Владимир Парфенович: Такой проституции я уже давно не видел

Олимпийский чемпион, экс-депутат парламента Владимир Парфенович вынужден был покинуть Беларусь и перебраться на работу в Россию. Приезжая иногда навестить родных, он все больше ужасается тому, что происходит в Беларуси.

Владимир Парфенович: Такой проституции я уже давно не видел
Владимир Владимирович рассказал "Народной Воле", как ему работается на новом месте и почему белорусские коллеги относятся к нему с опаской.
 
— 9 ноября я должен быть уже в Италии, где пройдет сбор команды, сейчас заскочил на пару дней в Минск, — начинает мой собеседник.
 
— Ударно год поработали?
 
— Неплохо. Наводили порядок, можно сказать, возрождали российскую школу гребли, которая в свое время была потеряна. Думаю, что удается. Было замечательное выступление на первенстве Европы среди молодежи и юношей — по-моему, 17 золотых медалей выиграли. Если в прошлом году на чемпионате мира было 3 медали, то сейчас уже стало 11. Пошло движение вперед, хотя сделать надо еще очень многое, чтобы вернуть этот вид спорта к тому состоянию, в котором он был раньше.
 
— Что загубило российскую школу гребли?
 
— Есть свои внутрироссийские проблемы. Но, как я уже говорил, все меняется в лучшую сторону. Президент России обратил внимание на греблю, потому что он сам байдарочник.
 
— С Дмитрием Медведевым не встречались?
 
— Лично пока нет, но он приезжал на соревнования, когда в Питере проходил Кубок президента. И это дало хороший толчок для развития гребли. Когда чиновники видят, что президент сам садится в байдарку, то тоже начинают шевелиться.
 
— Владимир Владимирович, а что конкретно входит в ваши обязанности?
 
— Я несу ответственность за подготовку всех национальных команд — взрослых, юношей и юниоров. Отвечаю за их выступления. Должность звучит, как помощник президента Федерации. А, начиная с первого сбора в этом сезоне, еще и дополнительно являюсь старшим тренером взрослой сборной по байдарке.
 
— Вы как-то говорили, что работа разъездная…
 
— Да, постоянно на "колесах". Надо ездить по всей стране, смотреть спортивные объекты гребцов. В "лихие" 90-е это были самые "жирные" места, которые многие хотели занять для строительства у воды поселков, коттеджей и развлекательных центров. Россия очень многое потеряла в этом плане.
 
— Бытовые условия устраивают?
 
— А какие мне нужны условия? Я все время нахожусь на учебно-тренировочных сборах, в перерывах приезжаю в Минск. В Москве живу в гостинице. Но связи с Беларусью теряются, потому что наш дом в столице собираются сносить. Уже и письмо прислали. На этом месте, мол, что-то собираются строить. Насколько я понял, в рамках подготовки к чемпионату мира 2014 года, который пройдет в Минске. Буду судиться и просить компенсацию.
 
— Российская Федерация гребли с белорусскими коллегами какие-то отношения поддерживает?
 
— Поддерживает, да и я не хочу их терять. Но самое интересное, что, когда приехал с россиянами на первые соревнования во Францию, все белорусы-друзья стояли и смотрели на меня, как на чужого. Боялись даже подойти. Это так народ запуган, что ли? Я эту ситуацию затем сравнивал с той, когда раньше встречались представители сборных ГДР и ФРГ. Но тогда холодная война была, немцам из двух лагерей вообще запрещали между собой разговаривать! А сейчас что?
 
— Это из-за вашего оппозиционного прошлого?
 
— Наверное. Правда, сейчас уже вроде успокоились, отношения неплохие, общаемся. Иногда я и ребятам из Беларуси подсказываю, когда у них есть какие-то проблемы.
 
— А из белорусской Федерации вам до сих пор никаких предложений не поступало?
 
— Меня даже не удосужились пригласить в сентябре на празднование юбилея.
 
— Это от людей зависит или есть команда сверху "не пущать" Парфеновича?
 
— Это все от "колхозного" мышления. Я не имею в виду работников сельского хозяйства. "Колхозник" — это человек, которого запросто можно отличить по культуре и по состоянию души. Люди просто боятся.
 
— Неужели даже не поздравили?
 
