Диссиденты

25 марта – очередную годовщину БНР отметили знатно.

Диссиденты
Около сквера Янки Купалы собрались несколько десятков человек и еще, около трехсот героев-националистов собралось у памятника другого классика белорусской литературы – Якуба Коласа. Это почти все, что смогла мобилизовать белорусская оппозиция через три месяца после событий 19 декабря. Фактически на улицу вышли диссиденты, которых тут же «упаковали» в автозаки.
 
Результат закономерен: лидеры оппозиции на очередных президентских выборах сдали свой актив властям. Сейчас основной костяк политических бойцов «вырезан» – кто сидит в тюремной камере, кто эмигрировал, кто боится шевельнуться. Выходить на улицу некому…
 
К акции в День Воли оказалось глухо и Народное Сопротивление. Напомним, что Сопротивление оказалось на Октябрьской площади 19 декабря, в большей степени ориентируясь на протест в отношении четвертого срока А. Лукашенко, а не ради поддержки оппозиционных кандидатов в президенты. 25 марта протеста не ожидалось. Акция должна была носить церемониальный исторический характер.
 
Итак, в весну 2011 год Беларусь вступила без реальной оппозиции. В стране на воле осталась группа диссидентов, раздираемых, по традиции идейными противоречиями и финансовыми разборками.  Но оппозиция не одинока.
 
Как мы не раз писали, в авторитарном обществе оппозиция зеркалит власть. Это правило наглядно подтвердилось на фоне разыгравшегося в республике валютного кризиса и отправки «ходоков» из белорусского Минфина и Национального Банка в Москву за «кредитом бюджетной поддержки». Современный образ республики – нищий, но гордый банкрот, готовый занять деньги под любые проценты и на любых условия.
 
Банкроты у власти и диссиденты в оппозиции – «сладкая парочка» для глобальной политической дестабилизации с самым непредсказуемым результатом. Современный белорусский политический класс оказался недееспособен. Колхозная элита не смогла заменить настоящую национальную элиту. Ныне республика только начинает получать «дивиденды» от четвертого срока Лукашенко. Мог быть другой итог?
 
«Охота на Лукашенко».
 
Основа власти Александра Григорьевича Лукашенко – неограниченная и безусловная политическая и экономическая поддержка со стороны России. Все попытки Лукашенко найти Москве альтернативу в Пекине, Тегеране, Венесуэле закончились провалом.  Власть в Минске означает по умолчанию наличие доверительных контактов с Кремлем. Это правило блестяще подтвердилось во время последних президентских выборов в Белоруссии, когда ведущие кандидаты в президенты, никогда не отличающиеся симпатиями к России, вдруг наперебой стали представляться «российскими кандидатами».
 
Российские власти решили на практике проверить данное правило и это решение (от июня 2010 г.) в итоге и привело к декабристскому выступлению 19 декабря и современной политической ситуации в республике. Придется окунуться в историю, так как без нее мы не сможем прогнозировать будущего.
 
Как все начиналось…
 
Июньский 2010 года визит Александра Лукашенко в Москву, во время которого белорусский президент вел себя исключительно несдержанно, стал отправной точкой для самого тяжелого в истории двух стран межгосударственного кризиса. Под ударом оказался, прежде всего, сам Лукашенко, как человек, неспособный держать слово и увязший в обвинениях об убийствах своих политических противников. В рамках кризиса под вопрос впервые были поставлены традиционные «ценности» российско-белорусских отношений: необходимость пролонгации интеграционного проекта Союзного Государства России и Беларуси, военно-стратегическая значимость РБ для России на западном направлении, востребованность  Беларуси в интеграционных проектах в рамках ЕврАзЭс, Таможенном Союзе и Едином экономическом пространстве, а так же энерготранзитный статус республики и т.д.
 
Июньский газовый кризис, суть которого так и не была уяснена белорусской стороной, как раз и был спровоцирован для «зачистки» энергетической и транзитной проблематики – Беларусь вынудили перейти на цены 2010 года, рост цен на газовый транзит был синхронизирован с ростом цен на газ на внутреннем газовом рынке республики. Российское руководство, готовясь к «войне» с официальным Минском, сознательно убирало от Лукашенко, как малолетнего хулигана, острые и колющие предметы, способные «поранить» самого белорусского президента. В данном случае, с июня по декабрь белорусское руководство было лишено возможности ухватиться за газовый транзит, как рычаг давления на Москву.
 
