Андрей Дмитриев: Вся страна вышла на Площадь - каждый по-своему

Руководитель предвыборного штаба Некляева Андрей Дмитриев в интервью "Белорусскому партизану" рассказал, в каком состоянии движение встречает  свою годовщину. Кампания стартовала в феврале 2010 года.

Андрей Дмитриев: Вся страна вышла на Площадь - каждый по-своему
Все руководство кампании ходит под уголовным преследованием, а часть руководящего звена говориправдистов была вынуждена эмигрировать.
 
Лидер кампании Владимир Некляев провел, пожалуй, самую яркую президентскую кампанию.  Власти  особо “отметили” этот факт, жестоко избив политика еще во время голосования.
 
"Белорусский партизан" встретился с одним из лидеров кампании Андреем Дмитриевым. Эта беседа – попытка установить, что произошло 19 декабря 2010 года в Беларуси, что происходит в стране и с оппозицией сейчас. И, естественно, удастся ли реанимировать кампанию “Говори правду”?
 
"Это не разгром"
 
 
- Все руководство кампании "Говори правду" находится либо в заключении, либо не в заключении, но под уголовным преследованием. Это разгром?
 
- Это не разгром кампании. Безусловно, уголовное преследование на определенное время притормозило работу кампании. Нам потребовалось время, чтобы перегруппироваться, собрать наши потрепанные силы. Но развалом кампании это назвать не могу - регулярно в СМИ циркулируют сообщения, что в различных регионах страны активисты "Говори правду" проводят акции солидарности; собирают деньги политзаключенным и вывешивают их портреты. Сейчас существуют только несколько структур, которые способны на мобилизацию своих структур, одна из них "Говори правду". На прошлой неделе состоялся Республиканский совет, были представители всех областей и областных городов. Регионы заявили, что намерены работать дальше в рамках кампании и развиваться дальше.
 
Очень важно, что активно помогают подписанты кампании, без них многое было бы не возможно. Они не отошли, а являются очень принципиальными сторонниками кампании и Некляева. Как, пример, выдвижение Некляева на нобелевскую премию.
 
- Многие выбыли со строя?
 
- У нас есть люди, которые находятся под уголовным обвинением, под арестом и достаточно большое количество людей, вынужденных покинуть страну, чтобы уберечь себя от репрессий. Многие региональные руководители оказались за границей – из руководства Минской, Гродненской областей. Все же в большинстве своем люди остались и продолжают действовать. Они не побоятся высказывать идеи, строить свои планы, реализовать их. Мы намерены двигаться вперед…
 
"Разрушить старое за семь минут  можно, а новое создать нельзя"
 
 
- Что произошло 19 декабря? Ход президентской кампании предполагал, что Лукашенко отыграется на оппозиции ПОСЛЕ. Но никто даже в самом страшном кошмаре не мог представить, что день голосования завершится кровавым воскресеньем. Что произошло?
 
- 19-го числа вся страна вышла на Площадь и до сих пор не может с нее уйти – ни власть, ни оппозиция, ни люди. Мы все находимся там, на этой Площади. Мы все еще воюем там, на Площади. Каждая из сторон думает: как с этой Площади уйти?
 
До сих пор уверен, что власти приняли эмоциональное решение по Площади. Я не обсуждаю, чем оно было продиктовано, но это было неподготовленное решение. Страна очень долгое время готовилась жить совсем по другой стратегии – за семь минут прежняя была разрушена; разрушить старое за семь минут можно, а новое создать нельзя. Вся страна вышла на Площадь – каждый по-своему, а вот стратегии выхода не было тогда, и пока ее тоже не видно.
 
- Еще до окончания голосования 19-го неизвестные в камуфляже жестоко избили Некляева и его команду. Случайность? Многие говорят: будь Некляев в строю, события развивались бы совершенно иным путем, в том числе и на Площади.
 
- Я уверен в том, что если бы Некляев был на Площади, он стал бы очевидным лидером этой Площади. И уверен, что участники не допустили бы провокаций, потому что Лидер сумел бы принимать решения, которые обеспечили бы мирный характер Площади.
 
Что же касается нападения на команду Некляева, которое состоялось еще до окончания избирательной кампании, то я сегодня думаю так: само нападение не было случайным. Сказать с уверенностью, что это нападение преследовало именно цель устранить Некляева (а может, цель была – "припугнуть", хотя в итоге переборщили, что называется),  я не могу. Но убрав Некляева с Площади, те силы, которые хотели изменить сценарий Площади - на неуправляемый, сделали это.
 
- Почему все-таки власти остановились на силовом варианте разгона Площади? Были ли предпосылки для применения силы?
 
