Потухший костер

Лукашенко не сделал вывода из недавнего информационного противостояния с Москвой.  

Потухший костер
Появившееся на прошлой неделе в белорусских СМИ интервью президента Беларуси А. Лукашенко сирийской газете «Аль-Ватан», является первым в рамках продолжающегося между Москвой и Минском политического кризиса более-менее системным заявлением главы белорусского государства о современном состоянии российско-белорусских отношений.
 
Заявление А. Лукашенко ценно уже тем, что оно, помимо основ политики официального Минска в отношении России, содержит элементы его личного восприятия политики Москвы, демонстрирует образ мышления белорусского президента, его надежды и чаяния. Стоит напомнить, что речи, выступления и заявления главы белорусского государства являются основным и во многом незаменимым источником о политических и частично экономических процессах, протекающих в республике, стратегических целях белорусского руководства, внешних проблемах, с которыми сталкивается официальный Минск.
 
Учитывая психологию А. Лукашенко и специфику его работы с информацией, публичные высказывания белорусского президента не требуют глубокой дешифровки, каких-либо сравнений и сопоставлений. Являясь, как любой президент, человеком в целом вполне информированным, мы не раз наблюдали ситуацию, когда А. Лукашенко проговаривался, подтверждая истинность народной пословицы «ради красного словца…». Зачастую можно было наблюдать, как «жареный» факт или какая-то особо пикантная новость буквально мучают А. Лукашенко, заставляют его говорить намеками, которые для людей несведущих должны были показать его осведомленность, но на самом деле экспертам, занимающимся политикой Республики Беларусь профессионально, позволяли сделать серьезные выводы.
 
В целом, анализ публичных заявлений А. Лукашенко при сопоставлении с более широким объемом информации о республике позволяет относительно системно отслеживать перипетии российско-белорусского политического кризиса.
 
Возвращаясь к интервью А.Лукашенко газете «Аль-Ватан» нам, естественно, хотелось бы получить более-менее ясные ответы на следующие вопросы:
 
- сделал ли А. Лукашенко некие стратегические выводы из развернувшегося в июне – июле текущего года между Москвой и Минском политического кризиса?
 
- какие ближайшие тактические шаги предпримет белорусский президент на российском направлении?
 
- в каком формате А. Лукашенко видит дальнейшее развитие российско-белорусских отношений в преддверии белорусских президентских выборов?
 
Анализируя непосредственно текст высказываний главы белорусского государства, нам придется  постоянно учитывать собственный предыдущий опыт работы с творчеством А. Лукашенко и знания его реальных политических взглядов. Важно также буквально сканировать мысли, которые в настоящее время мучают А. Лукашенко. В данном случае, учитывая, что в Беларуси существует классический авторитарный режим, косвенно диагностировать озабоченности главы белорусского государства помогает белорусский истэблишмент, который, как и положено в рамках авторитаризма или тоталитаризма, «зеркалит» взгляды своего политического лидера. В этом случае, если мы сейчас можем наблюдать в среде высшей белорусской номенклатуры ликование в отношении засухи и пожаров в России или нетерпеливое ожидание  очередной кавказской войны, то нам не трудно уяснить, что в настоящее время данные настроения обуревают и А. Лукашенко.  
 
Имея информацию о действительном отношении белорусского президента к России, российскому руководству и русскому народу, нас не введет в заблуждение такое заявление А. Лукашенко, высказанное газете «Аль-Ватан»: «Россия — это естественный, исторически сложившийся стратегический партнер Беларуси… У нас многомиллиардный торговый оборот, широчайший спектр областей взаимодействия».
 
На первый взгляд данный тезис имеет своим адресатом Москву и носит характер завуалированного знака российскому руководству, что мол, политический кризис между руководством двух стран не должен мешать экономике. Однако, в современном мире, к сожалению, это невозможно. Взаимосвязь экономики и политики является очевидной. Кроме того, данное заявление белорусского президента со всей очевидностью демонстрирует парадоксальность и слабость белорусской политической стратегии на востоке.
 
Дело в том, что стимулируя политический кризис с Москвой, А. Лукашенко с одной стороны, выступая на внутренней политической арене в роли защитника белорусского суверенитета, на что уже некоторые националисты – оппозиционеры клюют, как карась на мотыль (А. Михалевич: «с Лукашенко мы вместе за независимую Беларусь» http://news.tut.by/192448.html), закладывает основу внутренней легитимизации своего четвертого президентского срока. С другой стороны, демонстрируя политическое противостояние с Россией, А. Лукашенко рассчитывает на внешнюю легитимизацию со стороны Запада (Евросоюза). Фиксируем эти две стороны одного политического вектора, жестко направленного на противостояние с Москвой. Как видим, они не противоречат друг другу, а взаимно дополняют. У них есть скрепляющий стержень, политическая ось – «белорусский суверенитет», на котором и вращаются  эти два (внешний и внутренний) политических «винта», «втягивая»  режим в четвертый политический срок, но исключительно в антироссийском контексте. Это и есть специфика предвыборной кампании в РБ 2010 – 2011 гг.
 