Вторым ощутимым ударом по официальному Минску стало формирование Таможенного Союза без Беларуси. Твердая уверенность г-на Лукашенко в том, что без Беларуси ни один серьезный интеграционный проект на постсоветском пространстве невозможен, оказалась ничем не подкрепленной. Сорвались надежды белорусского руководства обменять свое участие в ТС на беспошлинную российскую нефть. В итоге, в День независимости 3 июля, в очередную годовщину до сих пор нераскрытого теракта, А. Лукашенко был вынужден заявить о присоединении к Таможенному Союзу без каких-либо условий. Основной выигрыш был впереди – при формировании Единого экономического пространства.
 
Июль-август ушел на информационную войну, включившую в себя очередные серии «Крестного батьки» и открытого ликования белорусской «элиты» по поводу засухи и лесных пожаров в России. Но ситуация накалялась – впереди выборы.
 
Официальный Минск понимал степень угрозы – Россия откровенно вышибала Лукашенко из надвигающейся предвыборной кампании, намекала белорусскому политическому классу на необходимость предоставления реальной политической альтернативы на пост президента страны. Белорусскому президенту ответить было нечем, кроме традиционной подмены собственной личности всем белорусским народом (скрыться за спину народа) и позиционированием себя в роли защитника белорусского суверенитета.
 
Вот тут то и настало время прозападной группы в белорусском руководстве: Макей, Мартынов, посол Беларуси в Литве Дражин и другие. Были реанимированы старые связи с Брюсселем, Вашингтоном, Вильнюсом, Варшавой и наработаны новые. Цель была вполне ясной: не дать появиться на белорусском политическом поле внятной альтернативы Лукашенко, способной к полноценному диалогу с Москвой, используя российско-белорусский политический кризис, удержать власть в республике, позиционируя Александра Лукашенко защитником суверенитета республики.
 
Попытка агентуры КГБ РБ организовать или имитировать поджог российского посольства должен был продемонстрировать антироссийский накал в белорусском политическом классе. Однако провокация оказалась настолько политически непродуманной и топорно исполненной, что в итоге, в поджоге пришлось обвинить российские спецслужбы. Через несколько месяцев Лукашенко объявил об аресте поджигателей из России и скором суде над ними, но ни имен, ни суда публика так и не дождалась, что понятно…
 
В сентябре уже стало ясно, что Москва, в создавшихся условиях готова НЕ признавать итоги декабрьских выборов. Это была фактически катастрофа для правящего клана. Лукашенко заговорил, что, мол, Минск и не нуждается в признании итого выборов со стороны России, но, он конечно, лукавил… Пришло время для появления на сцене Запада. У Запада были свои интересы в российско-белорусском кризисе: у Евросоюза и США впервые появилась реальная возможность приручить «славянского Каддафи», оторвать Беларусь от России.
 
Осенью в рамках диалога между Минском и Брюсселем возникла иллюзия некой демократизации режима на фоне предвыборной кампании. Для этого было необходимо решить три задачи: втянуть в предвыборную кампанию Россию, что сразу поставило бы ее в роль участника процесса легитимизации выборов, обеспечить легитимность выборов со стороны белорусской оппозиции, а значит признание итогов голосования Западом при одновременной непризнании со стороны России. Лукашенко в этом сценарии оказывался легитимным президентом на четвертый срок и одновременно марионеткой Запада. Учитывая огромную экономическую зависимость республики от России, при развертывании данного сценария Беларусь в 2011 году ждала экономическая катастрофа с непременной сменой президента. Кандидатура была подготовлена.
 
Вряд ли этого всего не понимал г-н Лукашенко. Но у него не было выбора. Контакты с Москвой оказались нарушены. Белорусский президент шел на выборы в политической изоляции. Он мог выжить только в результате виртуозного политического маневрирования. В идеале, Лукашенко надеялся получить экономическую и политическую поддержку, как с Востока, так и с Запада. Стояла задача только в том, чтобы стравить основных геополитических игроков.
 