— Национальный олимпийский комитет медальку выписал, хотя раньше меня из того же НОКа отчислили за дискредитацию то ли этого комитета, то ли олимпийского движения. Я вот все думаю: когда же я и как дискредитировал? То, что будучи политиком правду говорил? Получается, что сначала я дискредитировал олимпийские традиции Беларуси, а сейчас мне дали медаль за развитие гребли в стране. Все это очень смешно.
 
— Завидуют ли россияне успехам белорусских гребцов?
 
— А вы знаете, недолго осталось завидовать. Я настроен и дальше развивать греблю в России, успехи будут. И немалые. Не потому, что я настроен против белорусов или узбеков. Просто привык всегда работать на результат. Привык к тому, что моя команда должна выигрывать. Я все силы прикладывал, чтобы и белорусская школа не "ушла" в 90-е, когда денег не было, и мы просто выживали. То же самое делаю и сейчас. Пройдет еще пару лет, и вы увидите совершенно другую российскую команду.
 
— Многие говорят, что Владимир Парфенович – предатель, и уехал в Россию в погоне за длинным рублем, чтобы растить родной Беларуси конкурентов.
 
— Скажите, а я этой Родине нужен? Или мне надо было съесть последние носки? Ведь отняли все. Никто же не спрашивал у трехкратного олимпийского чемпиона, что он ест, как живет его семья. В оппозицию пошел, правду говорит — ату его! Но я же все помню. Как говорят: я не злопамятный, но память у меня хорошая.
 
— За политическими событиями в Беларуси следите?
 
— Конечно.
 
— И что можете сказать?
 
— Такой проституции я уже давно не видел. Людей, которые сегодня идут на выборы, иначе назвать и нельзя.
 
— Это вы об оппозиции?
 
— Это я о всех. Не хочу кого-то выделять, но все у меня стоят в одной шеренге. Как можно идти на выборы, когда их нет? Куда же ты идешь, зачем людей обманываешь? Но все равно лезут, обманывают, хотя личные амбиции всегда должны стоять на втором плане.
 
— Вас в политику уже не тянет? Хлебнули своего?
 
— Почему же… Я сегодня тоже делаю политику, но не в том объеме, как раньше. Есть такое выражение: если ты не занимаешься политикой, то она придет и займется тобой. Все равно постучат в твои двери и спросят.
 
— Кстати, как российская спортивная общественность восприняла информационную войну?
 
— Когда показали "Крестного батьку", люди прибегали ко мне и спрашивали: "Это правда?" Я им говорю: "Это только половина правды". На себе же все прочувствовал. Там все были просто в шоке! Россия тоже меняется, ведь обман невозможно утаить. Да и в Беларуси многие об этом знают. Хоть на кухнях, да говорят.
 
— Что-то мы ушли в сторону политики, давайте вернемся к спорту... Владимира Парфеновича молодая плеяда спортсменов в России хорошо знает?
 
— Отлично. Наши поколения не так далеко друг от друга и ушли. Это нас развести хотят. Так вот я скажу, что не надо ставить сегодня штамп, что ты из прошлого, а этот из настоящего. На одном — знак качества, а другого в отстой отправляют. Спортсменов тоже не бывает бывших.
 
— А вообще, сегодняшняя гребля сильно отличается от гребли, когда выступали вы?
 
— Ничем не отличается. Потому что принципы гидродинамики, продвижения вперед остались те же. Может поменяться в чем-то лодка, весло, но сами принципы не меняются. Та советская школа, которая существовала раньше, была лучшая в мире. И та техника, которая была самая лучшая в мире, — это была моя техника. Об этом могут сказать специалисты в любой стране.
 
— В Беларуси вновь возникли скандалы, связанные с допингом. Штангисты, легкоатлеты… Для России эта тема тоже актуальна?
 
— Она для всех актуальна. И я своим ребятам сказал: "Не дай Бог увижу у кого-то какую-нибудь таблетку, которая прошла мимо врача, считайте, что больше никогда в жизни в сборную вы даже носом не потянете". В этом отношении я своих позиций не меняю, потому что победа прежде всего должна ыть чистая. Хотя бы для собственной совести.
12:56 06/11/2010




Loading...


загружаются комментарии