Но этим проблема не исчерпывается. Среда, куда «втягивается» белорусский политический режим, исключительно вязкая и полна противоречий. Заявляя всему свету, что он находится в конфликте с Кремлем (цена вопроса – государственный суверенитет!), А. Лукашенко одновременно вынужден демонстрировать миру, что он по-прежнему кремлевский фаворит, что республика имеет особенные и исключительно выгодные отношения с Россией и Таможенным Союзом, где российский рынок составляет 90% рынка ТС. Отсюда и прямо противоположные заявления и действия белорусского руководства.  Феномен в том, что в условиях, когда глубина  политического кризиса между странами подбирается к стадии максимума (осталось только разорвать дипломатические отношения), А. Лукашенко начинает уверять окружающих в партнерских отношениях с Россией. Внешне, это все равно, если бы Кутузов и Наполеон после Бородинского сражения обменялись поздравлениями и взаимно пригласили друг друга на ужин прямо посреди окровавленного поля боя. Справедливости ради, стоит отметить, что  заявления и уверения в дружбе и партнерстве идут только с одной стороны. Москва так не считает…
 
Причина данного парадокса понятна. Обратите внимание, в интервью газете «Аль-Ватан» А. Лукашенко одновременно выставляет себя в роли простодушного и наивного «колхозника», которого обманули «городские» («длительность взаимосвязи Беларуси и России, наша безграничная вера в честность и преданность партнера привели к тому, что мы стали в сырьевом плане зависимы от России»), но белорусский президент же уверяет, что   «мы никогда не действовали, и не будем действовать в ущерб России, мы ведь, по сути, один народ с общей историей». Конечно, в этих словах присутствует элемент кокетства с Москвой, но адресат здесь не Кремль, а в данном случае возможный внешний «клиент», тот же президент Сирии (мог быть и другой зарубежный политический деятель).
 
Белорусскому президенту, несмотря на то, что отношения между Москвой и Минском хуже некуда, исключительно важно сохранить за республикой имидж своеобразной «приемной» для доступа на обширный российский, а с 1 июля уже и общий рынок Таможенного Союза. Отсюда и навязывание Беларуси в роли тихой инвестиционной гавани, куда надежнее и безопаснее инвестировать деньги, развернуть производство для дальнейшей реализации продукции в ТС (России). Причем, если ориентироваться на слова А. Лукашенко, что «мы видим стремление крупного российского капитала заполучить лакомые куски белорусской экономики, которые принадлежат нашему народу», то зарубежному инвестору сам Бог велел отдать денежки под гарантии белорусского президента, который не допустит, чтобы вдруг явившиеся с востока «российские олигархи», «отбили» производственные активы. Будет защищать, как свои!
 
Официальный Минск всеми силами торгует своим соседством с проклинаемой всеми белорусскими СМИ Россией. Обратите внимание на белорусский телевизионный экран. С одной стороны российский рынок, как, впрочем и российская экономика, на белорусском экране и печати изображается океаном, где господствует рэкет и рейдерство, где неискушенный сирийский (европейский, латиноамериканский и еще какой-нибудь) «купец» мгновенно становится добычей криминального российского капитала. С другой стороны, белорусские товаропроизводители на фоне этих «ужасов» выглядят в роли каких-то Колумбов, бесстрашно посещающие столь «коварные воды» и даже тянущие сюда свои товарные «сети» (фактории). Исподволь навязывается мнение, что, мол, белорусы обладают неким особо таинственным опытом работы на российском рынке (ТС).  Как вывод обнаруживается мнение, без белорусского посредничества - белорусского коммерческого «Сусанина», выйти на российский и казахстанский рынок рискованно, если вообще возможно. В принципе, все это напоминает обыкновенный рынок в центре большого города, куда стремится попасть всякий дачник или деревенский со своей картошкой и яблоками, но которого старательно не допускают к прилавку некие посредники, перекупщики, рэкитеры или простые жулики, хватающие «купца» с мешком за руку и шепчущие ему в ухо: «Да куда ты суешься! Ограбят, обдерут, зарежут! Сгружай здесь, давай деньги, все будет честно, мамой клянусь!».
 
Но все-таки проблемы во взаимоотношениях между Москвой и Минском столь серьезны и широко известны, что вести прямо противоположную политику, совмещая антироссийскую пропаганду с уверениями в партнерских и братских отношениях крайне сложно. Такая экзотическая политическая эквилибристика упорно напоминать фарс, что и есть на самом деле. Поэтому в политический спектакль требуется добавить достоверности, т.е. объяснить причину российско-белорусского политического кризиса. Объяснение должно носить универсальный характер, вызывая отклик на Западе и в среде потенциальных инвесторов. А. Лукашенко пытается это объяснение сформулировать: «Определенные подвижки в отношениях с ЕС не смена ориентиров, а результат реализации сформулированной нами ранее долгосрочной цели - проводить многовекторную внешнюю политику. Думаю, тема нашего диалога с ЕС сыграла не последнюю роль в обострении белорусско-российских отношений» (А. Лукашенко). Это ключевой момент интервью, он свидетельствует, что А. Лукашенко по-прежнему стремится к политической игре, а не к честному диалогу. В общем, по мнению официального Минска, Москва мстит за контакты РБ с ЕС. Естественно, Евросоюз в таких условиях должен помочь новому «союзнику», «страдающему» от «мести» России (6,3 млн.тонн беспошлинной нефти).   Стоит напомнить, что еще в 2009 году (весной) в выступлениях А. Лукашенко встречался популярный все годы российско-белорусской интеграции довод, что Беларусь и белорусский народ жестоко страдают от давления Запада, который не может простить Минску его приверженность союзу с Россией. Как видим, полярность поменялась полностью.
 
