Санкции Евросоюза официальный Минск может расценить как слабость

В условиях нового охлаждения отношений Беларуси с ЕС политика европейских структур выглядит не наступательной, а выжидательной, но официальный Минск вряд ли поспешит поддаться столь мягкому давлению.

Нынешние санкции явно рассчитаны на возможность возобновления диалога с официальным Минском. Вопрос в том, не сочтут ли белорусские власти такой подход признаком слабости Брюсселя. С другой стороны, нет уверенности, что экономические санкции оказались бы эффективными.


Во второй половине 1990-х годов отношения Беларуси с ЕС вошли в фазу охлаждения и в последующие годы практически не выходили из нее.


В 1997 году ЕС, сочтя недемократичным белорусский референдум 1996 года, после которого был распущен Верховный Совет, отказался ввести в действие Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, подписанное с Беларусью в 1995 году. Брюссель также объявил о сокращении программ технической помощи, предназначенных для белорусского государства.


В 1998 году в условиях конфликта, вызванного желанием белорусского руководства удалить резиденции посольств иностранных государств из правительственного комплекса "Дрозды", структуры ЕС впервые ограничили право на въезд белорусских официальных лиц в страны объединенной Европы. Запрет распространился на 131 белорусского функционера и просуществовал до февраля 1999 года, когда спорный вопрос был разрешен на основе компромисса.


Практика визовых ограничений сохранилась и в первом десятилетии XXI века. В ноябре 2002 года в условиях спора относительно возможности пребывания в Минске миссии ОБСЕ въезд в пределы ЕС был запрещен для 8 высших должностных лиц Беларуси. В апреле 2003 года, после достижения договоренности об открытии в Минске Офиса ОБСЕ взамен закрытой Консультативно-наблюдательной группы ОБСЕ, запрет отменили.


Но уже через год с небольшим последовало новое ограничение на въезд в объединенную Европу для представителей официального Минска. В сентябре 2004 года санкции коснулись Владимира Наумова, Виктора Шеймана, Юрия Сивакова, Дмитрия Павличенко, обвиненных в причастности к исчезновению нескольких белорусских оппозиционеров и журналиста в 1999—2000 годах.


В декабре 2004 года права на въезд в ЕС лишились глава ЦИК Лидия Ермошина и тогдашний начальник минского ОМОНа Юрий Подобед, обвиненные в неправомерных действиях во время референдума-2004.


В апреле 2006 года после проведения в Беларуси очередных президентских выборов, также сочтенных Европой недемократическими, запрет на въезд в ЕС был распространен на 31 представителя официального Минска. В октябре того же года ограничения были наложены и на судей, вынесших приговоры активистам инициативы "Партнерство", и государственных обвинителей на этих процессах. В целом права на въезд в страны ЕС лишилось свыше 40 белорусских функционеров.


В сентябре 2008 года действие черного списка было приостановлено, хотя отменять его не стали. Продленный в 2009 году еще на год мораторий способствовал расширению контактов между официальными структурами Республики Беларусь и странами Евросоюза.


Нужно отметить, что Брюссель применял и другие меры воздействия на официальный Минск.


В частности, в 2004 году было принято решение об ограничении контактов с белорусскими официальными лицами: они осуществлялись лишь по линии страны — председателя ЕС, верховного представителя ЕС по внешней политике и безопасности, Еврокомиссии и "евротройки" (ЕС — ОБСЕ — Совет Европы).


В 2005 году и в начале 2006 года представители высших эшелонов власти Евросоюза и его отдельных стран демонстративно принимали представителей белорусской оппозиции. В 2007 году за нарушения прав профсоюзов Беларусь исключили из Обобщенной системы преференций ЕС.


При этом высшие учебные заведения стран Евросоюза принимали студентов, исключенных из белорусских вузов по политическим мотивам. В 2005 году в Вильнюсе обосновался Европейский гуманитарный университет, изгнанный из Минска за несоответствие идеологическим установкам белорусского руководства. ЕГУ получил финансовую поддержку со стороны Европейского союза и приобрел неофициальный статус альтернативного белорусского вуза (официально же стал литовским вузом).


Также ЕС оказывал финансовую поддержку белорусским и вещающим на Беларусь негосударственным СМИ, в первую очередь спутниковому телеканалу "Белсат", вещание которого началось с территории Польши в 2007 году, и "Европейскому радио для Беларуси".


Все эти меры поспособствовали созданию позитивного образа ЕС у части белорусских граждан, но, по большому счету, оказались недостаточно эффективными. Это и подтвердилось в ходе прошлогодних президентских выборов в Беларуси.


Европейские политики, возлагавшие большие надежды на политику втягивания официального Минска в диалог и возможность постепенного дрейфа Беларуси в сторону демократии, были готовы если не полностью признать выборы, то хотя бы согласиться де-факто с их результатами в случае проведения в более или менее демократическом ключе.


В Брюсселе и других столицах государств ЕС звучали высказывания, что отказ от диалога с белорусским руководством приведет к росту российского влияния в Беларуси. И напротив, многие считали, что охлаждение белорусско-российских отношений вынудит Александра Лукашенко и его окружение учесть пожелания ЕС в части внедрения демократических стандартов.


Однако финал президентской кампании — разгон манифестации 19 декабря и последующая волна репрессий — продемонстрировал тщетность подобных ожиданий. Готовность руководства Беларуси к демократизации оказалась не намного выше, чем в 2006 году.


31 января текущего года Совет ЕС определил контуры политики в отношении Беларуси в новых условиях. Демонстративным жестом этой политики стал запрет на въезд в ЕС для 157 белорусских функционеров. В черном списке, наиболее обширном за все время развития отношений Беларуси с ЕС, оказались представители высшего эшелона власти, силовых структур, судебных органов, ряда государственных СМИ.


Параллельно Брюссель выразил готовность расширить поддержку белорусского гражданского общества. Весьма оперативно в Варшаве была проведена международная конференция по поддержке демократии в Беларуси, участниками которой стали представители 36 государств. По словам министра иностранных дел Польши Радослава Сикорского, в целом помощь Европы для Беларуси составит 87 миллионов евро.


Но на быстрый эффект принятых Брюсселем мер рассчитывать трудно. Минск явно не поспешит поддаться столь мягкому давлению.

10:23 08/02/2011




Loading...


загружаются комментарии