Карбалевич: Нас ожидают страшные открытия

Усилить в обществе атмосферу страха, чтобы люди боялись выходить на улицы для любого протеста, — вот цель нынешних репрессий и суровых приговоров по делу 19 декабря.

Карбалевич: Нас ожидают страшные открытия

Бывший кандидат в президенты Алексей Михалевич после выхода из тюрьмы заявил журналистам, что в отношении него применяли физические пытки. И ведь речь идет о политике, известном всей стране, к судьбе которого приковано внимание белорусской и зарубежной общественности!


Можно представить, что там за решеткой делают с обычными гражданами. Это свидетельствует о том, что у правящей верхушки нет никаких моральных или правовых тормозов. Чтобы сохранить контроль над народом, эти люди готовы на все.


В этом смысле угрозы о применении армии против народа звучат еще более зловеще. Трудно поверить, что средневековье возвращается в Беларусь или Беларусь — в средневековье. Боюсь, что нас ожидают еще более страшные открытия.


Между тем суды над политзаключенными все больше напоминают театр абсурда. Гражданам России Артему Бреусу и Ивану Гапонову предъявлено обвинение в том, что они избили 15 спецназовцев (!). Над этой новостью потешается вся интернет-публика. Зачем нужен такой спецназ, если два парня отнюдь не богатырского телосложения отколотили полвзвода экипированных щитами и дубинками сотрудников МВД?


Еще один любопытный момент. Заключения медицинской экспертизы пострадавших датированы 18 февраля. Что могли увидеть и зафиксировать медики через два месяца после того, как несчастных спецназовцев избили? За это время заживают даже черепные травмы. И почему они так долго ждали, не обращались к врачам?


Далее, подсудимых обвиняют в заговоре, предварительном сговоре. А на суде выясняется, что они даже не знакомы друг с другом.


Доказательства вины подсудимых во всех этих процессах выглядят слабо, часто просто беспомощно. "На каком основании обвинение после двух месяцев следствия, содержа такое большое количество людей в КГБ, перевернув весь город и полстраны вверх ногами, проведя бесчисленное количество обысков и арестов, предоставляет такую доказательную базу?", — вопрошает правозащитница Елена Тонкачева, выражая сомнение относительно профессиональных качеств сотрудников правоохранительных органов.


Действительно, уровень обвинений — удручающий. Но проблема, видимо, не в профессиональных качествах сотрудников КГБ, прокуратуры и судов, а в том, что предъявить нечего. Фактов массовых беспорядков нет. А между тем с политического верха требуют жестоких наказаний. Впереди самые главные процессы — над кандидатами в президенты, ведущими оппозиционными политиками. Поэтому и приходится изощряться, чтобы убедить белорусских обывателей в действительном существовании страшного заговора против народного президента.


Прежде всего, версию о 15 избитых спецназовцах придумывали для того, чтобы создать картину хоть минимально похожую на массовые беспорядки. Затем отобрали право на профессиональную деятельность у пяти известных адвокатов, защищавших политзаключенных. И те, в свою очередь, вообще могут остаться без реальной защиты.


В последние дни появилось еще одно судебное ноу-хау. На первом политическом процессе Василия Парфенкова приговорили к четырем годам колонии строгого режима за то, что он несколько раз толкнул руками деревянные щиты, преграждавшие доступ в Дом правительства. То же самое сделал Дмитрий Новик (получил 3,5 года лишения свободы). Александр Молчанов признал, что сорвал со здания КГБ два красно-зеленых флага, повесил бело-красно-белые, за что получил три года.


А вот Александр Отрощенков на площади ничего подобного вообще не делал. Обвинение не могло ему предъявить что-то конкретное, кроме присутствия среди протестующих. Тогда оно пошло по другому пути. Логика обвинения такова: 19 декабря на площади Независимости были массовые беспорядки (что не доказано), Отрощенков был на площади, значит, участвовал в беспорядках. И за это получил четыре года усиленного режима.


По тому же пути идет обвинение в деле россиян Артема Бреуса и Ивана Гапонова. Вот что пишет газета Администрации президента "Советская Белоруссия" в номере от 2 марта: "Гособвинитель ходатайствовал о приобщении к материалам дела постановлений о признании потерпевшими 15 сотрудников милиции, получивших различные травмы от участников массовых беспорядков, в числе которых были Бреус и Гапонов".


Это новое слово в белорусском правосудии. Наши правоохранительные органы вводят новый принцип коллективной вины. Теперь достаточно доказать только сам факт нахождения гражданина на площади, чтобы он получил годы тюрьмы. Дело Отрощенкова стало опасным прецедентом, оно может иметь далеко идущие последствия.


Это значит, что теперь все несколько десятков тысяч людей, которые были на площади вечером 19 декабря, могут быть привлечены к уголовной ответственности и отправиться за решетку. В этой связи совсем в другом свете выглядит выявление по засеченным мобильным телефонам всех участников оппозиционной акции, их допросы. Теперь все они на крючке, автоматически становятся подозреваемыми и в любой момент могут оказаться на месте Отрощенкова.


Это классическая ситуация полицейского государства. С точки зрения властей виноваты все, но сажают за решетку лишь некоторых. В данном случае Отрощенков пострадал потому, что был в близком окружении Санникова. Кстати, по словам его жены, Отрощенкова тоже пытали, как и Михалевича.


Остальные должны бояться, что за ними в любой момент могут прийти. И не зря же у всего населения сняли отпечатки пальцев.


Усилить в обществе атмосферу страха, чтобы впредь люди боялись выходить на улицы для протеста, — вот цель нынешних репрессий и суровых приговоров по делу 19 декабря.


 


 

09:36 09/03/2011




Loading...


загружаются комментарии