Утверждение А. Лукашенко, что«тема нашего диалога с ЕС сыграла не последнюю роль в обострении белорусско-российских отношений» является ключевым моментом интервью.  Белорусский президент демонстрирует, что он видит причины конфликта с Москвой в иной плоскости, чем, к примеру, В. Путин, который заявил 25 июля: «Мы по всем вопросам договорились. Вы знаете, когда речь идет о деньгах, об объемах поставок энергоресурсов, всем хочется что-то получить на халяву от России. А когда не получается, то возникает раздражение. Но в то же время могу вам сказать, что мы должны учитывать законные интересы наших партнеров. Я считаю, что мы так и делаем. Мы ведь договорились с нашими коллегами, в том числе с коллегами в Белоруссии, подписали контракт в 2007 году. И мы не просим ничего избыточного, вне рамок этого контракта. Мы просим только одного: исполнять подписанные нами договоренности. Больше ничего не надо.
 
Но когда нам говорят: давайте мы в этом году заплатим поменьше, а в следующем - в два раза больше. Мы соглашаемся. А в следующем году нам говорят: нет, давайте оставим все, как было в позапрошлом году… Но повторяю еще раз: если сторговались, подписали бумажку - выполнять надо. Вот только этого мы и хотим». Как видим, исходя из слов В. Путина, проблема не в мести за контакты с ЕС. Вопрос стоит об элементарной договороспособности, о том, что нельзя постоянно ловчить, выкручиваться, хитрит. Но судя по всему А. Лукашенко не понимает, что от него хотят. Он призывы Москвы исполнять подписанное квалифицирует в качестве политического давления: «Этим (сырьевой зависимостью) наши партнеры стали просто пользоваться, пытаясь продавливать в Беларуси свои интересы. Применяя методы экономического шантажа в политических целях, используя инструменты информационной войны. Но любой диктат неприемлем» А. Лукашенко)…
 
Поразительно, что при этом, скажем так, брезгливом отношении Москвы к белорусскому руководству, официальный Минск пытается сделать вид, что у него все под контролем и он уже готов «продавать билеты» кому попало на вход в Таможенный Союз.
 
Сейчас, просмотрев основную часть интервью, у нас появляется возможность вернуться к поставленным в начале статьи вопросам.
 
Как видим, А. Лукашенко не сделал каких-либо стратегических выводов из российско-белорусского политического кризиса. Он настроен и далее играть в старую политическую игру, т.е. пытаться балансировать на противоречиях, которые он частично сам и создает. Он не способен на новый сценарий, так как логика борьбы за четвертый президентский срок сама втягивает его в конфликт с Москвой. При этом без экономической поддержки той же Москвы и независимо от итогов выборов ему не удержаться у власти. Это все равно, как если бы зайти в горящий дом, чтобы поужинать на горящей кухне. Пример К. Бакиева является отличным свидетельством пагубности такого процесса, в котором увяз и А. Лукашенко.
 
Видит ли А. Лукашенко западню, в которую он лезет, очертя голову? Учитывая, что белорусский президент обладает хорошей политической интуицией, то думается, что он ощущает опасность. Но сил и ресурсов на смену траектории у него нет. А. Лукашенко сейчас в роли астронавта, которого запустили на орбиту, ведущую к Луне. Разгон есть, двигатель выключен, лети. Свернуть некуда и невозможно... Кислород и топливо только в один конец... Так и сгорают авторитарные режимы. А. Лукашенко не первый.
 
Справедливости ради, стоит отметить, что на примере режима А. Лукашенко скорее можно говорить о «тлении», чем о «сгорании», но это суть дела не меняет. Очевидно то, что, исходя из рассмотренных выше заявлений, в настоящее время белорусский президент не предпримет даже тактических шагов для исправления ситуации. Он будет выжидать...
 
Показательно, что в конце интервью газет «Аль-Ватан» А. Лукашенко вспомнил о судьбе Союзного Государства, под ширмой которого он выкачал из России 52 млрд. долларов сырьевой, финансово-кредитной и иной поддержки: «Скажу честно, Союз РБ и России во многом жив благодаря тому, что именно Беларусь не дает потухнуть этому созидательному огню». Вообще-то все как раз наоборот и это самая загадочная часть интервью белорусского президента. Что же подкладывал А. Лукашенко последние 15 лет в костер российско-белорусской интеграции, чтобы он окончательно потух?
 
12:26 02/08/2010




Loading...


загружаются комментарии