Романчук: Особые отношения с Москвой — признак прагматизма

Беларусь вступает в очередную президентскую кампанию — выборы должны пройти не позднее 6 февраля 2011 года. Когда точно, не знает никто. Так или иначе, это будут первые президентские выборы, на которых кандидатом Москвы не является действующий глава государства.

О том, как обострившиеся отношения между Москвой и Минском отражаются на ситуации в республике рассказал в интервью российскому журналу "Итоги" претендент на президентский пост от Объединенной гражданской партии Ярослав Романчук.
 
— Ярослав, есть ощущение, что белорусская оппозиция разделилась на пророссийскую и проевропейскую. Это и будет главным мотивом предстоящих выборов?
 
— Такое деление — искусственное. Например, Александр Милинкевич пытается явить себя в образе единственного проевропейского кандидата, а всех остальных, например меня, сделать пророссийскими. На мой взгляд, прокремлевского кандидата в Беларуси нет, да и вряд ли он появится. Куда выгоднее дружить со всеми — и с Россией, и с ЕС. Другое дело, что партнерство и особые отношения с Москвой — признак прагматизма, умения учитывать объективные реалии. Кто бы ни пришел к власти, он вынужден будет считаться с позицией Кремля.
 
— Возможные кандидаты в президенты Беларуси уже определились. Кто они?
 
— Я могу насчитать около 15 заявок. Серьезные из них максимум четыре. Во-первых, это Лукашенко. Во-вторых, ваш покорный слуга — представитель одной из крупнейших демпартий страны, имеющей опыт двух президентских кампаний. В-третьих, Владимир Некляев — он скорее всего станет кандидатом от движения "За свободу". В-четвертых, бывший единый кандидат от оппозиции 2006 года Милинкевич. Хотя с высокой степенью вероятности можно сказать, что он не собирается участвовать в выборах, потому что не получил должной поддержки. Остальные едва ли дойдут до регистрации. Это относится и к Андрею Санникову.
 
— А в российских СМИ он проходит как главный "ставленник Москвы".
 
— Отсюда, из Минска, ситуация рисуется иначе.
 
— Лукашенко выступает за перенос выборов...
 
— Чтобы пораньше? Понятно почему: ресурса у него месяца на два-три, дальше — кризис в экономике. Ему нужно успеть до того, как все начнет рушиться. Но самый близкий срок — декабрь, а то и январь.
 
— Насколько эффективным может стать российское влияние на ситуацию?
 
— Пока что Кремль поднял вопрос о судьбе исчезнувших политиков и проблему коррупции в Беларуси. И это уже принесло плоды: опросы показали, что 35 процентов белорусов знают о фильмах "Крестный батька —1,2". Кремль явно взял курс на ужесточение экономической политики в отношении Минска — на что имеет полное право. Непосредственной работы с претендентами пока не ведется, но не исключено, что, если кампания кого-то из оппозиционеров пойдет успешно, внимание к нему со стороны Кремля возрастет. Кремль устал от Лукашенко. От Москвы исходит желание получить нового, договороспособного, вменяемого политика, с которым можно было бы реализовывать разные модели партнерства. Но желание — еще не действие. В Москве мне неоднократно повторяли, что выбор должен сделать белорусский народ. Хотя Россия, как мне кажется, впервые близка к тому, чтобы в случае массовых фальсификаций не признать результаты выборов.
 
— На ваш взгляд, удастся ли лорду Питеру Селвину Гаммеру Чадлингтону, новому PR-менеджеру Лукашенко, поднять его рейтинг?
 
— Предыдущий PR-менеджер Лукашенко сэр Тимоти Белл — тоже был не из робкого десятка, но Лукашенко сам по себе — неважный "продукт", его крайне сложно пиарить. Что можно поставить в плюс? Отсутствие войны? Хорошие дороги? Чистоту? Так экологический туризм никогда не был основой для модернизации экономики. Беларусь теряет свои козыри один за другим! Растет инфляция, экспорт в Россию увеличился с 33 до 40 процентов от общего объема, тогда как экспорт в страны ЕС упал с 44 до 30 процентов. О чем это говорит? О растущей зависимости от торговли энергоресурсами с Москвой, от спроса данного рынка на белорусские товары. Плюс к этому старая технологическая база. Падает рентабельность, снижаются и без того низкие зарплаты. Вряд ли британские пиарщики смогут превознести эти "достижения".
 