Интрига завязалась
 
К началу октября все участники политической схватки были отмобилизованы: Россия продолжала политику жесткого политического давления на Лукашенко, заставляя последнего буквально обшаривать белорусский политический класс в поисках пророссийской альтернативы. Москва, понимая какую роль ей в предвыборной борьбе уготовили Запад и Минск, демонстративно устранилась от предвыборной кампании, предпочитая наблюдать издалека над белорусскими пиар-экспериментами с венесуэльской нефтью. В России прекрасно понимали, что любые западные сценарии в Беларуси обречены на провал по причине жесткой экономической привязки Минска к Москве. Рано или поздно этот фактор должен был сработать. Спецификой российской политики осени 2010 г. было то, что Москва не имела на белорусском политическом поле своего представительства.
 
Не в пример России, Запад имел свои завязки в политическом мире: белорусская оппозиция и прозападная группа в руководстве республики. Они были полноценно задействованы в сценарии. Оппозиция, несмотря на то, что ее неоднократно предупреждали об опасности игры в чужие политические игры, включилась в них в статусе политического камикадзе. Стоит напомнить, что для белорусских оппонентов режима не было новостью то, что участие оппозиционных кандидатов в выборах означает автоматическую легитимизацию победы Лукашенко, что вместо участия в выборах необходимо проводить их бойкот, что необходимо вместо межсобойчика по разделу денег привлекать широкое Народное Сопротивление. Это сейчас, когда оппозиция разгромлена, а ее лидеры сидят по тюрьмам, вновь всплыла идея бойкота, озвученная Станиславом Шушкевичем. Однако это не тот случай, когда говорят: «Лучше поздно, чем никогда». Помнится, что когда автор этих строк весной 2010 года не раз расписывал идею бойкота, недостатка в критиках не наблюдалось.
 
Оппозиция, с упрямством обреченных, де факто поддерживая предвыборную кампанию Лукашенко, деля западные инвестиции. Фактически, партийных лидеров и национальных фюреров наняли в качестве расходного материала. В принципе, никто не сомневался, что все закончится очередной сдачей белорусским спецслужбам появившегося за последние пять лет оппозиционного актива. Это, увы, и произошло…
 
Прозападная группа обеспечивала легитимность выборов со стороны руководства страны. Именно она создала на небольшое время ощущение демократического потепления - пикеты не громили, всех кандидатов весьма лояльно зарегистрировали, предоставили время на телевидении и т.д. Власть ничем не рисковала, так как набор  претендентов на пост президента был, за редким исключением, столь одиозен, что говорить о реальной угрозе с их стороны кандидату Лукашенко не приходилось.
 
Прозападная группа непосредственно дирижировала оппозиционным предвыборным «оркестром». Почти все более-менее значимые кандидаты имели встречу с Владимиром Макеем. Прозападная группа позаботилась о финансировании кампаний отдельных претендентов. Так, не являются секретом связи генерала Макея и некоторых западных фондов, дислоцированных в Киеве. Отсюда тропинка идет в Вильнюс и Варшаву. Прозападная группа непосредственно регулировала кампанию, периодически добавляя в нее перчика, т.е. подстегивая Лукашенко. В этом случае белорусский президент, демонстрируя свою управляемость, направлял спецслужбы и МВД на захват штаб-квартир, арест имущества, техники и т.д.
 
В принципе, вся игра была вполне понятна еще в ходе кампании, тем странна поразительная слепота оппозиции, которая претендовала на роль всего лишь инструмента в руках высокостатусных внешних игроков. Оппозиция сама морочила себе голову, изображая борьбу за голоса избирателей, упорно не желая видеть, что никого не интересует, как проголосует гражданин Беларуси. На самом деле шла масштабная геополитическая игра вокруг республики, направленная против российского влияния в Беларуси. С другой стороны, не стоит забывать, что претензии Лукашенко на роль защитника белорусского суверенитета полностью устраивали огромную, если не подавляющую часть белорусской оппозиции, да и политического класса, воспитанных в безудержной ненависти к России и привыкших все собственные ошибки и предательства безнаказанно списывать на соседа с Востока.
 
