Доярка в Лувре

Союзное государство - такой же типичный оксюморон, как, например, живой труп или вагинальный мужчина.

Всякий обыватель знает, что такое государство. Всякий политолог знает, что такое государство. Довольно адекватное представление о государстве существует, хотя общепринятого определения этого понятия нет.


Новобранец знает, что наказание в виде наряда вне очереди он получил от старшины, но одновременно и от государства. С другой стороны, добренький старшина, решив не наказывать солдатика, был бы наказан вышестоящим начальником за неисполнение своих обязанностей по воспитанию подчиненных.


Таков порядок снизу доверху, не только среди военных, но и среди гражданских, хотя повинности, накладываемые государством на каждого, могут быть разными. Государство имеет правительство, которое устанавливает свою власть на определенной территории и осуществляет эту власть по правилам-законам.


Сами законы в разных государствах могут разительно отличаться, но общим остается государственное принуждение к их исполнению. Если граждане выполняют законы своего государства, государство обеспечивает защиту их интересов. Государство требует и государство защищает.


В этих вопросах государство суверенно. Его граждане тоже свободны от необходимости выполнять требования других государств. Пока они находятся на территории собственного государства. Государства могут договориться о предельно глубокой взаимной унификации своих требований с тем непременным условием, чтобы она не препятствовала правительствам в их праве суверенно управлять своими странами и народами. Государство может сажать в собственные тюрьмы задержанных преступников-иностранцев. Но белорус, совершивший преступление в Беларуси, должен отбывать наказание в отечественной колонии. Отправить его этапом на Колыму можно будет только после полного упразднения белорусской государственности.


То есть государственные правила, нормы, требования могут быть едиными, но никогда не могут быть общими.


Такая унификация может быть названа любым понравившимся словом - унией, объединением, альянсом, лагерем и т. д., но это всегда будет союзом государств, а ни в коем случае не союзным государством. Союзное государство - такой же типичный оксюморон, как, например, живой труп или, не к ночи будет сказано, вагинальный мужчина. Или "бабатя" - как выставленная в Лувре скульптура гермафродита по определению увидевшей ее поляковской доярки.


Оксюморонизация широко используется в литературе и обыденной речи как способ разрешения необъяснимой ситуации. Например, нарядная обнаженность, веселая грусть, смышленый идиот, воспитанный хам и т. д.


"Я, наверное, точно приду", - вяло обещают, в надежде избавиться от несимпатичного приставалы. Нечто подобное вызвало к жизни феномен Союзного государства России и Беларуси. Возможно, одному из партнеров хотелось всего и сразу. Но каждому из них вскоре пришлось смягчать категоричность позиции с помощью доведения сопряжения несочетаемого.


Минск до сих пор настаивает на интеграции (объединении в единое), даже реинтеграции (восстановлении мини-СССР), но при этом пробует представить суверенитет в качестве своего неотчуждаемого имущества. Москва на это уже "нецензурно смеется" (В. Конецкий), но откровенно сказать о своей цели ничего не может.


Цель у нее имперская. Потому дорогостоящая, иногда (как теперь оказалось) требующая терпеливых, методичных, деструктивных и дорогостоящих усилий, в духе государей - собирателей земель русских.


Следует вспомнить и дату подписания Договора о создании Союзного государства (8 декабря 1999 года), когда Ельцин с трудом отбился от затеянного национал-патриотами импичмента, но не смог ликвидировать предпосылки своего отстранения от власти. Вероятно, для Лукашенко это была самая благоприятная и последняя возможность сыграть главную роль в чужом театре.


В отличие от Москвы, Минск считал этот проект коммерческим. От овцы хоть шерсти клок. Получилось настричь на несколько десятков миллиардов долларов. А уважаемых россиян стала мучить проблема плохих инвестиций - всякое вложение провоцирует новое, более масштабное, а бросить жалко.


А главное, невозможно - те же патриоты ни при каких обстоятельствах не хотят терять "нашу Белоруссию".


Хотя, подчеркну, практически все имеют довольно адекватное представление о сути государства. Но не могут, подобно райкомовскому лектору-атеисту из повести Виктора Курочкина "Записки народного судьи Семена Бузыкина", по мнению крестьян, судить о Боге, поскольку не знают, отчего овца ходит мелкими какашками, а корова - лепешками.


Не понимают, что можно клонировать и ту и другую, но скрестить нельзя.

08:30 02/11/2010




Loading...


загружаются комментарии