— Может, иностранные инвесторы поверят? Для них же стараются...
 
— Я регулярно встречаюсь с инвесторами. Ключевой вопрос тут — стабильность. Но ее нет! Сделка с "Белтрансгазом" показала, насколько нельзя верить Лукашенко во всем, что касается собственности и активов. В ходе недавнего визита в один из регионов Лукашенко признался, что сохраняет 25 условий для вхождения на рынок иностранных инвесторов. Они нигде не прописаны и меняются в зависимости от того, кто приходит и с чем. Кстати, и российского бизнеса в стране немного! Присутствие российского капитала в банковских активах не превышает 12 процентов... Показателен пример с венесуэльской нефтью. Поступила она на НПЗ, в котором почти 43 процента принадлежит российской компании. Лукашенко заявил, что российским акционерам не дадут ни рубля прибыли от переработки...
 
— Вы верите в то, что Лукашенко может проиграть?
 
— Да. Его рейтинг снижается. Часть электората отворачивается от него именно потому, что он малюет российское руководство черной краской. Не исключаю, что скоро начнутся встречи оппонентов Лукашенко с представителями политических и властных структур в России. Я еще летом общался с депутатами из "Единой России" — неофициально. В конце августа в Москве прошла российско-белорусская конференция. Нужно, чтобы не было испорченного телефона в диалоге. Уверен, что окончательно о прохождении точки невозврата в отношениях Кремля и Лукашенко можно будет сказать, когда против него или его политики выскажутся не СМИ, а кто-то из российского политического истеблишмента. На сентябрь — октябрь запланированы встречи с представителями администрации президента России, тогда и посмотрим...
 
— В Москве вы недавно встречались с главой Минфина Алексеем Кудриным. О чем говорили?
 
— Мы знакомы еще по Институту экономики переходного периода. Меня интересовали вопросы бюджета и налогов. Я разработал инновационную систему налогообложения — всего четыре налога. Этот вопрос хорошо бы обсудить на совместном форуме с Россией.
 
— Вы за единую валюту России и Беларуси?
 
— Я — за конкуренцию валют. Рубль сегодня не может быть единой валютой, так как не отвечает критериям, предъявляемым к СКВ. Еще в начале второго президентского срока Путина я предлагал перейти на золотой стандарт, который стал бы ответом на инфляционную политику США и ЕС. Начать хотя бы с эмиссии золотых денег в наших экономиках...
 
— Ваше отношение к российско-белорусскому Союзному государству?
 
— Много слов, мало смысла. Псевдогосударство. Впрочем, соглашение о Союзном государстве по сути уже денонсировано самим фактом заключения Таможенного союза. Важнее, чтобы на практике работало то, что будет выгодно всем, а это — зона свободной торговли.
 
— Какой должна быть судьба российских военных баз в Беларуси?
 
— Я не считаю это нарушением суверенитета. Только не нужно смешивать этот вопрос с поставками газа, как это делает Лукашенко. Я — сторонник "мягкого нейтралитета", который предполагает участие Беларуси в отдельных программах. И ОДКБ для этого вполне подходит. Равно как и партнерство с НАТО.
 
— В вашей предвыборной платформе четко прослеживается, какие уступки вы готовы сделать Западу, какие — Кремлю. Вы уверены, что рассчитали правильно?
 
— Убежден, что Россию прежде всего интересует экономика. Поэтому я гарантирую равное участие в проектах и равный доступ на рынок. Равный с ЕС, Азией или Канадой. Россиянам не нужны спецпреимущества — они у них есть благодаря знанию региона и уже налаженным связям, главное тут — не мешать.
09:59 14/09/2010




Loading...


загружаются комментарии