Запад
 
Стоит отметить, что и Запад не остался в сторонке. Он протянул руку батьке Лукашенко, когда тот в наибольшей степени нуждался в его поддержке. Визит президента Литвы в Минск в разгар предвыборной кампании на фоне российско-белорусского политического кризиса – одна из вершин слаженной работы Запада и прозападной группы. Этим Лукашенко убеждали и приручали. Стоит напомнить, что Даля Грибаускайте сделала почти невозможное: белорусский президент ей почти поверил. Но ей пришлось потрудиться…
 
Ноябрь – время решений. Прозападная группа может праздновать победу: оппозиция ведет кампанию, как по нотам, Лукашенко ищет пророссийского кандидата. Апофеоз западного сценария – визит в Минск 2 ноября, за 7 недель до выборов  министров иностранных дел Германии Гидо Вестервелле и Польши Радослава Сикорского. Белорусский  президент ликует: Запад ему предлагает – он выбирает. Естественно, Лукашенко соглашается на завершение выборов в псевдодемократическом русле. Его ждет признание итогов выборов со стороны Запада, обещанные 3 млрд. долларов. Он согласен даже на «площадь» - ведь оппозиции надо тоже как-то сохранить лицо. Пусть выйдут, пошумят. Лукашенко обещал не репрессировать своих оппонентов. Через месяц он слово в слово пообещает тоже самое уже в Москве.
 
Ноябрь – месяц иллюзий. Все уверены в правильности выбранных маршрутов. Лукашенко, чьи люди уже ведут подготовку к саммиту Таможенного Союза, уверен, что сможет ухватить за «бороду» и Запад и Восток. Запад уверен в том, что белорусский лидер никуда не выскочит из антироссийской колеи и победит, опираясь на поддержку Запада. Оппозицию сольют, как расходный материал. Россия уверена в том, что Лукашенко никуда не денется с нефтяной иглы и войдет в Таможенный Союз. Оппозиция уверена в том, что она является модератором всего этого предвыборного спектакля, не понимая, что является лишь официантом на банкете «больших» и «толстых» геополитических игроков.
 
Но к концу ноября из-под облака иллюзий начинают проступать острые углы. В первую очередь забеспокоилась прозападная группа. Им, людям во власти, как ни кому было понятно, что Восток перетягивает просто своим потенциалом. И если так, то никакого второго президента Беларуси не будет. В среде кандидатов также появилось слабое звено. Стал беспокоить Владимир Некляев, до которого дошло, что его используют в «темную». Кандидат стал неуправляем, стал заключать соглашения с домашними животными и даже объявил о желании сняться с выборов. Вот это уже было опасно. Огромными усилиями агентура КГБ в движении «Говори правду» предотвратила «бунт на корабле» и поэта Некляева едва ли не за шиворот потащили в снежное 19 декабря.
 
Провал
 
9 декабря, почти через месяц после визита в Минск министров иностранных дел Германии и Польши Лукашенко в Кремле бросился в ноги Медведева. Полутора часовой разговор, а скорее монолог белорусского лидера, где он дал самые отборные характеристики тому же Вестервелле, Сикорскому, Грибаускайте и т.д. оказался поворотным. Инстинкт власти белорусского президента не подвел: можно быть президентом, но без нефти, т.е. без денег, и в результате очень быстро остаться без власти. Три миллиарда долларов в данном случае не помогут. Лучше быть с властью и с нефтью, т.е. с деньгами… У Лукашенко не осталось выбора. Он вдруг понял, что с 3 млрд. долларов ЕС его банально надули. Белорусский президент нанялся, как гастарбайтер, в российский интеграционный проект Единого экономического пространства, затаив в себе великую ненависть к Варшаве и Берлину. Привыкнув обманывать других, он не мог простить тем, кто попытался его обвести вокруг пальца. Именно отсюда, от обещанных «липовых» 3 млрд. долларов тянутся представления о «заговоре» Запада против Беларуси.
 
Для Запада и прозападной группы очевидный «уход» Лукашенко на Восток обрушил весь сценарий. Но на руках оставалась вроде бы безупречная стратегия, незавершенная предвыборная кампания, обещания со стороны Запада признать итоги выборов и т.д. и т.п. - все это базировалось на, как казалось, не погашенном российско-белорусском политическом кризисе. То, что ликование г-ном Лукашенко и белорусской государственной прессы по поводу российско-белорусского мира не поддержал ни один высокопоставленный чиновник из Кремля, не утешало. Понятно то, что Москва как не доверяло Лукашенко, так и не будет доверять. Но сделка с Россией заключена. Как поступить, как Западу выйти из дурацкого положения, в которое он сам себя завел? Ведь по идее, надо признавать итоги выборов… Обещали. Весь сценарий голосования в псевдодемократическом антураже соблюден.
 
