Статкевич образно описал планы оппозиции и призвал на «Площадь»

В интервью газете «Солидарность» председатель оргкомитета по созданию Белорусской социал-демократической партии (Народная Грамада) Николай Статкевич рассказал о плюсах и минусах стратегий кандидатов в президенты и почему затягивается процедура выбора «единого».

- Первая стратегия, которую оппозиция уже использовала, мы образно назвали «типа выборы». Это когда мы делаем вид, что у нас есть выборы, и идем по всем этапам: создаем инициативные группы, собираем подписи, фиксируем, осуществляем наблюдение, а потом «неожиданно» для себя обнаруживаем, что голоса не считают. Мы разводим руками, немножко вяло протестуем, но затем призываем своих сторонников разойтись по домам и пишем жалобы в международные инстанции. Эту стратегию наиболее ярко реализовывали Александр Милинкевич и Александр Козулин на прошлых выборах в 2006 году.
Следующая стратегия — «Все в белом». Это стратегия бойкота. Суть ее в том, что мы не лезем во всю эту грязь, в нечестные выборы, лобовой конфликт с властью – в результате все оказываются в белом. Даже г-н Лукашенко, которому не надо мухлевать. В этом случае, кроме него, в выборах будут участвовать только технические кандидаты, которые потом станут благодарить и кланяться. Это позволит и нам остаться чистыми, и Лукашенко получить признание на Западе.
Третью стратегию мы условно назвали «Восток и Запад нам поможет». Это стратегия компромиссного кандидата, который будет приемлем и для Востока, и для Запада, которые, объединившись, заставят эту власть считать голоса, уйти в случае проигрыша, дать стране свободу. По сути, эту стратегию пытался реализовывать в 2001 году г-н Гончарик, прибегая, правда, также и к стратегии «типа выборы». Но тогда получилось так: хотя он и был компромиссным для Запада и Востока, но Восток его поддерживать не стал, потому что страну нашу рассматривал как свой задний двор. А что такое компромиссный кандидат на заднем дворе? Это значит, что половину заднего двора надо кому-то отдать. А зачем это надо?
Кроме того, эта стратегия не отвечает на вопрос: а как же этот Восток и Запад, объединившись, могут заставить эту власть считать голоса? Она не учитывает желание этой власти сохранить себя. И наконец, не учитывает волю белорусского народа, который может за компромиссного кандидата и не проголосовать.
Народ ведь в значительной части выбирает себе царя. Если старый царь надоест, не тянет, он выбирает нового. А когда им предлагают что-то мутное, непонятное, они могут и не проголосовать. Поэтому кандидат в первую очередь должен быть сильным, решительным и харизматичным.
Ну и четвертая стратегия называется одним словом – «Площадь».
Я надеюсь, что появятся и другие варианты стратегий. К сожалению, пока не все претенденты принимают участие в работе «круглого стола». Конечно, хотелось бы услышать стратегию г-на Милинкевича. Что касается стратегии г-на Михалевича, то она в целом понятна. В стратегии г-на Санникова есть много вопросов, но я думаю, он еще придет и расскажет.
— И все же хотелось бы конкретизировать, что вы понимаете под «Площадью»? В 2006 году тоже была «Площадь», да и сейчас, выдвигаясь, Александр Милинкевич говорил, что в случае нежелания власти считать голоса делает ставку на улицу. Но, мне кажется, вы «Площадь» видите немного по-другому, нежели Милинкевич?
— Да, совершенно по-другому. Думаю, здесь даже не надо ожидать неправильного подсчета голосов, а с самого начала избирательной кампании демократические силы должны оказывать уличное давление на власть: чтобы было отменено или хотя бы упорядочено предварительное голосование, чтобы оппозиция оказалась в избирательных комиссиях, чтобы наблюдатели, наконец, получили права наблюдать за подсчетом голосов.
Если все это давление не приведет к успеху, тогда его надо несоизмеримо усилить в день основного голосования. В конце концов, не стоит давать власти лазейку, что она на пять лет себя сохранит и останется такой мягкой автократией. Пусть уже определяется: или она жесткая кровавая диктатура или пускай считает голоса.
— Кто из претендентов имеет своей стратегией именно «Площадь»?
— Думаю, будет неуместно сейчас говорить о позиции участников «круглого стола». Это наша внутренняя кухня. Я свою позицию не прячу. Наверное, не зря г-н Лукашенко каждый раз меня «закрывает» под президентские выборы. Сейчас, наверное, денег не хватает, приходится вести диалог с Западом…
Именно поэтому главная роль в кампании должна принадлежать кандидату. У нас не получится, чтобы на выборы шел какой-то благообразный кандидат, а рядом с ним был бунтарь — лидер улицы. В лучшем случае этот бунтарь окажется на сутках за то, что ругался матом и писал на памятник, в худшем — уголовное дело.
Мы все под колпаком и единственный защищенный человек, по крайней мере, до конца кампании — это единый кандидат. Этот человек также должен привлечь на свою сторону симпатии миллионов, он должен быть сильным и решительным и не только собрать людей, но и знать, что с ними делать.
— Осталось только выбрать такого. Вы, кстати, согласны с предложенной процедурой выбора единого посредством экспертов Рады интеллигенции?
— У нас нет еще процедуры выбора единого. Пока было предложено два варианта: выбор экспертами Рады интеллигенции и предложение БХД: смотреть на то, у кого из кандидатов больше инициативная группа. Мы постараемся найти разумное зерно в каждой процедуре.
Я думаю, что будут еще варианты. Мне кажется разумным то, что кандидаты должны предъявить инициативную группу — как минимум, тысячу или две человек. Если кандидат набирает большое число сторонников — значит, он лидер, организатор, и у него есть способность вести за собой людей, это уже критерий избираемости. Не думаю, что тут надо выяснять, у кого больше, просто нужно объявить какой-то порог. Это первое.
Ну и, конечно, мы не обойдемся без экспертов. Но какие это будут эксперты? Если бы мы выбирали кандидата на соискание Нобелевской премии по литературе, то я бы с удовольствием воспользовался экспертами Рады интеллигенции…
Однако до определения процедуры, вначале надо выйти на стратегию, критерии и требования к кандидату, а дальше уже смотреть.
— А процесс не затянется?
— Если будет желание, то все можно сделать очень быстро. Я, по крайней мере, готов свои опыт и навыки использовать для подготовки тех же проектов документов. Но если искусственно подталкивать, то процесс вообще может сорваться.
К сожалению, мы очень поздно начали, хотя я еще в феврале просил Раду интеллигенции как можно скорее собрать нас вместе. Наконец собрали. Что ж, будем двигаться, как получится. Может, нам удастся договориться поздно, но лучше договориться поздно, чем не договорится вообще. Шанс на победу есть, но при условии консолидации.
 
12:16 09/06/2010




Loading...


загружаются комментарии