- Система настолько закрыта, что сегодня мы можем только гадать об этом. Видимых предпосылок не было. Но нужно понимать, что в такие судьбоносные моменты основную роль играют факторы, невидимые обычному глазу. О них-то мы ничего, к сожалению, не знаем. Были ли предпосылки?.. Со стороны митингующих – нет... Все остальное – недоступно нашему глазу.
 
- Очень много сказано о наличии "плана Площади", который якобы был у Некляева. А был ли план вообще?
 
-Да, штаб Некляева понимал особенность момента, его судьбоносное значение. Но право публично говорить про детали плана сегодня принадлежит исключительно Некляеву, и он это сделает, как только сможет.
 
"Зачистка началась раньше"
 
 
- 19-го декабря началась зачистка оппозиции методичная, тотальная, циничная. Началась на Площади. При каких обстоятельствах задерживали Вас?
 
- Зачистка началась раньше – первый сигнал поступил уже 18 мая. То, что произошло 19-го со всеми, тогда произошло с отдельно взятой кампанией, с нами. В один день – 60 обысков, в один день на тридцати офисах конфисковали всю технику, и посадили тогда на уголовную цепь трех руководителей кампании. После этого через допросы прошли все активные участники кампании. Ничего не напоминает?..
 
Это был первый сигнал.  Тогда, пользуясь теориями конспирологии и заговоров, наши недоброжелатели решили списать – мол, сделано это специально, чтобы поднять свой рейтинг. Но, к сожалению, ни то, что произошло 18 мая, ни тем более то, что произошло 19 декабря, нельзя назвать хорошей пиар-акцией – в итоге страдают конкретные люди, конкретные организации, структуры, рушатся судьбы людей.
 
- Как  забирали Вас?
 
- Меня взяли рано утром, в четыре утра – если быть точнее. Подъехала машина Комитета, два сотрудника зашли домой к матери моей девушки, представились и попросили проехать с ними.
 
- Отпустили Вас достаточно быстро, предварительно показав по БТ твое заявление. Понятно, что не все можно говорить, но при каких обстоятельствах делалось это заявление?
 
- Сейчас я не смогу говорить о том, КАК было сделано это заявление на БТ. Я, честно говоря, не связываю с заявлением мое освобождение. Выпустили меня не сразу, меня оставили в статусе обвиняемого, более того, постоянно идут следственные действия. Я уже не говорю о том, что белорусские СМИ регулярно полощут мое имя, пытаясь меня дискредитировать.
 
- Отсутствие информации всегда порождает слухи…
 
- … Я давал много интервью – можете посмотреть и сравнить, там, мне кажется, все понятно. Часто слухи порождает не отсутствие информации, а желание нагадить другому, это вероятнее.
 
Стратегия объединит оппозицию?
 
 
- Прошли два тяжелых месяца. Уничтожение оппозиции продолжается. Какие уроки может извлечь для себя белорусская оппозиция? Что она представляет собой сегодня?
 
- Оппозиция сейчас пребывает в попытке переоценить прошлые подходы...
 
Самое главное препятствие – отсутствие стратегии. Есть некие действия, которые являются реакцией на сегодняшние события. Но вот куда эти действия, если сложить их воедино, должны привести – непонятно. Нужны четкая цель, стратегия, четкий план, понимание – кто это может осуществить и конечно, коллективное одобрение стратегии. Все кулуарные попытки «взять быка за рога» только углубят имеющиеся конфликты, только открытость и публичность могут быть гарантами развития оппозиционного движения.
 
- Часть оппозиции взяла курс на соглашательство с режимом Лукашенко…
 
- Пока все оппозиционные силы работают в рамках одного органа под названием “Национальный координационный совет”. И та часть, которая обвиняет, и та часть, которую обвиняют в соглашательстве. Я связываю это именно с отсутствием единой стратегии. Сегодня никто не объявил – ни в своей программе, ни в своих выступлениях: мы идем на переговоры с режимом. Как никто и не заявил обратное, потому что в этих условиях переговоры невозможны. Так что это не более, чем манипуляция, которую те или иные силы используют для позиционирования себя в пространстве белорусской оппозиции. Только все это важно исключительно для самой оппозиции. Думаю, это несущественно даже  для той части электората, которую называют «оппозиционным гетто». А уж тем более для протестного электората. Гораздо важнее не искать врагов среди единомышленников, стараясь их очернить, а себя показать, а совместно заняться решением конкретных задач. Когда будет стратегия, когда станет известно, куда мы идем, - тогда станет ясно: нужно идти на переговоры с властью или не нужно для достижения определенной цели? Переговоры с властью – это не цель, это инструмент.
 