Времени на еще один геополитический поворот уже не оставалось, да и предложить как бы президенту Лукашенко большей частью было нечего. Для спасения лица надо чем-то жертвовать. В итоге решено было слить то, что уже было отработано – белорусскую оппозицию. Вот тут началось самое занимательное.
 
«Площадь»
 
С 9 декабря сценарий площади стал меняться буквально на глазах. Из почти ритуального действа, символизирующего завершение оппозицией участия в выборах – своего рода публичного отчета перед спонсорами за потраченные впустую деньги, «площадь» стала превращаться в некое эпохальное событие, призванное, по меньшей мере, продлить выборы до третьего тура. Понятно, что никто на самом деле в это не верил. Но интересно было то, что в подготовку «площади» включились власти. Белорусский телеэкран оказался забит предостережениями МВД, слезами матерей и жен, плачем детей и прочим бредом. Медийный натиск был столь топорный, что как оппозиция, так и общество сделало однозначный вывод – власть боится и не имеет сил сдержать людей, то есть -- все на площадь!
 
Только сейчас, по прошествии трех месяцев вполне очевидно, что не только штурм Дома правительства на площади Независимости, но и сам приход на Октябрьскую площадь, к «катку» был западней и частью неплохо продуманного сценария. Действительно, как отмечалось в первой части статьи «Задание на весну 2011», только сейчас выяснилось чисто оперативным способом, что к сценарию разгрома декабристов Виктор Шейман не имел какого-либо отношения. Весь сценарий составил Владимир Владимирович Макей.
 
Именно он был мозгом всей этой гигантской провокации, которая готовилась не один день и даже не одну неделю. Это только для несведущих были непонятны ноябрьские ночные тренировочные маневры ОМОНа на площади Независимости. Стоит напомнить и тщательно забаррикадированные двери ЦИКа в Доме правительства. Так за 5-10 минут не сделаешь. А также желательно вспомнить заранее очищенную от машин Немигу – улицу, параллельную проспекту, по которому народ и двинулся в сторону площади Независимости. Брошенные у ГУМа с открытыми дверьми передвижные обменные пункты и многое-многое другое... Декабристов ждали, их вели к расправе.
 
Зачем?
 
В результате декабрьского саммита таможенного союза Евр-АзЭс Запад оказался у разбитого корыта. Россия, как говорится, не шевельнув пальцем, обрушила месяцы тщательной работы с Лукашенко, морально-нравственные жертвы со стороны президента Литвы, авторитет правительства Меркель, политическую карьеру Сикорского и т.д., а главное, Европа осталась без белорусской стратегии. Из провала надо было как-то выходить.
 
Разгром и аресты оппозиции в результате уличной схватки был бы наилучшим итогом всей этой темной истории, так как позволял свалить все на Лукашенко и его безжалостный ОМОН. У Запада появилась бы новая тема – освобождение политических заключенных и уже никто бы не вспомнил о политике диалога, об его апологете Милинкевиче, о месяцах вкрадчивых переговоров в кулуарах дипломатических раутов и встреч «накоротке». Разгром 19 декабря можно было бы объявить следствием решений саммита Таможенного Союза и в итоге всю вину повесить на Россию. Стоит напомнить, что до настоящего времени белорусская оппозиция и Березовский строго придерживаются данного сценария, считая, что 19 декабря организовала Москва, т.е. с одной стороны российские спецслужбы вывели людей на площадь, а с другой стороны руководили работой ОМОНа и других спецподразделений. Руководство же белорусских МВД, КГБ и АП РБ во главе с командующим Лукашенко в это время чай пили… Думается, что если бы российские спецслужбы были бы настолько сильны в белорусском силовом блоке, то в Республике Беларусь давно был бы другой президент. И никакие «Крестные батьки» не понадобились бы…
 
Прозападной группе также требовалась реабилитация перед Лукашенко, которого они годами настраивали на диалог с Западом. Теория заговора целиком на совести группы Макея. Именно эти люди натравливали белорусского президента на разгон толпы. Стоит напомнить, что размах выступления испугал Лукашенко, он не ожидал, что столько народа поднимется против него после стольких лет подавления какого-либо сопротивления. 60-70 тысяч на улицах вечернего Минска были представлены как результат заговора Берлина и Варшавы, как реальная попытка «цветной революции», заговора с целью отрешения «легитимного президента» от власти. Учитывая психологическое состояние белорусского лидера, никто не сомневался, что он в это поверит. Он и сейчас в это верит и негодует вероломством Вестервелле и Сикорского. Ну, Бог с ним, с батькой Лукашенко в данном сценарии он не субъект, а объект… Остается главный вопрос: зачем прозападной группе так подставлять белорусского диктатора?
 
