранность) развозится на японских молоковозах, которые дальновидно приобрела Тимошенко. И белорусское молоко очень востребовано в Украине, и юмор, сарказм, пессимизм по поводу экспорта белорусской сельхозпродукции на данном примере не имеет основания. Меня только удивляет, что об этом не говорят государственные, пропагандистские органы. Это идет успешно, хотя соглашения о приграничной торговле сегодня нет.
 
Я не думаю, что из-за белорусского молока Россия станет ссориться с Киевом сегодня. Там другая система координат и другие параметры взаимоотношений. Мы знаем, что Россия сейчас сняла запрет на импорт украинских труб большого диаметра. Это очень важно для украинской промышленности, которая находится в тяжелом состоянии. Вот такие глобальные вещи решаются, и для России радостно, что соглашение по Черноморскому флоту похоронило "оранжевые" мечты о вступлении Украины в НАТО. Россию это очень удовлетворяет. В меньшей степени, я предполагаю, Россию будет удовлетворять ратификация договора о государственной украинско-белорусской границе, на чем очень настаивал, в том числе, и Европейский Союз, потому что это составляло определенные трудности для европейской интеграции Украины. Должна быть ясность с границами. В Украине более либеральный визовый режим, чем в Беларуси, и даже чем в России. Смотрите, что получается: граница будет принимать все более классический вид, хотя главный пограничник, генерал Рачковский, сказал, что на это уйдет лет десять, но на сегодняшний день я не вижу, чтобы кто-то испытывал из-за этого волнение. Чем сам факт подписания этого многострадального договора спустя столько лет может настораживать Россию? Тем, что у нее такого договора с Украиной нет. Эти географические вещи, связанные с незаконной миграцией, наркотрафиком и так далее, ложатся большей нагрузкой на Россию.
 
Я хотел бы заметить, что этот договор с Украиной о государственной границе подразумевает и еще одно соглашение – возвращение незаконных мигрантов. В свое время Беларусь заняла правильную позицию, желая со всеми сопредельными странами заключения такого договора, чтобы не стать отстойником этих мигрантов. Но вот сейчас ситуация складывается по-другому, и по отдельности идут. Вот это может как-то напрягать, вызывать вопросы. Но в общем мы видим сегодня, что Москва настроена оптимистично: Медведев на севере, Путин на Каспии, Медведев в Харькове, Путин в Италии. То есть, дуэт очень слаженно работает и, надо заметить, успешно.
 
- Пока Медведев и Путин в других местах, Янукович в Минске о чем-то договаривался с Лукашенко. Как вообще можно оценить этот визит?
 
- Согласитесь, когда официальный визит проходит длительностью один день – это редкость. Обычно два-три дня, с культурной программой. Тут получилось так, как будто Янукович проездом из Страсбурга. Там он выступал на парламентской ассамблее Совета Европы. Янукович за недолгое время своего президентства совершил целую серию успешных визитов. Брюссель, Москва, Вашингтон, где он очень эффектно и с большим успехом сделал заявление, что Украина отказывается от ядерного топлива и готова отдать его (мы знаем некоторые другие заявления: что "бесплатно не отдадим"), Страсбург и Минск. Янукович вернулся домой с результатами. Один из этих результатов – у него на руках сертификационные грамоты договора о границе, который еще Кучма подписывал с Лукашенко. Кучма не смог, Ющенко не смог, а Янукович воспользовался плодами. То есть, его личной заслуги я в этом не вижу, но выпало так – и он с этими грамотами вернулся в Киев. Единственно, на мой взгляд, существует реальная опасность после ратификации этого договора, что "украинское окно в Европу" для белорусов может даже закрыться. Этот договор неминуемо подразумевает введение со временем визового режима между двумя странами. Для белорусов, которые и так в Европу, в отличие от россиян, ездят за 60 евро, это крайне неприятно. Еще и визовый режим с Украиной… В этом плане перспектива безрадостная.
 
- Посмотрим на Запад. Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию по Беларуси о прекращении контактов на высоком уровне. К чему это может привести? Там как-то двояко указывается: приостановление контактов на высоком уровне, но при этом призывают к продолжению диалога с Беларусью – если не на высоком, то на каком уровне?
 
- На других уровнях. И мы видим, кто выступал и внес лепту в это решение. Это один из лидеров белорусской оппозиции Анатолий Лебедько. Мне доводилось его слышать в том же зале, где он выступал на днях. Это было на предыдущей сессии, когда рассматривался вопрос о возможности возвращения статуса специально приглашенного в Беларусь. У Беларуси, к сожалению, было только одно требование: даже не запретить смертную казнь – а это для Совета Европы очень важный момент, – а объявить мораторий. И это уже позволило бы снять это ненормальное отношение между Советом Европы и Беларусью. Я замечу, что Беларусь – единственная страна в Европе, которая не является членом Совета Европы. Нормальным это назвать нельзя, но в то же время я хотел бы напомнить слова литовского депутата Варейкиса, который сказал при обсуждении белорусского вопроса, что Совет Европы – это не географическое общество, это все же общество, членство в котором подразумевает приверженность определенным общепринятым ценностям. И то, что вчера произошло, на мой взгляд, является одним из аккордов затухающего, так называемого диалога официального Минска с Европой, который, как нас уверяли, успешно проходил в течение всего прошедшего года.
 