- Какие же задачи сегодня вы считаете приоритетными.
 
Перед оппозицией  стоят две важнейшие задачи. Выборы показали, что протестный электорат теперь гораздо шире, чем политическая оппозиция. Нам нужно сделать так, чтобы протестный электорат поддерживал политическую оппозицию, и между ними можно было поставить знак равенства.
 
И вторая задача:  После 19 декабря мы видим солидарность людей. Безусловно, это не все общество, лишь часть его. Кто-то что-то сделал, еще большая часть ничего не сделала, но солидарна "на кухне".Только это моральная - не политическая солидарность. Эти люди солидарны с теми, кого жестоко избили, незаслуженно посадили. Критически важно, конвертировать, перековать моральную солидарность в политическую, в солидарность с оппозиционными политическими структурами.
 
Эти две задачи, и одинакового понимания необходимых для развития Беларуси изменений,  могли бы стать основой для разработки новой стратегии. Построение доверия между политиками и людьми, обновление имиджа оппозиции — приоритет для нас.  этим мы будем заниматься следующий год (если не посадят). Но не внутрипартийными разборками: мы год были вне этого, и впредь будем вне этого.
 
- ОГП недавно отправила Вас в отставку с поста председателя комиссии по международным делам. Не обидно?
 
- На обиженных воду возят. Для меня “Говори правду” действительно стала новым этапом понимания процессов в стране, понимания людей, понимания Беларуси. Мне бы хотелось, чтобы Объединенная гражданская партия тоже обновлялась.  Чтобы это была партия солидарных людей, молодых, интересных, и открытая для такого рода людей. К сожалению, на сегодняшний день это не совсем так. Белорусская оппозиция привыкла искать врагов внутри. Могу только выразить сожаление, что так происходит.
 
Обиды – никакой, более того, надеюсь, что будем и дальше работать вместе.
 
- Сможет ли оппозиция, отбросив личные амбиции, действительно создать единый фронт?
 
- Вряд ли кто-то из них отбросит личные амбиции. Но если есть общая стратегия, это возможность реализовать личные амбиции в рамках общей стратегии. И решать общие задачи. Чтобы эта общая стратегия появилась, необходимо соблюсти несколько условий.
 
Первое условие – открытость; стратегия должна быть результатом не кулуарных игр, а открытых переговоров субъектов оппозиции. Второе условие – готовность к компромиссу. Мы должны четко понимать, что для достижения общей цели придется идти на компромисс. Третье условие – через поиск компромисса максимально избежать конфликта интересов, особенно там, где речь идет о персоналиях.  Если эти три условия совпадают, тогда в этих рамках есть место всему от личных амбиций до партийных интересов. Мы к такому готовы.
 
Опять повторюсь: единство оппозиции – это средство, пусть и ключевое, а не самоцель. Часто эти понятия подменяют (не только внутри Беларуси), делая единство оппозиции целью . Мы согласны, что нужно работать вместе – это наиболее эффективный способ. Но нужно понимать, почему мы вместе. Я не думаю, что сегодня принципом объединения должны стать политические взгляды – правые, левые. Объединяющим принципом должна стать стратегия, единое понимание цели.
 
"Разве это свобода?.."
 
 
- Впереди – суды над участниками акции 19 декабря. К чему готовитесь?
 
- У меня нет прогнозов. Любой, кто пытается строить прогнозы (мы все это почувствовали за последние два месяца), всегда остается в дураках. Потому мы все пока – на Площади, а там – алогичные действия, там нет плана. Есть какая-то краткосрочная задача – и суды ее исполняют. На примере Василия Парфенкова стояла  задача показать несколько вещей. Первая: посмотрите, кто в оппозиции! Поэтому выбрали человека с разнообразным прошлым, скажем так. Вторая задача: власть будет действовать так, как считает нужным – как внутри страны, так и за ее пределами. И будет действовать жестко. Третья задача власти– сместить фокус требований и вообще разговоров с требования свободы для всех политзаключенных на обсуждение жесткости или «лояльности» сроков и условий содержания.
 
Ведь теперь, если после первого приговора человеку дадут год условно, все будут думать, что ему повезло. Это точно также, как делала власть до этого с узниками СИЗО. Сегодня многие говорят: как здорово, что ты на свободе. Так говорят, потому что есть люди, которые до сих пор сидят в СИЗО КГБ, есть люди под домашним арестом. Но это не свобода; я обвиняемый по уголовному делу, по которому мне грозит от 5 до 15 лет лишения свободы, запрещено выезжать за пределы Минска, нельзя многое говорить. Разве это свобода?.. Но по сравнению с другими, вариант  освобождения под подписку несколько лучше. Тут то же самое, но в глобальных масштабах, - попытка власти сменить тему разговора.
 