Нужен ли кому Лукашенко?
 
Дело в том, что белорусский президент переиграл себя. Он потерял свое лицо, его политический потенциал истощился. Заключив в течение пяти недель (2 ноября – 9 декабря) два прямо противоположных геополитических союза, он стал не нужен Западу и, одновременно, ограниченно, до ввода в строй NordStreamи БТС-2, и России. Западу после 9 декабря стало ясно, что полезность белорусского президента близка к нулю, он уже не представляет угрозу для России. Безрезультативный февральский визит Лукашенко в Красную поляну это продемонстрировал во всей красе. Несменяемый белорусский президент всем надоел… как Каддафи и другие несменяемые вожди. Поэтому Лукашенко просто утопили в снегу и крови 19 декабря. Он не нужен для диалога. У Запада есть замена.
 
Нужен ли был погром 19 декабря России? Десятью днями раньше Москва решила все свои проблемы с Минском. Причем решила в рамках своего сценария формирования ЕЭП. Белорусский президент согласился на все. Зачем в этом случае Москве побоище в центре белорусской столицы? Чтобы получить дополнительную проблему в отношениях с Западом, которых у нее и так хватает?
 
Слишком много желающих доказать участие Москвы в событиях 19 декабря. Толкаются локтями. Причем одни говорят о присылке боевиков, а другие о руководстве белорусским ОМОНом. Могли бы договориться… хотя это трудно, когда надо переводить стрелки.
 
В итоге, был ли заговор? Заговор был. Это был западный проект. Действительно Запад спасал лицо, закапывая оппозицию руками обезумевшего от страха Лукашенко. Обратим внимание на некоторые хорошо известные детали тех часов.
 
Вот, к примеру, момент расправы с Владимиром Некляевым. Люди готовятся выходить на площадь, время выхода отлично известно, одеваются. На Некляева, единственного (!) надевают красную куртку, чтобы выделить его из толпы, т.е. сознательно делают лидера кампании мишенью. Выходят с криками, знаменами, речевками, словно сигнализируя, что уже идем… В итоге, Некляев, явный на тот момент лидер, ожидаемый диктатор Площади не ней не появляется. Его просто насильно вышибают из сценария.
 
Эпизод второй. Люди на Октябрьской площади. Орет музыка, на катке катаются солидного вида дяди… Что дальше? Народ мнется… Кое-кто начинает уходить. И тут появляются свои «Иваны Сусанины» и направляют людей на площадь Независимости, прямо на брошенные обменные пункты и другие свидетельства того, что данный маршрут был запрограммирован, не говоря уже о заранее забаррикадированном входе в ЦИК РБ. Людей вели просто на палки ОМОНа. Попутно провозгласили новое белорусское правительство, а на площади заявили о переговорах с властями… Все как по заранее прописанному плану.
 
Эпизод третий. 24 марта одному из тех, кто вел людей на площадь независимости, Андрею Санникову предъявили обвинение «в  организации массовых беспорядков, сопровождавшихся насилием над личностью, погромами, уничтожением имущества и вооруженном сопротивлении представителям власти». А где же «цветная революция», «заговор» и т.д.? Кому отдуваться за «переворот» (минимум 15 лет тюрьмы)? Видимо Владимиру Некляеву, так как Андрею Санникову, известному прозападному и проевропейскому  политическому деятелю такое грозное обвинение не грозит. Видимо, «своих» не особо хочется сдавать под топор лукашенковского правосудия. Стоит напомнить, что Некляев до площади не дошел.
 
Зато дошли другие… События 19 декабря должны многому научить белорусское общество. Они показали не силу, а слабость белорусских властей, которыми откровенно манипулируют, натравливают на собственный народ. Люди увидели, что в реальности, опора Лукашенко всего 1,5 – 2 тысячи карателей, которых вовсе не трудно положить на землю. Но для этого надо профессионально готовиться.
 