- Было похоже, что он проходил…
 
- Да, похоже. Но результаты… Разговоры ради разговоров. Я тут хотел бы процитировать двух польских президентов – Качиньского и Квасьневского. В отношении Беларуси Квасьневский говорил, что обязательно надо разговаривать. В отличие от него, Качиньский еще дополнял: разговаривают тогда, когда есть о чем. Кстати, если я упомянул польских президентов, проблема, созданная и существующая сегодня с непризнанным Союзом поляков, сыграла очень существенную роль в принятии резолюции ПАСЕ. Потому что мы знаем, что активность польских депутатов – это и Европарламента касается, и Совета Европы – очень значительная и очень эффективная.
 
Когда мы говорили о Центральной Азии, упомянули Казахстан. Есть смысл об этом сказать больше. Казахстан сегодня председательствует в ОБСЕ. И мы знаем, что в ОБСЕ есть структура БДИПЧ, которая дает оценку выборам. Штаб-квартира ее находится в Варшаве. Мы также знаем мнение официального Минска о том, что общих стандартов в отношении выборов ОБСЕ не имеет. Но это мнение официального Минска. Что касается роли Казахстана, она на сегодняшний день очень значительная, потому что Казахстан представляет все страны СНГ, будучи председателем ОБСЕ. А Беларусь – одна из основателей СНГ. С другой стороны, хотел бы напомнить, что Казахстан не мог бы стать председателем ОБСЕ, если бы не был достигнут компромисс между Вашингтоном и Москвой. И с учетом этих вопросов, связанных с безопасностью (а Кыргызстан еще усложнил нам эту систему безопасности), политика Назарбаева, которого Лукашенко в последнее время очень критикует (это связано с позицией в отношении Кыргызстана и с Таможенным союзом), признается мудрой. Да, балансирует между Москвой и Вашингтоном, но, на мой взгляд, балансирует удачно. Почему я ОБСЕ вспомнил? Это так называемая многовекторная внешняя политика Беларуси, которая нам все время напоминает, что она многовекторная, но я напомню, к чему она привела. Мы вместе со Шри-Ланкой – я ни в коем случае не умаляю ее значения, мы цейлонский чай очень любим – партнер Шанхайской организации сотрудничества. В чем белорусский национальный интерес в географической организации, куда входят такие страны, не очень трудно понять. Реликтовое Движение неприсоединения возникло, когда был блоковый мир – НАТО, СЕНТО, СЕАТО, Варшавский договор. Что сегодня Беларусь в этом движении, председателем в котором является нынешнее руководство Ирана? Где мы оказались? И в то же время Беларусь, находясь в центре Европы, - единственная страна, которая не является членом старейшей организации в Европе. Это Совет Европы. И что это? Мы на Луне или где?
 
- И в то же время мы строим союзное государство с Россией – и тоже не очень получается.
 
- Нет, уже не строим. В чем признаки его строительства? Если слушать такого "сказочника" – это не мои слова, а Николая Чергинца, – как госсекретарь Бородин, то можно подумать, что это государство вот-вот будет. Но это просто неуважение к тем слушателям, которые оказываются аудиторией этого чиновника. Это союзное государство виртуально, хотя и таким его уже сложно назвать. Этого государства нет. То, что называется Союзным государством Беларуси и России, - это кто-то так придумал: аналогов в мире нет. Потому что не могут два субъекта международного права быть в одном государстве. Так и Татарстан в России имеет право стать членом ООН. Я так это понимаю. Может, меня официальные юристы, апологеты Союзного государства, в чем-то поправят, но я вот так это вижу. Вернее, не вижу я этого государства.
 
- Хорошо. Не обсудили мы еще отношения Беларуси с Соединенными Штатами Америки. Стоит ли их обсуждать? Есть ли эти отношения?
 
- Если бы их вообще не было, не было бы тут посольства. Другой вопрос, что они находятся на ненормальном уровне. Я напомню, что в свое время эта политика самоизоляции Беларуси привела к тому, что Конгресс США впервые в американской истории принял специальный закон по Беларуси под названием "Акт в поддержку демократии" единогласно! В такие минуты я начинаю верить в роль личности в истории. То есть так убедить американских законодателей единогласно проголосовать за санкции – фактически, это предусмотрено "Актом в поддержку демократии", - это надо быть выдающимся политиком.
 
- Куда мы движемся со всей этой нашей многовекторной политикой?
 
- Когда говорят слово "многовекторная", в моей голове возникает понятие плюрализма. Под многовекторностью зачастую понимают беспринципность – так же, как и под прагматизмом. Куда эта политика приведет, и что нас ожидает – я думаю, в отличие от прошлых этапов становления белорусского государства, мы довольно скоро узнаем. Одна из моих последних публикаций называется "Последний парад наступает". Правда, я писал это о параде Победы, о ветеранах, которых очень немного осталось, но я бы позволил себе такой ответ на ваш вопрос о многовекторной политике. При нынешней политике я не вижу радужных перспектив, что она как-то продуктивно отвечает национальным интересам Беларуси. Последний парад наступает. Что из этого получится, я не знаю. Я не Павел Глоба, хотя не надо быть Глобой, чтобы чувствовать, живя в Беларуси, что картина вырисовывается очень неоптимистичная. Безусловно, никакого Кыргызстана здесь не будет, боже упаси. У белорусов другая ментальность. Но то, что Беларусь, образно говоря, беременна переменами – это очевидно.
 
 
07:37 05/05/2010




Loading...


загружаются комментарии