- Куда загнала себя власть тотальными репрессиями?
 
- Власть оказалась в непростой ситуации – это точно. Сегодня перед властью стоит очень сложная дилемма: с одной стороны, нужно сохранить лицо внутри страны в том смысле, как это понимает сама власть (ведь можно было просто отпустить всех задержанных, но это – не сохранение лица), с другой стороны, нужно выпустить пар. Думаю, власть сейчас продумывает, определяет новый план для Беларуси, новую стратегию.
 
Но ее новизна будет относительной. Действительно, Беларусь до 2007 года, как сказал сам Лукашенко, летела на одном крыле – и на тот момент экономически неплохо себя чувствовала. Это было крыло под названием "Россия". Сегодня власть собственными действиями все больше и больше отталкивает от себя Запада. Если до сих пор мы говорили о концепции моста между Востоком и Западом, на котором вся страна могла зарабатывать, то сегодня это похоже скорее на шлюпку –шлюпку после крушения. И мы в этой шлюпке пытаемся прибиться к суше. Отталкиваясь от Европы, мы неизбежно плывем в Россию, отталкиваясь от России –плывем в Европу. Но сегодня и с той, и с другой стороны выставили заградительные кордоны – и это самое плохое. Запасов у нас не так много, в шлюпке мы долго не вытянем.
 
В программе Некляева мы очень четко определили роль России для Беларуси. Мы согласны, что это большая роль, и скорее всего, для Беларуси она и останется большой. Но при этом всегда было важно соблюдать баланс, зависимость от кого-то одного – это не в национальных интересах страны. И тем более не в национальных интересах страны доводить ситуацию до черты, когда вынуждены будет отдавать кусок за куском – чтобы просто выживать. К этому ведет нынешняя ситуация. Отсюда – общее недоразумение, растерянность, и попытка понять – куда идти дальше?
 
"Выжить"
 
 
- Очертите задачу-минимум и задачу-максимум кампании "Говори правду".
 
- Наши цели и задачи определены Руспубликанским советом "Говори Правду": расширение влияния на протестный электорат, на людей, которые считают, что должна быть альтернатива сегодняшнему положению страны. И с этими людьми – а это, как показали выборы, около 40 процентов, мы будем работать: и рабочие, и учителя, и предприниматели, и молодежь, и люди старшего возраста. По социологическим данным, за Некляева голосовало очень много людей в возрасте 45-60 лет. Мы смогли перетянуть какую-то часть электората власти, этих людей мы не хотим потерять, и будем работать. Конечно, также кампания солидарности будет одной из ключевых.
 
Задача-максимум – влиять, быть узнаваемым и уважаемым в рамках этих 40 процентов для кампании "Говори правду" и лидера Владимира Некляева. А задача-минимум сегодня одинакова для всех – выжить.
 
- Во время президентской кампании руководство "Говори правду" планировало плавно перейти к парламентской кампании – в зависимости от исхода президентских выборов. Это остается в приоритетах?
 
- Мы думаем, что сегодня преждевременно говорить о парламентской кампании. Но не преждевременно об этом думать. Сейчас слишком много неизвестных с этими выборами. Мы ставим задачу быть готовыми к участию в этих выборах, а определяться – участвовать или нет и как участвовать – будем по ситуации. Будет разработано несколько сценариев. Так же важно будет ли консолидированная позиции политической оппозиции по этому вопросу.
 
- В чем состоит главное достижение кампании "Говори правду"?
 
- Мы готовим публичный отчет о деятельности кампании. Могу назвать несколько достижений. Внутренняя - смогли доказать, что люди из разных партий, разных структур спокойно могут работать вместе на благо Беларуси и все разговоры про чистоту идеологии сегодня не актуальны. Благополучие Беларуси объединяет людей, а не разъединяет их в рамках одной структуры.
 
Внешнее - мы впервые смогли обратиться к тем людям, которые даже слышать не хотели о политике. И они не только услышали нас, но и поддержали. И готовы поддерживать сегодня. Вот это я считаю главным достижением – дошли до сердец людей, смогли доказать им, что нам можно верить! В базе «Говори Правду» сегодня около полумиллиона человек, которые в течение года поставили свои подписи под разными кампаниями. Конечно, события 19-го многое отбросили назад, многие испугались и  опять закрыли свои двери, в первую очередь для политики. Многое нам придется начинать с нуля. Но мы готовы снова идти к этим людям и доказывать, что мы достойны их доверия и способны сделать Беларусь лучше.
09:21 25/02/2011




Loading...


загружаются комментарии