Белорусский политический класс увидел, что из себя представляет белорусская оппозиция, насыщенная агентурой, как КГБ, так и западных спецслужб, давно превратившаяся в наемников как внешних, так и внутренних (!) политических сил и жестоко эксплуатирующая тысячи молодых душ, готовых ради своей Родины выйти на улицы, не ожидая удара в спину. Декабрьское выступление продемонстрировало идеологический тупик оппонентов режима, бессмысленность их попыток, уподобляясь Лукашенко, играть геополитические игры, стравливая Запад и Восток. Итог этой авантюрной политики известен…
 
С чем остался А. Лукашенко?
 
Он остался один. Белорусский президент в блокаде и на внешней арене и на внутренней. Надежды то, что ему удастся завязать торг с Западом о судьбе политических заключенных не оправдались. Для Запада пока выгодна ситуация с арестованными экс-кандидатами и лидерами оппозиции, так как она позволяет развернуть кампанию против Лукашенко, оправдывая свой осенний провал, стращать его смешными и наивными санкциями, что косвенно свидетельствует о заинтересованности Запада в сохранении пусть и шаткого, но статус-кво. Понятно, что если бы Запад действительно хотел бы вытащить политзаключенных из тюрем, то против Минска были бы применены жесткие экономические санкции.
 
На самом деле арестованные играют роль политического депозита. Как только Лукашенко понадобится, он их выпустит. Стоит напомнить, что как только грузинские танки пошли на Цхинвал, так из тюрьмы был освобожден Александр Козулин.
 
С Россией оказалось все гораздо сложнее. Подписывая 9 декабря и ратифицируя 22 декабря соглашения по ЕЭП, как бы президент Лукашенко рассчитывал, что для белорусской экономики вернутся «сладкие» времена начала 2000-х годов. Однако не тут то было. Разгоревшийся, как лесной пожар, валютный кризис, страстные мольбы к Москве о кредитах, создают впечатление, что республика и дальше будет жить на подачках. Ее два НПЗ не вытянут всю страну, даже если Россия будет поставлять нефть вообще бесплатно.
 
Надо сказать честно: нет никакой так называемой «белорусской экономической модели» (у попрошаек моделей не бывает). Схема, когда собираемая на белорусских предприятиях продукция, в основном обеспечивается импортной, закупленной за валюту комплектацией, а продается исключительно за неконвертируемые рубли, может какое-то ограниченное время существовать при условии сырьевой и энергетической дотации, но не вечно. Белорусская «отвертка» не спасет. У той же России, чей рынок Минск считает «своим», есть своя «отвертка».
 
Если…
 
Сейчас время пошло не на недели, а дни. Началось царство «Если». Если удастся поскорее получить валюту, если удастся отсрочить платежи за газ, экспортные пошлины, если, если, если…
 
Поэтому задание Лукашенко на весну 2011 простое, как никогда: если белорусский президент не сможет поднять перед Россией свой статус партнера  по интеграции ЕврАзЭС до уже потерянного статуса «стратегического союзника», то валютный кризис в марте может показаться пустяком на фоне других надвигающихся проблем.
 
Конечно, можно пойти альтернативным путем и еще раз ввергнуть российско-белорусские отношения в кризис, но результат уже известен. В политике ремейки заканчиваются, как правило, плохо.
 
У Лукашенко хороший инстинкт. Он понимает, что стоящие вокруг его трона люди ждут, когда он оступится, сделает неверный шаг… И тогда не исключено, что и в России, и в Беларуси в 2012 году окажутся у власти Владимиры Владимировичи…
10:31 28/03/2011









Уважаемые посетители сайта.  Для вашего удобства мы подключились к самому популярному в мире стороннему сервису комментирования Disqus
Он позволяет легко авторизоваться через фэйсбук и твиттер, а также напрямую в Disqus. Даёт возможность репостить комментарии в фэйсбук, а также использовать изображения. 
Подробнее о всех плюсах и минусах Disqus читайте здесь.
Из уважения к Ветеранам нашего Клуба Партизан, мы также оставляем и старую форму авторизации.
 
Загрузка...
Loading...


загружаются комментарии